Влад Бах

183 подписчика
Отправим уведомление о новых книгах, аудиокнигах, подкастах
Влад Бах – творческий псевдоним, настоящее имя Владислав. Родился и вырос в Ярославле. Студент второго курса кафедры мировая экономика и международный Бизнес С раннего детства увлекаюсь литературой, особенно в жанрах фантастика, ЛитРПГ и постапокалипсис. Вдохновение черпал из произведений Дмитрия Глуховского, Герберта Уэллса и Джорджа Оруэлла, Анджея Сапковского и Говарда Филлипса . Несмотря на любовь к книгам, долго не решался попробовать себя в писательстве. Придумать сюжет и создать план для книги – это моя сильная сторона, но вот сесть и написать текст – задача куда сложнее. Сейчас я нахожусь в самом начале своего творческого пути и делаю первые шаги в писательской карьере. Надеюсь, что смогу поделиться с вами своими мыслями и историями. Прошу не судить строго – я пока еще только учусь.
Текст

Старый мир пал.

Не от взрыва. Не от мятежа. От импульса, который разбудил встроенную в нас программу.

Когда вакцина, обещанная как спасение, обернулась началом конца, — он стал центром силы, изменившей всё.

Аристей не воюет. Не требует. Он — вершина эволюции, к которой никто не стремился.

Теперь человечество должно сделать выбор: покориться и исчезнуть или подняться и отстоять свое право на существование.

Там, где рушатся империи и умирают города, зарождается новая эра.

Эра пустоши.

Эра Аристея.

Цитаты

Эра пустоши. Трилогия

Текст
Средний рейтинг 4,9 на основе 204 оценок

она действовала – год. По истечении этого срока начнется необратимый

Хозяин пустоши

Текст
Средний рейтинг 4,9 на основе 762 оценок

стаю, я делаю шаг вперёд и поднимаюсь внутрь. Стерильная атмосфера салона, холодный

Города гнева

Текст
Средний рейтинг 4,9 на основе 717 оценок

Политика – это ложь в красивой упаковке.

Полигон

Текст
Средний рейтинг 4,8 на основе 916 оценок

Принципы принципами, а умирать не хочется никому.

Контакт с будущим

Текст
Средний рейтинг 4,8 на основе 39 оценок

не рушится, но вот-вот начнёт. Если всё, что у меня есть, – не моё… то чьё оно тогда? И что останется, если я начну возвращать