Читать книгу: «В гостях»

Старая машина, подскакивая и ворча, везла милую девушку Марьяну в отдаленную деревню Калиново по дороге, уныло тянувшейся посреди широкого поля. Разговаривая о том о сем с седым водителем и спутниками, добродушной семейной парой, Марьяна вытащила из сумочки, лежащей на коленях, ненавязчиво звякнувший телефон. Вслед за гаджетом потянулось письмо, пришедшее по старинке почтой. Именно оно и стало причиной этой поездки. Письмо написала почти незнакомая Марьяне пожилая жительница деревни Нина Егоровна. Повод оказался печальным. Выяснилось, что недавно умерла бабушка Шура, дальняя родственница матери Марьяны, и деревенский дом опустел. Он находился очень далеко от города, где жила Марьяна. Взяв на работе отпуск, девушка направилась посетить могилу и родовое гнездо. Еле тащившийся и грозивший развалиться по дороге автобус довез путешественницу до маленького городка, близ которого находилось Калиново. В саму деревню бабушки Шуры пришлось добираться на удачно подвернувшейся попутной машине. Тряску на ухабах, как это часто бывает, скрасили бесконечные разговоры о преимуществах сельской жизни.

К счастью, на последнем этапе путешествия Марьяну сопровождала хорошая летняя погода. Дорогу и всю окружающую местность обнимал очень теплый, но не изнуряюще жаркий ясный день. Пронизывающие все вокруг солнечные лучики дарили безмятежность и легкость. Беседа между попутчиками еще не закончилась, когда из-за поворота дороги показалась цель пути.

Расположившееся на открытом месте в окружении бескрайнего леса Калиново выглядело серо даже в погожий день. Это было небольшое поселение, застроенное деревянными домами, осторожно выглядывающими из-за потемневших заборов. Посреди деревни высилась старинная колокольня. Рядом поднимался поблескивающий купол церквушки. Небо над поселением и лесом сияло яркой голубизной. Воздух казался удивительно свежим. На подступах к деревне не было видно ни одной живой души. Добравшись до ближайшей постройки поселения, попутчики разбрелись кто куда. Только двинувшись по деревне, девушка убедилась, что жизнь в ней все-таки есть. Из-за одной калитки выглянул тощий мужичок. Две тетушки, вышедшие из показавшегося впереди маленького магазинчика, подсказали гостье, как быстрее пройти к домику Шуры на дальний край деревни.

Без усилия отодвинув засов калитки, Марьяна вошла в бабушкин двор. Он был нешироким, и посреди него стояла изба. Слева от нее пристроился огородик, а справа – садик с немногочисленными деревьями. Рядом с домом под раскидистыми кронами яблонь скучал обеденный стол.

Изба была невысокой, но довольно крепкой. Вход в дом оказался незапертым. Толкнув дверь, девушка вдруг произнесла, обратившись непонятно к кому:

– Я пришла с добром! В гости. По приглашению.

На эти слова никто не ответил. Но гостье показалось, что мимо проскользнул прохладный ветерок.

Войдя в дом, Марьяна не спеша осмотрелась и медленно прошлась по нему. Изба состояла из тесных сеней, просторной горницы с тремя окнами и узкой спальной клетушки с одним окном. Межкомнатные проемы были открыты, объединив все помещения в общее пространство. В горнице находилась только самая необходимая мебель.

Окна были маленькими, и хорошо освещалось только пространство около них. В углу близ окон располагался стол с довольно чистой светлой скатертью и двумя стульями. Светлое пятно окружали тени, и под их покровом пребывали печка, топчан, две лавки и комод. Свет в спаленке падал на неширокую кровать и вышитый коврик со сценой отдыха охотников на полянке.

Разобрав дорожную сумку, Марьяна решила выйти пройтись и заглянуть к соседям, но те опередили ее. Перед девушкой появились две пожилые женщины: маленькая и худая старушка и ее более высокая и дородная спутница.

– Здравствуйте! – поприветствовала их гостья.

– Ой, здравствуй! Марьяна? Шурина внучка? Это же я написала тебе! Я бабушка Нина, Нина Егоровна, – представилась низенькая старушка.

– Я Любовь Дмитриевна. Подруги мы Шуры, – добавила ее более внушительная спутница.

– А я вас узнала! Спасибо, что написали и пришли! Рада вас видеть! Вот, собираюсь пойти на кладбище, – откликнулась Марьяна.

Пожилые жительницы деревни в платьях и платочках на головах с любопытством рассматривали темноволосую, темноглазую и стройную городскую гостью в футболке и джинсах. Немного смутившись, Марьяна пояснила, что только что пришла. Быстро переодевшись, она вернулась в горницу.

Подруги-старушки чинно проводили девушку к деревенскому кладбищу, притаившемуся за околицей в лесу. Тропинка сначала петляла среди пригорков, а потом нырнула в чащу из разлапистых елей.

– Красивый у нас жальник, – отметила Нина Егоровна.

– И то правда, – согласилась Любовь Дмитриевна. – Хорош!

Жальником бабушки называли кладбищенский участок, плотно окруженный пушистыми елками. Вся территория погоста была разделена на участки тропинками. Вокруг царили порядок и покой. Три женщины посетили могилку бабушки Шуры, обнесенную скромной оградкой. На земляном холмике сиротливо стоял небольшой деревянный крест. Марьяна сразу же решила, что в будущем постарается украсить могилку бабушки. Следовало также договориться, чтобы кто-то из соседей постоянно присматривал за ней.

Стоя у оградки, гостья заметила странную картину. На отдаленной дорожке между могилами к выходу шла старушка, в длинном балахоне. В ее внешнем виде не было ничего особенного, только, двигаясь, она постоянно дергалась и что-то бормотала. Увидев ее, спутницы девушки начали часто креститься. Само кладбище как бы ожило. Несмотря на то, что стояла ясная погода, мимо трех женщин пронесся ощутимый порыв ветра. Рядом с людьми послышался зловещий шорох.

Марьяна не стала вести расспросы у могилы. Тем более, что ее внимание уже привлекло нечто другое. Как только незнакомка скрылась, из ближайших кустов высунулся большой серый кот. Бросив на него взгляд, девушка невольно замерла.

Дело было в том, что этот кот показался молодой особе странно знакомым. У Марьяны в детстве имелся именно такой домашний зверь с простым именем Вася. Тот кот с пепельной шерсткой и круглыми желтыми глазами запомнился ей лоснящимся, вальяжным и сильным. А этот зверь был хоть и крупным, но грязным и помятым. Показавшись, кот не пожелал сразу уйти. Усевшись в стороне, он принялся смотреть на трех женщин. Наверное, четвероногий бродяга терпеливо ожидал подаяния.

На обратном пути Марьяна радушно пригласила добрых соседок на чаепитие. Для подготовки к приему гостей девушке было необходимо наведаться в местную лавку и похозяйничать в доме. Найдя горелку, чайник, посуду и скатерть, Марьяна накрыла тот стол, который стоял в маленьком саду. Под ним оказалось несколько деревянных табуреток. Раскидистая яблонька развернула над столом свой зеленый купол. Молодая хозяйка поставила на стол угощение: напитки и закуски, пирожные и конфеты. Гостьи принесли из своих домов по подносу со свежими пирогами, сладко пахнущими фруктовой начинкой.

Вечерело. Солнышко начало садиться, и первые сумеречные тени забрались в благоухающий сад. Марьяна поставила на стол светильник, чтобы зажечь, когда стемнеет. Мелкие мушки старательно суетились вокруг пирогов и варенья, и приходилось все время отгонять их. Угощаясь с заметным удовольствием, бабушка Нина спросила:

– И что же ты, милая Марьяна, собираешься делать с домом? Остаться, наверное, не останешься… Верно, будешь наведываться к нам?

– Жить здесь, конечно, не смогу, дорогие соседушки… Хотелось бы приезжать. Но очень далеко мне. Прямо не знаю, что делать. Может, продать этот дом?

– Да что ты, Марьяна! Места красивые у нас. И дом-то хороший, крепкий. Дом-то, он как живой, ему забота нужна. Мы можем последить за ним, пока тебя нет, а ты приезжай к нам! Обдумай все хорошенько!

– Да, надо все обдумать, – вздохнула новая хозяйка.

И тут среди травы снова показалось гибкое кошачье тело. Решив присоединиться к беседе, серый бедолага-кот, повстречавшийся на кладбище, улегся на землю в стороне от стола, прикрыл желтые глаза и навострил острые ушки.

– Этот котик случайно не бабушкин? – спросила Марьяна с улыбкой, бросив зверюшке кусочек колбаски.

Кот с достоинством принял угощение.

– Не-ет. У Шуры белая кошка была. Да померла еще в прошлом году. А это приблудный какой-то, – дружно заговорили старушки. – Гони его, Маша! Вон он какой большой! Есть будет много!

– Да ладно, не объест! Пусть сидит. Вась… Нет, Серый будет, – сходу придумала имя для нового питомца Марьяна.

– Кот – оно бы и ничего, чтобы мыши ни-ни! А лучше, чтобы и собака была. Хороший сторож не помешал бы. А то у нас всякое бывает…

– Неужели что-то плохое? – насторожилась девушка.

Нина Егоровна покачала головой:

– Ну, плохое – не плохое. Всякое… Вот лес кругом шибко велик. Иной раз пойдешь, и ничего не случится. А другой раз пойдешь – и напугает кто. Иногда случается, что и люди в лесу пропадают.

Марьяна зябко повела плечами, хотя вокруг было довольно тепло.

– И часто происходит такое?

– Бывает… Вот этим летом подруга наша Вера одна пошла в лес за грибами. Да так и не вернулась. И у деда Николая внук приехал погостить – и пропал… Кто в лесу блуждает, того черти водят!

– Боже мой! Какое горе! Искали?

– Конечно, искали. Дошли до самого Гиблого зыбуна. Да только не нашли никого.

– Наверное, бедняги утонули в болоте?

– Да нет… Их те забрали, другие, – как ни в чем не бывало поведала бабушка Нина.

– Другие?! А это кто? – удивилась девушка.

– Другие… люди. Они вроде бы и люди, но непохожи на нас. Ростом малы. В обносках ходят. Вот иногда и забирают наших к себе.

– К себе – это куда?

– Да где-то тут, в лесу, недалеко от нас они живут, – спокойно пояснила бабушка Люба. – Сказывают, терема там у них! Застолья там постоянно. Все у них в хоромах налажено. Ну, почти.

– Странно, – нахмурилась девушка. – Да как же они уводят к себе? Нападают, что ли?

– Зачем? Посылают они за людьми белую тройку. Кони белые, и повозка белая. Пустая она. Никто ею не управляет. Едет себе, как по воздуху плывет. И звонко-звонко звенит у нее колокольчик. Если увидишь такое, ты сразу беги, Марьянушка! Бежать от нее надо!

– А иногда и по-другому берут, – продолжила Нина Егоровна. – Вот года два назад один мальчик тут у нас пропал. Исчез и потом пришел домой через неделю. Сказал он, что его дедушка плащом укрыл. Да наказал сидеть там. Потом плащ убрал и отпустил его. Вот он этой милостью и вернулся. А мог бы не отпустить.

– А что за дедушка?

– Да кто его знает! Может, леший.

– Колдун! – мелодично пропели старушки в один голос.

Они рассказывали странные и не очень веселые вещи. Но говорили об этом весьма рассудительно, как о неизбежном зле.

Вечерние тени сгущались. Всякий раз поднимаясь со стула, чтобы принести что-нибудь подругам бабушки Шуры, Марьяна обращала внимание на живописный закат. Он был, пожалуй, чересчур приметен и ярок. Выглядел как полноводная река крови среди небес.

– Скоро стемнеет. Ежели не боишься, заходи ко мне через часок, – предложила Нина Егоровна. – Вечерка сегодня будет в деревне у нас. Праздник, стало быть. Иван Купала! Кто здесь есть живой, выходит за околицу. Сладости принесем. Костер разложим!

– Весело будет! – добавила Любовь Дмитриевна.

Устав от путешествия и посиделок, Марьяна хотела отказаться. Но купальская ночь бывает только раз в году, поэтому девушка решила все же не упустить возможность увидеть праздник.

К ночи жители деревни Калиново собрались вместе вокруг костра, который дружно устроили в поле недалеко от поселения. Оказалось, что в деревне жили четыре десятка человек, в основном, старики. Некоторые привели гостивших у них внуков. Присутствовала довольно молодая семейная пара, которая приехала с девушкой в деревню. Люди разных возрастов отлично ладили друг с другом. На принесенной лавке расстелили скатерть и разложили закуски. Самое видное место занимал приготовленный для этого случая румяный каравай.

Костер разложили в яме на большой куче хвороста. Он получился зрелищным и ярким, дополнительно развеселив народ.

– Огонек-очиститель! – похвалила одна бабуля.

– Деревню окурит, поможет людям, – раздался голос другой.

– Раньше прыгали мы через костер…

– Сейчас-то куда нам!

Пожилые женщины и их внуки начали плести венки из цветов. Двое бодрых старичков растянули видавшие виды гармошки, и слушатели потихоньку запели.

Притащившийся за городской гостьей бродячий серый кот, лежал в сторонке, в густой траве, и смотрел на костер через щелки глаз. Глядя на Марьяну, он радостно думал о том, что ему, наконец, повезло. Молодую женщину звали так же, как и его прежнюю хозяйку. И его новая благодетельница была чем-то похожа на ту, которую он потерял когда-то, после чего ему пришлось податься в бега. Кот грезил наяву, и ему мерещилось не жаркое лето, а та далекая золотая осень, когда он появился на свет. Это случилось в какой-то полутьме, но он чувствовал рядом теплый бок мамы-кошки. Ласково облизывая свое дитя, она напевала ему чудные песенки, что очень нравилось малышу.

Золотая осень хранила их маленькую семью. У котенка быстро окрепли ножки, и он стал выбираться на божий свет. Тут-то и выяснилось, что этот мальчик – сущий затейник и озорник. Котик весело бегал и прыгал. Он также научился стремительно убегать, когда боялся чего-то. «Всегда буду свободным», – радостно думал малыш.

Потом все засыпали снежные белые мухи. В один ужасный день котенок погнался за какой-то громко кричавшей птицей, черной и безглазой. Несмотря на отсутствие глаз, она ориентировалась вокруг довольно хорошо. Заманив котенка неведомо куда, черный враг улетел восвояси. Котик не только не смог поймать добычу, но и обнаружил, что не может найти обратный путь к своему убежищу. Испугавшись, малыш бросился бежать, куда глаза глядят.

Всю долгую и холодную зимнюю ночь осиротевший котик провел под еловой веткой. Она сама позвала его спрятаться под ней, пообещав согреть, и он последовал ее доброму приглашению. Сквозь иголки был виден какой-то свет, но малыш не пошел навстречу ему. Он направил все свои силенки на то, чтобы выжить.

Наступило утро, а вместе с ним подоспел и голод. Выбравшись из укрытия и поблагодарив доброе дерево за ночлег, котенок побрел в поисках еды по лесу. Солнце слепило и пугало его, и он старался держаться в стороне от открытых мест. Если ему казалось, что его могли обнаружить, он припадал к земле и прятался. Снег казался колючим, и было тяжело идти, зато льдинки можно было брать в рот и так понемногу пить.

Долго ли, коротко ли шел маленький кот, но еды не находилось. Малыш шатался на тонких ножках и жевал, что попадалось. Он сам стал похож на комочек грязного снега. Бедняга долго ежился на морозе, а потом стал засыпать. Это было даже лучше: он перестал чувствовать голод. Потом и холод немного отступил, потому что из сгустившегося тумана мягкой поступью вышла белая прозрачная мама-кошка и обвернулась вокруг своего ребенка. Мелкий снежок старательно укрывал их от ветра, образуя над ними белый холмик. Как ни старалась зима, кое-кто решил поступить по-другому. Рядом раздался бодрый детский голос. Кто-то весело говорил что-то или даже пел. Чьи-то сильные лапы раскопали снег, и рядом оказалась зубастая морда. Она рычала, но довольно дружелюбно, и явно собиралась выручить мелочь, попавшую в беду.