3 книги в месяц за 299 

Хроники «Сиа»Текст

iOSAndroidWindows Phone
Куда отправить ссылку на приложение?
Не закрывайте это окно, пока не введёте код в мобильном устройстве
ПовторитьСсылка отправлена
Отметить прочитанной
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Межгалактический Научный Центр «Сиа»

4043 год,17 мая, 16:03

Дверь отъехала в сторону, Нина вошла и сразу прикрыла глаза рукой. Тартаева сидела за столом, к ней спиной. Стол стоял напротив большого, почти во всю стену, окна, через которое в маленькую, пустую комнату проникал целый океан солнечного света. Тартаева не обернулась, ее темный силуэт даже не вздрогнул, когда дверь закрылась и из динамика под потолком раздался хриплый голос дежурного медбрата: «У Вас пять минут, товарищ Островская!»

– Здравствуйте, Таня. – Нине почему-то казалось, что надо говорить как можно тише.

– Здравствовать… – голос Тани изменился, стал намного ниже того голоса, который слышала Нина на слушании. – Попробую…

Нина начала обходить стол, всматриваясь в заключенную. Она вся застыла в неподвижной позе: напряженная, ровная спина; обе руки лежали на столе, параллельно друг другу и были тоже напряжены, но кисти не сжаты в кулак, глаза не мигая смотрели на ослепительное солнце. Почти ничего не выдавало того, что над ней произвели Эксперимент, кроме еле заметного зеленоватого оттенка кожи и маленького красного бугорка на шее – как после укуса насекомого – следа от инъекции. На голове у Тани был белый платок, из-под которого торчали русые, неаккуратно подстриженные волосы. Одета она была в темно-синий комбинезон, слева на груди была вшита карточка с медицинскими данными.

– Ожидали увидеть чудовище с щупальцами?

– Не скрою, несмотря на опыт работы на различных инопланетных биостанциях, я не лишена предрассудков по поводу Эксперимента…

Нина прислонилась спиной к окну, сложила руки на груди и, наконец, представилась.

– Я – Нина Островская. Военный Бортмеханик. Мы с вами будем вместе работать в проекте «Рассвет».

– Очень приятно, – Таня сделала попытку улыбнуться – Кажется, я что-то о вас слышала… Правда… что-то с памятью…

– Не важно, что вы могли слышать обо мне. Я не составляю мнения о людях по слухам и по чужим мнениям, а только по их поступкам, – Нина не сводила глаз с Тани, наблюдая за ее реакциями на каждое ее слово.

– Что Вы хотите этим сказать? – реакций было немного, вернее сказать, кроме неудачной попытки улыбнуться, их вообще не было. Лицо было неподвижным, неестественным, каменным, как у статуи. Звуки исходили из слегка приоткрытого рта, сухие губы почти не двигались.

– Я была на слушании…

Таня сделала глубокий вдох.

– Позор. Мне стыдно, Нина. Не стоило… нам же вместе работать… Как же я смогу вам в глаза смотреть? Все осуждают, все так смотрят… такими глазами… Вот и у вас, наверное, такие глаза… правда я не вижу… почти вашего лица… вы спиной к свету… Подойдите, я хочу увидеть…

Нина на миг замерла, уставившись на свою тень, частично лежавшую на столе, частично на полу и пересекающую всю комнату. Затем повернулась так, чтобы как можно меньше ее лица оставалось в тени, и спокойно посмотрела на Таню.

– Хотя правильно. Вы правильно все сделали… Вы же должны знать, чего ожидать от такого существа, как я.

– Какого существа? Таня, за вас никто не решит, кем вам быть и ничто не помешает быть человеком…

Несколько хрипящих и стонущих звуков вырвалось у Тани. Нина вздрогнула. Заключенная стала медленно поднимать правую руку.

– Как ничто не помешало вам оставаться им на Суорсе в совершенно немыслимых условиях, – продолжила Нина.

Таня стянула с головы платок. Вместе с платком с головы на плечи и на стол упали пряди ее совсем недавно длинных и красивых, а теперь – безобразных, волос. Рука ее замерла. Взгляд медленно опустился вниз. И тут совсем неожиданно и резко Таня подскочила, издав дикий вопль, и бросилась в угол комнаты. Головой она уперлась в стену, тело ее судорожно трясло.

– Аааааа…гыхн..нггхааааааа….

Нина хотела подбежать к ней, но в комнату влетел медбрат, оттолкнул Нину и быстрым точным движением сделал инъекцию. Таня схватилась за шею и медленно съехала по стенке на пол.

– Я думаю, вам следует уйти, – судя по тону, медбрат не предполагал, а приказывал.

Таня подняла глаза.

– Зачем вы пришли ко мне, Нина? Зачем?

– Сказать только одно… на вашем месте, я поступила бы точно так же.

4043 год,17 мая, 21:17

– Я хочу видеть тебя, – голос Краснова звучал приглушенно, на заднем фоне слышался лязг, треск, крик, электронные монотонные голоса андроидов. Это фраза означала одно, сегодня он будет работать как проклятый, чтобы не сбиться с графика, но закончить раньше и, минуя все кордоны, проберется туда, куда нельзя, например, к Нине в лабораторию, сядет в углу на пластиковый стул и до позднего вечера будет смотреть, как Нина производит отладку приборов. Именно смотреть, не говоря ни слова, не помогая и не мешая, потому что он хочет «видеть ее» и все тут. И даже если Нина заговорит с ним, не факт, что он ответит – ведь он сказал «хочу видеть тебя», а не «говорить с тобой».

– Понятно, – Нина вздохнула. Она прислушалась к своим ощущениям и поняла, что уже почти привыкла. Прошло то самодовольное чувство, когда она, не стыдясь, хвасталась сама себе: «Сам Краснов… Эдуард. Величайший человек, настолько великий, что о его подвигах не знает человечество, а только верхушка да электронные файлы с пометкой «СИ_0». Краснов, о котором ходит только множество слухов и неоткуда узнать достоверную информацию… Именно он обратил на нее внимание…»

Да. Он ходил к ней. Смотрел. Говорил. О разных чудных вещах и нелепостях. Например, как в детстве, которое прошло у него в интернате на Пантоне, играя в одну игру с закрытыми глазами, он наступил на какого-то жучка… А потом понял, как это важно – жить с открытыми глазами. Бывало заставлял Нину слушать его всю ночь, несмотря на то что на следующее утро запланирован был вылет. «Я все время говорю важные и серьезные вещи, мне некому сказать другое». И Нина слушала, отмечая, как тает внутри нее эйфория, как стирается ореол величия с его образа в ее сознании, как потихоньку она подкрадывается к эмоциональному тупику.

Это ни к чему не вело, и ни к чему не могло привести. Потому что нельзя. Потому что служба превыше всего. Нине как раз больше нравилось говорить с ним, как с капитаном, серьезным, ответственным и сильным. Даже простые отчеты о состоянии оборудования, систем жизнеобеспечения корабля и тому подобное, которые она раз в сутки во время рейса в устной форме докладывала ему, ей были приятней, чем вечерние исповеди чудака Краснова. Наверное, потому что он ее слушал во время отчетов, серьезно и внимательно, и темные глаза его смотрели ей в глаза, а не блуждали где-то в своем измерении, как скорей всего будет сегодня…

Нина заметила, что уже некоторое довольно длительное время они молчат на связи.

– Ты еще тут?

– Да. Я пошел работать. Отбой.

И так уже больше года…

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»