3 книги в месяц за 299 

Единственный ребенокТекст

Автор:Со Миэ
25
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Единственный ребенок
Единственный ребенок
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 598  478,40 
Единственный ребенок
Единственный ребенок
Аудиокнига
Читает Елена Греб
299 
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Все персонажи и события в книге являются вымышленными, а совпадения с реальными событиями случайны.


© Артём Лисочкин, перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Пролог

Чисто для примера: предположим, есть какая-то очень старая комната.

В этой комнате полным-полно вещей, о которых я даже не хочу вспоминать, а на двери – здоровенный замок.

Со временем я постепенно забываю о существовании этой комнаты и в конце концов вообще не помню, что она в принципе была.

Память – странная штука. То, что вроде бы просто невозможно забыть, полностью стирается у тебя из головы, и как раз по этой самой причине. Говорят, это такой защитный механизм, который предохраняет тебя от перегрузок. Мозг автоматически блокирует подобные вещи, зная, что ты просто сломаешься, если будешь постоянно о них думать. Так что твоя голова помнит только то, что хочет помнить. Хранит лишь то, с чем может справиться.

Иногда я только дивлюсь: что не так с моей-то головой?

Да, у меня тоже когда-то была такая комната.

Комната, которую я задвинул в самый дальний уголок сознания, навесив на дверь десятки замков. И одно время даже не помнил, что нечто подобное вообще существует. Но это оказалось ненадолго. В один прекрасный день эти замки поотваливались, все разом.

Не надо было мне входить в эту дверь, пусть даже она и была уже не заперта… Но любопытство взяло верх, и я вошел. И тут же понял.

Что я открыл дверь в преисподнюю.

Часть I

1

Сообщение о пожаре в районе Ынам-дон [1]поступило семнадцатого июня, в три тридцать семь утра.

Соответствующая информация появилась на электронном табло дежурного в главном управлении пожарной охраны, что под горой Намсан, и в тот же самый момент о происшедшем узнали в пожарном управлении Западного городского округа и ближайшем отделе полиции, а также в группе по расследованию пожаров Столичной полиции Сеула.

Ли Санук, инспектор главного управления пожарной охраны, принявший сообщение, на тот момент находился на ночном дежурстве и безмятежно спал в комнате отдыха. Разбуженный звонком на мобильник, Санук поднялся на ноги, потирая сонные глаза. Он завалился на кровать только после часа ночи, закончив писать рапорт, так что поспать удалось от силы пару часов.

Веки постоянно опускались сами собой, но когда инспектор вышел из здания и глотнул свежего воздуха, то почувствовал себя малость пободрее. Прохладный ночной воздух быстро выдул из головы последние остатки сна.

Прежде чем сесть в свою машину, оставленную на служебной парковке, Санук позвонил сержанту Ю Донсигу, своему постоянному напарнику. Ответил все еще полусонный недовольный голос:

– Да не сплю я, не сплю!

Должно быть, тому уже тоже успели позвонить из главного управления городской полиции.

Санук живо представил себе своего приятеля. Сидит небось на постели, встряхивая головой, чтобы опять не задремать. Пытается выгнать сон, прикрыв глаза и вслушиваясь в голос из трубки.

Подавив смешок, Санук сообщил, что направляется к месту происшествия.

– Давай не копайся и выходи, – добавил он.

– Погоди-ка… – произнес сержант Ю.

– А?

Санук уже собирался отключиться, но что-то в голосе сержанта его насторожило. Гадая, что это могло быть, Санук покрепче прижал телефон к уху.

– Так где, говоришь, это?

Ю не мог не знать адреса, но все же переспросил – наверное, не проснулся еще до конца, хочет просто убедиться.

– В Ынаме. На сей раз возле районной гимназии, у «пяти углов», на улице Пеннёса.

Получив подтверждение, сержант Ю тяжело вздохнул. Ненадолго затих – видимо, пытался окончательно проснуться. Издал стон, неразборчиво пробормотал что-то. Наверное, ругался, поднимаясь на ноги. Санук отлично его понимал – сам точно так же себя чувствовал.

– Ну да, меня это уже тоже бесит, – сказал он сержанту.

– Ладно, все нормально. Дай собраться. Скоро буду.

Отключившись, Санук быстро забрался в машину. Вставил ключ в замок зажигания, завел мотор, глянул на часы. Был уже пятый час утра.

В такую рань пробок в городе ждать не приходится. Если двинуть по проспекту Муакдже мимо ворот Сыннемун[2], то можно домчаться максимум минут за двадцать. Придавив педаль, Санук пулей вылетел со стоянки, пытаясь припомнить, сколько случаев возгорания зафиксировано уже в районе Ынам за последнее время.

Выходило, что пять, и началось все весной. И вот теперь у Санука было такое чувство, что ему придется сломя голову нестись по вызову, даже если кто-то в этом районе просто чиркнет спичкой.

Первый такой случай произошел в седьмом микрорайоне Ынама, возле строящегося жилого комплекса «Хиллз-стейт», неподалеку от больницы Ынпхен.

Между возводимыми у подножия горы Пеннён здоровенными высотками – груды стройматериалов, туда-сюда снуют тяжелые грузовики.

К счастью, при тушении пожара никто не погиб. На пустыре между улицей Пеннёса и стройкой загорелся штабель фанеры и еще какие-то отделочные материалы, но ущерб оказался невелик, а с огнем удалось справиться достаточно быстро – благодаря какому-то работяге, сторожившему стройплощадку и вовремя заметившему неладное. В управлении ничего криминального в этом пожаре не нашли и списали все на непотушенный окурок – на чистую случайность.

Но когда и в самом районе, и в его окрестностях один за другим заполыхали новые пожары, этот самый первый случай, изначально списанный на простую халатность, стал объектом расследования вместе с остальными. Поскольку на ночь стройплощадка закрывалась и никого там, по идее, не должно было быть, возникло предположение, что кто-то умышленно пробрался туда с целью поджога.

Третий пожар оказался самым разрушительным, и вот тогда-то Ли Сануку, инспектору главного управления пожарной охраны, и сержанту Ю Донсигу, судебному эксперту группы по расследованию пожаров городской полиции, и пришлось подключиться к делу.

Этот пожар, занявшийся возле церкви на задах ынамской начальной школы все на той же улице Пеннёса, вызвал очень серьезный ущерб – из-за сильного ветра пламя перекинулось на соседний жилой квартал. Три здания выгорели дотла; погибла семья из трех человек, спавших на тот момент в собственных постелях.

Все это случилось около трех утра, но все-таки нашелся свидетель, поскольку пожар заполыхал прямо посреди густонаселенного микрорайона.

Этот свидетель – местный житель, который в тот день работал сверхурочно и поздно возвращался домой, – сообщил, что видел в переулке неподалеку от места возгорания какого-то подозрительного человека. Согласно его показаниям, пламя занялось среди жилых домов в тот самый момент, когда этот человек поспешно вывернул из переулка на главную улицу, скрывшись из виду, но описать он его не может, поскольку было темно.

Санук на пару с сержантом Ю долго копался на пожарище, выискивая точное место возгорания и его причину, но в итоге зашел в тупик, поскольку показания свидетеля никак не стыковались с тем, что удалось обнаружить. Единственно, обитатели микрорайона поведали о некоем затяжном конфликте между ними и фирмой-застройщиком, который вполне мог иметь какое-то отношение к серии пожаров.

Когда Санук уже перевалил через холм Муакдже и на развязке Хондже свернул на проспект Морене, запиликал его мобильник.

– Ты где? – каким-то бесцветным голосом поинтересовался сержант Ю. – Уже на месте?

– Нет, еще еду. Давай тоже подъезжай, там и поговорим.

– Это ведь уже шестой раз, так?

– Ну да, шестой.

Молчание в трубке.

– Так что хотел сказать-то? – поинтересовался Санук, думая, уж не рассоединился ли звонок.

– Ну, мне тут недавно приснился нехороший сон… – последовал ответ сержанта Ю.

– Сон?

Видать, коллега находился в несколько растрепанных чувствах, получив сообщение о пожаре после какого-то нехорошего сна. Из-за такого внезапного проявления слабости напарника Санук и сам немного расстроился. Сержанта, видать, вконец достала эта бесконечная серия.

И Санук, и Ю оба специализировались на расследовании пожаров, но отвечали за разные участки этой работы. Главная задача Санука – осмотр места происшествия, поиск каких-либо оставшихся следов и опрос свидетелей, чтобы определить точное место первичного возгорания и причину пожара. Далее, особенно если обнаруживаются какие-либо признаки умышленного поджога, в дело вступает сержант Ю, работающий в связке с пожарными инспекторами вроде Санука. От лица полиции открывается полномасштабное расследование, ставящее целью найти на месте происшествия какие-то следы того, кто это сделал, и в итоге поймать его.

Для Санука, представляющего управление пожарной охраны, местом происшествия работа и заканчивается, а для сержанта Ю здесь все только начинается. Если вдруг выплывет какой-то криминальный след, сержант не успокоится, пока не вычислит преступника и не закроет дело.

 

Оба работали бок о бок, обмениваясь мнениями о том, что удалось обнаружить на пожарище, но ничуть не удивительно, что из них двоих именно сержант Ю испытывал наибольший стресс. Вдобавок уже несколько месяцев пожары с завидной регулярностью полыхали в одном и том же районе, и стремление поскорей разрешить эту загадку наверняка наваливалось ему на плечи еще более тяжкой ношей. Обычно оба не мчались к месту происшествия, едва получив сообщение от диспетчера. Но в предыдущих случаях многое указывало на умышленный поджог, так что, услышав сообщение о пожаре в районе Ынам, они немедленно связались между собой.

Санук не знал, что сказать сержанту Ю. Просто надеялся, что подозреваемый будет наконец пойман, а серии пожаров удастся положить конец.

– А ты вообще веришь в вещие сны и всякую такую лабуду? – спросил сержант Ю.

– Верю. Прямо перед тем, как я родился, моя матушка как раз видела такой вещий сон[3]. Наверное, именно поэтому я и подался в пожарные. Разве я тебе не рассказывал?

Чтобы слегка поднять напарнику настроение, Санук принялся пересказывать матушкин сон, проявляя бо́льшую словоохотливость, чем обычно. Но сержант, который эту историю уже сто раз слышал, повесил трубку, прежде чем Санук успел добраться до сути.

Санук хмыкнул, положил телефон на сиденье и прибавил газу.

* * *

В нескольких десятках метров от «пяти углов» перед гимназией Чингам образовался затор, словно чтобы оповестить всех окрестных зевак: здесь пожар, скорей сюда. Несмотря на ранний час, пробраться к месту происшествия оказалось непросто, поскольку на въезде собралась изрядная толпа, а проезжающие автомобилисты сбавляли ход, вытягивая шеи.

Санук прорвался на улицу Пеннёса, только несколько раз энергично посигналив, хотя на крыше его машины вовсю сияли мигалки. Припарковался в сторонке, подальше от зевак, и еще на подходе узрел обычную для пожара суету.

Дорога была забита пожарными машинами, мобилизованными для тушения, взмыленными пожарными и микроавтобусами скорой помощи, готовыми развезти по больницам пострадавших. Среди скопления людей и автомобилей мелькали полицейские в форме, пытающиеся навести хоть какой-то порядок. Вдобавок, заслышав о пожаре, сюда, наступая друг другу на пятки, сбежались чуть ли не все жители окрестного микрорайона, так что царила полная неразбериха.

По профессиональной привычке Санук бросил взгляд на бьющее в небо пламя. К счастью, очаг пожара уже частично удалось взять под контроль, и на место происшествия готовились войти спасатели. Санук осмотрелся по сторонам, ободряюще помахав бойцам из управления пожарной охраны Западного округа, с которыми успел познакомиться во время последней серии пожаров.

Сержанта Ю он сразу заметил даже среди десятков суетящихся вокруг людей – по-военному короткая стрижка ежиком, внушительный рост и крепкое телосложение легко узнавались издалека.

Тот, мотая головой и пытаясь подавить зевоту, стоял за одной из патрульных машин и наблюдал за работой пожарных.

Санук быстро подошел к нему.

– Что, никак не проснуться? – поинтересовался он у приятеля.

Тот нахмурился, не сводя глаз с тугой водяной струи, летящей в огонь. Сержант явно не выспался, а эта серия поджогов, видать, окончательно его вымотала.

– И все вот это – из-за какой-то сволочи? – процедил сержант.

– Похоже на то.

Сержант Ю раздраженно потер щеки, огляделся по сторонам и двинулся к одному из полицейских в форме, пытавшихся поддерживать порядок.

Тот отчитался об обнаруженных свидетелях и о том, что удалось сделать. Когда сержант Ю и Санук поинтересовались, кто вызвал пожарных, полицейский махнул рукой на круглосуточный магазинчик по соседству, сообщив, что свидетель оттуда.

Перед входом в местную торговую точку уже гомонила порядочная толпа. Похоже, когда пламя поутихло, все стали понемногу расходиться по домам.

Но внутри никого не оказалось. Сержант Ю вышел обратно на улицу, чтобы разыскать того, кто вызвал пожарных, и тут на него обернулся какой-то молодой человек в полосатой футболке, с разрумянившимся лицом. Возбужденно цокая языком, он глазел на пожар вместе с остальными. Это и был тот самый продавец ночной смены, на которого ссылался полицейский.

– Это я звонил, – сообщил он.

– Можете сказать, что вы увидели первым делом?

Все перевели взгляды на парня. Тот секунду смотрел на сержанта, почесывая в голове, после чего заговорил:

– Это произошло примерно в половине четвертого. Покупателей не было, и я стал клевать носом, сидя за прилавком, так что вышел на улицу малость освежиться. И вот тогда-то и увидел густой черный дым над домами дальше по переулку. Поначалу не понял, что это такое, а потом в дыму вдруг взметнулось пламя. Точно не скажу, но показалось, что оно выросло буквально на глазах. Я испугался и сразу побежал звонить пожарным.

Глядя вдоль переулка туда, куда показывал молодой человек, сержант Ю ненадолго задумался.

– Куда выходит этот переулок? – спросил он наконец.

– Да вроде никуда, там тупик.

– Не видели какого-нибудь подозрительного человека, пока звонили? Кого-нибудь, кто выскочил с той стороны, откуда поднимался дым? Или, может, перед самым пожаром тут шатался кто-то посторонний?

– Не могу сказать, я в тот момент был за прилавком.

Сержант Ю вручил молодому человеку свою визитку, попросил обязательно позвонить, если тот вспомнит что-нибудь еще, и двинулся в сторону переулка.

В самом начале улочки собралась жидкая грязь – из скопления пожарных рукавов кое-где еще брызгала вода. Подойдя ближе, сержант Ю увидел, как из переулка, откуда еще поднимался дым, вышел один из спасателей, держа на руках маленькую девочку, лет десяти на вид.

Глянув на девчушку, сержант Ю почему-то не смог отвести от нее глаз. Развернулся и двинулся вслед за спасателем, который ее нес.

Тот отнес девочку к скорой и вновь исчез в переулке.

Фельдшер в машине укрыл ее одеялом и спросил, не болит ли у нее где, но девочка ничего не ответила, неотрывно глядя в сторону переулка и прижимая к себе большого плюшевого медведя. Вид у нее был довольно спокойный, хотя ее только что вынесли из самого пекла. Впрочем, внимательней приглядевшись к ее лицу, сержант Ю понял, что оно сковано шоком. Только огромные глаза выказывали страх, время от времени тревожно стреляя по сторонам. Похоже, что физически она ничуть не пострадала.

Девчушка не сводила глаз с переулка, из которого все еще сочился черный дым, а потом, будто очнувшись, вылезла из скорой и огляделась по сторонам. Словно искала, к кому бы обратиться – у кого бы спросить, можно ли вернуться в переулок, домой, или надо ждать здесь.

У сержанта кольнуло в сердце.

Вид пострадавших – вот что всегда причиняло ему на пожарище самую сильную боль. Людей, вмиг оставшихся без крыши над головой, потерявших своих близких.

Для них это было как гром среди ясного неба. Большинство потом неделями не могли найти себе места, теряли сон из-за испытанного потрясения. Воспоминания о пережитом еще долго преследовали их в кошмарных снах.

И при виде этой девочки, озирающейся по сторонам в поисках родных среди равнодушных к ней зевак, сержант Ю вдруг разозлился.

Когда она неуверенно двинулась прочь от скорой, быстро подошел к ней.

– Ты куда? Безопасней ждать здесь. И тебе нужно в больницу, – обратился он к девочке.

Та подняла на него большие чистые глаза. Они были полны тревоги, опасения при виде чужих людей. Сержанту Ю очень хотелось всеми силами потушить этот страх.

– Не бойся. Когда пожарные справятся с огнем, ты опять найдешь своих родных, – заверил он ее.

При этих словах девочка заморгала и что-то пролепетала, словно наконец о чем-то вспомнив. Поначалу она едва шевелила губами, бормоча так, что он едва мог ее разобрать, но потом подняла взгляд и повысила голос:

– Мой папа…

– Да?

– Я хочу к папе.

Сержант Ю бросил взгляд в сторону микроавтобуса скорой помощи. Его задние двери были распахнуты, но никого из пострадавших внутри он не заметил. Если ее родственников спасли раньше, то могли уже увезти в больницу на другой скорой. А если нет, то они сейчас в том полыхающем доме. Даже думать о таком не хотелось. Не зная, что сказать, сержант Ю огляделся по сторонам. Помог бы кто, что ли…

Малышка вцепилась ему в рукав и подергала, словно взывая о помощи. Опустив взгляд, он заглянул ей в глаза и ощутил тянущую боль в сердце. Девочка, которая все более осознавала происходящее, выглядела так, будто вот-вот разрыдается, ее глаза наполнялись слезами. Чем дольше она будет оставаться вдали от родных, тем больше ею будут овладевать страх и тревога.

Сержант Ю беспомощно огляделся в поисках Санука.

Тот тем временем оценивал ситуацию, расспрашивал пожарных, собиравших свое снаряжение: подобный разбор того, как пожарные работали на месте происшествия и что при этом происходило, позволяет не повторять прошлых ошибок. Дожидаясь, когда Санук покончит с этим делом, сержант еще раз опустил сочувственный взгляд на девочку.

Вскоре, закончив разговор с пожарными, Санук подошел к нему.

– Ну что, двинем туда потихонечку? – обратился он к сержанту, махнув в ту сторону, откуда еще поднимался дым.

И только тут Санук, которому явно не терпелось приступить к предварительному расследованию, едва только огонь будет окончательно потушен, заметил стоящую рядом с сержантом девочку. Внимательно посмотрел на нее. Потом опять на сержанта Ю, на сей раз вопросительно. Сержант мотнул подбородком в сторону переулка.

Санук наконец понял, что она – одна из жертв пожара, а не кто-то из зевак, и наклонился, чтобы потрепать ее по голове.

– Ты, наверное, очень испугалась… Нигде не поранилась? Где твоя мама? – спросил он у девочки.

Ответила она не сразу.

– Моя мама умерла.

Слезы, которые уже и так застилали ей глаза, полились сплошным потоком. Испуганный услышанным ответом, Санук уставился на сержанта Ю, не зная, что сказать.

– А она… все еще там? – осторожно спросил сержант Ю.

Девчонка неистово замотала головой, а потом уткнула подбородок в грудь, показывая, что больше не хочет продолжать разговор. После упоминания о матери полностью замкнулась, еще крепче прижав к себе своего плюшевого медведя. А после, избегая взгляда Санука, вообще зарылась в него лицом.

Сержант Ю, наблюдая за этим, негромко произнес, обращаясь к Сануку:

– Отца, видно, уже вывели. Она хочет, чтоб мы отвели ее к нему.

– Тогда надо посадить ее в скорую. Он наверняка в окружной больнице. Может, уточним для полной уверенности?

– Мой папа в Сеульском госпитале, – встряла девочка, которая секунду назад напрочь отказывалась говорить.

– В Сеульском госпитале?

Сержант уставился на нее, а потом перевел взгляд на Санука.

– А вообще тут есть поблизости какой-то Сеульский госпиталь?

– Не уверен. Я тоже про такой первый раз слышу.

Для приема пострадавших при пожарах в Западном округе было выделено сразу несколько больниц, но никакой Сеульский госпиталь среди них не значился. Девочка с явно рассерженным видом смахнула кулачком слезы со щек, вытащила из кармана визитную карточку и сунула ее Сануку.

– Тут есть папин телефон. Позвоните ему, пожалуйста, – попросила она.

Взяв у нее визитку, Санук бросил на сержанта Ю недоуменный взгляд.

– Ну, чего ждешь? Звони давай! – поторопил его сержант.

При этих словах Санук поспешно вытащил из кармана мобильник и набрал номер.

– Алло? Гм… это господин Юн Джесон? – спросил он, когда ему ответили.

Голос на другом конце линии звучал откровенно сонно. Похоже, что ответивший мужчина еще не был в курсе про пожар. Ну кто обрадуется телефонному звонку в такую рань? Отец девочки довольно резко поинтересовался, чего надо.

– Вас ищет ваша дочь. Мы сейчас в районе Ынам, тут был пожар… Да. Да, совершенно верно. Возле виллы Чонсон на улице Тальмаджи. Да… Не волнуйтесь. Она не пострадала. Да… Да.

 

Отец девочки, явно встревожившись, уточнил адрес, пообещал немедленно приехать и отключился.

Едва Санук убрал телефон в карман, как девочка потянула его за штанину. Он быстро опустил на нее взгляд. Глаза ее светились надеждой и восторгом.

– Он приедет? – нетерпеливо выпалила она.

– Да, скоро будет здесь, никуда не уходи.

На лице ее отразилось видимое облегчение. Страха и тревоги как не бывало. Обернувшись, Санук увидел, что скорая уже уехала. Оставив девочку на попечение полицейских, сержант Ю и Санук двинулись в переулок, к месту пожара.

* * *

Спасатели уже ушли, а оставшиеся пожарные выламывали обгоревшие двери, проверяя, не осталось ли кого-нибудь внутри. Сержант Ю с Сануком тоже принялись осматриваться.

Похоже, больше всего пострадали отдельный частный дом в самом конце тупикового переулка и расположенное по соседству невысокое здание на несколько квартир.

Первым делом сержант с Сануком двинулись к частному дому.

Пройдя за ворота, они оказались во дворике с несколькими деревцами и простеньким двухэтажным строением. После тушения пожара тут осталось натуральное болото, натекшая из дома вода образовала многочисленные лужи. Сержант Ю и Санук, включив фонарики, принялись осматриваться, уделяя основное внимание фасаду, совершенно почерневшему.

Дом выгорел практически полностью – окна выбиты, стены покрыты толстым слоем сажи. Двухэтажное многоквартирное здание по соседству тоже выглядело не лучше, из окон над балконами повылетали стекла. За пустыми проемами – сплошная чернота, в которой кое-где проглядывали остатки мебели и расплавившихся от жара пластмассовых корпусов всякой бытовой техники, с них до сих пор капала вода. Жуткое зрелище – трудно было поверить, что здесь когда-то жили люди. Охваченный огнем дом превратился в ад.

Там, где языки пламени лизали стены, остались их отпечатки – тянущиеся вверх росчерки сажи.

Переступая через лужи, сержант Ю и Санук принялись осматривать стены с черными разводами.

– Похоже, что огонь перекинулся отсюда на квартиры.

В ответ на эти слова Санука сержант лишь кивнул, направляясь на зады дома, чтобы обследовать пространство, разделяющее оба здания.

Тут оставался совсем небольшой промежуток – судя по всему, недавно заваленный всяким барахлом, оставившим после себя лишь бесформенную почерневшую гору, пропитанную водой. Над ней до сих пор курился дымок, словно пожар еще не покончил с домом.

Санук потрогал несколько остатков непонятно чего, превратившегося в бесформенные куски угля, поворошил пепел носком ботинка. Принюхался.

– Дерево и какая-то химия, – определил он. – Похоже, здесь ко всему прочему валялись и обрезки пластиковой облицовки.

– Наверное, остались после строительства или ремонта. Вон двери, еще какие-то стройматериалы…

– Да, похоже на то.

Если бы здесь было пусто, огонь не распространился бы на соседнее здание. Фанера и пластиковые планки оказались тем самым мостиком, по которым огонь запросто перепрыгнул на многоквартирный дом по соседству.

Сержант Ю и Санук уже выходили обратно во дворик, когда из дома выскочили несколько пожарных с криками – внутри обнаружились мертвые тела. Один бросился в сторону переулка за каталкой.

Сержант Ю невольно зажмурился.

Пожар, начавшийся посреди ночи, причинил более значительный ущерб, чем обычно, поскольку большинство людей крепко спали. Семья в частном доме, очевидно, погибла прямо во сне, даже не успев понять, что вокруг бушует пламя. Вслед за одним из пожарных сержант Ю прошел внутрь, приготовившись к худшему.

Погибших было двое. Похоже, что в момент смерти они спали бок о бок. Видимо, муж и жена. При виде обгоревших тел сержант Ю едва справился с приступом дурноты и быстро натянул на лицо маску респиратора.

И, едва начав осматривать тела в спальне, инстинктивно почувствовал: что-то тут не так.

Что-то необъяснимое завладело им, да так и не отпускало. Подойдя к трупам, он приподнял полусгоревшее шерстяное одеяло. Может, оно частично прикрыло тела от огня, поскольку под ним они оказались практически нетронутыми, но… Это сразу его поразило, но он не стал делать поспешных выводов.

Санук, который только входил в комнату, при виде мертвых тел машинально попятился. Пожарным инспектором он работал не первый год и навидался всякого, но все же до сих пор старался по возможности держаться подальше от мертвецов. Сержант Ю двинулся к выходу, попросив пожарных пока что ничего не трогать в спальне. Санук, который расхаживал взад-вперед по дворику, направился вслед за ним к воротам.

– Ты куда?

– Возьму фотоаппарат из машины.

– У меня с собой.

– Мне свой нужен. Хочу сам все заснять.

Ощутив натянутость в голосе сержанта, Санук предпочел промолчать. Стремление коллеги самому заняться этим делом свидетельствовало об одном: у пожара прослеживается криминальный след. Тому требовались подробные снимки, фиксирующие место происшествия.

В этот момент в кармане у Санука зазвонил мобильник. Глянув на высветившийся номер, он принял звонок. Это был отец девочки, которому он недавно звонил. Тот сообщил, что уже на подъезде и поинтересовался, где его дочь.

– В патрульной машине прямо у въезда в переулок, – объяснил Санук. – Туда и подъезжайте.

– Ту девчонку уже отец ищет, – сообщил он сержанту Ю.

Сержант заступил ему дорогу.

– Э, в чем дело? – удивился Санук.

– Я сам с ним пообщаюсь, так что оставайся здесь и продолжай осмотр.

Сержант Ю, который всегда переживал, что обстановка на месте происшествия может быть в его отсутствие нарушена, быстро вышел в переулок и направился в сторону главной улицы, на которой стояла патрульная машина.

В переулке, где совсем недавно толклись десятки людей, теперь стало тише. Все разошлись и разъехались, не считая минимума пожарных машин и скорых. Толпа тоже заметно поредела. Пожар потушили, час был ранний, и люди наверняка отправились по домам досыпать или собираться на работу.

Поспешно достав фотоаппарат из машины, сержант Ю подошел к патрульному автомобилю. Полицейского нигде не было видно. Поискав его глазами по сторонам, Ю заглянул внутрь.

Девочка, свернувшись на заднем сиденье, тихо спала. Видать, после всех переживаний успокоилась, узнав, что скоро приедет отец.

Даже во сне она крепко прижимала к себе своего плюшевого медведя. Время от времени покашливала, морщась, как будто от боли – должно быть, наглоталась дыма. Но, поворочавшись и убедившись, что медведь по-прежнему под боком, опять с облегченным видом засыпала. Сержант Ю ощутил острую жалость к ребенку, способному спать крепким сном после столь ужасных событий. Сколько потом ночей она проведет, ворочаясь без сна, из-за того, что произошло этой ночью?

– О, заснула?.. Я купил ей молока, а то она жаловалась, что у нее першит в горле.

Обернувшись, сержант Ю увидел полицейского в форме, держащего в руках картонку молока и упаковку печенья.

– А где ее родственники? – поинтересовался полицейский.

– Отец уже едет, – отозвался сержант Ю.

– Это хорошо.

Из остановившейся рядом машины поспешно выбрался какой-то мужчина. Бросился было в переулок, но остановился при виде скопления пожарных машин и перемазанных сажей пожарных. Лицо его окаменело от потрясения.

– Господин Юн Джесон? – крикнул сержант Ю.

Мужчина обернулся посмотреть, кто зовет его по имени, и подошел ближе. Губы его нервно подергивались. Но голос звучал твердо и требовательно:

– Где моя дочь?

– Не волнуйтесь. Спит вон там, в машине. Она не пострадала.

Мужчина бросился к патрульному автомобилю проверить, что с дочкой действительно все в порядке. Убедившись, что она спокойно спит, облегченно выдохнул и повернулся к сержанту Ю.

– А где мои тесть с тещей? Они целы? Где они? – спросил он.

– Пострадавших отправили в ближайшую больницу.

Сержант Ю собрался было уточнить, в какую именно, но придержал язык. Его охватило зловещее чувство.

– Они из какого дома? – спросил он по какому-то наитию.

– Из того, что в самом конце тупика.

– Частный дом рядом с многоквартирным?

– Да. А почему вы спрашиваете?

В голове у сержанта промелькнула жутковатая картинка: лежащие рядышком два обгоревших тела с натянутым на головы одеялом. Эти двое, похоже, – дедушка и бабушка девочки со стороны матери.

Увидев выражение на лице сержанта, мужчина немедленно все понял. Недоверчиво приоткрыл рот. Заморгал, словно пытаясь подобрать нужные слова.

– Так они… погибли? Оба?

Сержант Ю кивнул, избегая встречаться с ним взглядом. Он просто-таки почувствовал, как тело мужчины разом обмякло.

– А куда… куда отвезли тела? – продолжал спрашивать тот.

– Ну… – сержант замешкался.

Было нелегко произнести это вслух. Тем более что он не мог пока объяснить, что именно произошло. Все прояснится только после тщательного обследования места происшествия и вскрытия. До этого момента нельзя объявлять тому, кто потрясен до основания потерей близких, что причина их смерти – убийство, а не огонь. Сержант решил, что лучше сообщить об этом отцу девочки, когда все подтвердится и когда тот более-менее оправится от первоначального шока.

– Сейчас вам лучше отвезти дочку домой. Мы вам позвоним. Она наверняка очень устала, – сказал он.

Мужчина, вспомнив про дочь, повернулся, опять заглянул в патрульную машину и кивнул.

– Ваша супруга тоже была в этом доме? – спросил сержант Ю.

– А?.. – Мужчина посмотрел на сержанта с испуганным выражением на лице.

Чуть раньше девочка сказала, что ее мама умерла. Дом еще досконально не осматривали, так что внутри вполне могло находиться еще одно тело.

– Нет, моя жена… умерла год назад, – запинаясь, ответил мужчина.

– О… простите. Мы просто не так поняли.

В ответ на извинения сержанта мужчина лишь отмахнулся – мол, все нормально, уже открывая дверцу патрульной машины.

Сержант Ю посмотрел, как отец подхватил дочь на руки, а потом направился обратно к переулку.

Пока он бездумно вертел в руках фотоаппарат, мозг его начал лихорадочно работать.

Выходит, убийство? Теперь придется посмотреть на место происшествия совершенно под другим углом, подумалось ему.

Небо понемногу светлело – солнце неуклонно вылезало из-за горизонта.

1Сеул разделен на 25 муниципальных округов (гу), имеющих статус самоуправления, которые, в свою очередь, включают в себя 522 административных района (дон). Здесь и далее – прим. пер.
2Сыннемун – «Великие южные ворота», построенные в 1398 г., – один из старейших архитектурных памятников Сеула, входящий в список национального достояния Республики Корея под первым номером. Практически заново восстановлены после пожара в 2008 г.
3Речь идет о вещем сне «тхемон», который видит ожидающая ребенка мать или ее близкие родственники. Все, что видится в таком сне – фрукты (яблоки, хурма, вишня, каштаны), животные (тигры, змеи, золотые рыбки), природа (реки, радуги), дети и драгоценности, – трактуется в соответствии со старинными верованиями. Считается, что такой сон может указывать на пол будущего ребенка.
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»