Марианна Красовская

захочу. Он и его “друзья” заслужили наказание.

– На приемного, но это роли не играет. Вот так и посмела. Революционерка хренова. Пришла ко мне, призналась. Говорит, больше не может врать. Она в каком-то там братстве справедливости состоит. Говорит, всё осознала и готова понести наказание по всей строгости закона. – И какое это наказание? – убито спросила я. – За покушение на чиновника такого уровня, да еще с ее даром

одежду. Волосы заплела в обычную косу, перевязала шнурком, даже

– Дан, тебя Алекс с Егором ждать будут. И бабушка торт испечет. – Я спать хочу. – Даниэль Янович, – мне пришлось повысить голос, чтобы сын меня услышал. – Я кому сказала

– Так ведь у вас есть сестра.

деревом, изящества и монументальности. Взять хотя бы лестницу на второй этаж (или мансарду?) – чудо, что за лестница!

пальцы и что-то прошептал. Угли засияли алым. – Что ты сейчас сделал? – встрепенулась Женька. Подобного она не видела ни разу

полагала, вцепился, скорее, от некоего волнения, чем от любви

осудит нас за то, что происходит за ее дверями. Я уже не мальчик, Иль. Лазать к тебе в окно было забавно только первый раз. Потом как-то уже неловко и неинтересно. Я прикусила губу. – Столица, Иль. Новые люди, новые впечатления, новые горизонты. И мне нужна поддержка. Мне нужна ты. Я хочу… – Я беременна. Он явно не