Авантюристка в доме миллионера

Текст
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Авантюристка в доме миллионера
Миллионер для чаровницы
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 298  238,40 
Миллионер для чаровницы
Миллионер для чаровницы
Аудиокнига
Читает Авточтец ЛитРес
149 
Синхронизировано с текстом
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 3

Дверь в палату распахнулась, пропустив прямоугольник света из коридора и медсестру.

– Ну, и зачем так кричать? – недовольно спросила Ирина Сергеевна. – Всех пациентов перебудите.

Она подошла к кровати, поправила подушку, одеяло и, убедившись, что со мной всё в порядке, быстро покинула палату.

Немного удивленная её тоном, я вскоре сообразила: клиника частная, и отношение к пациентам зависит от их состояния и положения в обществе. А я, за несколько часов, из подруги олигарха превратилась в не известную особу, без денег и документов, к тому же потерявшую память. Много ли на такой даме заработаешь? Скорее всего, в ближайшее время от меня попытаются избавиться.

Я вздохнула, пытаясь успокоиться. Пусть я и не помню своего прошлого, но что-то мне подсказывает, что я и не в таких переделках бывала. Значит, справлюсь и с этим.

Итак, что мы имеем? Только имя – Марианна. Так, во всяком случае, сказал попутчик. Кстати, имя довольно редкое. Если поискать в социальных сетях по нему и по фотографии, возможно, найдется зацепка. Жаль, что я не помню фамилии.

Я откинулась на спинку кровати, повторяя про себя: «Марианна, Марианна». Ничего не изменилось. Имя не казалось мне чужеродным, хотя, возможно, близкие люди звали меня по-другому. Если у меня есть близкие.

Но никаких воспоминаний, связанных с семьей, у меня не появилось. Значит, либо я – сирота, либо накрепко забыла всё о своих родственниках. Интересно, это случилось из-за аварии? Или мне больно вспоминать о дорогих людях?

Я почувствовала легкий укол в груди. Так, похоже, последнее предположение верно. С моими родными случилась беда, и я не хочу думать об этом.

И, что же мне теперь делать? Не сегодня – завтра меня выпишут из клиники. Куда мне идти? В этом мире, без денег и документов, ты – никто.

«Без бумажки ты букашка», – всплыла в голове знакомая фраза. Женщина произносила её мягко, ласково, а потом трепала меня по голове. Как же её звали?

Я закрыла глаза, пытаясь поймать ускользающую мысль, и не заметила, как задремала.

На этот раз меня разбудили голоса. Двое мужчин негромко переговаривались. Прислушавшись, я поняла, что речь идет обо мне.

– Что скажете, доктор? – спросил хрипловатый голос Эльдара. То есть, разумеется, господина Климова.

Врач откашлялся.

– К сожалению, порадовать не могу. Госпожа Марианна физически вполне здорова. Мы не можем держать её здесь. Но, что касается её памяти…

– Она не восстановится? – быстро спросил Климов.

– Не могу сказать. Я читал статьи о подобных случаях. Теоретически, память может вернуться в любой момент. Практически… – он замолчал, давая понять, что я могу остаться на всю жизнь человеком без прошлого.

***

К горлу подкатил комок. Я изо всех сил старалась не расплакаться, сжимая пальцами край одеяла. Но, стоило мне подумать о том, что я никогда не увижу своих родных, не стану прежней Марианной, как слезы брызнули из глаз.

Мужчины тут же прекратили разговор, и подошли ко мне. Смахнув с ресниц солёные капли, я внимательно посмотрела на них. На лице врача читался профессиональный интерес и лёгкая жалость, Климов же остался бесстрастным. Впрочем, с чего бы ему сочувствовать женщине, которую он вчера впервые увидел.

И всё же, кроме него, мне не на кого было рассчитывать.

Я схватила его ладонь горячими пальцами. Мужчина вздрогнул от неожиданности, но вырываться не стал. Он лишь внимательно посмотрел на меня.

– Прошу вас, – прерывающимся от слез голосом произнесла я. – Я не хочу… не хочу оставаться одна.

Доктор ласково улыбнулся мне, как взрослый улыбается непослушному ребенку.

– О, не волнуйтесь. Вас не бросят на произвол судьбы. Полиция будет искать ваших родственников, вам сделают новые документы. А пока, вы поживете в пансионате, под наблюдением врачей.

Ещё чего не хватало! Под красивым словом «пансионат» наверняка скрывалась очередная клиника, и хорошо ещё, если обычная, а не приют. Впрочем, у меня всё равно нет денег, чтобы заплатить даже за самую скромную комнату.

Я сильнее сжала ладонь Эльдара, заставляя его наклониться ко мне. На несколько мгновений наши лица оказались совсем близко. Я почувствовала его дыхание на своей щеке.

Время словно остановилось. Мой затуманенный от слёз взгляд погрузился в глубину его чёрных глаз. Я смотрела на него, не отрываясь, мысленно повторяя про себя: «Возьми меня с собой, Эльдар! Возьми меня с собой!»

В эти слова я вложила всю силу воли, всё желание жить. Что-то подсказывало мне, что он – единственный человек, который может мне помочь. И что я не должна упускать этот шанс.

Словно со стороны я услышала удивлённый голос доктора:

– Господин Климов, с вами всё в порядке?

Мужчина вздрогнул, словно очнувшись от короткого сна. Осторожно высвободил свою руку, и, глядя куда-то в сторону, глухо произнес:

– Да.

Я не стала протестовать, когда он отстранился. В глубине души я уже знала, что победила. Действительно, несколько секунд спустя, Климов произнес:

– Думаю, вашей пациентке нужно сменить обстановку. Больницы – не лучшее место для почти здоровых людей. Что скажете, Марианна? Не хотите пожить в моём доме, пока не найдутся ваши родственники или знакомые? Или пока память к вам не вернётся.

***

Я скромно опустила ресницы и пробормотала:

– Не знаю, будет ли это удобно. Я бы не хотела мешать вам.

– Вы и не помешаете, – резко ответил мужчина, снова становясь холодным, уверенным в себе человеком. – У меня большой дом, в котором полно свободных комнат. При желании мы можем даже не встречаться. Обо всех мелочах – вашем питании, одежде и прочем – позаботиться экономка.

Не дожидаясь моего ответа, он развернулся и направился к дверям. Похоже, Климов не привык к отказам. При виде подобной самонадеянности, лёгкая благодарность и симпатия, которую я к нему испытывала, рассеялась, как дым.

Я прикусила губу, стараясь ничем не выдать своих чувств. Почему меня разозлило его пренебрежение? Свободная комната в большом доме, возможность жить на всём готовом, пока я буду вспоминать свое прошлое и думать, что делать дальше, – это то, что мне нужно. И докучливое внимание хозяина мне не грозит. Так чем же я недовольна?

От невесёлых мыслей меня отвлек голос врача:

– Надеюсь, вы понимаете, как вам повезло, Марианна. И, если позволите дать вам совет…

Я с интересом кивнула.

– Если к вам вернётся память, не сообщайте об этом сразу. Господин Климов способен дать вам куда больше, чем еду и крышу над головой.

Я криво усмехнулась, понимая, на что намекает доктор. Сблизиться с богатым и влиятельным мужчиной, возможно, стать его любовницей – разве не лучший выход для такой, как я? Женщины без прошлого, без знакомых и друзей?

Но на душе стало ещё тоскливее. Я и так совершила нечто плохое – без разрешения залезла в голову другого человека, заставив принять нужное мне решение. Климов не хотел брать меня с собой. А если я войду не только в его дом, но и в его душу, в его сердце? И всё это – против его воли?

Я вдруг представила, как сильные руки обнимают меня, притягивая ближе. Тёмные глаза, не отрываясь, смотрят в мои, без привычной холодности или равнодушия. Чужое дыхание касается моей щеки…

По моему телу растеклось тепло. Мне вдруг стало легко и спокойно, словно всё было по-настоящему.

Я вздрогнула от звука захлопнувшейся двери. Врач ушел, оставив меня в одиночестве.

Помотав головой, я отогнала от себя непрошеные мысли.

«Глупости. Между мной и Климовым нет ничего общего. Мы принадлежим к разным мирам, и, если бы не мои странные способности, расстались бы уже сегодня. Я должна думать не о флирте, а о том, как вернуть свою жизнь. К тому же, я никогда не уважала тех, кто живёт за чужой счет, пользуясь человеческой добротой и снисходительностью».

Как ни странно, в последнем я была уверена. Несмотря на потерю памяти, что-то внутри меня осталось от прежней Марианны.

***

Как ни странно, в последнем я была уверена. Несмотря на потерю памяти, что-то внутри меня осталось от прежней Марианны.

Мои губы сложились в улыбку. Похоже, я была не простым человеком, но достаточно гордым, чтобы не обращаться за помощью. А что касается моей силы – например, умения влиять на чужое сознание – я твердо решила больше её не использовать. Мне казалось это не только не этичным, но и опасным.

В груди снова кольнуло. Как будто какое-то далекое воспоминание пыталось прорваться ко мне из глубины памяти.

«Опасным? – думала я. – Почему я использовала это слово? Опасность грозит мне или другим? С чем она связана? Кто-то знает о моих способностях?»

Почувствовав ещё один укол, я провела рукой по груди. Похоже, прежняя Марианна совершила ошибку, применив свою силу. И… что случилось потом?

У меня заломило в висках. Как раньше, когда я пыталась вспомнить прошлое.

«Я буду осторожной, – пообещала я себе. – Не буду пытаться повлиять на Климова или других людей. То, что произошло сегодня, не в счет. Климов ничего не понял, а врач принял меня за обычную глупышку, мечтающую устроиться в жизни. Всё в порядке».

Вздохнув, я поднялась с постели и начала одеваться. Вскоре Климов или его люди зайдут за мной. Не стоит заставлять их ждать.

***

К моему удивлению, за моим попутчиком прибыло несколько машин. Наверное, то, что Климов сам сидел за рулем во время нашей поездки, являлось исключением из правил.

В одну машину с ним меня не посадили. Молодой человек, представившийся помощником Климова, открыл передо мной дверцу своей машины – куда более скромной, чем автомобиль его босса.

Я не стала возражать. После всех событий мне хотелось побыть немного вдали от Климова, подумать. Но в голове мелькнула нелепая мысль – что, если Климов решил, что я приношу несчастье? Или, вообще, виновна в случившейся аварии?

Разумеется, это было глупостью. И мой попутчик совершенно не похож на недалекого или суеверного человека. И у него куча других дел.

 

Среди людей, столпившихся во дворе клиники, я отыскала взглядом знакомую темноволосую макушку. Почему-то я чувствовала себя спокойнее, зная, что он где-то поблизости.

Климов, разговаривавший с крепким загорелым мужчиной, похожим на начальника службы безопасности, вдруг повернулся в мою сторону. Его взгляд задержался на моем лице на две секунды дольше, чем обычно. В нём промелькнуло не только узнавание, но и какая-то странная теплота. Словно бы он рад меня видеть.

Впрочем, он почти сразу же отвернулся. Покраснев, я торопливо села в машину и постаралась выкинуть все глупые мысли из головы.

Глава 4

Поездка оказалась долгой и скучной. Водитель, обменявшись со мной несколькими фразами о самочувствии и о погоде, замолчал. То ли не хотел, то ли не имел права общаться с гостьей хозяина.

Я смотрела в окно. Пейзаж казался на редкость унылым: снежные поля, простиравшиеся по обе стороны от дороги, изредка сменялись невысоким кустарником или небольшими рощами. Тонкие, лишённые листьев, деревья, казались безжизненными на фоне серого неба.

Я не заметила, как задремала. Во сне мне привиделось что-то хорошее: залитый солнцем луг, маленький домик на крутом берегу реки. Там меня кто-то ждал, и я торопилась на встречу.

– Марианна! Простите, не знаю вашего отчества. Проснитесь, пожалуйста! – прозвучал над ухом чужой голос.

Неохотно распахнув ресницы, я поняла, что машина остановилась. Водитель открыл дверцу, и, склонившись ко мне, осторожно потряс за плечо.

– Мы приехали?

Молодой человек кивнул и посторонился, позволяя мне выйти.

Я неохотно покинула машину. Страх и волнение за своё будущее, отступившие, было, перед новыми впечатлениями, охватили меня с новой силой. Мне вдруг показалось, что я совершила ошибку, приехав в дом Климова. И в любой клинике мне было бы спокойнее и безопаснее.

«Зачем я здесь? – мелькнула паническая мысль. – Что я буду делать, в чужом доме, среди чужих людей?»

Но, едва я рассмотрела особняк, окруженный высокими елями, как чувство страха сменилось удивлением и восхищением.

Трёхэтажный дом, построенный в форме буквы «П», напоминал богатую дворянскую усадьбу девятнадцатого века. Узкие окна золотил луч заходящего зимнего солнца. Высокое, под навесом, крыльцо с тщательно очищенными ступенями, тёмно-зеленые ели, словно стена, защищающая особняк от внешнего мира, крыша, припорошенная снегом – всё дышало стариной и, в то же время, казалось современным и комфортным.

– Вам нравится?

Я не слышала, как скрипнул снег под ногами Климова. Обернувшись, я увидела его совсем близко, и, по выражению его лица, поняла, что он ждёт моей реакции. Почему-то для него это было важно.

Мне не требовалось изображать восхищения:

– Это великолепно. Впервые вижу дом, который бы так гармонировал с окружающей природой. Такое чувство, что он стоял здесь всегда, с начала времен.

В тёмных глазах Климова промелькнуло удивление и лёгкая радость. Впрочем, возможно, в этом виноват солнечный луч, скользнувший по его лицу.

***

Не ответив ни слова, Климов взмахом руки отпустил помощников и охрану, и принялся подниматься по ступенькам. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Я сняла перчатку, и, не удержавшись, провела ладонью по гладким перилам. Мне отчего-то казалось, что дом мне приснился. Не может мужчина жить во дворце, рассчитанном на сотню человек.

Ощутив под пальцами холодное дерево, я отдернула ладонь. Похоже, это реальность. Медсестра в клинике не ошибалась, когда утверждала, что Климов – очень богатый человек.

Двери перед нами распахнул охранник в черной униформе. Тут же подбежали две служанки, чтобы помочь раздеться и забрать верхнюю одежду. Девушка, которая подошла ко мне, поклонилась, но ничего не сказала. Наверное, им запрещено общаться с гостями хозяина.

Просторный холл, куда я прошла вслед за Климовым, оказался ярко освещен. На второй этаж поднималась широкая лестница, устланная ковром, несколько дверей из дуба, выделявшиеся на фоне светлых стен, были закрыты. Но я не успела всё как следует рассмотреть, пораженная удивительной картиной: люди в черной униформе выстроились вдоль одной из стен. При появлении Климова они низко поклонились.

Что-то подобное я видела разве что в зарубежных фильмах. Там и прислуга, и рабочие на фирме, встают и кланяются, заметив хозяина. Но, то, что естественно для другой культуры, в нашей реальности казалось дикостью.

Я поклонилась в ответ, чувствуя себя «не в своей тарелке». И тут же перехватила насмешливый взгляд Климова и – удивленный – кого-то из молодых горничных.

– Не портите мне прислугу, Марианна, своей снисходительностью, – едва слышно произнес хозяин дома, сжимая мою руку. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам.

«Эти люди работают на вас. Но они – не рабы», – хотела воскликнуть я. Но не успела, потому что к Климову, медленно ступая, подошла женщина в тёмном шерстяном платье. Её седые волосы были убраны под кружевную косынку, глаза из-под нависших бровей смотрели цепко и внимательно. Держалась женщина с большим достоинством, и в первую минуту я приняла её за мать Климова.

– Добрый день, Эльдар Сергеевич, – она чуть наклонила голову в знак приветствия. – С возвращением.

– Спасибо, Нателла, – я впервые увидела искреннюю улыбку, промелькнувшую на лице Климова.

– Мы слышали об аварии. Надеюсь, всё закончилось благополучно? – в низком голосе Нателлы слышалось беспокойство.

– Всё в порядке. Познакомьтесь: Марианна, это – Нателла, моя домоправительница. Нателла, это – Марианна, она любезно согласилась пожить у нас какое-то время.

***

Я удивленно повернулась к Климову. Вот уж не ожидала от него подобного такта. Его слова превратили меня, из неизвестной женщины, случайно встреченной им по дороге, в желанную гостью. Он поднял меня до своего уровня, и Нателла, видимо, тоже это почувствовала.

Она нахмурилась и уже с большим вниманием взглянула в мою сторону. Её маленькие глазки просветили меня, будто рентгеном, и явно что-то нашли.

– Удивительно, – прошептала она, побледнев, но тут же взяла себя в руки. Как и ожидалось от хорошей домоправительницы.

– Нателла, пожалуйста, покажи Марианне её комнату. И вели подавать ужин через час.

– Где будете ужинать, Эльдар Сергеевич? – спросила женщина.

– В малой столовой. Прикажи поставить два прибора, для меня и Марианны.

Домоправительница, молча, поклонилась. Климов направился направо, к одной из дверей. Я машинально проводила его взглядом, подумав, что дома, с хорошо знакомыми людьми, он совсем другой, нежели в клинике.

– Прошу вас следовать за мной, Марианна, – церемонно произнесла женщина. Мы пересекли холл, и, повернув налево, оказались в длинном коридоре.

– Марианна… Простите, не знаю вашего отчества…

«Я бы сама хотела его знать. А, заодно, фамилию и адрес прописки».

Я представила, как округлятся глаза Нателлы, услышав подобное, и едва не рассмеялась.

– Просто Марианна.

– Хм, – Нателла никак не прокомментировала мои слова. Она остановилась перед дверью в конце коридора, и, повернув ручку, распахнула её передо мной.

– Прошу вас, Марианна. Это ваши комнаты. К сожалению, мы вас не ждали, поэтому горничная принесет свежее белье, немного позднее. Она же проводит вас на ужин. По всем вопросам можете обращаться к ней или ко мне. На столике у кровати находится телефон. «1» – это мой номер, «2» – горничной. У вас есть какие-нибудь пожелания?

За ровным тоном её голоса скрывалось неодобрение. Я не понимала, чем я ей не понравилась. В ожидании ответа она посмотрела на меня, и тут же отвела взгляд.

Да что здесь происходит?!

– Благодарю вас, Нателла, – как можно приветливей произнесла я. – Вы очень внимательны.

– Это моя работа, – коротко отозвалась женщина, собираясь уходить.

– Нателла, – не удержалась я, – поверьте, если б, не обстоятельства, я не стала бы надоедать ни вам, ни Эль… господину Климову. Как только я решу свои проблемы, я уеду из этого дома.

Нателла улыбнулась уголками губ.

– Не сочтите меня не гостеприимной, Марианна, но так будет лучше для всех.

Глава 5

Шаги домоправительницы давно стихли, а я всё стояла и раздумывала над её словами. Мне почудилась в них тревога и неясный намек.

Но, чего могла бояться Нателла? Того, что я соблазню Эльдара и стану хозяйкой этого дома? Глупости какие. Наверняка, у Климова есть любовница, и не одна. Из-за моего появления у домоправительницы добавится хлопот? Вряд ли, в доме полно прислуги. Или же… дело во мне? Нателла знает что-то, связанное со мной, и её это пугает.

Я почувствовала уже привычный укол в груди. Неужели, я права? Тем более, нужно сблизиться с домоправительницей. Нателла может знать моих родственников или близких, но, по какой-то причине, скрывать это.

Я прошла в комнату, и, при мягком свете торшера, огляделась. Это оказалась гостиная, небольшая, но очень уютная. Пара мягких кресел в углу, диван, перед ним столик овальной формы. Встроенный шкаф с большим зеркалом, куда можно повесить одежду.

Из гостиной одна дверь вела в спальню – я не стала туда заходить – а вторая, в ванную комнату. Я с предвкушением улыбнулась. Горячий душ – это то, что мне сейчас нужно.

Из ванной я вышла спустя четверть часа, почти заново рождённой. Тёплая вода с добавлением соли и розового масла смыла не только грязь, но и усталость после поездки. Настроение заметно улучшилось.

Начисто забыв о предстоящем ужине, я удивилась, заметив в комнате горничную. Светловолосая девушка торопливо поклонилась:

– Меня зовут Римма. Я пришла, чтоб проводить вас на ужин, госпожа.

– Спасибо, Римма. И называй меня Марианной, пожалуйста, – вздохнула я, понимая, что, даже лишившись памяти, от некоторых привычек не избавиться. У меня никогда не было прислуги. И я не могла привыкнуть к чьей-то постоянно заботе и вниманию… а также к постоянному чужому присутствию.

– Как скажете, госпожа Марианна.

Я быстро взглянула на неё, пытаясь понять, не издевается ли надо мной горничная. Но на круглом личике было написано лишь желание понравиться гостье хозяина.

Тогда я ещё не знала, что в этом доме давно не появлялось гостей. И странная женщина, приехавшая вместе с Климовым, стала предметом всеобщего любопытства. Кое-кто решил, что я – его любовница или даже невеста.

Римме тоже хотелось услужить, поэтому, когда я протянула руку к своему платью, висевшему на стуле, она тут же остановила меня:

– Прошу прощения, госпожа Марианна. Вы только что приехали, и я ещё не успела привести в порядок вашу одежду.

***

– Конечно, – кивнула я, ничего не понимая. Но девушка уже забрала мое платье:

– Если госпожа немного подождёт, я принесу ей другое платье.

Прежде, чем я успела отказаться, Римма исчезла за дверью вместе с моей одеждой. Вернулась она очень быстро, держа в руках платье из тёмно-синего шелка. Мне не требовалось увидеть ярлычок, чтобы понять, что вещь эксклюзивная и очень дорогая.

– Спасибо, Римма, но я не могу это надеть, – покачала я головой.

– Почему? – не на шутку огорчилась девушка. – Вам не нравится?

– Платье очень красивое. Но оно не моё. Я не могу взять чужую вещь без разрешения.

Римма хитро улыбнулась.

– Госпожа Марианна, не стоит беспокоиться. Там таких платьев – целая комната. И ещё обувь, сумки, куртки, брюки, свитера. Нателла Георгиевна давно собиралась всё выкинуть.

«Выкинуть?! – я не поверила своим ушам. – Зачем выбрасывать красивую одежду, причем последних брендов? Если надоела, можно просто раздать. Даже в этом доме найдутся желающие получить новый свитер или брюки, если размер подойдет. А уж от модной сумки не откажется ни одна женщина».

– Примерьте, госпожа Марианна, – девушка передала мне платье.

Приложив к себе шелк, я подошла к большому зеркалу, украшавшему встроенный шкаф. Не стоило отрицать – струящаяся ткань подчеркивала цвет моих глаз, делая их еще синее и выразительней. Бледная кожа, алый блеск губ, тёмные пряди волос, рассыпавшиеся по плечам – я вдруг показалась себе очень красивой и немного загадочной.

«Женщина без прошлого, – пронеслось в голове, – чужой облик, чужое платье, чужая жизнь».

И всё же, женщина в зеркале была очень хороша. Она была достойной того, чтобы жить в этом доме. Достойной того, чтобы носить одежду от самых известных домов моды, или выбрасывать её, когда надоест. Достойной того, чтобы сидеть за одним столом с Климовым.

Я вздрогнула и отвернулась от зеркала. Откуда вообще появилась эта мысль? Что-то подсказывало мне, что я совершаю ошибку. Мы с Эль… Климовым принадлежим к разным мирам. Мне нельзя сближаться с хозяином этого дома.

 

Не говоря уже о том, что я никогда не опускалась до того, чтобы носить чужую одежду.

– Верни моё платье, Римма, – холодно приказала я.

Девушка едва не расплакалась:

– Простите, госпожа, это невозможно. Я отнесла его в стирку. Но, почему вам не нравится это платье? Вы не любите шелк, да? Или цвет вам не подходит? Я принесу другое…

Я остановила поток извинений взмахом руки:

– Не стоит. Это платье очень красивое. Но, вряд ли господину Климову понравится, что я взяла вещь без спроса.

– А он ничего не узнает, госпожа, – хитро усмехнулась горничная. – Мужчины вообще невнимательные. Мой парень, например, не в силах отличить новую блузку от той, что я ношу уже месяц. И это платье ни разу не надевали, видите бирку?

Вздохнув, я смирилась, и позволила повеселевшей Римме надеть на меня платье. Затем она усадила меня на стул и принялась укладывать мои волосы.

– Жаль, что у нас мало времени, – шепнула она. – На званый ужин я сделаю вам такую прическу, госпожа.

– Не называй меня госпожой, – попросила я, понимая, что меня все равно не услышат.

Спустя четверть часа я была готова. Римма торжественно подвела меня к зеркалу, чтобы я посмотрела на себя, и замерла в ожидании похвалы.

Я встретилась взглядом со своим отражением, и на мгновение мне показалось, что в зеркале находится совсем другая женщина. Моложе меня на пару лет, весёлая, смешливая, лёгкая на подъем. Та, в чьей жизни все складывалось удачно. И – самое большое везение – встреча с Эльдаром Климовым.

Я моргнула, и наваждение исчезло. Я снова видела себя, красивую, как никогда прежде. Как всё-таки одежда меняет людей. В больничной пижаме или своем простом платье я выглядела совсем по-другому.

Мои тёмные волосы Римма зачесала наверх и закрепила шпильками, образовав подобие короны. Глаза, обведённые карандашом, смотрели пристально и немного настороженно. На бледной коже лица выделялись губы, свежие, как лепесток розы.

Я повернулась к зеркалу боком, заставив платье чуть слышно зашуршать. Синий шелк мягкими складками спускался до самого пола. Глубокий вырез платья оставлял открытой спину, талию охватывал широкий пояс из того же материала.

Я подумала, что не хватает только украшений, и тут же отбросила эту мысль. Не хватало еще, чтобы чрезмерно услужливая горничная притащила мне бриллианты или сапфиры.

– Вы прекрасны, госпожа, – воскликнула Римма.

Я улыбнулась девушке, потом с сомнением покосилась на свои босые ноги. Вряд ли будет удобно, если явлюсь на ужин в сапогах или вообще без обуви.

Римма, наверное, прочитала мои мысли, потому что, молча, протянула мне пару симпатичных «лодочек». Спрашивать, откуда они, я не стала.

***

Спустя несколько минут, пройдя пару коридоров и пустых комнат, мы оказались у малой столовой. Римма распахнула передо мной дверь, украшенную затейливым рисунком.

Моё сердце внезапно забилось сильнее. Что это, страх? Или просто нежелание выглядеть глупо, всё же я не принадлежу к людям из высшего общества по праву рождения.

«Да что я так волнуюсь, – попыталась я себя успокоить. – В худшем случае, Климов попросит меня уехать. Поживу в приюте, получу новые документы и буду искать работу».

Подняв голову и расправив плечи, я шагнула вперед. Малая столовая явно называлась так не из-за своего размера. Это оказалась просторная комната, отделанная с большим вкусом. Обои на стенах, сочетавшиеся по цвету с мягким ковром, мебель, большие вазы, наполненные свежими цветами – во всём чувствовалась рука настоящего мастера.

Но мой взгляд остановился на Климове, сидевшем во главе длинного стола. За его спиной стояла Нателла, готовая выполнить любой приказ хозяина.

Я неловко поздоровалась. Мой голос в наступившей тишине показался мне непривычно громким.

Задумавшийся о чём-то Климов поднял голову. На мгновение его глаза вспыхнули странным огнем, сменившимся уже привычным равнодушием. Он улыбнулся мне и кивнул, указав на место по правую руку от себя.

Нателла оказалась далеко не так спокойна. Её брови сдвинулись, стоило ей увидеть моё платье. И, готова поклясться, она знала, где я его взяла.

Впрочем, она недолго смотрела в мою сторону. Её внимание снова вернулось к хозяину дома. Мне показалось, она взволнована или напряжённо ждет его реакции.

Впрочем, чего бы не опасалась домоправительница, ужин прошёл спокойно. Поданные на тонком фарфоре блюда оказались выше всяких похвал. Слуги неслышными тенями скользили по комнате, меняя посуду или наполняя бокалы с вином.

Климов показал себя радушным хозяином. Он не пытался ни очаровать меня комплиментами, ни, тем более, подчеркнуть разницу между нами. Он общался со мной, как со старой приятельницей, и мне это нравилось. Потому что он был единственным знакомым мне человеком в этом новом мире.

Климов сам рассказал Нателле об аварии, и о том, что я потеряла память. Женщина вежливо посочувствовала, но мне показалось, что она не слишком верит в эту историю.

– Если позволите, Эльдар Георгиевич, я приглашу к Марианне лучшего специалиста по амнезии и подобным заболеваниям. Возможно, занимаясь с ним, она что-нибудь вспомнит.

– Разумеется, – кивнул Климов.

– Я была бы вам очень признательна, – добавила я.

Нателла снова окинула меня хмурым взглядом. Уверена, будь её воля, она не только не стала бы, приглашать врача, но и выкинула меня из этого дома. Интересно, чем же я ей так не понравилась?

Ночью, уже лежа в постели, я вдруг подумала, что не спросила, кому принадлежало синее платье, которое принесла Римма. И остальные вещи, которые Нателла хотела выбросить.

«Возможно, у Климова есть сестра, – сонно размышляла я. – Или другая молодая родственница». Думать о том, что одежда принадлежала его бывшей любовнице, как-то не хотелось.

***

Следующие несколько дней прошли спокойно. Я видела Климова только утром, за завтраком, и то не каждый раз. Мы кивали друг другу и расходились по разные стороны стола. Возвращался мужчина поздним вечером, когда я уже спала. Вот уж не думала, что богатые люди так много работают. Впрочем, может, поэтому они и обеспеченные?

Память ко мне так и не вернулась, несмотря на все усилия специалиста, которого пригласила Нателла. Не помогли ни методы психотерапии, ни лечебный сон, ни гипноз. Я не назвала ни одного имени, ни города, где родилась, или просто знакомого местечка.

Доктор, покачав головой, сказал, что это очень интересный случай. Как будто мои воспоминания кем-то заблокированы. И память вернётся сразу и в полном объеме, но только в том случае, если блок разрушится, при стрессовой ситуации.

На мой вопрос, как это сделать – например, ударить меня по голове, или же заставить прыгнуть с парашютом – специалист только развел руками. Мне показалось, что он так же мало представляет, как мне помочь, как и врачи из муниципальной клиники.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»