Аттила

Величавый стиль и несколько помпезный и высокопарный язык – замечательные признаки блистательного девятнадцатого века. Здесь вам не встретятся предостережения типа «содержит нецензурную брань».

Все биографии Аттилы написаны на основе воспоминаний и хроник Приска и Иордана Гота. Приск был очевидцем многих событий, будучи секретарем Константинопольского посольства к властителю гуннов,но и он, как говорится, свечку не держал и ответственен лишь за то, что сам видел и слышал. А Иордан родился через 100 лет после описываемых событий и подлинность его свидетельств не гарантирована, примерно как и в случае описания зарождения династии Меровингов в «Истории франков» Григория Турского.

Каждый биограф, однако, используя одну и ту же канву событий, представляет своего субъективного Аттилу. Так Хаттон, ярый католик, писавший во время Первой Мировой войны, представляет Аттилу язычника как хищника, стоящего на самой низшей ступени развития, а ненавидимые им немцы кайзера Вильгельма, и полторы тысячи лет назад были отбросами общества, волками, смотрящими в лес и пренебрегавшими и топчущими цивилизацию. И не важно, что германские племена были уже христианами. Они были неправильными христианами, исповедуя арианскую ересь. А еретики ещё хуже, чем язычники.

Автор этой биографии Феликс Дан, будучи гордым немцем, кстати, получившим ранение в франко-прусской войне, наоборот представляет германские племена и их вождей и королей в самом лучшем свете, как людей честных и доблестных, верных и храбрых,имеющих и проявляющих сострадание, платящих добром за добро. Он горд своим происхождением и своими предками. Ничто не сравнится с рослыми и сильными войнами с синими северными глазами и длинными белокурыми локонами.

Представитель германского романтизма изменил несколько историю, по крайней мере то, что считается историей по воспоминаниям и хроникам. После смерти благородного Эллака Ардарих грозит гуннам битвой при Недао. По Приску и Иордану, вопреки тому, что пишет автор, Эллак, наследовавший Аттиле, погиб позже в этом сражении, а не был убит в день смерти Аттилы собственным братом, самоотверженно защищая германскую принцессу, в которую был безответно влюблён. Но так намного романтичнее .