«Катынское дело». Проверка на русофобиюТекст

Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

1943 год. Германия обвиняет СССР

13 апреля 1943 года все средства немецкой массовой информации распространили заявление Геббельса о том, что под Смоленском, недалеко от Катыни, были обнаружены захоронения польских офицеров, польских солдат. Геббельс заявил, что все они были уничтожены НКВД СССР, подчеркиваю, в мае 1940 года. На эту дату необходимо обратить внимание.

С мая 40 года была полнейшая тишина, и никто не поднимал этот вопрос. Хотя польская разведка достаточно интенсивно работала по всей европейской территории Советского Союза, как и немецкая разведка. Знали про все достаточно досконально. И вдруг только в 43-м возникает Катынь. Почему? Да потому, что у немцев обстоятельства на фронтах складывались не в их пользу. Потому, что мы уже в 43-м с союзниками обсуждали возможность открытия Второго фронта. Немцы были побиты под Москвой. У них намечалась катастрофа под Сталинградом – немецкие солдаты, представители Италии, Румынии стали массово сдаваться советским войскам.

Дабы предупредить, не допустить создания прочной антигитлеровской коалиции, тем более открытия Второго фронта, Геббельс прибег к такой величайшей в мире фальсификации. Он всегда утверждал: врите по-крупному, и чем крупнее будет ваша ложь, тем быстрее в нее поверят.

Начиная с этого момента средства массовой информации раскручивали Катынскую проблему. Надо отметить, что польское правительство в изгнании буквально на второй день признало геббельсовскую версию о расстреле польских солдат вполне достоверной и сделало свое заявление. А 16 апреля, фактически через два дня, поляки, представители Польского Красного Креста, были уже в Катыни. Посмотрите, как все быстро, синхронно сработали! Поляки даже не удосужились заглянуть в документы, удостовериться, так ли это. Через две недели Геббельс запишет в своем дневнике, что Катынское дело развивается для немцев счастливо. Но пройдет месяц, и Геббельс вынужден будет отметить в дневнике, после того как ему доложат, что в захоронениях польских солдат найдены немецкие гильзы, в трупах – немецкие пули, выпущенные из немецкого оружия, что видимо, надо будет объяснять, почему немецкими пулями убиты эти самые поляки. Он так и говорил, что надо будет объяснять или отказаться от этой затеи, тем более, что Советы скоро освободят Смоленск. Вот с этого момента стала обсуждаема Катынская трагедия.

* * *

Что там происходило на самом деле и как проходила международная экспедиция, к счастью, есть свидетельства. Одно из них, подробное и наиболее авторитетное, было перепечатано 12 марта 1952 года «Правдой» из чехословацкой газеты «Лидове демокрацие». Автор публикации Ф. Гаек не стерпел лжи, которая и в 50-е годы распространялась в мировой прессе по поводу Катынской трагедии, и как участник тех событий по собственной инициативе рассказал правду. Привожу для ознакомления эту статью.

«ЗАЯВЛЕНИЕ ЧЕХОСЛОВАЦКОГО ПРОФЕССОРА

СУДЕБНОЙ МЕДИЦИНЫ Ф. ГАЕКА ПО ПОВОДУ ТАК НАЗЫВАЕМОГО

«КАТЫНСКОГО ДЕЛА»

Под заголовком «Чехословацкий ученый опровергает американские провокационные измышления» газета «Лидове демокрацие» напечатала вчера заявление профессора судебной медицины Карлова университета в Праге Франтишека Гаека, основывающегося на личных наблюдениях в качестве свидетеля и на непосредственных наблюдениях, и на непосредственных доказательствах, полученных весной 1943 года на месте преступления гитлеровцев в Катынском лесу.

Будучи представителем судебной медицины, говорится в заявлении, считаю своей обязанностью высказать свое мнение по поводу возобновления Соединенными Штатами Америки так называемого «Катынского дела», тем более, что я лично побывал на самом месте преступления в то время, когда гитлеровские нацисты начали против Советского Союза кампанию в связи с так называемым «Катынским делом», а также лично участвовал и осмотре трупов в Катынском лесу весной 1943 г.

Цель гитлеровских военных преступников и их мошеннической кампании в связи с так называемым «Катынским делом» была уже тогда ясна. Они хотели отвлечь внимание всего мира от ужасных преступлений, совершенных ими в Польше и Советском Союзе, в которых они позднее были изобличены и за которые были осуждены Международным военным трибуналом в Нюрнберге.

Я лично уже с самого начала считал всю нацистскую пропаганду вокруг так называемого «Катынского дела» лживой и вымышленной. Поэтому я хочу, как судебно-медицинский эксперт и очевидец, представить установленные факты, изобличающие нацистов в постыдном мошенничестве.

Характерен уже сам по себе тот способ, каким гитлеровцы организовали поездку в Катынский лес 12 профессоров-экспертов из стран, оккупированных немецко-фашистскими захватчиками. Тогдашнее министерство внутренних дел протектората передало мне приказ гитлеровских оккупантов направиться в Катынский лес, указывая при этом, что если я не поеду и сошлюсь на болезнь (что я и делал), то мой поступок будет рассматриваться как саботаж и в лучшем случае я буду арестован и отправлен в концентрационный лагерь. Из Берлина, куда съехались все члены этой экспертизы из отдельных оккупированных стран, мы были доставлены на самолете в Смоленск, где нас ожидали нацисты и где у них все уже было подготовлено.

Поражала бросающаяся в глаза подготовленность, и у меня с первого же момента сложилось твердое убеждение, что все это страшное злодеяние совершили сами же нацисты. В этом меня окончательно убедило сообщение советской специальной комиссии по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров, которое я прочитал в чешском переводе уже в 1945 году и с которым я полностью солидаризировался на основе личных моих наблюдений, заключений и доказательств.

При этом подчеркиваю, что установление фактов я произвел весной 1943 года, т. е. значительно раньше, чем это установление и расследование производилось советской специальной комиссией, приступившей к выполнению этой задачи осенью 1943 года после освобождения Смоленска, так что мое суждение, поскольку дело идет о времени уложения трупов в приготовленные нацистами ямы, было, принимая во внимание более благоприятные условия для судебно-медицинской экспертизы, еще точнее. Сразу же после освобождения Чехословакии в 1945 году я издал брошюру «Катынские доказательства», в которой описал расположение, величину и глубину общих могил, в которых были зарыты казненные гитлеровцами польские офицеры, определяя количество последних в 8000.

Кроме того, я занимался вопросом, сколько времени прошло с момента уложения трупов в раскопанные могилы в Катынском лесу. Я на основании таких наблюдений и вскрытия нескольких трупов установил, что трупы, безусловно, не могли лежать там 3 года, как это утверждали гитлеровцы, а только очень короткий срок, максимально немногим более одного года.

Показания свидетелей, допрошенных самими гитлеровцами, использованные для изданного ими тогда отчета, были неопределенны, противоречивы, потому что ни один из них не был непосредственным очевидцем. Мы же не имели возможности изучить их показания или убедиться в том, говорят ли они правду.

Решающими поэтому были иные обстоятельства и прежде всего степень разложения трупов. Трупы очень хорошо сохранились, лишь в некоторых случаях отсутствовали мягкие покровы в области темени, но суставы не были отделены, сохранились нос, губы, пальцы, даже кожа на теле. Если мы сравним то, что мы нашли здесь, с тем, что было найдено в общих могилах на пути так называемого похода смерти от западных границ Чехии к Терезину, особенно с тем, что было найдено в общей могиле вблизи Богосудова, где от трупов, несмотря на то, что они лежали в земле лишь 6—8 месяцев, оставались одни скелеты, – мы неизбежно придем к заключению, что трупы в Катынском лесу не могли быть погребены за три года до этого, но были погребены только за год, самое большее – за полтора года до нашего прибытия.

Об этом свидетельствовало также установленное экспертизой начало адипоцирации трупов в могиле № 5, куда проникла вода. Адипоцирация – это превращение мягких частей в особую серо-белую клейкую массу, которая, как показывает опыт, образуется через год на коже и в подкожной ткани, через два года – в мягких частях на поверхности тела и приблизительно через три года – во внутренних органах, грудной и брюшной полости. Если бы трупы лежали в могиле № 5 три года, этот процесс захватил бы и внутренние органы, но этого не было.

Форменная одежда польских офицеров совершенно сохранилась, ее отдельные части можно было снять с тела без повреждения, расстегнуть пуговицы, ткань не истлела и не расползлась. Металлические части, как, например, сапожные гвозди или пряжки, несколько заржавели, но кое-где сохранили свой блеск. Табак в портсигарах был желтый, не испорченный, хотя за три года пребывания в земле и табак, и ткань должны были сильно пострадать от сырости.

На одежде некоторых трупов были обнаружены отверстия кругловатые, с рваными краями и лучеобразные (4 луча), но под ними на теле не было никаких повреждений, за исключением одного случая – сломанного ребра. Немцы сделали заключение, что эти отверстия были сделаны четырехгранными русскими штыками, которыми гнали жертвы на место расправы. Но хотя русские штыки и четырехгранные, у них долотообразное острие, и так как штыки нигде не проникли глубоко в тело, то эти четырехгранные отверстия не могли быть произведены русскими штыками. В качестве дальнейшего доказательства немцы привели то обстоятельство, что на могилах были обнаружены пятилетние сосенки, имевшие на разрезах ближе к середине малозаметные темноватые полоски. Происхождение такой полоски объяснили тем, что двухлетняя сосенка была пересажена на могилу и после пересадки в том году перестала расти, отчего и получилась полоска. Однако вызванный немцами лесничий заявил, что сосенка плохо принялась и что она росла в тени высоких деревьев. Таким образом, эта полоска могла произойти не от пересадки, а от других причин. Мы, разумеется, эту сосенку не видели, так как могила была уже открыта, а нам принесли всего лишь сосенку для показа.

 

Любопытно также, что польские офицеры были застрелены из револьверов немецкого производства – фирмы Г. Геншоу и К в Дурлахе, около Карлсруэ. Кроме того, характерно для всего этого дела, что русская комиссия обнаружила на различных трупах 9 документов, помеченных датами от 12 сентября 1940 года и до 20 июня 1941 года.

Небезынтересно происходило также составление тогдашнего отчета с подписями судебно-медицинских экспертов из оккупированных европейских стран. Некоторые из членов экспертизы не владели в такой степени немецким языком, чтобы суметь написать научный отчет. Написал его и стилизовал немецкий врач из Братиславы Бутц, который позже погиб. Написав и стилизовав отчет, он собрал нас, прочел нам его и дал подписать. Так было создано творение гитлеровской пропаганды, которое в настоящий момент снова предназначено для подлого использования против Советского Союза.

Как представитель науки, который собственными глазами и на основании неопровержимых научных фактов убедился в преступной пропаганде и подлом обмане гитлеровских фашистов в так называемом «Катынском деле», а также и в том, что гитлеровский отчет об убийствах в Катынском лесу был умышленно составлен против Советского Союза, чтобы гитлеровские фашисты могли замести следы своих собственных преступлений, и что эти массовые убийства в Катынском лесу, как и ряд других массовых убийств, совершили сами гитлеровские фашисты, я могу только сказать, что нынешняя американская кампания в связи с так называемым «Катынским делом» является такой же пропагандой против Советского Союза, какой была и гитлеровская в 1943 году.

Поэтому я призываю ученых и научных работников во всем мире поднять свой голос против американской кампании в связи с так называемым «Катынским делом», которое пытаются снова подло использовать против Советского Союза».

* * *

Статья чехословацкого профессора судебной медицины Ф. Гаека дает богатую пищу для размышлений. Можно лишь дополнить эту картину следующими фактами. Сейчас известно, что немецкие эксперты из комиссии Г. Бутца в 1943 году обнаружили в катынских захоронениях значительное количество гильз от немецких патронов «Geco 7,65 D.». Они были настолько изъедены коррозией, что невозможно было прочитать маркировку. Это свидетельствовало о том, что гильзы были стальные.

Известно, что в конце 1940-го немцы из-за дефицита цветных металлов были вынуждены перейти на выпуск сначала омедненных, а потом покрытых лаком стальных гильз. Абсолютно ясно, что весной 1940-го у сотрудников НКВД в Катыни никак не могли быть патроны к немецким «Вальтерам» с стальными эрзац-гильзами. Эти гильзы – явное свидетельство нацистского следа.

Кроме того, когда раскапывали могилы военнопленных поляков, на дне было обнаружено много листвы. Если расстрел был в апреле, то откуда эта листва? Моя версия: немцы расстреляли поляков после завершения строительства бункера в сентябре, октябре, ноябре 41-го. Далее. Если пленные, расстрелянные в Катыни, стали жертвами НКВД, почему вопреки всем правилам этой службы при них оставлены личные документы, награды, драгоценности, деньги, и немалые, причем в купюрах, выпускавшихся не в довоенной Польше, а в годы ее оккупации немцами?

Почему свидетельские показания местных жителей были зафиксированы немцами лишь на немецком языке, которого никто из свидетелей не знал? Как и почему ряд польских военных, числившихся расстрелянными в Катыни, позже «оживали» в Польше?

И вот еще. Члены международной медицинской комиссии – все, замечу, кроме швейцарского эксперта, из стран либо оккупированных нацистами, либо их сателлитов – были доставлены нацистами в Катынь 28 апреля 1943 года. А уже 30 апреля они были вывезены оттуда на самолете, который приземлился не в Берлине, а на захолустном промежуточном польском аэродроме в Бяла-Подляски, где экспертов провели в ангар и заставили подписать готовое заключение. И если в Катыни эксперты спорили, сомневались в объективности представленных им немцами свидетельств, то здесь, в ангаре, беспрекословно подписали, что требовалось. Всем было очевидно, что подписать документ надо, иначе до Берлина можно было и не долететь. Позже об этом говорили и другие эксперты.

* * *

О том, как фашисты готовились к встрече комиссии международных экспертов и Польского Красного Креста, свидетельствуют архивные документы. Они неожиданно показывают, как важно было немцам доказать массовость захоронений, чтобы обвинение СССР в расстреле поляков было более весомым.

«ИЗ РАЗВЕДДОНЕСЕНИЯ «АРКАДИЯ» В ЗАПАДНЫЙ ШТАБ

ПАРТИЗАНСКОГО ДВИЖЕНИЯ «ПОПОВУ»

До 26 июля 1943 г.

Бежавшие из немецкого плена бывшие красноармейцы рассказали о том, что, готовя Катынскую авантюру, немецкие фашисты провели предварительно серьезную подготовку. Они выкопали большое количество трупов на Смоленском гражданском кладбище, а также отрыли все трупы бойцов и командиров Красной Армии, погибших в боях за Смоленск в 1941 году, и перевезли их в Катынский лес, которых впоследствии отрывали как польских солдат и офицеров.

Во время раскопок очень часто попадались остатки снаряжения и обмундирования бойцов и командиров Красной Армии, что приводило в недоумение фашистских экспертов. Присутствовавшие при раскопках немецкие врачи между собой говорили, что при всем желании определить принадлежность трупов, какой они национальности, не представляется возможности ввиду их разложения.

ГАНИСО. Ф. 8. Оп. 2. Д. 64. Л. 86.».

«ИНФОРМАЦИЯ ЗАПАДНОГО ШТАБА ПАРТИЗАНСКОГО ДВИЖЕНИЯ

В ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ШТАБ ПАРТИЗАНСКОГО ДВИЖЕНИЯ

27 июля 1943 г.

Военнопленные, сбежавшие из Смоленского лагеря 20.7.1943 года, как очевидцы – рассказали:

Немцы, чтобы создать могилы в Катынском лесу якобы расстрелянных советской властью польских граждан, отрыли массу трупов на Смоленском гражданском кладбище и перевезли эти трупы в Катынский лес, чем очень возмущалось местное население. Кроме того, были отрыты и перевезены в Катынский лес трупы красноармейцев и командиров, погибших при защите подступов гор. Смоленск от немецких захватчиков в 1941 году и погибших при вероломном нападении фашистской авиации на Смоленск в первые дни Отечественной войны. Доказательством этому служат вырытые при раскопках комсоставские ремни, знаки отличия, плащи и другие виды обмундирования Красной Армии.

Эту провокационную стряпню фашистских жуликов не отрицают даже и сами фашистские врачи, входящие в состав этой комиссии по расследованию.

Врачи, входящие в состав экспертизы по исследованию трупов, говорили среди военнопленных, работающих при госпитале, что при любом их старании они, по существу, не могли установить времени похорон трупов, их принадлежности и национальности – вследствие их разложения.

ГАНИСО. Ф. 8. Оп. 2. Д. 160. Л. 38.».

«Совершенно секретно

Экз.№3

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА СВИДЕТЕЛЯ ПО ДЕЛУ ФАШИСТСКОЙ ПРОВОКАЦИИ КАТЫНСКИХ ЛЕСОВ

Свидетель КАРАСЕВ Михаил Иванович, бывший военнопленный, жил и работал при немецком военном госпитале в гор. СМОЛЕНСКЕ с 10 августа 1941 года до перехода в отряд. В одной комнате с КАРАСЕВЫМ жил военнопленный ВИНОКУРОВ Владимир Петрович, которого в январе 1943 года немцы отправили в лагерь военнопленных. Впоследствии ВИНОКУРОВ приходил к КАРАСЕВУ в госпиталь с целью сбора больничных отбросов для питания.

Во время одного посещения в частной беседе на вопрос КАРАСЕВА: «Как живете?» – ВИНОКУРОВ ответил: «Очень плохо, потому что наша команда в 60 чел. занимается очень грязной работой, отрываем трупы на Смоленском кладбище, укладываем в гробы и в закрытых машинах вывозим в Катынский лес, где вываливаем трупы из гробов в большие ямы и закапываем их».

Подтверждают отрытие трупов и вывоз их в Катынский лес местные жители: ФРОЛОВ Михаил Семенович, проживающий в гор. СМОЛЕНСКЕ по ул. Большая Спортивная, 21 и КУЗЫТИНА Прасковья, проживающая в гор. СМОЛЕНСКЕ около Нового завода, последняя утверждает, что во время отрывки она видела остатки плащей начсостава Красной Армии. ПЕРЕГОНЦЕВ Василий Андреевич, проживающий в СМОЛЕНСКЕ по ул. Запольной, который работал при немецком госпитале сапожником, он утверждает, что комиссия в Катынском лесу нашла только 900 трупов, а пишут 12000. Врач Николай Борисович, житель города РОСТОВА, проживающий на 4-й линии, ездил на экскурсию с немецкими врачами и участвовал в комиссии по раскопке трупов в Катынском лесу, он осматривал трупы и читал акт комиссии, по его словам, комиссией было обнаружено 900 трупов, но не 12000, как это пишут немцы. Трупы при осмотре совершенно невозможно было определить, какой они национальности. Но им как экскурсантам было показано несколько предметов польского происхождения, как-то: монеты, портсигары, мундштук, пуговицы и кольца.

По заданию немецкого командования врач Николай Борисович проводил беседу с военнопленными по вопросу о Катынских событиях, но в частной беседе не соглашался с этой провокацией и говорил, что это все ложь.

По этому же вопросу перебежчик АНАНЬЕВ Сергей и ФИЛЬЯНОВ Михаил имели разговор с очевидцами и показывают то же, что показал КАРАСЕВ.

Командир отряда им. Котовского

майор КОЛЕНЧЕНКО

Начальник штаба отряда

майор РВАЧЕВ

ВЕРНО: майор: Мамынов (МАМЫНОВ)

26.8.43 г. пн.

РГАСПИ. Ф. 69. Оп. 1. Д. 750. Л. 61—62».

И, конечно, нельзя не упомянуть немецкую телеграмму, попавшую в наши руки. В ней приведен факт, подвергший всю операцию Геббельса чуть ли не провалу. Так или иначе, фальсификаторам истории из Германии, Польши, США и даже России приходится выдумывать совершенно несуразные объяснения. Министр же пропаганды Третьего рейха в своем дневнике после ознакомления с содержанием телеграммы пометил, что все это придется как-то объяснить.

«Секретно

Управление генерал-губернаторства

Телеграфный отдел

Телеграмма № б

Отправитель: Варшава, 3 мая 1943, 17.20.

Отдел внутренней администрации Варшавы.

Получатель: Управление генерал-губернаторства,

Главный отдел внутреннего управления,

Главному административному советнику ВайраухКраков.

ВЕСЬМА ВАЖНО. НЕМЕДЛЕННО. СЕКРЕТНО

Часть Польского Красного Креста вчера из Катыни возвратилась. Служащие Польского Красного Креста привезли гильзы патронов, которыми были расстреляны жертвы Катыни. Оказалось, что это немецкие боеприпасы калибра 7,65 фирмы Геко.

Письмо следует. Хайнрих.

Передано: из Варшавы. Фидлер.

Принял: Сидов.

Перевел капитан Гришаев.

ЦГАОР. Ф. 7021. Оп. 114. Д. 38. Л. 1.».

* * *

Вот что произошло в 1943 году. А полутора годами раньше – в конце 1941– начале 1942 года польских военнопленных расстреляли. Немецким оружием. Каждого в отдельности. В голову. Как считается, более 21 тысячи. Из них порядка 14,5 тысячи до наступления гитлеровцев находились в лагерях особого назначения НКВД. В ходе немецкой эксгумации 1943 года в Катынских захоронениях были обнаружены останки четырех с небольшим тысяч польских военнослужащих и гражданских лиц, хотя «Радио Берлина» сообщило о 10 тысячах. До настоящего времени все захоронения не открыты. Национальная принадлежность не установлена. Годом массовой расправы поляки, как и комиссия Геббельса, называют 1940-й. Для меня очевидна другая дата.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»