Путь королей Текст

3.9
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Как говорили ушедшие: «Если будущее не узнано – оно может измениться. Если названо – только стать настоящим». А если для тебя будущего нет? А если тебе предстоит умереть в самый первый день твоей жизни? Позволить судьбе исполнить приговор или попытаться узнать, кто ты такой? Выбор за тобой – твой путь ждет тебя.


Пролог

– Ты не посмеешь!

– А ты проверь?

– Уходи. Этот мир – мой, и я не позволю забрать его у моего рода, рода Теней.

– У твоего рода Теней? Как быстро ты забыл свое истинное происхождение! Запомни! Этот мир, так же как мир Грани, не принадлежит никому из нас! А все потому, что наглецы, подобные тебе, решили, что могут поспорить с богами!

…Мертвенные сполохи молний вспарывали ночь, высвечивая два громадных, крылатых, не принадлежавших миру смертных силуэта, что сошлись в противоборстве на крошечной каменной площадке. Один – словно создан из языков пламени, и мощь беснующегося ветра только делала его свечение яростнее, второй – порождение самой тьмы.

– Ты не прав, последний принц Стихий. Именно такие слабаки, как ты, и подтвердили в последней битве, что вашему древнему роду не место под солнцем Адирана. Поэтому я здесь! Чтобы вернуть мир. Он наш по праву! И лучше тебе не стоять у меня на пути, братец! Иначе мне придется тебя уничтожить и наконец-то отправить род Огненного Ветра в небытие. Как думаешь? Когда тебя не станет, Стихии примут мое правление?

– Это все слова! Ты готов сразиться за обладание этими мирами? – Огненный силуэт ослепительно вспыхнул, но вместо ответа огромные черные крылья распахнулись, и громадная тень бесшумно исчезла в ночной бездне.

Пылающие глаза оставшегося проводили беглеца.

Послышался тяжелый вздох.

– Значит, это твой ответ, младший брат… Ничего… я умею ждать. Однажды ты примешь мой вызов, а когда это случится, победителю достанется все…

Глава 1

Айна

Привычный кошмар начался внезапно, сжав горло удушающим запахом гари.

Прекрасный, словно созданный из лунного света замок был объят огнем. Багровые языки взлетали вверх, стремясь опалить ночное небо, безучастно глядевшее на разыгравшуюся трагедию.

В сторожевой башне раздались крики. На площадку выбежала невысокая темноволосая женщина, прижимая к груди небольшой, завернутый в ткань сверток, из которого доносился тоненький плач. Следом за ней, сшибаясь мечами так, что летели искры, на площадке показались двое высоких, как две капли воды похожих друг на друга мужчин. Блеск пожара отражался в глазах, горящих яростью, и на лезвиях клинков, окрашивая их в цвет свежепролитой крови.

Казалось, смертельному поединку не будет конца, никто из воинов не уступал другому в силе, но вдруг в руке одного из них блеснул короткий нож. Предательский удар! И противник упал на колени. Но не ведающий жалости убийца вскинул меч, и обезглавленное тело рухнуло на серебристые плиты башни.

Вернув оружие в ножны, победитель нашел взглядом женщину и направился к ней…

В этом сне я всегда была в самом пекле. Я чувствовала запах крови на мече оставшегося в живых воина, ощущала боль потери и видела отчаянное решение в глазах черноволосой женщины, такой знакомой, словно я сама была ею, и такой чужой.

Глядя на приближающегося мужчину, она принялась отступать, и отступала до тех пор, пока не прижалась к каменной ограде, отделяющей ее от ждущей внизу пропасти.

– Пойдем со мной! Ты станешь моей королевой. – Мужчина остановился в паре шагов от нее, стянул с головы шлем, и по плечам, затянутым в черную кожу доспехов, рассыпались волосы цвета спелой пшеницы.

– Нет. – Женщина решительно качнула головой. – Я не смогу принадлежать братоубийце!

– Дина. Прошу. Отдай мне ребенка и подойди ко мне. – Светловолосый великан протянул к ней руку и шагнул ближе. – Я дам вам все!

– Мне ничего не нужно от безумца! Ты одержим Тенью! – бесстрашно выпалила женщина ему в лицо.

Ее звонкий голос, вновь и вновь произносящий уже привычные слова, сегодня прозвучал совсем рядом. Более того, мне показалось, будто эти слова произнесла я сама.

– Пойми ты, ничего не изменилось! – В голосе мужчины прозвучала неподдельная боль. – Я остался прежним и… всего лишь наказал предателя!

– Нет. Я не смогу доверять сумеречной твари! Ты – больше не он! – Женщина вдруг вспрыгнула на каменную ограду и, покрепче прижав к себе ребенка, не раздумывая, спрыгнула в темную пропасть.

Я задохнулась от безумного ветра, ударившего мне в лицо, понимая, что сегодня в пропасть кошмара падаю я.

А это что-то новенькое! Сон заканчивался всегда, едва женщина вспрыгивала на ограду.

Мои руки невольно стиснули такое реальное, теплое тельце ребенка, инстинктивно стремясь уберечь его от неизбежной гибели. Но испугаться я не успела: с балкона, находящегося под башней, выстрелили языки пламени, сложились в крылья, и секундой позже нас подхватили когти самого настоящего дракона, пылающего, будто факел. Падение прекратилось, и над моей головой успокаивающе прозвучал его гулкий голос:

– Не бойтесь, королева Дина, я отнесу вас туда, где вы и наследник будете в безопасности…

Я очнулась от собственного крика, села на постели и долго смотрела на ровное пламя свечи. В горле стоял удушливый запах едкого дыма.

За что?

Почему этот сон преследует меня всю мою сознательную жизнь?

Кто эти мужчины и женщина?

Никогда в жизни я не видела стен величественного, прекрасного замка, мерцающих лунным серебром. Впрочем… я вообще никогда не видела иных стен, кроме высокой, возведенной из серого камня стены обители, в которой жила вот уже почти десять лет.

«Благодать Хранителей»!

Наверняка тот, кто дал название этой «тюрьме», знал толк в шутках!

Обитель, где получали воспитание дети подданных короля Сайруса и его приближенных, больше походила на крепость, где такие же, как я, ненужные отпрыски своих родителей должны были год за годом проводить в мечтах о жизни, которой они когда-нибудь будут достойны.

Я поморщилась, все еще ощущая запах гари.

Что за тайну хранит мой сон?

Сестра Линара, настоятельница обители, всегда говорила, что сны – это подсказки. Нужно только уметь их понимать.

Бросив взгляд в темное узкое оконце, я откинула тонкое одеяло и опустила ноги с кровати.

Брр… как же холодно!

До утра еще час… Не уснуть.

Взяв со спинки стула длинную серую юбку и белоснежную блузку, я принялась одеваться.

– Куда собралась?

Голос подруги и соседки по комнате заставил меня на мгновение замереть и оглянуться.

– Ния? А… ты почему не спишь? – как можно равнодушнее спросила я у приподнявшейся на своей кровати девушки.

– Этот вопрос я могу задать и тебе. – Не отводя от меня пристального взгляда, она принялась переплетать длинную косу. Стройная невысокая блондинка. Так же, как я, – дочь одного из советников короля Сайруса. – До всеобщего пробуждения еще часа полтора!

– А… мне… – Я не осмеливалась посмотреть ей в глаза. Она прекрасно знала о моей беде. – Не хочу спать. Лучше подготовлю доклад по лекарственным травам.

– Тебе что, больше всех надо? Признайся, снова кошмар приснился? – Она поднялась, оправила длинную цветастую ночную рубаху и подошла ко мне. – Мы вчера на уроке пророчеств обсуждали навязчивые сновидения. Есть мнение, что твой повторяющийся кошмар – это твои подсознательные страхи. Воспоминания. Ты когда-нибудь видела пожар?

Я взглянула на Нию и отвела глаза.

…Это случилось, когда мне исполнилось восемь лет. Тогда я еще жила в имении отца. Сын одного из друзей отца, гостивших в тот день в нашем доме, довел меня издевками до бешенства, и я, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на него с кулаками, выбежала во двор. Порыв холодного ветра тут же высушил слезы злости, заставив озадаченно взглянуть на небо, которое, словно по чьему-то желанию, затягивалось темными тучами.

Молния расчертила темноту и, повинуясь моему взгляду, выстрелила в сеновал. Еще одна молния попала на крышу находившейся рядом конюшни. Хлынул дождь, но даже ливень не мог потушить мгновенно занявшуюся солому. Услышав ржание лошадей и крики дворовых, я словно очнулась и бросилась к горящей постройке. Последнее, что я запомнила: огонь, подчинившийся мне, ласкающийся, будто котенок, и… мрачные глаза отца. А через два дня я уже собирала вещи. Меня ждали здесь, в закрытой обители.

Я снова взглянула на терпеливо дожидающуюся ответа подругу и с улыбкой покачала головой.

– Нет. Не помню. Я вообще мало что помню из детства.

– Что ж, возможно, этот сон не твое прошлое, а твое будущее? Или он снится тебе из-за какой-то обиды? Может быть, на отца?

– Не знаю. – Я упрямо мотнула головой. Как можно обижаться на человека, которого ты не знаешь и боишься больше, чем любишь или уважаешь?

– Послушай, толкователей, способных хорошо объяснять сны, можно найти только в По́лыни. Но… мне кажется, я знаю того, кто сможет тебе помочь недорого и близко.

Ния многозначительно замолчала.

– Ну и? – Что за привычка тянуть дракона за… – Рассказывай!

– Два дня назад девчонки из соседней комнаты по просьбе настоятельницы ездили в Дубки. По дороге назад они заночевали в одном поселении… Так вот, хозяйка рассказала, что в их деревеньке живет кузнец. Говорят, будто когда-то он владел силой… Ну… ты меня понимаешь? Но свихнулся и теперь только и может что ковать житейскую утварь и клинки проезжающим путникам. А еще он может предсказывать и объяснять сны. Селянка хвалила его очень… Рассказывала, будто он пришел к ней сам и сказал, что видел во сне ее корову всю в огне. А на следующую ночь загорелся ее дом. Женщина была предупреждена, точнее, взволнована его словами и не спала. В общем, пожар потушили вовремя, а она ему даже теленка подарила. Рыжего. Который как раз в ту ночь родился. В плату за помощь.

 

– А вдруг он ей про теленка предсказать хотел? А селянка не поняла, – хмыкнула я.

– Кто его знает. Да дело не в том! Вдруг он сможет объяснить твой сон и подскажет, как от него избавиться? Ты попробуй сама к нему сходить?

– Уйти из обители? – Замирая от ужаса и восторга, я даже прикусила губу, заставляя себя оставаться бесстрастной.

Это безумие!

Да!

Но… вдруг я наконец-то избавлюсь от кошмара и получу ответы на мучающие меня вопросы.

Это риск! Опасность!

Да. Но… кто не рискует, тот не побеждает! Выбор прост – или пойти сейчас и освободиться от страха, или снова с ужасом ожидать предстоящей ночи и как можно дольше оттягивать приближение сна.

К тому же обитель находится в пустынных землях, на территории Объединенного королевства рядом с Пограничьем. Из недружественных государств, возмущенных политикой Сайруса, самое ближайшее к нам Подгорное царство, или, как все называют его – Подгорье, но гномы не очень-то любят появляться на поверхности. К тому же сделать так, чтобы во время пути меня никто не заметил – проще простого! А если вдобавок воспользоваться силой, смогу обернуться до вечерней молитвы.

Так чего я боюсь?

Отца!

Настоятельница тут же сообщит ему о моем бегстве!

– Если узнает.

Я даже вздрогнула и замолчала. Совершенно забыла о Ние и принялась спорить вслух сама с собой.

Что ж… в конце концов, подруга тоже заинтересована в моем походе. Спокойный сон – это единственное удовольствие для всех послушниц обители.

– И что ты предлагаешь?

– Вряд ли она хватится тебя до вечернего колокола. Сама посуди – уроков у нас сегодня нет, и сестра Магда поведет всех собирать горицветы, а потом на поиски малахитовых глазков, а это значит, что в обитель мы вернемся с вечерним колоколом. Дальше ужин, вечерняя молитва и сон. Даже если ты не успеешь вернуться к вечерней молитве, я могу сказать, что ты была здесь, но куда-то отлучилась. Не думаю, что настоятельница станет тебя искать. Да и девчонки поддержат… в обмен на обстоятельный рассказ о твоей отлучке. – Ния подмигнула и вдруг нахмурилась. – Знаешь, мне иногда кажется, что она тебя боится. Настоятельница…

– А далеко идти до того села? – Я сделала вид, что не услышала ее последних слов. Иногда и я замечала на себе странные наблюдающие взгляды сестры Линары.

– Думаю, к полуночи вернешься, с твоими-то способностями…

– Ния!

– Держись Пограничья. – Подруга словно не заметила моих выразительных взглядов. – Деревня у излучины реки. Мимо не пролетишь.

– Ния!!! Это не тема для беседы!

Да! Моя вина, что Ния стала свидетельницей тайного проявления моей силы. Как-то раз, прячась ночью от приснившегося кошмара в библиотеке, я поленилась воспользоваться лестницей, чтобы достать интересующий меня свиток, и разрешила этой живущей во мне силе поднять меня. Не знаю, что подруга делала в библиотеке в столь поздний час, но… она увидела меня парящей под самым куполом, и… Оправдываться было глупо, но… я снова попыталась.

Владеющие магией должны были получить разрешение у короля Сайруса и только потом использовать силу. В противном случае мага ждало жестокое наказание.

– А что? – Подруга подбоченилась. – Меня всегда настораживало, что ты умеешь летать, но я не понимаю, зачем стесняться своего дара? Я тебе даже завидую! Сила…

– Замолчи! – рявкнула я. – С ума сошла? Какая сила? При чем здесь сила? Нет у меня никакой силы!

Ния обиженно поджала губы.

– Ну, если ты так настаиваешь… – Она развернулась и подошла к узкому окну, за которым уже начинал светлеть небосвод. – Мм, погода обещает быть чудесной! На небе ни облачка! Скажи, ты ведь сможешь призвать небольшую тучку?

– Ния, прошу! – Я вздохнула и обреченно уселась на аккуратно застланную постель. – Видят боги, все те кошмарные десять лет, что провела здесь, я старалась, чтобы никто не узнал о моем даре. О моем проклятье.

– Не бойся! – Она взглянула на меня. – Твои секреты останутся только твоими. Я никому ничего не скажу.

– Забудь. – Я устало отмахнулась. – И вообще, уйти хоть на день из обители – безумство!

– Что ж, тогда и дальше мучайся кошмарами. – Она передернула плечами и направилась к своей кровати. – А я попрошу настоятельницу отселить меня к Петре. Кажется, не сегодня завтра родители заберут ее соседку домой.

Я вскочила, шагнула к подруге и схватила ее за руку.

– Пожалуйста! Ты должна меня понять!

Ния смерила меня холодным взглядом.

– Иди, работай над докладом, а я спокойно вздремну в оставшийся до подъема час. Ведь ночью ты опять будешь стонать и что-то вскрикивать…

– Ладно. Ты права. С каждым разом этот сон становится все реальнее… Я… пойду к этому кузнецу.

– Сегодня? – Ния недоверчиво прищурилась.

– Сегодня. Но сначала схожу на кухню. День пути – это тебе не шутка.

Я подхватила ночник и вышла за дверь. Коридор встретил густым полумраком, но за редкими узкими окнами уже прорвали сумрак ночи первые золотисто-розовые нити рассвета, обозначив изломы гор.

Подгорье…

Государство самой таинственной расы подгорников, или, как их называют в просторечье – гномов. Да и как им не быть таинственными? На свет божий они показываются редко. К тому же не очень любят чужаков, и о гномах ходит довольно много мрачных историй.

Ночной страж тихо спал на лавке, с головой укрывшись пледом. Не опасаясь разбудить его, я прошла мимо, бесшумно ступая по каменным плитам. Наверное, мои шаги смогли бы сейчас различить только перевертыши с их острым, звериным слухом.

Тревога снова царапнула сердце.

Нет, все же улизнуть из обители – это безумная идея! Нет никакой гарантии, что подсказанный Нией кузнец-предсказатель сумеет мне помочь, к тому же в пути мне могут повстречаться те, кто захочет моей смерти только потому, что я – человек.

Говорят, до правления короля Сайруса все было по-другому. В книгах летописи Адирана говорится, что Объединенное королевство – это содружество всех рас нашего мира, объединенное защитой Хранителей Равновесия. Когда-то в Объединенном королевстве жили люди, эльфиры, гномы и перевертыши. Еще был водяной народ. Ундины. Но они не претендовали на сушу и власть, поэтому никто не считал их особой расой. Говорят, когда-то в этом мире жили еще и драконы, но они ушли, оставив нам в наследство свои неразгаданные загадки и тайны.

Я вздохнула. Вернуть бы те времена.

Правление Сайруса ввергло этот мир в войну. Пусть негласную, но жестокость, насилие, нападения, убийства, поджоги – стали нормой жизни. Расы больше не доверяли друг другу. Сайруса боялись все. Его войско, рожденное какой-то древней магией, было неисчислимым и непобедимым.

И мой отец был его правой рукой, творя с позволения правителя все беззакония!

Главный советник… Главный палач.

Отец… Даже представить себе не могу, что будет, если он узнает о моей самовольной отлучке из обители.

Перед глазами встало холодное, словно высеченное из камня лицо: высокий лоб, массивный нос, колючие маленькие глазки, плотно сжатые губы.

Я была совершенно не похожа на него.

Моя старая нянька говорила, что я – вылитая мать. Не знаю. Может, мама действительно была высокой, светловолосой, и у нее были такие же голубые глаза, как мои, – возможно. Я не помнила ее. Как-то отец обмолвился, что она погибла, когда мне не было и года. Больше мы на эту тему не говорили. Впрочем, моменты, когда мы беседовали с отцом, можно пересчитать по пальцам.

В раздумьях я не заметила, как спустилась на первый этаж, в зал, где располагались столовая и кухня обители. Здесь царствовала повариха Тамира, но я не боялась быть пойманной. Она и три ее сына всегда были добры к послушницам, и утащить ночью что-нибудь съестное – вполне обычное дело.

Вот только на кухне никого не оказалось, зато на печи, в огромном блюде лежала горка аппетитно пахнущей сдобы.

Если возьму пару булочек, никто и не заметит!

Прихватив добычу, я бесшумно выскользнула за дверь и со всех ног припустила обратно.

Вот и второй этаж.

Сторож продолжал похрапывать, вкушая сны, но рассвет уже принялся раскрашивать небо яркими красками.

Боги, помогите мне уйти до утреннего гонга!

Остановившись у комнаты, я уже взялась за ручку двери, как вдруг раздавшийся визг ужаса и боли заставил меня прирасти к полу. Ния?

Проснулся сторож. Сзади раздался поспешный топот, но я не стала ждать подмоги, распахнула дверь и в ужасе уставилась в мерцающие злыми огоньками глаза огромной черной пантеры. Она, с окровавленной мордой, стояла над скорчившейся на полу подругой.

Ния была еще жива. Ее глаза нашли меня, и с губ подруги сорвался едва различимый хрип:

– Беги…

И тут я очнулась от страшного, гипнотизирующего взгляда зверя. Швырнула под ноги светильник. Привычные слова заклинания не пришлось даже вспоминать. Показалось, будто кто-то произнес их вместо меня. Масло вспыхнуло сильно и страшно, заполоняя дверной проем огненным вихрем.

Я бросилась к лестнице.

Сзади испуганно вскрикнул стражник, в ответ зло рявкнул зверь. Кажется, огонь не остановил его…

Где же эта шеркхова лестница!?

Хриплое дыхание пантеры за спиной прибавило сил.

Быстрее!

Только бы не упасть… Иначе – смерть! Жестокая. Бессмысленная!

Так быстро я не бегала никогда в жизни! Казалось, что я не бегу – лечу!

Вот и лестница.

Слыша совсем близко догоняющий меня бег мягких лап, я из последних сил устремилась наверх.

Между вторым и третьим этажом, на улицу выходил балкон. Я так и не поняла, был он закрыт или нет. С разбегу врезалась в стеклянную дверь, вырываясь под рассветное небо, и, не раздумывая, бросилась вниз. Уж лучше каменные плиты, чем стать обедом сбесившегося перевертыша! Острые когти зверя лишь напоследок успели царапнуть лодыжку.

Словно сама судьба указывает мне путь!

Серые плиты, устилавшие двор, вдруг перестали стремительно нестись мне навстречу. Я привычно почувствовала, как невидимые огромные лапы бережно сомкнулись вокруг моей талии. Как бесшумно расправились над головой сильные крылья. Взмах, другой, и просыпающаяся обитель вместе с беснующейся на балконе пантерой остались где-то внизу, а после и вовсе пропали из виду.

Плевать, увидит меня кто-нибудь или нет!

Плевать!

Главное – я жива!

Встречный ветер ударил в грудь холодным потоком, подхватил и, словно давний друг, бережно и в то же время стремительно понес меня к чему-то неизведанному, непонятному и оттого тревожащему.

Сандр

– Сандр, сынок, принесли еще один заказ. Надо выковать меч к следующей неделе.

Припечатав молотом широкое лезвие будущего меча, я привычно буркнул заклинание. Багровая полоска металла послушно воспарила, гордо проплыла по воздуху и со злобным шипением затонула в стоявшей неподалеку бочке с водой.

– Справимся, отец. – Я с облегчением отвернулся от наковальни и взглянул на отца.

Тот стоял на пороге кузни и, скрестив на груди руки, подпирал косяк. Белая навыпуск рубаха и легкие свободные штаны… Завидую! Он уже года три как не подходит к наковальне. Зато он ищет заказы…

– Ты бы полегче с магией. Не забывай, где мы живем. Вдруг какой-нибудь выпивоха увидит летающие мечи! – Лишь незаметное движение седых бровей и взгляд прищуренных в усмешке глаз… Отец никогда не выказывал гнева, ни даже тени недовольства, но почему-то я всегда осознавал свои ошибки.

Сегодня извиняться не хотелось.

– Ну и что? Спишем на жару, – отмахнулся я и перевел тему: – Так что насчет клинка? Есть какие-то пожелания у заказчика?

– Да не особо. – Отец покривил губы в усмешке. – Помассивнее, говорит. Поярче. Самоцветов, говорит, на рукоять побольше…

– Самоцветов? Неужто гном заказал?

– Угадал. Герд ли Дубкан. Правая рука нынешнего правителя Подгорья. Говорит, у сына именины. Полвека. Вот и хочет подарить мальчишке что-нибудь особенное.

– Особенное? – Слизнув с губы пот, я отставил кувалду, отер тряпкой лицо и подошел к отцу. – Мне кажется, этот гном – жадюга, каких поискать. На юбилей сыну мог бы заказать клинок в своем Подгорье или в По́лыни. Столичные оружейники славятся мастерством. Или, в конце концов, купить где-нибудь на торгах в Пограничье.

Не принадлежащие ни одному из ныне правящих владык Адирана земли Пограничья славились своими торгами, проходившими с начала весны до поздней осени. На них можно было купить все. Даже раритетные магические клинки давно почивших оружейников Эльфириана, а с ними, как известно, в оружейном деле могли соперничать только мастера Подгорья.

Но отец возразил:

– Ты не прав, Сандр. Оружейники По́лыни уже давно разучились создавать шедевры, а в Пограничье торги едва начались, и сейчас на них можно купить только какую-нибудь жалкую поделку по баснословной цене. Герд ли Дубкан – не дурак, что пришел за клинком к тебе. Ты переплюнул в мастерстве даже меня, слава о тебе разлетелась далеко за пределы наших земель. Или ты думаешь, что я каждый месяц езжу в Дубки с твоими клинками, чтобы раздавать их нищим? Я их продаю. И по довольно неплохой цене. – Отец пригладил растрепавшиеся порывом сухого ветра седые волосы и улыбнулся. Морщинки-лучики разбежались по его загорелому до черноты лицу, делая озорными зеленые, будто у кота, глаза.

 

– Цену могут дать и за бойкий язык торговца, – усмехнулся я и, чувствуя, как щеки заливает огонь, вышел на улицу, подставляя утреннему ветру разгоряченное лицо.

Услышать похвалу из уст отца всегда приятно, к тому же делал он это крайне редко.

– Так, мальчик, поправь меня, если ошибаюсь: ты только что назвал своего старика болтуном? – Отец вышел следом и, шутя, хлопнул меня чуть пониже спины. – Ты слишком невысокого мнения о своих талантах. А зря!

И прошел мимо меня.

– Может, и зря. – Я проводил его взглядом. – Да только лучше всегда быть недовольным своими трудами и постоянно учиться, стремясь стать мастером, чем зазнаться и считать себя мастером, при этом навсегда оставаясь подмастерьем.

Отец довольно хмыкнул, принимая мою правоту, и подошел к стоявшей под навесом бадье, наполненной доверху ледяной колодезной водой. Взял ковш и поманил меня.

– Иди. Полью.

Я подошел. Закатал штаны, наклонился к бочке и даже застонал от наслаждения, когда холодные струйки побежали по разгоряченной спине. Ежедневный жар кузни был бы не так беспощаден, если бы не пе́кло, стоявшее на улице уже несколько дней кряду.

Слишком жаркая погода для этих весенних дней.

Слишком.

– На сегодня для тебя работа закончена. Можешь идти на рыбалку, как хотел. – Отец протянул мне полотенце.

– Еще вечерком поработаю. – Я наскоро обтерся и повесил полотенце на стоявший у бочки кол. – После заката.

– Нет. – Он нахмурил седые брови. – Сегодня я бы хотел тебе кое-что рассказать и показать.

– Звучит угрожающе. – Я криво ухмыльнулся. Тут же вспомнился эпизод, произошедший со мной года два назад.

Мне тогда едва минуло шестнадцать лет, но никто не давал меньше восемнадцати. Я как-то быстро вытянулся, ростом обогнав всех сверстников, к тому же ежедневные «упражнения» с кувалдой сделали свое дело. В общем, в боях «на кулачках» со мной считались даже двадцатилетки.

И вот однажды отец, бросив точно такую же фразу, увел меня к реке, где мне пришлось выслушать подробное объяснение всем моим странным способностям, которыми с лихвой меня наградили боги. Оказалось, что мой талант призывать огонь, замораживать воду и левитировать железные заготовки к бочке с водой – это «всего лишь магическая, к тому же запрещенная сила, которую ни в коем случае никому не стоит демонстрировать, если не хочу закончить жизнь на плахе».

Тогда же он обучил меня моему первому осмысленному заклинанию «Удар ветра», взяв слово не применять его. Пока! Но в первом же бою я не смог удержаться: ураганный порыв ветра раскидал невидимыми кулаками противников, подарив мне победу и ни с чем не сравнимые ужас и восхищение в глазах зрителей.

К счастью, отец оказался поблизости… Несколько непонятных слов, и свидетели моей выходки напрочь забыли все, что видели. Тогда-то, придя домой под утро, он и обмолвился: «Живя в хлеву, будь как все, или первым попадешь на скотобойню».

С тех пор прошло два года, но то чувство вины я запомнил на всю жизнь, и больше никогда не применял магию, если имелись свидетели из деревенских. А если случались трудности, приходилось решать их по старинке. Кулаками.

Я не сдержал вздоха.

Воспоминания воскресили мою давнюю мечту.

Всю свою недолгую жизнь я очень хотел уйти из этого «хлева». Для начала в Дубки – ближайший большой, а по мне, так просто огромный город Объединенного королевства. А потом в Сильвиорс. Портовый город. Наняться на судно эльфиров. Повидать мир… Но как бросить отца? Он ни за что не соглашался променять свою размеренную жизнь на сомнительную романтику странствий.

Интересно, что же за разговор нам сегодня предстоит? О чем? А главное – зачем?

Отец молча смотрел на меня. Серьезно, внимательно, как будто знал все мои мысли. Наконец, заговорил и словно поставил точку в моих сомнениях:

– Как бы странно это ни звучало, нам не избежать того, что случится сегодня, сын. Время пришло. – Он развернулся и пошел к дому, бросив: – Пойдем, пообедаем. Я принес молока и хлеба.

Того, что случится? Еще лучше! Наверное, это он специально сказал. Теперь я не то что пойду – побегу!

Я проводил его взглядом, вздохнул и направился следом.

Отец…

Невысокий, ниже меня на две головы, жилистый и белый как лунь, он не был воином, не казался мне воплощением силы, но иногда вызывал чувство странной робости. Впрочем, наверное, так и должно быть между отцом и сыном?

Отец вырастил меня один. Мать умерла сразу после родов, и только поросший цветами холмик за домом да глыба гранита в изголовье с вырезанным на нем именем «ДИНАРА» напоминали мне о том, что она была.

Пригнувшись, я шагнул в дом. Прохладный полумрак сеней встретил меня запахом свежеиспеченного хлеба и парного молока.

Отца в деревне уважали и достойно оплачивали работу кузнеца. Мы никогда не терпели нужды. Почти пятнадцать лет он не отходил от наковальни, создавая молотом и огнем настоящие творения искусства. В последние три года он отдалился от работы в кузнице и продолжателем его дела стал я. Но, как бы он ни хвалил меня, что бы ни говорил, я понимал – достигнуть уровня его мастерства мне будет непросто.

– Садись. – Отец кивнул на табурет и придвинул ко мне хлеб. Я охотно уселся и, с жадностью ломая еще теплую булку, спросил:

– Скажи, а ты научишь меня делать рукояти? С каменьями? И заговоренные лезвия?

Отец улыбнулся и, взяв кувшин, доверху налил в глиняную кружку молока.

– Конечно, научу. Какие мои годы…

С этой книгой читают:
Упасть в небо
Надежда Кузьмина
129
Мой личный враг
Елена Звездная
119
Алета
Милена Завойчинская
199
Проклятие некроманта
Наталья Жильцова
129
Уши не трогать!
Анна Гаврилова
129
Охота
Надежда Кузьмина
149
Развернуть
Другие книги автора:
Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»