ДУБЛЬ-человечествоТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
ДУБЛЬ-человечество
ДУБЛЬ-человечество
ДУБЛЬ-человечество
Бумажная версия
567
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 6

КРЕСЛО в самолете попалось тесное и жесткое. К тому же рядом с Ильей, положив руку на подлокотник, устроился широкоплечий, накачанный атлет. Илья попробовал максимально использовать оставшееся пространство и прислонился щекой к стеклу иллюминатора – любоваться картиной за стеклом в любом случае бесполезно, ночная чернота плотной стеной подступала к самому борту. Подтянув молнию куртки к подбородку – с кондиционером в салоне явно переборщили, парень намерился вздремнуть. Но мешали соседи: рядом с атлетом сидела девушка, разговоры и смех не смолкали ни на секунду. Молодожены – по лицам читается, летят в свадебное путешествие.

Илья попытался, если уж не удается заснуть, хотя бы мысленно отгородиться от шумной, счастливой парочки. Как человек, иногда попадающий на борт самолета – возможность отправиться в отпуск подальше от дома он никогда не упускал, Илья сделал любопытное наблюдение. Первую половину пути он беспокоится о том, что осталось позади. Но чем ближе пункт назначения, тем чаще думаешь о том, что ждет впереди.

Вот и сейчас парень мысленно перебирал события прошедших дней. Автомобильная пробка, в которой застрял, совещание, на которое опоздал, неожиданное предложение стать участником розыгрыша. И совсем невероятный кульбит – оплачиваемый отпуск вместо ожидаемого увольнения. Затем суматошные сборы, масса дел, которые следовало переделать. Снова и снова он проходился по «списку», небрежная забывчивость может обойтись слишком дорого. Ведь от него зависела жизнь другого человека.

В редакции только Никита, друг еще со студенческих лет, знал семейные проблемы Ильи. Перегудов женился, едва разобравшись, что влюбился в однокурсницу Вику. Девушка жила с мамой в двухкомнатной квартире, туда же прописали Илью, до сего момента обитавшего, как иногородний студент, в общежитии. Брак получился недолговечным. Вика, заявив о том, что сделала большую глупость, выскочив замуж так рано, а мир велик, она его как следует не узнала-не посмотрела-не попробовала, получив диплом, уехала путешествовать. Периодически присылала оставшимся в Москве открытки с изображениями исторических памятников или экзотических пейзажей, в зависимости оттого, куда попадала. Года через два ожидаемо попросила развод – она встретила человека, настоящую любовь. Илья заполнил документы и отнес в загс – особых терзаний не испытывал: жена казалась фантомом, промелькнула и исчезла, чувства, вспыхнув однажды, давно угасли, оставив после себя лишь длинный шлейф разочарований. Единственная проблема после получения развода: где жить? На столичную квартиру денег не накопил, возвращаться некуда: там, где родился, никого из близких не осталось. Тамара Константиновна – теща или правильнее «мама Тома», как привык за эти годы называть женщину Илья, предложила ничего не менять: оставайся здесь, давно считаю тебя сыном, мы – семья.

Илье нужно было определяться с профессией. По образованию он художник-оформитель, вообще-то мечтал заниматься исключительно живописью, но понимал, что больших денег, махая кистью, не заработаешь. Это развлечение либо для богатых, либо для одиноких. А он чувствовал ответственность за маму Тому. Так попал в журнал «ТриС», где ответственный секретарь одновременно выполнял функции главного художника. Страницы в основном фотографиями заполнены, откровенничал с новым сотрудником сквалыга Лапушка, рисовать по большому счету нечего, зачем разбазаривать средства на две единицы в штатном расписании, если достаточно одной?

Поначалу устроились они с мамой Томой сносно. Летом удавалось съездить на отдых: она – в санаторий, он – на экскурсию по «художественным» местам (в Испанию – на родину Дали, Париж – Мекку импрессионистов, Лондон – в Музей современного искусства). Но однажды мир перевернулся. Мама Тома, аптечный провизор, обнаружила пропажу большого количества дорогих болеутоляющих препаратов, и владельцы фирмы, не заморачиваясь расследованием, нашли легкое решение проблемы, обвинив в воровстве того, кто… выявил недостачу. Тамара Константиновна вернулась домой в слезах, потом, как-то неловко споткнувшись, упала и потеряла сознание. Врачи «скорой», диагностировав инсульт, увезли женщину в больницу. Мама Тома выжила, но лишилась способности ходить и говорить.

Илья, пока теща находилась в клинике, переоборудовал квартиру: расширил дверные проемы, чтобы могло проезжать инвалидное кресло. Купил специальные средства гигиены, через газету объявлений подобрал сиделку. Потребовались время и терпение, но постепенно приспособились. Сиделки – тетки-молдаванки менялись каждый месяц. Одна, оттрубив вахту – спать приходилось на раскладном кресле в комнате больной, уезжала домой отдыхать, ей на смену прибывала подруга или соседка. Но теперь проблемой стали деньги, которые таяли на глазах. (Кстати, Вика на поверку оказалась черствой дочерью: узнав о несчастье, постигшем мать, лишь прислала очередную открытку с выражением сожаления, на всякий случай, сообщив, что они с мужем испытывают финансовые трудности). Половина зарплаты Ильи (а теперь работал он один) уходила сиделкам. Остальное тратилось на коммунальные платежи, продукты и лекарства. И даже при строгой экономии денег постоянно не хватало. Болеть – слишком дорогое нынче удовольствие. Илье приходилось постоянно занимать. В основном у Никиты. Увольнение, которым грозил Лапушка, в положении Перегудова означало катастрофу. Поэтому Илья не отвечал на колкости начальника, молчал и старался лишний раз не попадаться на глаза.

Илья никак не мог согреться и дополнительно натянул на голову капюшон от куртки. Парень еще раз проверил себя: памперсы, одноразовые пеленки, гигиенические салфетки, лекарства – запасов хватит на ближайший месяц, продукты – холодильник забил до верху, деньги на бытовые расходы – добавил в коробку из под чая, на тумбочке рядом с кроватью оставил листок с перечнем телефонов экстренных служб (приходящей медсестры, врача из поликлиники и т. д.). Вроде предусмотрел всё.

Самолет тряхнуло в воздушной яме. Соседка вскрикнула и вцепилась в руку атлета. Молодой муж, успокаивая девицу, стал отвлекать рассказами о том, какие достопримечательности им предстоит посетить в первую очередь.

Илья невольно, не открывая глаза, улыбнулся. Беспокойство по поводу домашних проблем постепенно отпустило, и парень переключился на мысли об отдыхе. Даже не верится, что он окажется на другом континенте. По сути, в другом мире, который доступен не каждому смертному. Например, в их редакции так далеко от Москвы никто не забирался. Тем более забесплатно. Остается только благодарить Никиту, именно он устроил другу подобный подарок. Сумасшедшую смесь из солнца, моря и неги в разгар унылой, неприветливой московской весны.

Потеряв окончательно надежду уснуть, Илья выбрался в коридор и прогулялся до туалета. На столике в нише лежали газеты и журналы – видимо, стюардессы забегались и забыли предложить пассажирам прессу, либо сочли, что ночью читателей не найдется. Из стопки выглядывал знакомый логотип. Неоспоримое свидетельство стараний Зуева – «ТриС» попал в бортовую раскладку.

Перегудов вытащил родной журнал и вернулся на место.

«Чрезвычайному происшествию» посвящался целый разворот с выноской на обложку. Основной материал сопровождали подборка фотографий и в отдельных «окнах» – короткие комментарии экспертов. Интрига закручивалась, начиная с заголовка: «Какими тайнами владел ответсекретарь?». Два снимка Ильи: он за компьютером и он рядом с Лапушкой – рассматривают макеты очередного номера (банально, но естественно). Краткая преамбула: Перегудов не появился утром на рабочем месте, мобильный телефон не отвечал. Проверили по домашнему адресу, на стук в дверь никто не открыл (Никита по просьбе друга не стал вдаваться в подробности семейного положения героя). Вскрыли кабинет: картина хаоса (детальная фотография, общий план). Ящики стола вывернуты, на полу – бумажный хлам: газеты, журналы, исписанные страницы. Что искали взломщики? Журналист начинает строить догадки: скорее всего, грабители побывали ночью. Документы? Макеты будущих номеров? Материалы эксклюзивных расследований? Кому из сильных мира сего (автор не сомневается, что действовали профессионалы) насолил наш журнал? И почему выбрали из сотрудников редакции ответсекретаря? «Преступление (в лоб заявляет репортер) связано именно с местом работы похищенного».

Далее – обязательная для такого материала биография главного героя. Илья проверил: всё честно, без обмана и приукрашиваний (если журнал попадется в руки кому-то из знакомых, чтобы избежать ненужных подозрений), пара абзацев: родился, учился, работал. Несколько блиц-интервью. С редактором: ответсекретарь – незаменимый сотрудник, рулевой каждого номера (Илья скептически скривился: похвала сквозь зубы?), наверняка, преступники намеревались сорвать выход журнала в дни подписной кампании (ненавязчивое напоминание читателям оформить квитанцию). С Ларисой Гостевой, театральным критиком, которая «последней» общалась с ответсекретарем: да, когда они обсуждали темы материалов, Перегудов выглядел обеспокоенным, она обратила внимание, что перед Ильей на столе лежала красная папка («цветную» деталь придумал сам Лапушка и настоял на её упоминании), которую в последствии обнаружить не удалось.

И заключительный аккорд статьи, призванный заставить читателя купить следующий номер, крупным шрифтом: «Что же хранилось в таинственной папке? Кто и зачем похитил ответсекретаря? Мы будем держать вас в курсе событий. Расследование продолжается».

«Детектива» Илье как раз хватило до финальной просьбы пилота «пристегнуть ремни».

Самолет приземлился в Дубайском аэропорту на полчаса раньше. У стойки регистрации транзитных пассажиров парень получил посадочный талон на следующий рейс. До нужного терминала пассажиров доставляют автобусами (аэропорт занимает площадь в 3,5 тыс. гектаров!). Но так как времени оставалось уйма, Илья отправился пешком. Пересаживаясь с эскалатора на траволатор, мимо бесчисленных фонтанов и водопадов, бесконечных магазинов и ресторанов, в толпе таких же счастливчиков, которые путешествуют из страны в страну. Среди человеческого водоворота и гула Илья неожиданно наткнулся на удивительно тихий уголок – в середине небольшого искусственного озера, за разлапистой зеленью и серией мостков прятался небольшой островок. Не обремененный багажом (чемодан выдадут только в пункте назначения), Илья нашел свободную скамейку, достал телефон и позвонил Никите.

 

Агафонов как раз устраивался спать.

– Прочел материал. Не просто захватывающая история, настоящий триллер, – поздравил Илья друга. – Молодец, завидую твоему таланту.

– Я сделал открытие, – фыркнул в ответ журналист, – оказывается, придумывать гораздо интереснее, чем писать правду.

– Смотри, не увлекайся, – шутливо предостерег Илья. – А то разучишься работать.

– Может во мне писатель погиб? И пора менять профессию? – оживился Никита. – Ты уже на месте?

– Нет, – Илья переложил трубку в другую руку, – еще только на полпути. Скоро – второй самолет. В гостиницу попаду утром, ты как раз начнешь в редакцию собираться. Спасибо, что организовал такое приключение. Самому мне никогда сюда не выбраться.

– То ли еще будет! – бодро пропел Никита. – Впереди вторая фаза спектакля. Не забудь, как приедешь, сделать фотографии. Отольются Лапушке слезы бедного ответсекретаря.

И друзья одновременно засмеялись.

Ранним утром, как и гарантировала авиакомпания, Илья добрался до столицы Сейшельского архипелага – города Виктория на острове Маэ. Взяв в аэропорту такси, парень быстро доехал до гостиницы. Лапушка, раскошелившись скрепя сердце на поездку сотрудника «за тридевять земель», сэкономил на мелочах, решив, что для отеля достаточно и трех звезд. Но Илья, забросив вещи в крошечный номер, даже не обратил внимания на отсутствие кондиционера или ванны (только душевая кабинка). Парень убрал в шкаф джинсы и куртку, переоделся по сезону – в шорты и футболку. Ему не терпелось увидеть Индийский океан. Особенности моря (Черного и Средиземного) Илья успел оценить и помнил, как вздыхает прибойная волна, перебирая, словно четки, мелкую гальку на берегу. Но говорят, океанский прибой – невероятный по мощности, с ним ничто не сравнится. А цвет волны, сквозь которую просвечивает восходящее солнце, просто волшебный.

Подхватив фотоаппарат, и не вспомнив, что сутки не спал, парень поспешил на пляж.

Глава 7

НА СТОЛЕ разворот за разворотом лежали сверстанные полосы очередного номера журнала. Лапушка, довольно причмокивая губами, разглаживал страницы и зачитывал вслух выделенные крупным шрифтом абзацы. Агафонов учел пожелания редактора, текст пестрел фразами: «из источника, приближенного к правоохранительным структурам», «по мнению эксперта, просившего не называть его имени», «по слухам, которым можно доверять». Туманно и интригующе. Согласно плану, второй материал из серии про исчезнувшего ответсекретаря целиком посвящался версиям. Они стройно вытекали из ключевого вопроса: что хранилось в красной папке? Распечатка телефонных разговоров популярного киноактера с новой любовницей? Фотографии незадекларированной недвижимости одного шумного депутата? Документы, подтверждающие наличие второго гражданства у крупного федерального чиновника? Сканы банковских счетов, показывающие перевод денег в оффшор российским олигархом? И так далее и тому подобное.

Агафонов не забыл просьбу Лапушки упомянуть иностранные криминальные синдикаты. Статью дополнила обширная информационная справка, посвященная истории итальянской «Коза Ностра», японских якудза, китайских триад и полумистических ассасинов. Подобный заграничный экскурс позволил решить проблему иллюстративного ряда (чтобы не повторять ранее опубликованные фотографии Перегудова), снимки из архива и репродукции старинных гравюр заметно украсили полосы.

– Замечательно! Превосходно! – заложив руки за спину, прохаживался вдоль длинного стола редактор. – Народу понравится? Как думаешь?

Никита скромно пожал плечами: приятно, когда тебя хвалят.

– Роман Трифонович! – заглянула в дверь секретарша и неожиданно зашептала: – К вам… следователь.

– Кто?! – опешил Лапушка.

Вслед за секретаршей, мгновенно испарившейся в проеме, в кабинет вошел мужчина в строгом синем костюме и с папкой (опять красной!) под мышкой.

– Прокуратура, следователь Комаров, – скороговоркой произнес гость, протянул редактору руку для пожатия и плюхнулся в ближайшее кресло. – По поводу вашего сотрудника Перегудова.

Лапушка недоуменно поморгал глазами, потом передвинулся влево, чтобы прикрыть собой разложенные на столе черновые полосы.

– Но мы в… Прокуратуру, – с придыханием произнес Роман Трифонович слово, наводящее ужас на любого гражданина страны, – не обращались.

– Вы, – указал пальцем на хозяина кабинета Комаров, – нет. Но с нами связалась полиция республики Сейшельские острова.

Гость в два резких движения чиркнул молнией, открыл папку и протянул несколько распечатанных на цветном принтере фотографий.

Лапушка дрожащими руками взял листки и принялся перебирать. Разглядывая снимок за снимком, Роман Трифонович сначала побелел, потом покраснел, затем позеленел. Лицо редактора меняло цвета в зависимости оттого, какие чувства тот последовательно испытывал: страх, панику и, наконец, понимание полной катастрофы.

– Что… что это? – жалобно простонал Лапушка.

– Фотоотчет, – Комаров выдернул листки из пальцев редактора, не ровен час – выронит на пол, и последовательно разложил на столе, поверх сверстанных полос, – с места преступления.

Никита через плечо Романа Трифоновича тоже глянул на снимки. Несколько леденящих кровь кадров: на полу гостиничного номера (на заднем плане узнаваемый набор – кровать, телевизор, кресло) лежит человек, из груди торчит рукоятка ножа; общий вид комнаты – явные следы драки (валяющаяся настольная лампа, перевернутый стул, на стене – перекошенная картина в рамке) и, наконец, сам нож, с замысловатой резьбой на ручке, уже вынутый из раны и упакованный в полиэтиленовый пакет (орудие убийства).

– Посмотрите внимательно на труп, – Комаров поднес один из снимков почти к носу редактора. – Узнаете?

– Труп-п-п? – икнул Лапушка и отвел руку следователя подальше от себя. – П-похож на… на Перегудова.

– Точно! – подтвердил Комаров. – Согласно паспорту, найденному в номере, убитый – ответственный секретарь журнала «ТриС». Как он очутился так далеко от Москвы? За что пострадал? Кого вы подозреваете в убийстве?

– Ээээ, – стараясь унять дрожь, Лапушка крепко сцепил пальцы. – Я… я ничего не знаю.

– Но вы же сами сообщили, – гость вынул из той же папки предыдущий номер журнала, раскрытый на центральном развороте, и хлопнул на стол, – что ведете расследование. Ваш гражданский долг поделиться со следственными органами информацией, которой располагаете.

– Поверьте, – залепетал Лапушка, – я… то есть мы, – Роман Трифонович нервно сгреб в охапку полосы, – это всё – выдумка. Шутка. Розыгрыш… Понимаете, идет подписная кампания… Перегудов изначально никуда не исчезал! Мы… то есть я отправил его на остров живого и здорового. Никита! – обратился редактор за поддержкой к Агафонову.

– Угу, – кивнул молчавший в сторонке Агафонов. – Я сам довез друга до аэропорта.

– А потом? – настаивал Комаров. – Вы с ним общались потом?

– Знаю, что Илья благополучно долетел до места, – развел руками Агафонов. – Больше ничего! Но теперь, – Никита взял у Лапушки полосы, – придется, наверное, материал переделывать. В связи с вновь открывшимися трагическими обстоятельствами.

– А вы кто? – Комаров смерил Никиту подозрительным взглядом.

– Я – автор текста, – объявил не без гордости журналист.

– Да-да, автор текста, – облегченно выдохнул Лапушка, понимая, что может перевести стрелки на Агафонова. – Поэтому с ним, господин следователь, лучше побеседовать отдельно.

Подхватив Агафонова и Комарова под локти, Лапушка настойчиво проводил мужчин до двери и, лишь только те переступили порог, моментально её захлопнул.

Убийство? Настоящее?! Конкуренты от зависти лопнут: повезло «ТриС» в подписную кампанию обзавестись настоящей сенсацией! Однако Лапушке хотелось спрятаться под стол и завыть от ужаса. Неужели на его совести жизнь человека? Как могла обычная шутка превратиться в реальность?! Что, что теперь делать?

Только поздним вечером Агафонову удалось сбежать домой. После ухода следователя редакция гудела, словно взлетная полоса аэродрома. Рабочий день окончательно испортился. Журналисты, перемещаясь по коридору, сбивались в группки и ничем больше не способны были заниматься, кроме как активно обсуждать случившееся. Родион Пухов объявил, что отныне каждый сотрудник журнала находится под подозрением.

– Под подозрением в чем? – наивно прощебетала Еленочка Андреевна. – Ведь мы все здесь, а не на Сейшелах, друг у друга на глазах, этакое круговое алиби.

– По подозрению если не в совершении убийства, то в его непосредственной организации, – Пухов, подражая героям своих политических обзоров, привык выражаться официозно и многосложно, – или в передаче информации тем, кто занимался непосредственно его организацией.

– Покажите мне тех людей, – отмахнулась ведущая кулинарной колонки, – кому насолил Илья! Самый обычный, ничем не выделяющийся человек.

– И к гадалке не ходи, дело в женщине, – сделала однозначный вывод Эстела Индиго. – У Перегудова есть любовница!

– Любовница?! – охнула, прижав ладошку ко рту Еленочка Андреевна, и потребовала конкретики: – Кто же? Кто?

– Ну, точно не скажу, – вздернула подбородок светская хроникёрша, – но подобная версия просто лежит на поверхности. Что имеем в анамнезе: Перегудов умчался на Сейшелы. Какая нормальная женщина поверит, что кавалер отправляется в экзотическую страну по производственной необходимости?

– Ммм, – согласилась Еленочка Андреевна, – любая заподозрит адюльтер.

– Девица едет следом, врывается в гостиничный номер, – вдохновленно развивала сюжет Эстела, – и всаживает нож в неверного!

– Врывается в н-номер… Всаживает н-нож? – поперхнулся Витус и проявил мужскую солидарность: – С чего вдруг? Где доказательство неверности?

– «Доказательства» толпами под окнами ходят, – огрызнулась Эстела, – и сплошь – в бикини!

– И за это убивать? – возмутился папарацци. – За то, что посмотрел на девушку в купальнике? Знаешь, Кругликова, – перешел на личности Витус, – общение со звездами шоу-бизнеса отрицательно сказывается на деятельности твоего головного мозга: извилины на глазах распрямляются.

– Что ты сказал?! – в одно мгновение апатичная, холодная как подлёдная рыба Эстела превратилась в разъяренную фурию.

Длинные, наманикюренные ногти Кругликовой потянулись к шее Витуса. Не вмешайся вовремя Пухов, на теле фотографа, живущего охотой за тайнами светских львиц, добавились бы новые боевые шрамы.

В общем, обсуждали долго, горячо, страстно. Единственно, о чем каждый втайне подумывал, но вслух не решался произнести: на месте Перегудова, поездка которого поначалу вызывала жгучую зависть коллег, мог оказаться любой, но, спасибо, пронесло!

Битый час Никиту выспрашивал Лапушка: в каком настроении ушел работник Прокуратуры? что намерены предпринять официальные органы? грозят ли санкции журналу? какой материал готовить к печати? Убедив редактора оставить ранее подготовленный текст, взмокший (от нервного напряжения) и охрипший (от бесконечных разговоров) Никита вырвался из редакции.

Добравшись, наконец, до домашнего компьютера, Агафонов активировал программу связи «Скайп» и принялся звонить… Перегудову. Только с пятого сигнала на экране появилась сонная, взлохмаченная физиономия друга.

– Для «трупа» выглядишь потрясающе! – хмыкнул Никита.

Невероятно, Илья провел на райском острове чуть меньше недели, а уже заметно преобразился. Мало того, что кожа на лице приобрела оттенки благородного, темного загара, разгладились морщинки в уголках глаз, стерлось выражение тревоги и усталости. Илья явно блаженствовал.

– Как фотографии? – поинтересовался ответсекретарь. – Произвели впечатление?

– Крови маловато, – пожаловался Никита, – кетчупа что ли в ресторане не нашлось?

– Не хотел грязь в номере развозить, – стал объяснять Илья, – вдруг пол не удалось бы отмыть? К тому же кетчуп с футболки не отстирывается, пришлось бы вещь выбрасывать. Зато нож какой, видел?! Пиратский, не отличишь от настоящего, с секретом – лезвие отстегивается от ручки, купил в сувенирной лавке. Убедительное орудие убийства!

– Это да, – признался Никита. – Народ поверил.

– И шеф? – загорелись искорки в глазах Ильи.

– После визита «следователя», – оживился Никита, вспоминая эпизоды прошедшего дня, – Лапушка вызвал Витуса, хотел услышать компетентное мнение о качестве снимков: не коллаж ли? Фотограф подтвердил: всё честно, чистое «сливочное масло»!

 

– А кто сыграл роль «следователя»? – поинтересовался Перегудов.

– Актер из Театра Комедии, – уточнил Никита. – Из второго состава, лицо в сериалах не мелькало, я проверял. Строгий пиджак и брюки взяли напрокат в костюмерной. Мужик с умной внешностью, справился с ролью нормально. Кандидатуру Лариска Гостева посоветовала.

– Можно надеяться, – заволновался Перегудов, – что мужик не дрогнет и не побежит Лапушке признаваться?

– Не волнуйся, – заверил друга Никита. – Актер – какой-то Ларискин родственник. Ему не с руки с племянницей-журналисткой ссориться. К тому же больше он в нашем спектакле не участвует. Роль короткая, одноразовая. Лапушка искать и звонить «следователю» тоже не горит желанием. Я уговорил редактора в ближайшем номере ничего не менять и публиковать тот материал, который подготовили, а меня отправить на Сейшелы, чтобы разобраться в случившемся на месте. Всё идет по плану. Скоро увидимся!

– Отличная новость, доскажешь детали при встрече, – зевая, улыбнулся Никита. – Только не беспокойся, если в номере меня не застанешь. Вокруг столько интересного. Не поверишь, я записался на курсы дайвинга, здесь он очень популярен. Мечтаю пофотографировать подводных обитателей. Еще обнаружил массу прогулочных яхт в гавани. Предлагают экскурсии по островам. Смельчаков приглашают в плавание на несколько дней «вглубь», чтобы увидеть и прочувствовать мощь настоящего океана. Пока не знаю, на чем остановиться. Предупрежу на рецепции, что жду гостя, тебе дадут ключ от номера. Располагайся и начинай отдыхать!

Никита отключил «Скайп» и «перебрался» на сайт авиабилетов. Илья столь красочно поведал об островных развлечениях, что и Никите захотелось улететь из Москвы. Поскорее и подальше. Туда, где взгляд, когда выходишь на улицу, не упирается в стены домов, а тонет в далекой перспективе из воды и неба.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»