Цитаты из аудиокниги «Пармская обитель», страница 5

Все мы слабы, дитя мое, и эту слабость следует всегда принимать в расчет.

Тебе простят любовную интрижку, если ты умно поведешь ее, но сомнений не простят.

Старость прежде всего сказывается в том, что человек уже не способен на такие восхитительные ребячества.

Фабрицио принадлежал к породе мучеников собственного своего воображения - в Италии это довольно обычный недостаток среди умных людей.

Вечер был жаркий, душный, надвигалась гроза, - словом, стояла такая погода, которая в этих странах толкает людей на крайности.

В наше время <...> главное достоинство молодого человека - не знать восторженных порывов и не иметь ума.

– Я – прелат святой римской церкви и главный викарий вашей епархии, – с твердостью сказал ему Фабрицио. – Да и одно уж мое имя обязывает вас обращаться со мной почтительно.

– Ничего не знаю! – дерзко возразил писарь. – Предъявите документы и грамоты, подтверждающие ваше право на столь высокие титулы.

<...>

Генерал спросил арестованного, за что он ударил Барбоне; монсиньор Фабрицио спокойно ответил: «Он назвал меня убийцей, пусть предъявит документы и грамоты, дающие ему право именовать меня таким титулом».

На вопрос герцогини, как поступить с Расси, граф дал весьма философский ответ. Генерал Фабио Конти и Расси отправились путешествовать в Пьемонт.

И нередко она приводила слова своего первого мужа, славного генерала Пьетранера: "Что за дерзкое неуважение к самому себе! Почему сегодня у меня должно быть больше ума, чем в тот день, когда я решился на этот шаг?"

"Разве я что-нибудь узнал больше о лошади, с тех пор как меня научили, что по-латински она называется equus?"