Противостояние. Спецслужбы, армия и власть накануне падения Российской империи, 1913–1917 гг.Текст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Предметы и преподаватели

Решающую роль в процессе получения образования играл уровень преподавательского состава и учебные пособия. Изначально на жандармских курсах исключительно читались лекции, которые не только не были сведены в опубликованные сборники, но и не сопровождались никакими пособиями. Все, что было в распоряжении курсантов, – бывшие дела III отделения[83]. В дополнение к лекционному материалу курсанты приобретали необходимые сборники законов. Если с учебниками по русской и всемирной истории, географии или политэкономии все обстояло довольно просто (использовались обычные университетские пособия), то по важнейшим предметам – истории революционного движения, ведению дознания, устройству корпуса жандармов – таких пособий долгое время не было.

В 1880‐х гг. были предприняты две попытки систематизировать историю русского революционного движения. В 1882 г. по поручению директора департамента полиции В.К. фон Плеве чиновником особых поручений при министре внутренних дел графом С. С. Татищевым была издана книга «Социально-революционное движение в России. Судебно-полицейская хроника. 1861–1881»[84]. Достоинством книги являлся биографический указатель упоминаемых революционеров и общественных деятелей. В связи с отставкой Татищева в 1883 г. издание затормозилось и работа была перепоручена чиновнику особых поручений при департаменте полиции князю Н. Н. Голицыну, опубликовавшему в 1887 г. десятую главу своей книги «История социально-революционного движения в России. 1861–1881», посвященную русской революционной эмиграции в Швейцарии.

Несколько лучше обстояло дело с пособиями по розыску и ведению дознания. Еще в 1851 г. в Санкт-Петербурге в типографии III отделения были изданы Правила о порядке производства следствий для руководства по корпусу жандармов. Издание представляло собой извлечение из законов 1842 г., систематизированное в 161 параграф. Позднее оно несколько раз дорабатывалось и было доступно для офицеров, обучавшихся на курсах. С разрешения начальника штаба ОКЖ генерала Н. И. Петрова в 1885 г. (первое издание), а затем в 1888 г. (второе издание, исправленное и дополненное) вышло в свет составленное полковником А. А. Поповым «Руководство для чинов корпуса жандармов при производстве следствий и дознаний». В книгу вошли объемные выдержки из Уложения о наказаниях, сведения о судебной системе и ее компетенции, дознание и уголовное судопроизводство, ведение протоколов с образцами и бланками, положение об усиленной охране, о полицейском надзоре, об административной высылке, железнодорожный устав, многочисленные приложения (определение закона, государственные и сословные учреждения), формы бумаг по жандармским дознаниям и многое другое. По сути, это было первое жандармское издание, использовавшееся как учебное пособие.

Со второй половины 1890‐х гг. уровень жандармской подготовки значительно возрос. В числе первых авторов был глава комиссии по производству предварительного испытания, читавший на курсах лекции по организации корпуса жандармов, генерал-майор В. И. Добряков[85]. С 1891 г., находясь на должности заведующего судной частью штаба ОКЖ, он взялся за систематизацию различных приказов и циркуляров по устройству корпуса. Результатом стал изданный в 1897 г. «Систематический указатель приказов по Военному ведомству, циркуляров Главного штаба, приказов по Отдельному корпусу жандармов и циркуляров штаба сего корпуса, объявленных для сведения руководства в частях и управлениях Отдельного корпуса жандармов по строевой, инспекторской, хозяйственной и военно-судной частям». Указатель охватывал почти все действовавшие приказы и циркуляры, изданные до 1 июля 1896 г., а вышедшее в 1900 г. Дополнение к указателю охватывало также период с 1 июля 1896 г. по 1 января 1900 г.

В 1900 г. выходит новая работа Добрякова – «Систематический свод действующих законоположений и циркулярных распоряжений, относящихся до служебной деятельности чинов Отдельного корпуса жандармов по строевой, инспекторской, хозяйственной и военно-судной частям». Это издание объемом более 450 страниц фактически являлось энциклопедией жандармской службы. В нем освящен широчайший круг вопросов – от состава, назначения и устройства жандармерии до чинопроизводства, перемещений по службе и правил ношения орденов и медалей. Книга содержит как полные тексты, так и краткие выдержки из законов и подзаконных актов, касающихся жандармской службы, и является лучшим пособием по устройству корпуса жандармов. В связи со значительными изменениями в области дознания и розыска, произошедшими во второй половине XIX в., Добряков опубликовал в 1895 г. «Краткий систематический свод действующих законоположений и циркулярных распоряжений, относящихся до обязанностей чинов губернских жандармских управлений по наблюдению за местным населением и по производству дознаний». Этот свод дважды дополнялся автором и переиздавался в 1897 и 1903 гг. В последнем, третьем издании 1903 г. его объем составил более 650 страниц. Несмотря на то что Добряков не читал этого курса лекций, его краткий свод с 1895 по 1908 г. был основным пособием, отражавшим все нормативные акты, касавшиеся производства дознаний.

На курсах при штабе в течение 1900‐х гг. лекции по ведению дознания читал чиновник особых поручений V класса при департаменте полиции коллежский советник С. В. Савицкий. В 1908 г. он опубликовал «Систематический сборник циркуляров департамента полиции и штаба Отдельного корпуса жандармов, относящихся к обязанностям чинов корпуса по производству дознаний». В сборник были включены все действующие циркуляры, приказы и некоторые законоположения, вошедшие в программу курсов для занятий по производству дознания в порядке статьи 1035 Устава уголовного судопроизводства и переписок в порядке Положения об охране.

По политическому розыску пособий как таковых не было. В течение многих лет этот курс читал А. И. Спиридович, преподававший также историю революционного движения. Его лекции по политическому розыску, названные «Курс полковника Спиридовича», были не раз отпечатаны кустарным способом и распространялись среди офицеров, обучавшихся на курсах. Свою первую лекцию он начинал так: «Во всяком государстве имеются люди, недовольные существующим политическим строем и стремящиеся к изменению такового. Изменение государственного строя может быть произведено двояким способом: 1) путем постепенных реформ, проведенных через законодательные учреждения страны, и 2) путем насильственным – революционным. В каждом государстве считается необходимым всеми мерами бороться со сторонниками насильственного изменения существующего строя. В России эта борьба возложена на чинов Отдельного корпуса жандармов, которые осуществляют эту борьбу чрез „политический розыск“. Сущность политического розыска заключается в знании всего того, что делают, кто делает и как делают революционное дело, а также что революционеры предполагают в будущем»[86].

Спиридович четко разделяет общественное и революционное движения, объявляя последнее главным врагом государства и полиции. Вообще жандармов после Манифеста 1905 г. не готовили к борьбе с легальной политической оппозицией. Причина этого таилась значительно глубже простого следования букве Основных законов империи. Она заключалась в духе самого законного строя, в понимании гражданского общества и связанной с ним политической борьбы как естественного явления общественной жизни. Вот, например, что в своем курсе лекций по государственному праву говорил сотрудник особого отдела жандармский полковник В. А. Беклемишев: «Человек по своей природе есть существо общественное… ибо только живя в обществе, человек может развиться до такой степени, что удостоится названия Человека, то есть существа разумного и свободного»[87]. В основе государства лежит, по мнению лектора, не нация и не класс, а гражданское общество, включающее в себя все существующие племена, роды и семьи. Понятия «гражданское общество» и «государство» объединены надклассовой, внесословной и наднациональной природой. В виде вывода приводится формулировка понятия государства – «оно есть союз свободных людей, соединенных семейственными, родовыми и гражданско-общественными узами, живущих на определенном пространстве земли под управлением верховной власти»[88]. Соответственно закон есть правило, по которому функционирует гражданское общество и государство. Интересно, что это преподавалось в самом охранительном учреждении самодержавного государства.

 

В тексте лекции имеется еще одно очень важное замечание, которое наставляет жандармов, каким должно быть их отношение к ведению следствия: «Во всяком случае дела должны быть решаемы на основании закона; если же какие-нибудь обстоятельства в законе не предусмотрены и не указаны, то тогда должно испрашивать разрешения высшего начальства только судом»[89]. Этот императив очень важен и объясняет известную корректность жандармов и педантичное соблюдение ими законодательства.

Возвращаясь к курсу Спиридовича, отметим, что он не только ввел общий понятийный аппарат, но и старался внушить и привить те деловые и личностные качества идеального жандарма, которые помогли бы максимально эффективно и с достоинством выполнять свою работу. По мнению Спиридовича, этими качествами являются: «1) моральное превосходство над врагами по убеждениям и по сознанию чувства долга, 2) образованность, 3) превосходство в знании деятельности революционных организаций, 4) служебная осторожность, или, как принято выражаться на революционном жаргоне, „конспирация“, 5) спокойное отношение к делам розыска и вообще ко всем сведениям, поступающим в распоряжение заведующего розыском»[90].

Мы видим, что на первое место среди необходимых для жандарма личных и служебных качеств полковник Спиридович ставит не глубокие познания и конспирацию, о которых он самым подробным образом говорит в своем курсе лекций, а именно моральное убеждение в борьбе с революцией. Основа его зиждилась на двух явлениях: с одной стороны, на этическом неприятии террора и революции, на преданности престолу, а с другой стороны, на уважении к верховенству закона. Первым необходимым условием, которое следует соблюдать при ведении политического розыска, автор лекций называет «полную закономерность всех поступков и нравственную чистоту всех предприятий лица, ведущего политический розыск»[91]. В этом нравственный императив лекций Спиридовича совпадает с нравственным императивом Беклемишева.

Хочется отметить, что идейность борьбы многих жандармских офицеров существовала не только на словах – она была неотъемлемой частью повседневной профессиональной деятельности. Ярким свидетельством этого является значительное число жандармов, принявших участие в Гражданской войне на стороне белого движения. В качестве примера можно привести жандармского генерал-майора Е. К. Климовича, назначенного начальником Особого отдела штаба Русской армии генерала П. Н. Врангеля и помощником начальника гражданского управления Крыма. В руках Климовича была сосредоточена Государственная стража белых. Ему в рекордные сроки удалось полностью дезорганизовать работу большевиков в Крыму, предотвратить попытку противника устроить забастовки портовых рабочих и сорвать эвакуацию Русской армии в ноябре 1920 г. Было ликвидировано около 200 большевицких агентов[92]. Генерал Врангель блестяще аттестовал своего начальника полиции: «Руководимая опытной рукой генерала Климовича работа нашей контрразведки в корне пресекла попытки противника. Неприятельские агенты неизменно попадали в наши руки, предавались военно-полевому суду и решительно карались»[93]. Помощником Климовича по руководству контрразведкой был генерал-майор корпуса жандармов Л. А. Бардин.

Бывший начальник штаба ОКЖ генерал-майор В. П. Никольский являлся военным министром (исполняющим должность начальника военного управления) в правительстве Юга России. В контрразведке белых на Черноморском флоте служил бывший начальник Московского охранного отделения полковник А. П. Мартынов[94]. В Вооруженных силах Юга России (ВСЮР) служил и бывший помощник начальника Владимирского ГЖУ подполковник А. Т. Будницкий[95]. В Добровольческой армии в составе Корниловского ударного полка воевал бывший начальник Тифлисского жандармского управления Закавказской железной дороги А. И. Зозулевский[96]. Во ВСЮР в Особом отделе штаба Астраханского казачьего войска служил ротмистр Н. С. Мартос. Среди жандармских офицеров в Белом движении можно отметить генерал-майора Д. А. Правикова, братьев ротмистров Г. В. и М. В. Плотто, поручика В. В. Шлихтинга, братьев подполковников Е. О. и В. О. Щербовичей-Вечор и многих других. Прививавшаяся на курсах преданность и идейность борьбы с революцией сыграли свою роль в продолжении этой борьбы и после свержения самодержавия.

Говоря о преподавательской деятельности Спиридовича, следует отметить, что наибольшую ценность представляют его работы по истории революционных партий в России. К моменту написания этих исследований уже были составлены общие работы по истории революционного движения Ф. С. Рожанова и политических партий – Е. К. Климовича, однако ни одной работы, целиком посвященной какой-либо крупной русской революционной партии, не существовало. По личной инициативе Спиридович взялся за написание подробной истории партии социалистов-революционеров и истории РСДРП. Свое намерение он объяснял следующим образом: «Чтение лекций на жандармских курсах по истории революционного движения показало мне, сколь велика жажда у поступающих на курсы жандармов – офицеров к познанию тех элементов, на борьбу с которыми они себя обрекают. Своя же личная служба в корпусе, особенно в первые годы, показала мне, сколь беспомощны офицеры в отношении изучения революционного движения по причине отсутствия соответствующих пособий. Указанные обстоятельства побудили меня начать составлять очерки о деятельности главнейших революционных партий под общим заглавием „Революционное движение в России“, выпуск 1-й – „РСДРП“, выпуск 2-й – „Партия социалистов-революционеров и ее предшественники“»[97].

Эти две книги Спиридовича сразу же после публикации стали рассылаться для ознакомления в жандармские управления и были приняты как основные учебники по истории эсеров и РСДРП на жандармских офицерских курсах. Книги получили высокую оценку в департаменте полиции и расходились по ведомству огромными тиражами[98]. Вопрос о переподготовке старых жандармских кадров стоял весьма остро, и рассылка книг Спиридовича и других авторов (Климовича, Рожанова) стала своеобразной мерой повышения квалификации жандармских кадров. Обе книги претендуют на роль исследовательских работ, лучших для своего времени. Так, в 1945 г. большевик В. Д. Бонч-Бруевич в своей научной деятельности активно пользовался ими, отмечая высокую достоверность и реалистичное описание истории[99].

Об издании, посвященном эсерам, Бонч-Бруевич пишет: «Это интересно и документально написанная книга… Автор, очевидно, широко пользовался данными архива департамента полиции, почему ему и удалось дать обширные систематические сведения по истории партии социалистов-революционеров»[100]. Это достаточно высокая оценка, говорящая об уровне книги, так как Спиридович как раз не пользовался архивным материалом, основываясь лишь на официальных документах партии эсеров и публикациях в эсеровской прессе.

Книга, посвященная РСДРП, была опубликована в типографии штаба Отдельного корпуса жандармов в 1914 г.[101] Она была разделена на 11 глав. В конце каждой главы Спиридович делал основные выводы. Книга заканчивалась историей школы на Капри и положением партийных дел в России в конце 1910 г. В завершение книги автор не прогнозировал дальнейшего развития социал-демократии. В последней, XI главе он ненавязчиво проводил идею глубокого кризиса, стагнации РСДРП, отмечая потерю прежнего влияния партии на пролетариат и плохую организацию работы на местах. При этом Спиридович обратил внимание на апатию меньшевиков (цитируются слова Мартова о кризисе в работе к концу 1910 г.) и неутомимость большевиков: «Но представители большевизма не смущались таким положением дел; летние рабочие забастовки, а также оживление, охватившее в ноябре месяце оппозиционные круги общества, благодаря смерти Льва Толстого, были использованы ими как показатели поднимавшегося в общественных кругах брожения, чем они и не замедлили воспользоваться»[102]. Сама работа представляет собой хронологическое изложение фактов истории социал-демократии с минимальным их осмыслением. Цель ее состоит в информировании будущих жандармов, а не в субъективном исследовании. Интересно, что большинство выводов не противоречат современной российской историографии.

 

Примерно шестую часть книги занимают приложения, среди которых Манифест РСДРП, Программа 1909 г., Организационный устав РСДРП, принятый на Лондонском съезде 1909 г., Устав ЦК РСДРП 1910 г., Устав украинского социал-демократического союза «Спилка» 1904 г., Условия слияния Социал-демократии Польши и Литвы с РСДРП, Проект условий объединения СД Латышского края с РСДРП, Проект условий объединения Бунда с РСДРП и др. Книга изобилуют цитатами из речей партийных лидеров, прессы, агитационных материалов.

В 1916 г., после полуторагодовой работы, Спиридович публикует книгу, посвященную эсерам[103]. Она более чем в два раза объемнее выпуска об эсдеках: вместо 250 содержит 579 страниц, 80 из которых отведено под приложения. Книга состоит из 20 глав. Хронологический охват работы также больше: с разгрома народовольцев в начале 1880‐х гг. до положения партии перед войной в 1914 г. Книга является не только учебником по истории ПСР, но и по всему русскому революционному движению эсеро-народовольческой направленности. Фактический материал гораздо богаче, чем в издании, посвященном РСДРП. Имеются даже таблицы приходов и расходов финансовых средств партии за 1906 г., итоги денежных отчетов за 1907 г.[104]Рассматриваются не только общие тенденции развития движения, но и биографии отдельных персоналий – Брешко-Брешковской, Гершуни, Бурцева и проч.

Акцент в книге ставится на партийный террор и борьбу с ним политического сыска. Это представляет определенный интерес, так как в работе, посвященной РСДРП, Спиридович не освещает этого аспекта в принципе. Описываются действия правительства, аресты и ликвидации, но без подробностей, которые жандармы вполне могли почерпнуть из курса политического розыска. Значительно меньше внимания уделяется партийной жизни эсеров. Не только представлены сухие факты и их взаимосвязь, но и даются многочисленные оценки. Автор даже берется прогнозировать.

Главный вывод работы Спиридович формулирует следующим образом: «К началу 1914 г. партийных организаций в России, в строгом смысле слова, не было. Были лишь разбросанные по разным городам социалисты-революционеры, мечтавшие о таких организациях и о партийной работе. За границей же оставалась эмиграция, разделенная на фракции, существовал Центральный комитет с его комиссиями и литературные органы. Была программа партии, устав и руководящие резолюции. Иными словами, сохранились партийные кадры, готовые начать, когда понадобится, революционную деятельность по выработанному, вполне определенному плану. Крестьянство, пролетариат и военная среда – вот куда направят свои усилия партийные работники, стараясь привлечь их на свою сторону для борьбы с правительством. Террор, и особенно центральный, – вот главное средство борьбы, к которому обратится партия социалистов-революционеров, лишь только наступит время, благоприятное для ее работы»[105].

Кроме книг Спиридовича в начале XX в. было выпущено и одобрено для обучения на жандармских курсах еще три учебника. Первой вышла книга Е. К. Климовича (в 1907 г.). В секретном письме московскому градоначальнику А. А. Рейнботу от 2 сентября 1907 г. П. А. Столыпин писал: «Брошюра полковника Климовича „Краткая таблица важнейших современных политических партий в России“ содержит в себе некоторые существенные недочеты и пробелы: 1) пропущены две известные консервативные партии: а) Русское собрание и б) польская партия реальной политики (угодовцы), 2) изложение программ, тактики и организации партий сделано не с достаточной полнотой, рельефностью и не всегда объективностью и 3) в тексте встречаются чисто редакционные недосмотры, например: а) в сопоставлении крайних реакционеров и неограниченного самодержавия, б) выражение «правительственный террор» по отношению к действиям социалистов-революционеров»[106].

Специалисты политического сыска из департамента полиции, отметив некоторые недоработки, тем не менее дали «Краткой таблице…» гораздо более высокую оценку. Сотрудник особого отдела ДП (с 1910 г. – руководитель отдела) полковник А. М. Еремин в своем анализе брошюры писал: «Почин в этом деле никак нельзя не приветствовать, так как до сих пор не только чины полиции, но и корпуса жандармов не имели никакого пособия, объединяющего учения всех наиболее распространенных революционных партий, и весьма часто не только жандармские управления, но даже и департамент полиции не находил у себя программы или устава той или иной революционной организации… Необходимость такого издания давно уже назрела»[107]. Указывая на несоответствие брошюры Климовича идеалу, Еремин все же настаивал на необходимости внедрения ее в жандармское образование. «Краткая таблица…» была рекомендована как пособие для изучения истории революционного движения.

Работа над новым пособием была поручена в июне 1912 г. сотруднику Особого отдела ДП МВД подполковнику Рожанову. 7 ноября 1912 г. он был направлен директором С. П. Белецким на чтение лекций по истории революционного движения на курсах штаба корпуса[108]. В короткий срок подполковник Рожанов написал и опубликовал в типографии штаба «Записки по истории революционного движения в России». Работу над книгой описывает историк М. В. Сидорова. Основным источником был архив департамента полиции: дела III отделения СЕИВК и департамента полиции до 1904 г., справки о произведенных в империи дознаниях в 1906–1910 гг., справки о переписках об охране в 1906–1908 гг. В целом подполковником Рожановым было изучено 12 823 дела, из которых использовано при написании книги только 162. Просмотренные дела он сгруппировал по 29 отделам: масоны, тайные общества и сборища, польский мятеж, прокламации, сборища в университетах и т. п., изучая при этом по 80 дел в день[109].

В итоге текст «Записок…» был завершен описанием состояния революционного движения в 1913 г. и опубликован в январе 1914 г. в жандармской типографии тиражом 1000 экземпляров. При общей численности корпуса 962 офицера и 38 классных чинов[110] (то есть в сумме как раз 1000 человек) этот тираж следует признать огромным. Охватывалась вся целевая аудитория. Больший тираж был только у работ Спиридовича (первый выпуск, посвященный РСДРП, был опубликован тиражом 1800 экземпляров, а второй, посвященный эсерам и их предшественникам, – тиражом 2600 экземпляров)[111]. Книга Рожанова была одобрена в качестве пособия для изучения истории революционного движения для поступающих в корпус жандармов офицеров. В «Записках…» особое внимание уделялось партиям и организациям, действующим в России и за границей, – не только истории их возникновения, но и внутреннему устройству, методам политической, в том числе и революционной, борьбы. Книга Рожанова стала основным пособием по истории революционного движения на жандармских курсах. Приказом командира корпуса жандармов генерала Джунковского она была признана полезной для всех офицеров ОКЖ, и каждому управлению было велено иметь по одному экземпляру в своей библиотеке[112]. Одним из наиболее важных предметов жандармской подготовки была криминалистика. Название это весьма условное, так как в указанный период оно не было в употреблении и используется нами в качестве общего термина для четырех предметов – антропометрии, дактилоскопии, шифровального дела и судебно-полицейской фотографии. Первые три преподавались на жандармских курсах в качестве отдельных дисциплин[113], а четвертый – в рамках курса политического розыска. Отдельных экзаменов по этим предметам не было, однако их основы спрашивались на экзамене по розыску. Преподавание антропометрии и дактилоскопии было поручено крупнейшему в России и одному из видных мировых специалистов по криминалистике – коллежскому советнику В. И. Лебедеву[114]. 12 марта 1908 г. директор департамента полиции М. И. Трусевич издал приказ о создании уголовно-сыскной части, которая стала именоваться восьмым делопроизводством. Новое делопроизводство занималось руководством и организацией сыскного дела на местах, составлением инструкций и правил по сыскной части, заведовало школой инструкторов, фотографией ДП, а также связью с иностранными полициями по вопросам уголовного характера[115]. Первым и единственным главой (с 1 мая 1908 до марта 1917 г.) делопроизводства был Лебедев, организовавший при своем ведомстве музей департамента полиции, по сути, центральный криминалистический музей России. Главной целью создания музея стало составление всевозможных коллекций для изучения и улучшения постановки сыска – по антропометрии (таблицы глаз, форм уха, форм носа и черепа), дактилоскопии, судебно-полицейской фотографии, все необходимое оборудование для регистрации преступников. При музее был создан специальный класс для подготовки офицеров.

Лебедев был одним из первых в России, кто увидел в системе Бертильона будущее криминалистики и вообще всей политической и уголовной полиции. В одной из своих книг он писал: «Я имел возможность ознакомиться [с методами криминалистики] в 1897 г. в Париже благодаря любезному мне содействию и личным указаниям самого Бертильона»[116]. Будучи главой Московской сыскной полиции, он считал необходимым повсеместное изучение и внедрение этого предмета, в частности в Отдельном корпусе жандармов. В 1903 г. он издал свою книгу «Справочный указатель для чинов полиции. Фотографии профессиональных преступников по категориям с очерком антропометрии и приложением краткого воровского словаря». В этой работе Лебедев писал: «Антропометрия Бертильона имеет двоякую цель: во‐первых, регистрацию преступников для отождествления их впоследствии и открытия преступного прошлого и, во‐вторых, помощь полицейской и следственной власти в распознании и отыскании преступников и вообще в соображениях и действиях по розыску»[117].

Вскоре после выхода книги Лебедеву поручили читать лекции по антропометрии и дактилоскопии на жандармских курсах, а в 1909 г. в Санкт-Петербурге в типографии МВД он выпустил свой главный труд – трехтомное «Искусство раскрытия преступлений». Первый том назывался «Дактилоскопия (пальцепечатание). Регистрация и установка личности преступников при помощи оттисков кожных линий пальцев рук. Дактилоскопический метод в расследовании преступлений», два следующих соответственно «Антропометрия» и «Судебно-полицейская фотография». Пособие это было составлено непосредственно для преподавания на открытых в 1908 г. при департаменте полиции по приказу Столыпина курсах уголовного сыска для начальников только что учрежденных 89 сыскных отделений. Однако оно было пригодно и для жандармов.

В 1903–1914 гг. В. И. Лебедев опубликовал 13 книг по фотографии, антропометрии, дактилоскопии, применению собак на жандармско-полицейской службе (он являлся одним из инициаторов направления и виднейшим полицейским собаководом в России) и прочим проблемам, связанным с теорией и практикой сыскной работы в империи. Одной из главных целей своей жизни он видел создание всемирной базы фотографий и антропометрических данных на преступников, чтобы можно было, делая запрос, в течение нескольких суток установить личность тех или иных эмигрировавших за рубеж преступников, арестовать их силами местной полиции и передать в руки русского правосудия. По сути, речь шла о создании Интерпола.

Перед Первой мировой войной эта мечта Лебедева начала сбываться. С 14 по 19 апреля 1914 г. в Монте-Карло под покровительством князя Монако Альберта I прошел Первый международный конгресс судебной полиции. В конгрессе приняли участие представители полиции и прокуратуры более чем из 23 стран – России, Франции, Германии, Австро-Венгрии, Нидерландов, Бельгии, Люксембурга, Испании, Италии, Монако, Дании, Швейцарии, Сербии, Болгарии, Румынии, Турции, Португалии, Персии, Египта, Сальвадора, Бразилии, Гватемалы, Мексики и др. Не было только делегатов от Великобритании и США. Председателем выступил Фердинанд Ларнод, декан факультета права Парижского университета[118]. Одним из почетных сопредседателей конгресса был делегированный на конгресс от российского МВД Василий Иванович Лебедев. Вместе с Мари-Франсуа Гороном, бывшим шефом парижской полиции, и доктором Рейссом, директором Института криминалистики при Лозаннском университете, он руководил работой первой секции, где рассматривались вопросы, касавшиеся организации полиции (Questions de Police)[119].

Резолюции второй секции, которая была непосредственно посвящена антропометрии и в работе которой также принимал участие Лебедев, были весьма определенными: «Ввиду создания Международного бюро идентификации, Конгресс выражает пожелание, чтобы правительство княжества Монако выступило с инициативой и обратилось к правительствам стран мира с предложением сформировать состоящую из специалистов международную комиссию, в обязанности которой вошло бы проведение подготовительной работы по созданию в Париже, при условии согласия французского правительства, международной картотеки особых примет, системы классифицирования соответствующих карточек»[120].

Другим видным криминалистом, читавшим лекции и проводившим практические занятия на жандармских курсах, был сотрудник Особого отдела статский советник И. А. Зыбин. Ему было поручено ознакомить с шифровальным делом готовившихся к поступлению в корпус офицеров[121].

83Мартынов А. П. Указ. соч. С. 57.
84Сидорова М. В. Историки с Фонтанки, 16 // Отечественные архивы. 1993. № 4. С. 42.
85ГА РФ. Ф. 110. Оп. 2. Д. 15989. Л. 27.
86ГА РФ. Ф. 102. Оп. 261. Д. 220. Л. 2.
87Там же. Ф. 110. Оп. 2. Д. 19859. Л. 110.
88ГА РФ. Л. 110об.
89Там же. Л. 113–113об.
90Там же. Ф. 102. Оп. 261. Д. 220. Л. 2об.
91Там же.
92Александров К. М. Уходили мы из Крыма среди дыма и огня… // Новое время. 2005. № 47. С. 31–35.
93Врангель П. Н. Записки. Ноябрь 1916 г. – ноябрь 1920 г. Т. 2. Минск, 2003. С. 338.
94Перегудова З.И. «Охранка» глазами охранников // «Охранка». Воспоминания руководителей охранных отделений. Т. 1. М., 2004. С. 21.
95Список общего состава чинов Отдельного корпуса жандармов, исправлен по 10 октября 1916 года. Пг., 1916. Волков С. В. Офицеры армейской кавалерии. Опыт мартиролога. М., 2004. С. 97.
96Волков С. В. Офицеры армейской кавалерии. Опыт мартиролога. М., 2004. С. 216–217.
97ГА РФ. Ф. 102. ОО 1912. Д. 159. Пр. 1. Л. 8.
98Перегудова З. И. Политический сыск России (1880–1917 гг.). М., 2000. С. 348.
99НИОР РГБ Ф. 369. Картон 71. Д. 31. Лл. 1–23.
100Там же. Д. 30. Л. 11.
101Спиридович А. И. Революционное движение в России. Вып. 1-й. Российская социал-демократическая рабочая партия. СПб., 1914.
102Там же. С. 209–210.
103Спиридович А. И. Революционное движение в России. Вып. 2-й. Партия социалистов-революционеров и ее предшественники. Пг., 1916.
104Спиридович А. И. Революционное движение в России. С. 389–401.
105Там же. С. 495.
106ГА РФ. Ф. 102. Оп. ОО. 1909. Д. 85. Л. 35.
107ГА РФ. Ф. 102. Оп. ОО. 1909. Д. 85. Л. 36.
108Там же. Оп. ОО. 1912. Д. 309. Лл. 57–57об.
109Сидорова М. В. Указ. соч. С. 44–45; ГА РФ. Ф. 102. Оп. 300. Д. 274, 275.
110Список общего состава чинов Отдельного корпуса жандармов, исправлен по 10 октября 1914 года. Ч. 1, 2. Пг., 1914.
111ГА РФ. Ф. 102. Оп. ОО. 1912. Д. 159. Пр. 1. Лл. 7–8.
112Там же. Д. 159. Л. 31об.
113Инструкция 1909 г. § 6, 7.
114ГА РФ. Ф. 102. Оп. ОО. 1906. Д. 46. Л. 17об.–18; Оп. ОО. 1908. Д. 46. Л. 52; Оп. ОО. 1912. Д. 309. Л. 36–36об.
115Там же. Оп. 300. Д. 21. Л. 50.
116Справочный указатель для чинов полиции. Фотографии профессиональных преступников по категориям с очерком антропометрии и приложением краткого воровского словаря. М., 1903. С. 40.
117Там же. С. 4–7.
118ОР РНБ Ф. 403. Оп. 1. Д. 111. Лл. 4–5.
119Там же. Лл. 6–6об.
120Там же. Л. 20.
121ГА РФ. Ф. 102. Оп. ОО. 1908. Д. 46. Л. 52; Оп. ОО. 1912. Д. 309. Л. 36–36об., 91–91об.
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»