Гектор Шульц

По этой проклятой земле всегда будут ходить бесплотные тени тех, кого замучили, искалечили и убили чудовища. Души чудовищ будут вечность гореть в Аду. А души несчастных… Их души полетят к небу. Потому что они заслужили Рай.

помялась она. – Саша придет, принесет мне много сигарет

мутно, и постоянно кто-то лезет в блудняк. Назвали его Окурком неофициально, потому что на

синьке угорит, но и чо потяжелее хапнет

пытаясь и для меня придумать что-нибудь особенное. – Ладно. Если он заканчивает месяц без штрафов, ты шлепнешь Орешка по жопе.

Стерпишь раз, и тебя чморить будут до конца жизни.

Жестко. – Жестко, – согласилась она. – Если ты думаешь, что мне не тяжело и я не переживаю, то ошибаешься. Я давно поняла, что его не изменить. Только вы пытались постоянно, а ему это нравилось. Нравилось быть центром компашки. А когда компашка посыпалась, он первым сломался. Я чувствую, что ты тоже на грани, Миш. Борись, как бы плохо ни было. Не дай жизни и городу сломать себя.

однажды, как к островам пустой корабль причалил. Палуба вся в крови, а в трюме, в ящике с землей, гоэгно спит. Распухший от выпитой крови. – Если ты прав и тут действительно живет гоэгно, то он либо сдох, либо сбежал, – улыбнулся Эйден и вздрогнул, услышав из темноты протяжное