3 книги в месяц за 299 

Стервятники звездных дорогТекст

11
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Стервятники звездных дорог
Стервятники звездных дорог
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 278,90  223,12 
Стервятники звездных дорог
Стервятники звездных дорог
Стервятники звездных дорог
Аудиокнига
Читает Олег Семилетов
199 
Подробнее
Стервятники звездных дорог | Афанасьев Роман Сергеевич
Стервятники звездных дорог | Афанасьев Роман Сергеевич
Стервятники звездных дорог | Афанасьев Роман Сергеевич
Бумажная версия
350 
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Амир замолчал и закрыл глаза. Алекс снова взглянул на напарника. Что за болван составлял бортовое расписание? Второму пилоту нужно лежать в крио весь рейс. У него психологическая травма, он должен сидеть в кресле у психоаналитика, а не за штурвалом галактического лайнера. Он на пределе, а его поднимали пять раз. Пять вахт!

– Что? – спросил пилот, поймав взгляд напарника. – Удивлен, что меня не списали? Конечно, они могли превратить меня в ледяную статую и сунуть в самый дальний угол трюма. Но не смогли. Слишком мало специалистов. А я – лучший. Я прошел этот ад и не сломался, как другие. Я вытащил свой шаттл из пекла и вместе с ним последнюю тысячу колонистов.

Алекс отвел взгляд и посмотрел на звездное небо, что занимало всю стену капитанского мостика. Миллиарды звезд, бесчисленное множество планет. Ну почему предки выбрали именно эту?

– Ладно, – буркнул Амир, – проехали. Я не псих, просто устал. Надо расслабиться.

– Пойдем на камбуз, – предложил Алекс. – Ты вроде хотел поесть?

– Разве это еда? Поганая синтетика. – Амир поморщился. – Меня от нее блевать тянет.

– Порошковое пюре, – вкрадчиво произнес Алекс. – Консервированные овощи. Возможно, и сухофрукты...

Амир резко повернулся к напарнику и даже привстал.

– Ты серьезно? – недоверчиво спросил он. – Настоящая еда?

– Да. – Алекс кивнул. – Конечно, не то, что было раньше, но по нынешним временам – первый сорт.

– Вот дерьмо! Где ты ее нашел?

– Нужно больше времени уделять проверке систем заморозки, – отозвался Алекс, откровенно ухмыляясь. – Я знаю, ты не любишь системы крио и не хочешь ими заниматься. Но ты забыл, что замораживают не только людей.

– Небеса сжалились надо мной, – отозвался Амир, поднимаясь из пилотного кресла. – Где это чудо?

– Кабмуз, пятый отсек, – отозвался Алекс. – Вторая холодильная камера. Нужно набрать команду для доставки продуктов из резервного фонда и ввести командный код.

– Какой? – жадно спросил Амир.

– Любой уровня офицера корабля.

Второй пилот ухмыльнулся, бросил шлем на кресло и быстро пошел к дверям рубки. Он чувствовал, как рот наполняется слюной, и сейчас был готов вскрыть любую систему, лишь бы добраться до того, что сможет хоть на пару минут прогнать изо рта мерзкий привкус ледяной крошки, от которого немеет горло.

Алекс поднялся из кресла, собираясь последовать за напарником. Но потом передумал – вернулся к пульту и переключил режим камер. Огромный экран, занимавший всю стену, моргнул, и звездное небо сменилось другой картиной: серые ряды криокамер заполонили экран. Они тянулись нескончаемыми рядами, уходили в никуда, словно полки в магазине галактических размеров. Им не было конца, камеры просто не могли охватить за один раз все пространство трюма. Простые одноразовые механизмы, их нельзя размораживать и замораживать по своему желанию, как капсулы экипажа. Серые ящики лежали друг на друге, до боли напоминая настоящие гробы, о которых так часто вспоминал Амир. Это груз. Содержимое трюма древнего корабля, что помнил времена великого переселения. Самый важный груз – около полумиллиона капсул, хранящие драгоценное содержимое – все, что осталось от колонии Новая Надежда.

Александр Моруа, первый пилот корабля «Эдем» класса колонизатор, сглотнул пересохшим горлом и отключил камеры, вернув на экран звездное небо. Он развернулся и решительным шагом направился к палубным лифтам, решая на ходу сложную дилемму: рассказать напарнику о найденной бутылке коньяка прямо сейчас или только в день прибытия? Перед глазами стоял длинный ряд одинаковых капсул, покрытых легкой изморозью. День прибытия... Когда он будет? И будет ли... До конца смены осталось несколько дней, и Амир, похоже, держится из последних сил. Еще немного, и он сорвется. Коньяк... Коньяк поможет ему. Да и ему самому тоже не помешает хороший глоток, чтобы напомнить себе – он еще жив.

Алекс прошел мимо лифтов и направился к своей каюте, где за фальшпанелью ждала своего часа крохотная бутылка натурального коньяка. Одинокая и убийственная, как последний заряд в обойме.

* * *

Сектор: Федерация, Сегмент Туман.

Координаты: Система Туман.

Колония Туман-Центр, столица Системы Туман.

Корабль «Стальной Шип», порт приписки отсутствует.

Кабак «Три Пятерки» всегда оставался самым грязным и дешевым кабаком в окрестностях космопорта Гамма колонии Туман-Центральная. Выглядел он соответствующе – как темный бетонный сарай с облезлыми стенами. Железные столы, местами поржавевшие и помятые, были вделаны прямо в голый пол. Окон в кабаке не было, их заменяли старые голоэкраны на стенах – покрытые сетью трещин, плохо настроенные, транслирующие рекламу местного производства. Под ногами посетителей мерзко хлюпает какая-то дрянь, фильтры в дверях сгнили, и с улицы просачивается мерзкий запах сероводорода. Артур знал, что такие заведения с удовольствием демонстрируют в видеосериалах о благородных пиратах – для создания атмосферы полного морального разложения главного героя. Вот только на видео чаще встречаются полуодетые распутные красотки и суровые звездные капитаны, напивающиеся в одиночку. Их прически тщательно уложены первоклассными стилистами, а потертые и заштопанные костюмы шьют на заказ лучшие портные киностудий. Артур с удовольствием побывал бы в одном из таких заведений. Но, увы, к его услугам были только «Три Пятерки», где не было ни красоток, ни бравых капитанов. Здесь обычно собиралась местная шваль, пытаясь толкнуть пару лишних доз усталым портовым рабочим. Работяги, ничуть не похожие на бравых капитанов в отставке, нагружались дешевым синтетиком до поросячьего визга и вместо славной потасовки блевали на столы, а сами валились на пол, в вонючую жижу. Где и оставались валяться либо до прихода патруля, либо до санитарного часа, когда вышибалы «Трех Пятерок» закрывали двери на вход и начинали вышвыривать наружу то, что можно было с натяжкой назвать разумной органикой. Единственное, что роднило эту помойку с киношными кабаками, было то, что здесь никто не задавал лишних вопросов. Никому и никогда. И только поэтому Артур Корн, старпом «Стального Шипа», приходил сюда, когда «Стальной Шип» садился в космопорте Гамма.

Он прятался в самом темном углу, заказывал бутылку дорогого пойла и медленно ее опустошал, пытаясь убить те шесть часов увольнения, что полагались ему как старшему офицеру. Он не любил это время. Все дела сделаны, товар сбыт, деньги за него получены, и больше нечем себя занять. Команда получает выплаты и увольнение на шесть часов. Потом сбор на корабле, работы на борту, совет и следующее увольнение, если не подвернулось подходящего дела.

Не все уходили в порт. Магда, например, всегда оставалась – бухгалтерия для нее была дороже любых удовольствий в порту. Иногда Артур завидовал ей – гениальной конторской машине, способной разобраться с любой бюрократической бумажкой или сложным договором. У нее всегда найдутся дела, ей некогда скучать. А еще Магда может часами болтать с Розой ни о чем и даже не замечать этого. А он – не может.

Когда старпом выполнял все задания и отчитывался о проделанной работе капитану, на него нападала жесточайшая тоска. Если больше не находилось тем для делового разговора, он под любым предлогом сбегал с корабля, потому что любая беседа с Розой превращала его жизнь в ад. Нет, обсудить дела – это запросто. Он мог сутки напролет обсуждать с Роззи новую операцию. Но когда не было этого железного прикрытия, за которым можно укрыться, как за силовым полем, он предпочитал трубить отступление. Отступал с позором, прятался в ближайшую дыру, стараясь не думать о том, что могло бы случиться, останься он с Розой наедине. Ведь тогда ему бы пришлось говорить с ней о чем-то кроме работы.

За последние три года он пробовал, честно пробовал, поддержать обычный разговор с капитаном целых пять раз. И всегда выглядел непроходимым идиотом, неспособным связать даже пары слов. Он, Артур Корн, старпом самой удачливой вольной команды, наводящий ужас на подчиненных одним взглядом, выглядел как сопливый пацан. Мысль о том, чтобы просто поболтать с Роззи – не как с капитаном, а как с рыжеволосой девицей с острым язычком – ввергала его в самую настоящую панику. Он отчаянно боялся выдать себя случайно вырвавшимся словом или взглядом. Он не хотел выглядеть болваном. Бегство – вот что его всегда спасало.

И он уходил с корабля, чтобы погрузиться с головой в следующий круг ада, заменявшего ему жизнь. Когда Арт оставался наедине с собой, из памяти всплывало другое лицо, ничуть не напоминавшее светлый лик Роззи. Его проклятье и печать. Бледные обескровленные губы, каштановые локоны, плавающие в невесомости, блеск льда в замерзших глазах... Элен. Та, что всегда будет стоять у него за спиной.

Помогала только выпивка. Артур садился за столик, наливал стакан и медленно цедил едкое пойло до тех пор, пока образ мертвой жены не становился мутным, а потом и вовсе превращался в смазанное пятно. Иногда он оборачивался портретом Розы, и тогда Арту становилось еще хуже. Старпом так и мог решить, что страшнее: его прошлое, что навсегда останется с ним, или его настоящее, которого он может лишиться в любой момент. Но когда они сливались в одно – разум давал сбой.

Это был замкнутый цикл, бег по кругу, где день за днем возвращаешься туда, откуда начал путь. Артур ненавидел эти серые дни в портах, когда нечем себя занять. Он не мог погрузиться с головой в работу, и ему оставалось только заказать новую бутылку, а потом наугад брести сквозь алкогольный туман в порт, чтобы найти корабль и свою койку. А потом открыть глаза и начать все сначала – до тех пор пока не подвернется новое дело. Каждый новый рейс, каким бы опасным он ни был, Артур принимал как дар небес. Только так он мог вырваться из персонального ада, где его рвали на части два демона с женскими лицами, и начать играть роль Старпома. Но когда рейс откладывался...

Артур поднял бутылку и плеснул вязкую жижу в пластиковый стакан. Поднес его к лицу, втянул носом кислый аромат и отпил крохотный глоток. Еще три часа. Быть может, в этот раз удастся провести их в этом поганом кабаке без происшествий. В каждом космопорте, где останавливался «Шип», находилась подобная дыра, и все их старпом знал наперечет. И в каждом рано или поздно к нему подваливал кто-то из местных, подогреваемый алкоголем и глупостью. Чаще всего после короткой и энергичной беседы от чужака с широкими плечами и паскудно злобным выражением лица отставали, не решаясь перейти от слов к делу. Но иногда старпому приходилось прибегать к более весомым аргументам. Арт этого не любил – потом приходилось оплачивать разбитую мебель и менять одну дыру на другую.

 

Старпом прекрасно знал, что, в какой бы бар он ни зашел, рано или поздно к нему проявят интерес местные любители приключений. Его персона никак не желала вписываться в ряд швали, что ошивается в таких местах. Он слишком выделялся на фоне серой однородной массы обитателей кабаков – чистый, молчаливый, с деньгами в кармане. Артур даже допускал, что его чисто выбритое лицо с тяжелым подбородком, коротко стриженные под скафандр волосы и пьяный прищур могут кому-то напомнить о бравых капитанах из сериалов. Эта мысль настолько ужасала старпома, что он внутренне содрогался всякий раз, когда ловил на себе чужие взгляды. Он не хотел этого лица, но другого у него не было. Его никто не спросил, как он хочет выглядеть, когда его по кускам собирали в клинике. Наверно, они использовали в качестве образца облик какого-то актеришки, выбившего из доверчивых зрителей свои пятнадцать минут славы. Но он – не герой сериала, волею судеб занесенный в кабак. Он – трус, измученный страхами и переживаниями. Но если местной шпане он кажется героем и они хотят проверить его в деле, что ж... По крайней мере, это отвлекает от новой пытки воспоминаниями.

Но на этот раз неприятностей не предвиделось. В «Трех Пятерках» Арт чувствовал себя почти как на борту «Шипа» – он провел здесь столько времени, что мог с полным основанием считать эту дыру постоянным причалом. Его узнавали вышибалы и даже сдержанно кивали, когда он переступал порог кабака. Конечно, дыра самая что ни на есть затрапезная, но все же она в зоне самого крупного космопорта столицы сегмента. Это обязывало блюсти хоть какой-то порядок. Рано или поздно даже эту забегаловку мог навестить патруль.

Система Туман входила в число самых древних людских колоний. Во времена первого рассеяния на эту планету приземлился один из самых крупных колонизационных кораблей. Недолго думая, переселенцы окрестили ее Туманом – из-за грязной атмосферы. Приставку «Центр» она получила, когда люди начали осваивать другие планеты системы. Так появились миры с незамысловатыми названиями Туман-Один, Туман-Два и Туман-Три. Но Центр – всегда оставался центром. После второго рассеяния, последовавшего за периодом упадка, выходцы с Тумана добрались до соседних систем. Их было шесть, и все они еще только осваивались. Все вместе они и составляли Сегмент Туман – пятую часть Федерации Людей. После Второй Галактической войны, когда людям удалось утвердиться на захваченных территориях и с помощью союзных рас укротить агрессию дамбарцев, Туман присоединился к Федерации. Так вышло, что он оказался самым удаленным сегментом. Остальные системы Федерации лежали ближе к центру галактики, напоминавшей огромный пирог или скорее шляпу. А вот до пустых Окраин было рукою подать. Туман – глубокая провинция, отсталый мир, где законы Федерации подкрепляются военными базами. Фактически он предоставлен сам себе и вместе с тем пользуется всеми привилегиями Сегмента Федерации. Это делало его идеальной базой для вольных охотников и торговцев. Именно поэтому «Стальной Шип» проводил столько времени в его доках – в этих мутных водах можно было наловить немало драгоценной рыбки. Вот только в последнее время на всех мониторах пусто.

Арт долил местной отравы в опустевший стакан. Две недели. Целых две проклятых недели они сидят в этом порту и медленно доедают остатки прошлого рейса. Налет на «Громаду» нельзя было назвать удачным – древний ковчег рассыпался в прах, прежде чем стервятники успели поживиться наследством предков. Обычно, разыскав очередной летающий гроб, команда «Стального Шипа» делала несколько заходов, вычищая его подчистую. Уносили все, что только можно было унести, от информации и карт до топлива и запасных частей. Но в этот раз им не повезло.

С другой стороны, и убыточным этот рейс не стал, а ведь бывало и такое. Им удалось кое-что вынести с «Громады». Риск Арта оказался оправданным, химических элементов вполне хватило на оплату стоянки и топлива для корабля. После продажи информации, которую Роззи выкачала из центрального кластера «Громады», они смогли рассчитаться с долгами и даже получить премиальные. Но теперь они застряли на этой планете, а на горизонте пусто. Никакого намека на новый рейс, деньги утекают сквозь пальцы, как речной песок. Еще неделя такого штиля, и им придется идти на поклон к местным контрабандистам – у них всегда найдется работа для корабля, что может легко обогнать патрульные крейсера Федерации. Еще бы – скорость «Стального Шипа» необычна даже для списанного корабля класса курьер. Роззи начала перестраивать его много лет назад, когда Арт даже не подозревал о ее существовании. Много позже, когда он стал старпомом, они закончили работу вместе. «Стальной Шип» сошел со стапелей верфи как тяжелый курьер – этот класс кораблей был предназначен для перевозки срочных, но небольших грузов. Их было выпущено всего полсотни по особому заказу Империи Чен, что граничила с Федерацией. Но грузов оказалось не так много, как планировалось, и новые корабли, изначально вооруженные и имеющие большой запас хода, встали на прикол. Как Роза получила один из них, Артур не знал – прошлое рыжеволосого капитана до сих пор оставалось для него загадкой. Единственное, в чем он был уверен, – сделка была легальной. Иначе имперские войска гоняли бы «Стальной Шип» по всему человеческому космосу. Арт подозревал, что дело не обошлось без крупных взяток и липовых документов, но, судя по результатам, все прошло гладко.

Так или иначе, но Роза получила превосходный корабль. Уже потом с него сняли вооружение и расширили трюмы, поставили дополнительные прыжковые двигатели и генераторы энергии. У корабля даже было защитное поле – слабенькое, второго класса, но его хватало, чтобы в случае серьезных неприятностей выдержать пару залпов и обеспечить «Шипу» возможность набрать скорость для бегства. «Стальной Шип» был бегуном – быстрым и шустрым, что зарабатывал на жизнь не силой, а проворством. И его услугами часто пытались воспользоваться те, кто очень ценил скорость и расторопность.

Артур помнил, как пять лет назад они ввязались в авантюру в секторе Топаз – пообещали местному Синдикату перевезти кое-что в сектор Диадемы. Тогда дела шли совсем паршиво: никаких намеков на новые контракты, огромные долги. Почти вся команда разбежалась, и у «Стального Шипа» не было выбора. Они не стали привередничать и выполнили это задание. Потеряли при этом Кента – прошлого старпома, и заработали статус пиратов в зоне Эсаев, куда их занесли непредвиденные обстоятельства. В итоге они все же получили деньги и сколотили новую команду. Но с тех пор Роза зареклась иметь дело с контрабандистами, и Артур всегда поддерживал ее решение. Пару лет назад, когда Арт наконец признался самому себе, что у него появилась новая проблема в лице рыжей капитанши, они побывали в похожей переделке. Но тогда удалось вывернуться благодаря обычному легальному контракту на перевозку срочного груза. В результате нудного и тяжелого рейса они остались без прибыли, но зато рассчитались с долгами. Потом дела пошли на лад, и вот – снова осечка.

Оценив мутным взглядом опустевшую бутыль, Артур поднял руку и щелкнул пальцами. Тотчас перед ним появилась новая – постоянных клиентов ценили даже в такой дыре, как «Три Пятерки». Два безусых пацана в робах докеров, что сидели за соседним столиком, наградили старпома восторженными взглядами. Похоже, они хорошо знали это пойло, которое Арт потягивал, как простой лимонад. Старпом сумрачно посмотрел на них, без труда читая на безусых лицах восхищение. Для пареньков он матерый звездный волк, герой, только что сошедший с видеоэкрана в этот паршивый кабак.

Арт нахмурился и отвернулся. Он терпеть не мог, когда его принимали за бравого капитана. Он трус и неудачник. Вся его слава самого удачливого сукина сына Федерации держалась на простом факте – еще никому, кроме него, не удавалось пережить плазменный удар орбитальной платформы по гражданскому кораблю. Удар был случайным, прошел по касательной, а от мгновенной разгерметизации его спас скафандр, который Артур так и не успел снять после наружной прогулки к сломанной антенне. Случайность. Но это никого не интересовало. Главное – он уцелел. Слухи об этом до сих пор гуляли по всем космопортам. Менялись его имя, пол, возраст, профессия, дальнейшая судьба, но неизменным оставался вердикт – повезло. Сплетников не интересовало то, что одна из балок размазала его по переборке, хотя так и не порвала скафандр. Не вспоминали они и о кристалликах льда в глазницах Элен, что сверкали, как маленькие звезды, когда ее труп плавал в невесомости рядом с искалеченным мужем. Десять бесконечно длинных часов он умирал, видя перед собой ее глаза и не имея возможности даже отвести взгляд. Когда Артур почувствовал, как остановилось сердце, то испытал лишь облегчение.

Но ему так и не дали уйти. Его спасла аварийная аптечка скафандра, включившая заморозку, и настырный врач спасательного катера, отказавшийся отправить искалеченное тело в морг. Медики вытащили Артура с того света, выдернули из хоровода призраков и вернули в мир живых. Он даже не остался растением на койке и ушел из клиники на своих ногах – счет и страховка самого молодого директора по маркетингу компании Новые Транспортные Линии позволили ему это. Операции обошлись недешево. Все его имущество было продано страховой компанией, но в конце концов они заплатили за все. Артур Корн, лишившийся в один миг всего мира, что он собирал по кусочкам всю свою жизнь, оказался на улице – живым и относительно целым снаружи и совершенно разбитым внутри. Почему он тогда не ушел к Элен, Арт и сам до сих пор не мог понять. Несколько лет он бродил в темноте, опускаясь все глубже, в самые темные уголки жизни, и даже сейчас не решался вспоминать об этом. Воспоминания были не из приятных.

Потом все стало проще. В его жизни появились «Стальной Шип» и Роза. Жизнь заново наполнилась смыслом и светом. Но потом все стало опять слишком сложно – теперь он стоял на границе смерти и жизни, разрываясь между двумя призраками с женскими лицами. Элен и Роззи. Прошлое и настоящее. Такие одинаково дорогие ему и одинаково недоступные.

Вторая бутылка опустела так быстро, что Арт даже удивился. Он с удивлением взглянул на хронометр – три часа пролетели как один миг. Он тяжело поднялся на ноги и покачнулся. Оперся о железный стол, и тот вздрогнул под тяжестью рук.

– Уходите?

Старпом медленно повернулся и взглянул на мрачного бармена, казавшегося пародией на грузовой транспорт – такой же круглый и неповоротливый.

– Да, – выдохнул Арт.

Бармен молча протянул ему электронный планшет. Негнущимися пальцами старпом выудил из кармана кредитный чип и приложил его к планшету, расплачиваясь за пойло. Потом приложил еще раз, рядом с надписью «Чаевые». Бармен расплылся в широкой улыбке – словно грузовой шлюз распахнулся.

– Всего хорошего, капитан, – с явным усилием выдавил бармен, явно не привыкший к светским беседам. – Заходите еще.

Огромным усилием воли Артур удержал свою руку, что начала подниматься. Капитан! Вот дьявол, еще один недоумок! Дать бы ему в лоснящееся рыло, чтобы выбить навсегда эту чушь об отставных капитанах. Интересно, если сказать ему, что «капитан» – отставной директор по маркетингу, поверит? Арт криво улыбнулся.

Бармен истолковал эту улыбку по-своему и мгновенно растворился в темноте. Артур посмотрел ему вслед, потом развернулся и побрел к двери. Пора возвращаться в родную гавань. На ходу он нашарил маску респиратора, висевшую на груди, – воздух на Тумане оставался на редкость паршивым, несмотря на все усилия терраформаторов. Им можно дышать, но сероводород с бесконечных грязевых болот мог стать опасным, если принимать его в больших дозах.

Натягивая респиратор, Арт вдруг почувствовал – сейчас. Он замер, потому что подозревал, что сейчас должно произойти. Но все же хотел проверить еще раз и удостовериться, что не сходит с ума. Вот уже целый год он слышал это – тонкий комариный зуд, что предшествовал вызову с корабля. Он знал, что его ищет Роза. Безумие? Интуиция? Он просто знал – и все. И все-таки вздрогнул, когда на воротнике завибрировала пуговка коммуникатора.

– Да, – тихо сказал он, принимая вызов.

– Арти, – раздался знакомый до боли голос, – где тебя носит? Давай выбирайся из кабака и немедленно возвращайся на корабль.

 

– Что случилось? – спросил он, чувствуя, как в животе встал на дыбы вал жидкой отравы.

– Похоже, есть контракт, – отозвалась Роза. – Подробности на борту. Живо ко мне, Арти, не заставляй меня ждать.

Она оборвала связь, и Артур с облегчением вздохнул. Он выпрямился, пытаясь прогнать из головы алкогольный туман, и взглянул на хронометр. Кажется, и на этот раз им удастся вырваться из трясины безденежья.

– Самый удачливый сукин кот Федерации, – прошептал Артур себе под нос. – Тебе снова подвернулся рейс.

Он одернул тяжелую робу, пропитавшуюся сероводородом, вздернул чисто выбритый подбородок и строевым шагом отправился на встречу со своим рыжеволосым демоном. Нет, не так – на встречу с капитаном. Демон оставался в порту. На время рейса его сменяла Роза Вилье, Железная Капитанша, командир, бог и идеал старпома Арти, что не имел никакого отношения к бывшему директору по маркетингу Артуру Корну, оставившему свое прошлое в развороченных обломках космической яхты.

* * *

Сектор: Федерация, Сегмент Виктория.

Координаты: Система Виктория.

Колония Виктория, столица Федерации.

При свете дня переулок выглядел как обычная помойка: слой грязи на силикатном покрытии, гниющие объедки, ворох одноразовых стаканчиков из-под лапши. Младший патрульный Дон, знавший эту дыру как свои пять пальцев, оглянулся. Все как всегда, это все тот же старый добрый переулок дерьма, – если не считать двух трупов, лежащих у его ног. Похоже, в квартале Технарей больше не осталось темных местечек, сохранивших криминальную девственность. В Колбасном Тупике позавчера ограбили сумасшедшего туриста, а в этом переулке сегодня два трупа.

Дон снял перчатку и потер замерзший нос. Утро явно не задалось. Начинать новый день с двойного убийства – не самое приятное занятие. Слава богу, не каждый день такое случается. Но сегодня ему не повезло, это точно: если с утра удачи нет, то и весь день пойдет наперекосяк – проверено. Когда утром пришло анонимное послание на коммуникатор, что в дерьмовом переулке два мертвяка, Дон сразу понял – день испорчен.

Присев на корточки, патрульный натянул перчатку и осторожно приподнял край казенного пластика, укрывавшего трупы. На него смотрело бледное лицо мальчишки с распахнутыми настежь глазами. В них навсегда застыло изумление – парень даже не понял, что произошло. Лазерный луч прожег в его голове аккуратную дырочку, мгновенно вскипятив мозги. В какой-то мере это даже милосердно – бедняга не мучился, отдал концы сразу. Это гораздо лучше, чем смерть девчонки из банды Жуков, которой переломали руки и ноги куском арматуры, прокололи почки спицей и бросили подыхать на дно старого канализационного туннеля. Но этот парнишка... Сколько ему? Лет пятнадцать, не больше. Одет хорошо, но и не слишком роскошно. Не видно ни шрамов, ни татуировок... Глаза чистые, без следов новой дряни, что закапывают в глазницы на тусовках. Обычный домашний паренек с аккуратно подстриженными ногтями. Как он оказался в этом поганом переулке? Почему лежит на земле, разглядывая серое небо пустыми глазами, вместо того чтобы бежать в школу? Кому он перешел дорогу? Вот гадство. Он ведь даже младше той девчонки.

Дон сглотнул, опустил пластик и взглянул на второго мертвяка. Этому повезло меньше – в него стреляли три раза. Один выстрел попал в лицо, и от него осталось лишь месиво из оплавленного пластика и обожженной кожи, но патрульный сразу его узнал. Парень так и не снял переносной терминал в виде огромных очков, а Дон знал только одного человека в квартале, кто не расставался с терминалом ни днем, ни ночью. Иган Гор, он же Зуб. Местная достопримечательность – известный взломщик, замешанный в сотне дел, но так и не пойманный с поличным. Дон хорошо знал Зуба и даже пару раз навещал его берлогу – в качестве профилактики. В том, что однажды взломщика найдут с дыркой в голове, патрульный не сомневался. Это было только вопросом времени, все эти ребята рано или поздно суют нос куда не следует и получают окончательный расчет. Это нормально, можно сказать – профессиональный риск. Но первый пацан... Откуда он взялся? На обычного клиента Зуба не похож. Случайная жертва?

Зазвенела стальная сетка, закрывавшая вход в переулок, и Дон выпрямился, хватаясь за кобуру. Но, рассмотрев синий мундир, опустил руку. Прибыло подкрепление. Первым делом он, конечно, доложил о происшествии в участок. Оттуда пообещали прислать следователя, двойное убийство – это не пьяная драка в баре. Ну и слава небесам. Теперь можно будет свалить все дело на него и отправиться на дневной обход района.

Дон аккуратно застегнул кобуру и заранее улыбнулся, собираясь приветствовать коллегу. Но когда тот подошел ближе, улыбка сползла с губ патрульного. Он отвел глаза и чертыхнулся – прогноз насчет неудачного дня сбывался на глазах. Они прислали самого тупого сукина сына из участка – Кову. Честный и правильный до тошноты, он обладал только одним талантом – в точности исполнять все приказы начальства, не проявляя ни капли сообразительности и участия. Дон был уверен, что в школе Кова слыл ябедой и ни разу не проехался на подземке без билета. Из него получился честный служака, глупый как пробка и весьма полезный в качестве инструмента по выбиванию дверей и составлению протоколов. Вот с бумагами у Ковы всегда все в порядке, будьте уверены. Он обожал работу с бумагами – от них не пахнет мертвечиной, они не пытаются ткнуть вас ножом, и их всегда можно сунуть в дальний ящик стола.

Теперь у патрульного не было сомнений – это преступление так и останется нераскрытым.

– Привет, – буркнул он, когда Кова подошел к нему.

– Добрый день, патрульный Дон, – поздоровался тот, холодно улыбнувшись. – Это жертвы?

– Так точно, – отозвался Дон.

– Тела не трогали?

– Ну что вы. Только накрыл казенным материалом для защиты от внешней среды, согласно инструкции, – отозвался патрульный.

Кова иронию не оценил и довольно кивнул. Взглянув на мутный пластик, он достал служебное видео и приступил к осмотру места происшествия, комментируя запись вслух. Дон отошел в сторону, чтобы случайно не попасть в объектив. Если это случится, педант Кова начнет все сначала.

Осмотрев переулок, детектив занялся телами. Дон отвернулся и закурил. Ему не слишком нравилась та бесцеремонность и холодность, с которой детектив обращался с покойными. Мертвякам, конечно, уже все равно, но есть что-то неправильное в том, что покойнику открывали рот и засовывали туда объектив, чтобы зафиксировать отсутствие рвотных масс. Зачем? В данном случае с причиной смерти трудно ошибиться.

Кова с головой ушел в протоколы, и патрульный с сожалением понял, что раньше чем через час он отсюда не выберется. Покачав головой, он достал вторую папиросу и начал потихоньку подумывать об остывающем завтраке в забегаловке Пасу. Сегодня он его не получит, это факт. Ни натурального хлеба, ни искусственного джема, ни фиолетового дамбарского кофе. Со вздохом Дон предался мечтаниям о дымящейся чашке и затянулся сигаретой.

Он думал о том, как много он упустил этим утром. В голову лезли мысли о щедром завтраке, о новой официантке Пасу и о том, что у него есть еще два отгула... Задумался он крепко, и все же первым заметил темную фигуру у стены. Он даже выхватил из кобуры парализатор, но поднять руку не успел – незваный гость в мгновение ока оказался рядом и сдавил локоть Дона крепкими пальцами, словно клещами ухватил. Патрульный сдавленно булькнул, но потом разглядел лицо визитера и расслабил руку.

– Осторожнее с оружием, патрульный Дон, – тихо произнес гость. – Вы едва меня не подстрелили.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»