Юля Артеева

снова начали общаться. Сначала на отвлеченные темы, что-то

Я поворачиваюсь спиной к окну и еще раз стучу мячом об пол. Если промахнусь, можно будет сразу умирать. Я подкидываю мяч, перестаю дышать, весь мир замирает. Замахиваюсь, с силой бью по нему. Мяч стрелой летит над самой сеткой, едва задевает ее и ударяет в центр поля. Другая команда даже не пытается его отбить. На моем лице расцветает самодовольная улыбка

умоляющим тоном зову я. – Ты должен был рассказать хотя

– Гордей, – тихо говорит Павел Викторович. Точно, быть паинькой, совсем забыл.

Я озадаченно хмурюсь, а она улыбается почти торжествующе. Сама берет меня

с утра, но это все ретроградный Меркурий. – Очень интересно, расскажете? Я хмыкаю. Хитрый прием, Громов. Об астрологии Стефаня может говорить часами