Александр Забусов

числе надежду и славу в почти сгоревшей славянской крепости. Черниговские вои, узрев

вспомнить что-то хорошее, веселое, шальное. «Как весело отметил двадцать третье февраля! Танюшка, где ты теперь

Нас уж мало осталось, в шеренгах по восемь, И героям наскучил солдатский жаргон, И кресты вышивает последняя осень, По истертому золоту наших погон…

отойдя, демонстративно оправился по малой нужде. Засупониваясь, будто невзначай оказался рядом

найтись кому-то, у кого хватит смелости продырявить тебе голову, и ты отправишься на тот свет, как и все прочие смертные

– Нет. – Нормальный человек той дорогой не пойдет. Если шею не сломаешь,

Дана не была плохой или хорошей, она всего лишь молодая женщина, потерявшая своего мужчину. Так иногда бывает, что две семьи сговаривают молодых, и они, выполняя волю старших, обязаны заключить брачные узы. Любишь не любишь – это к делу не относится, главное два рода общей кровью повязать и воспроизвести на свет здоровое потомство. Им повезло, сразу друг другу

мха, камень, вещающий о дорогах и их направлениях – жига. Роман потянул поводья, останавливая разгоряченного коня, огляделся. Вокруг перекрестка и дорог, уходящих с него, простиралась стена густого леса. Андрей завороженно вглядывался в камень, будто сошедший

что семь потов сойдет, семь шкур слезет. – Вам-то это зачем? – За надом! Это прежде всего тебе нужно. Вот так-то! Сегодня у тебя день роздыха, а с завтрева новая жизнь начнется. Иди отдыхай, ночью выспись как следует в последний раз… Да-а! Самое главное сказать забыл: сбежать не пытайся. Не получится. Слово согласия тобой сказано, а мной принято. Сергей кивнул. Он уже понял: встрял, только не понятно во что