Читать книгу: «Отец жениха. Будешь моей»

Пролог

– Ну здравствуй, Екатерина…  – раздаётся за спиной низкий голос с хрипотцой, который узнаю из тысячи.

Но сейчас мне хочется верить, что я ошиблась. Пальцы стиснуты до побелевших костяшек, глаза зажмурены, а тело сведено судорогой, – этот мужчина всегда пугал меня до чёртиков, а теперь, после того, что произошло, и вовсе не знаю, чего от него ожидать.

Тихие крадущиеся шаги хищника всё ближе, кожу спины опаляет горячим дыханием, и я почти теряю сознание, чувствуя, как близко ко мне опасный человек.

– Ты дрожишь? – голос звучит почти ласково, но я не обманываюсь.

Обжигающая тяжёлая ладонь ложится на плечо и нежно скользит по лопаткам, затем поднимается  и захватывает пятернёй мои длинные распущенные волосы, наматывая их на кулак.

– Не надо… – шепчу еле слышно.

– Что именно не надо, Кать? Я ведь ничего не сделал!

– Отпустите меня, а не то я закричу! – отвечаю чуть решительней, хотя внутри всё заледенело от ужаса.

– Кричи, мне это нравится! – выдыхает мне на ухо и прижимает резко к себе.

Вторая ладонь мужчины ложится на мою шею, сдавливая не сильно, но мне и этого достаточно, чтобы сбилось дыхание.

Изо рта вырывается лишь хрип, а мучитель усмехается.

– И это всё? Ладно, девочка, у меня нет времени на игры! Я и так потратил почти месяц, чтобы отыскать тебя! Хотя с тобой было бы интересно развлечься!

На секунду он замолкает, а затем проводит языком по моей шее снизу-вверх почти до самого уха. Чувствую, как ноги подгибаются, а на смену вечной мерзлоте внутри вдруг приходит извержение вулкана. Кровь наполняется кипящей лавой, а щёки вспыхивают.

– Какая ты сладкая! Мой сын – настоящий придурок, что позволил тебе уйти! Такую девочку, как ты, я бы держал при себе и трахал до потери пульса, чтобы с кровати встать не могла!

В область копчика упирается что-то твёрдое и горячее, и я пытаюсь отстраниться, но несостоявшийся свёкор, держит цепко. По сравнению с этим огромным сильным мужчиной, похожим на коршуна, я – крохотный желторотый воробушек.

– Ладно, это всё, конечно, хорошо, но я тебя искал для того, чтобы узнать, где бриллианты, которые ты спиздила из сейфа перед тем, как бросить моего сына и свалить танцевать в этот гадюшник?

– Какие бриллианты? – произношу одними губами.

От удивления даже теряю дар речи.

Глава 1

Месяцем ранее.

– Никит, ну, посмотри какие классные цветочные композиции, они хорошо подойдут на нашу свадьбу! Ну прелесть же! – мурлычу, обнимая возлюбленного,  сосредоточенно режущегося в приставку, и тяну в его сторону экран своего телефона с фото из салона для молодожёнов.

Он отпихивает меня нетерпеливо и ругается под нос.

– Бля, ну вот из-за тебя слил игру! Что, нельзя подождать было немного с этими дурацкими цветами?

Чувствую, как к глазам подступают слёзы, но сдерживаю себя, делая глубокий вдох и выдох, ведь Ник ненавидит, когда женщины плачут. Отлетевший в сторону телефон издаёт печальное предсмертное пищание и отключается, взирая с укором мёртвым чёрным экраном.

Украдкой смахиваю скатившиеся слезинки. Мне не жалко сам аппарат, но больно, что могу потерять сотни картинок с идеями для брачной церемонии. Да и не сами сохранённые фото меня волнуют, а те счастливые эмоции, которые испытывала, собирая их и примеряя на наше торжество. Сейчас это всё будто умирает вместе с телефоном. В последнее время всё чаще задумываюсь о том, а действительно ли  хочу замуж за этого парня? Кажется, что о таком спутнике можно только мечтать: молодой, красивый, стильный и перспективный.  Я, серая мышка, должна была бы молиться на такого,– как постоянно твердила мне матушка. А я вот всё острее чувствовала, что мы с Ником совсем разные.

– Ну и чего ты ревёшь опять? – бурчит будущий муж, грубовато притягивая меня к себе. – Куплю я тебе трубку новую, ещё круче этой.

– Я не из-за мобильника! – хлюпаю носом и утыкаюсь в плечо будущего мужа. – Просто порой мне кажется, что ты не хочешь эту свадьбу. Я всё делаю одна, а тебе всё равно.

– Началось… Слушай, Кать, я тебе дал денег на эту свадьбу, делай что хочешь! Уже сказал тебе, мне главное, чтобы было нормальное бухло на банкете и никаких этих деревенских конкурсов, а на остальное – похер!

– Но ты же обещал, что на свадьбе не будешь пить крепкий алкоголь, ведь у нас будет первая брачная ночь! Мы же хотели, чтобы она стала у нас особенной!

– И что мне теперь не бухнуть на собственном торжестве из-за того, что ночью целку тебе рвать? Думаешь, я из пары стопок вискаря промахнусь? Не бойся, малышка, сделаю всё в лучшем виде, тебе понравится.

Ник задирает мой подбородок и впивается в губы мокрым поцелуем.

– Всё, детка, я пошёл на мальчишник! Ложись спать, меня не жди, – буду поздно!

– Я всё равно толком не усну, пока ты вернёшься! Постарайся не до утра.

– Ты опять мне делаешь мозг, Кать! Я – мужик, и я сам решаю когда, куда и как мне возвращаться! Из меня подкаблучника слепить не получится, так что давай без этих бабских манипуляций!

Глава 2

– Кать, ну что ты дома будешь сидеть? Пойдём уже устроим настоящий девичник! Обещаю, даже без стриптизёров! – орёт в трубку подруга Юля так, что у меня закладывает ухо, поэтому даже отодвигаю телефон подальше, словно эта неугомонная сейчас из него вылезет и потащит меня веселиться.

– У меня завтра встреча со свадебным организатором с утра! Там ещё куча дел! – начинаю я, но Юлька меня перебивает.

– Хорош уже, свой синдром отличницы демонстрировать! Я знаю, что ты мечтаешь об идеальном дне! Но я тебя предупреждаю, что идеально не получится: кто-нибудь напьётся или разобьёт бокал, возможно, тебе даже на платье наступят. Хватит уже требовать от себя и от мира безупречности, это же так скучно! Попробуй хоть немного расслабиться. И сразу предупреждаю, если сегодня не придёшь в клуб, то я на твоей свадьбе устрою тако-о-о-ое!

Невольно ухмыляюсь, – с безбашенной подруги станется, она может всякое учудить.

– Ладно! Я приду, но сразу говорю, что всё будет прилично! В конце концов, это ведь клуб моего будущего свёкра! Так что сама запомни, никаких стриптизов и пьяных выходок, вдруг он где-нибудь там будет!

– М-м-м-м, искренне надеюсь, что Сергей Анатольевич как раз и будет. Хотя я бы предпочла, чтобы где-нибудь там, а конкретно во мне!

– Перестань ты, извращенка! Он же отец Никиты! И он старый! – морщусь от грубоватых слов Юльки.

Хотя назвать старым Сергея было точно неправильно. Этот высоченный накаченный мужчина с резкими чертами лица и лёгкой сединой на висках, оттеняющей смуглую кожу, смотрелся даже лучше собственного сына, любителя виски и чипсов. На и энергетика у свёкра была такая, что рядом с ним словно воздух звенит и вибрирует от напряжения, как бывает перед грозой. Я боюсь его до потери пульса и онемения. Остаётся только радоваться, что я свёкру не интересна: за время нашего знакомства мы перекинулись от силы десятком фраз.

– Ой дура ты, Кать! Нихрена в мужиках не понимаешь! Вот такого тебе для первого раза надо, он бы и научил, и оттрахал так, чтобы потом ещё хотелось продолжения. А Никитос твой – долбанный эгоист, сунет раз, подёргается, спустит  да захрапит!

– А ты откуда знаешь? – напряжённо интересуюсь, чувствуя, что сердце словно сжала холодным скользким телом ядовитая змея.

– Не боись, я уж точно не проверяла! Не в моём вкусе твой жених! Сама знаешь, у него от баб никогда отбоя не было, а земля слухами полнится!

– Теперь он не такой! – вкладываю в голос всю убеждённость.

Юлька ничего не отвечает, но я отлично знаю, как сейчас выглядит её лицо: губы поджаты, а глаза закатились так, будто она свой мозг рассмотреть хочет.

– Так, всё, хорош трепаться! Через час встречаемся в клубе! И надень то платье, что я тебе подарила для девичника! – хохочет она и вешает трубку.

Да я скорее со стыда сгорю и под землю провалюсь, если надену эту развратную белую тряпку, которую мне презентовала Юлька в качестве наряда. Как вообще можно в таком выйти из дома: грудь наружу, попа еле прикрыта. Хотя я себе я льщу: откуда у меня грудь, так – неполная двоечка. Полторашка, – как любит пошутить Ник по поводу моего бюста и роста одновременно.

Наверное, я всегда буду похожа на нескладного подростка, а так хотелось бы стать сексуальной, обольстительной, роковой красоткой. Жених всегда упрекал меня за излишнюю зажатость и скованность, так, может, пришло время действтельно чуть раскрепоститься? С сомнением ещё раз смотрю на белоснежное открытое платье, а затем натягиваю его, почти не глядя на отражение, чтобы не передумать, обуваю босоножки, хватаю с вешалки плащ и выскакиваю за дверь. Всё, пути назад уже нет!

Будем считать, что это необходимый для меня урок по преодолению внутренних страхов и комплексов. Уверена, что в клубе на меня никто особо и не посмотрит, ведь мой образ даже в открытом мини будет смотреться почти пуританским на фоне нарядов большинства девчонок. Всё, Катя, попробуй уже хоть немного расслабиться, сколько можно быть невыносимой душной занудой? Сегодня тебе нужно отдохнуть и повеселиться, выплясать из головы все сомнения.

Надо только предупредить Ника, что тоже собираюсь в клуб. Уверена, мы там даже не пересечёмся, ведь он с ребятами снял випку, а я буду на танцполе отрываться. Но всё равно, лучше предупредить, а то ещё решит, что слежу за ним. и опять психанёт, разбубнится, что вторгаюсь в его личное пространство.

Уже на третьем звонке без ответа понимаю, что шансов на то, что любимый возьмёт трубку банально нет. Ну и ладно, попробую набрать уже в клубе.

Глава 3

Едва вхожу в клуб, меня буквально оглушает басами занудной цикличной музыки, отдающейся волнами в районе диафрагмы; глаза щурятся от странного сочетания темноты помещений и кислотной ультрафиолетовой подсветки, расположенной тут и там. На секунду в голову приходит крамольная мысль свалить поскорее отсюда, пока Юлька меня не обнаружила, ведь я не вынесу несколько часов в подобной обстановке. Словно в довершение ко всему, из курилки вываливается парочка явно пьяных парней, обдавая меня ни с чем не сравнимым ароматом юношеского пота, водочного перегара  и дешёвого табака.

В панике вжимаюсь в стену, стараясь поверить в то, что я хамелеон и могу мимикрировать под любой свет, цвет и поверхность. К счастью, они проходят мимо, даже не взглянув в мою сторону, а я плотнее путаюсь в свой серый плащик, который не рискнула сдать в гардеробной, прикрывая слишком откровенный белоснежный наряд.  Странно, но к облегчению примешивается и некая доля обиды… Неужели я настолько невзрачна, что даже бухие ребята, способные подкатить в таком состоянии к любой мало-мальски привлекательной девчонке, не сочли меня достойной их сомнительных комплиментов.

– Уважаемая, у нас вход только по приглашениям и по картам членов клуба! – раздаётся вдруг высокомерный женский голос откуда-то сверху.

Мой взгляд пытается одновременно охватить разом двухметровую полуголую девицу, которая нависает надо мной, что Эйфелева башня над Парижем, и оценить количество денег, вложенных в её идеальное кукольное лицо и силиконовую грудь.

Кажется, я уже видела эту ходячую порнографию, когда несколько раз приходила в клуб днём вместе с Ником, когда ему нужно было порешать тут какие-то рабочие моменты. Хотя сложно назвать работой формальное выполнение функций администратора, когда твой отец – владелец заведения. Мой жених не отличался желанием трудиться в поте лица, предпочитая являться в клуб исключительно вечером и возвращаясь обычно оттуда в состоянии "нестояния".

Мне бы сейчас развернуться и уйти, но пренебрежение в глазах силиконовой красотки вдруг пробуждает во мне дух противоречия, поэтому элегантно достаю из сумочки золотую карту вип-гостя, зачем-то подеренную Ником на день рождения,– хотя он и знал, что я не люблю клубы,  а затем высокомерно стряхиваю на руки опешившей девице свой плащ.

– Отнесите в гардероб! – произношу, удивляясь тому, откуда в моём тонком голоске такие властные нотки.

Спина горит от взгляда напыщенной девицы, но я двигаюсь в сторону бара походкой дикой кошечки, молясь всем богам, чтобы не споткнуться во время своего дефиле. В лучах клубной иллюминации мой белоснежный наряд светится так, будто морда собаки Баскервилей в любимом произведении про Шерлока Холмса, но прятаться уже бесполезно, – ко мне с громким завыванием последнего из могикан несётся Юлька, разбрызгивая на пути алкоголь из высокого бокала.

– Я уже думала, что ты не придёшь! Охренеть ты красивая, Кать, оказывается! Зря я тебе подарила этот наряд, сейчас всех мужиков уведёшь, останусь без ухажёров! А чего суровая такая?! Пей давай! – сыпет она фразами, словно из рога изобилия, заглушая порой даже громкую музыку.

Не успеваю и слова сказать, как у моего рта оказывается Юлькин стакан, и мне приходится сделать пару глотков, чтобы буроватая пенящаяся жидкость не попала на моё белое платье.

– Крепко… – жалуюсь я, чувствуя, что на глаза навернулись слёзы, а внутренности пылают огнём.

– Вот ты неженка! – хохочет подруга и разом допивает остатки одним махом. – Ладно, пойдём тебе что-нибудь для принцессок закажем, а мне эту бурду повторим.

Пытаюсь ответить, что не хочу сегодня пить алкоголь, но в этот момент чувствую кожей чей-то тяжёлый обжигающий взгляд, от которого невозможно скрыться. Меня буквально впечатывает в место, на котором стою, поэтому даже не предпринимаю попыток двинуться за Юлькой, отправившейся пританцовывая к барной стойке.

– Екатерина, что ты тут делаешь? – раздаётся сзади низкий клокочущий голос будущего свёкра. Только у него такой удивительный тембр, от которого одновременно неприлично сладко и колко в районе солнечного сплетения. – Тебе лучше свалить из этого места! Двигай отсюда, я сказал!

Глава 4

На ватных ногах разворачиваюсь и замираю, глядя снизу вверх на Сергея Анатольевича, который сейчас нависает надо мной огромной давящей стеной. Он словно высечен из камня каким-то гениально-сумасшедшим скульптором, который решил объединить красоту, мужественность и опасность в своём шедевре. Всякий раз, когда смотрю на будущего свёкра, внутри всё холодеет от страха и некого восхищения. Мне нравилось рассматривать его украдкой, отмечая уверенные сдержанные жесты, небрежный наклон головы, лёгкую полуулыбку одним уголком вечно сжатых губ.

Впервые он настолько близко, буквально чувствую обнажённой кожей, едва прикрытой развратным платьем, жар его сильного тренированного тела. От подступившей паники, бултыхающейся во мне вместе с глотком алкоголя, в горле становится ком, который не даёт произнести ни слова.

– Екатерина! – вновь повторяет он, буравя нетерпеливым раздражённым взглядом тёмных глубоких глаз.

– Ммммм… – мычу, словно слабоумная, злясь на себя за глупое поведение и заливаясь краской оттого, что мне приятно находиться рядом с этим суровым мужчиной.

В поле его энергетики по телу словно пробегают лёгкие удары тока, заставляя кожу покрываться мурашками. Вместе с этим с ужасом чувствую, как твердеют мои соски, проступая сквозь тонкое кружево лифчика и невесомую ткань платья.

Поднимаю взгляд и тут же жалею об этом: сейчас свёкор смотрит на меня словно грозный хищник на законную добычу, которую он хочет сожрать. От его голодного взора, направленного на мою грудь, становится одновременно жарко и холодно: щёки пылают огнём, в районе солнечного сплетения – настоящий пожар, а вот ладошки становятся ледяными, и в голове – лютая метель, заморозившая все мысли.

– Здравствуйте, Сергей Анатольевич! Я Юля – подруга Катюши! Буду свидетельницей у неё на свадьбе! – радостно и обольстительно щебечет подлетевшая подруга, оттирая меня бедром в сторону и пошло улыбаясь. – А мы решили небольшой девичник тут устроить, вы же не возражаете? Отметить, так сказать, прощание со свободной жизнью.

Юлька извивается змеёй, то игриво маня плечиком, то выгибаясь так, что ткань платья вот-вот лопнет на её аппетитных формах. Свёкор мажет опытным взглядом по фигуре подруги, вновь ухмыляясь уголком рта, явно одобряя увиденное. Внутри меня внезапно взрывается резервуар с кислотой, горькой желчью, которая медленно расползается по венам, разнося яд к каждой клеточке тела. Даже не думала, что буду испытывать такую едкую зависть, наблюдая, как чужой мужчина рассматривает симпатичную девушку.

– Катя… – Сергей вновь смотрит на меня, так и не удостоив ответом Юльку, которая сейчас похожа на мартовскую кошку. – Я не уверен, что тебе следует находиться в это время, в этом месте, ещё и в таком виде.

Не знаю почему, но меня вдруг перекрывает так, что сама себя не узнаю. Да какое право это старик имеет мне указывать? Сам только что глазел на Юлькины прелести, а теперь меня жизни будет поучать? На месте милой скромной Катеньки вдруг появляется настоящая мегера, желающая ответить что-нибудь хлёсткое и забористое. Но мне почти удаётся взять себя в руки.

– Не волнуйтесь! – бросаю зло, выдерживая тяжёлый взгляд. – Я достаточно осмотрительна, чтобы со мной ничего не случилось. Не думаю, что каким-либо образом могу скомпрометировать себя, а уж тем более ваше заведение. А теперь, если не возражаете, мы с подругой хотели бы отдохнуть вдвоём!

Сергей Анатольевич кривится, будто от зубной боли.

– Ой, вы её не слушайте! – вновь влезает Юлька. – Конечно, мы будем рады компании такого интересного и привлекательного мужчины, как вы.

Подружка хлопает ресницами и снимает невидимую пылинку с плеча свёкра, но тот продолжает рассматривать меня испытующе.

– Ну как знаешь… – произносит он наконец высокомерно. – Смотри только, чтобы тебя не выебли в таком виде. Лично я так бы и поступил, не будь ты невестой моего сына.

Его слова жалят, словно удар бича, – даже слышу, как хлёстко рассекает воздух кончик, прежде чем оставить зарубку на моей душе. Сергей резко разворачивается и уходит, расталкивая плечами посетителей, которые разлетаются словно кегли. Почему он так со мной говорил? Чем я это заслужила?!

– Кать, это что сейчас было? – доносится до меня словно сквозь пелену голос Юльки.

– Не знаю… – шепчу одними губами.