3 книги в месяц от 225 

Департамент ночной охотыТекст

Из серии: Охотники #3
4
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Департамент ночной охоты
Департамент ночной охоты
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 363  290,40 
Департамент ночной охоты
Департамент ночной охоты
Департамент ночной охоты
Аудиокнига
Читает Владимир Чернушкин
199 
Подробнее
Департамент ночной охоты | Афанасьев Роман Сергеевич
Департамент ночной охоты | Афанасьев Роман Сергеевич
Департамент ночной охоты | Афанасьев Роман Сергеевич
Бумажная версия
250 
Подробнее
Департамент ночной охоты
Департамент ночной охоты
Бумажная версия
289 
Подробнее
Департамент ночной охоты
Департамент ночной охоты
Бумажная версия
289 
Подробнее
Департамент ночной охоты | Афанасьев Роман Сергеевич
Департамент ночной охоты | Афанасьев Роман Сергеевич
Бумажная версия
356 
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

– Назад! – рявкнул взбешенный Кобылин, продолжая наступать. – Пинкертоны! Шерлоки Холмсы! Вы что творите, ироды!

Вадим, моргая, отступил на шаг, попятился и в итоге вжался лопатками в стену коридора. Он еще не успел оборотиться, хотя тело уже было готово к трансформации, и сейчас он выглядел просто мускулистым атлетом. Пятившимся от щупловатого – по сравнению с ним – человека с горящими глазами.

– Вы тут зачем? – прорычал Кобылин, надвигаясь на своего приятеля, вжимавшегося в стену.

– Ну, ты же сказал, что надо поразнюхать… – пробормотал бывший проводник, ставший оборотнем, но так и не прижившийся в новой семье. – Ты это…

– Но почему здесь? – возопил Кобылин, запрокидывая голову, чтобы заглянуть в глаза Вадиму. – Я разве просил сюда лезть?

– Ну, мы подумали, тут могут остаться следы, запахи, – пробормотал Вадим, невольно отводя глаза. – Вот мы и того. Зашли…

– Зашли! – рявкнул Кобылин. – Зато теперь больше никто сюда не зайдет! А если бы я пальнул навскидку, только услышав вас?

– Хватит орать, всю рыбу распугаете, – раздался женский голосок, и Кобылин резко обернулся.

Вера успела обратиться и теперь выглядывала из двери соседнего номера. Все такая же хрупкая, с копной рыжих волос на голове, завивавшихся кудряшками, она в человечьем обличье по-прежнему напоминала студентку младших курсов. Выглянув из-за двери, она махнула худой рукой, продемонстрировав охотнику кусочек обнаженного плеча.

– Не нагнетай, Кобылин, – бросила она. – И вообще, волчара, отдай сумку!

Вадим послушно скинул с плеча рюкзак и протянул подруге. Та, все еще обнаженная после превращения, чуть высунулась из двери, выхватила сумку и скрылась в номере. Кобылин, успевший заметить еще кое-что, кроме точеного плечика, виновато отвел глаза.

– Нет, ну, правда, – сердитым шепотом сказал он Вадиму. – Я тут сижу, жду, а вы ломитесь как слоны.

– А я говорил, – протянул проводник, стрельнув глазами в сторону приоткрытой двери. – Но ей же только дай повод…

– Я все слышу, – с угрозой раздалось из-за двери. – Допросишься, хвостатый.

Вадим закатил глаза и тяжело вздохнул. Кобылин, успокаиваясь, хмыкнул и убрал наконец пистолет в кобуру.

– Кобылин, – сказала Вера, появляясь наконец из дверей, – почему ты ничем не пахнешь, а? Вот только на этот раз не надо все валить на мой насморк.

Всего за пару минут оборотница успела натянуть на себя джинсы и водолазку, и даже легкие туфельки. Правда, больше на ней ничего не было, что выгодно подчеркивало ее фигурку и смущало Кобылина.

– Он пахнет, – обреченно протянул Вадим, продолжая давний спор. – Но не им самим…

– Да, да, – с раздражением отозвалась Вера. – Сейчас он пахнет этим местом. Рыбой, тиной, прогорклым маслом, дешевыми духами – всей этой дрянью, что пропитала эту баржу. Теперь, если будет нужно, я этот комок запахов отслежу. Но как ты так умудряешься, а? Словно губка впитываешь все окружающие запахи.

– Дезодорантом пользуюсь, – раздраженно буркнул Кобылин. – И репеллентом от наглых вервольфов. Все, хорош, не заговаривайте мне зубы! Что вы тут забыли?

– Мы помочь пришли вообще-то, – отозвался Вадим. – Ты же звонил днем, сам сказал, нужно все узнать об этом месте.

– Узнали? – с сарказмом поинтересовался Кобылин.

– Между прочим, да, – с вызовом произнесла Вера, повесив сумку обратно на плечо партнера. – Кучу всего узнали. Но решили узнать больше и пришли сюда. Разнюхать.

– Хоть бы предупредили. – Алексей махнул рукой и прислонился к стене. – Ладно, рассказывайте.

Бросив сердитый взгляд на подругу, бывший проводник откашлялся и принялся быстро перечислять все факты, которые им с Верой удалось узнать. Вопреки заявлениям сладкой парочки, узнать им удалось не так уж много. Все это Кобылин разнюхал и сам – и про притон, и про публичный дом, и про бедовое местечко. Интересными были только пара слухов, пришедших из самых недр тусовки оборотней.

По словам Веры, этот дебаркадер когда-то был известен как место сбора нечисти. Здесь встречались за стаканчиком виски и оборотни, и вампиры, заглядывали и подозрительные личности, имевшие отношение к темным силам. Пару раз видели даже нелюдимых крысюков. Но в последние два года дебаркадер захирел, тусовка разбежалась. Главным было то, что неуловимое руководство, о котором Гриша за весь день так ничего и не выяснил, было явно из потусторонников. Или, как решил выражаться Кобылин, из другого общества. И в самом деле, после всего, что с ним случилось, он уже не мог обзывать всех этих существ «нечистью». Нет, в эту категорию попадали десятки существ, которые скреблись на чердаках да рылись в подвалах, но многие – вот вроде Веры да несчастной русалки – ну никак не тянули на «нечисть».

– Достаточно, – буркнул Кобылин, когда разговор ушел в область фантазий. – Я все понял. Эта точка контролируется теми, кто знает минимум о темной стороне города. Но кто они, вам неизвестно.

– Да, но это, вообще-то, было нелегко узнать, – насупилась Вера.

– Легко, – возразил Кобылин. – Достаточно было взглянуть на русалку. Вряд ли она очутилась в этой комнате без ведома хозяев.

Без всякой паузы Кобылин плавно повернулся, выдернул пистолет из-за отворота куртки и наставил его в дальний конец коридора.

Вадим замер на вдохе, боясь пошевелиться, а Вера так и застыла с поднятой рукой, не успев показать охотнику средний палец. Кобылин двигался так быстро и плавно, словно робот, твердо уверенный в поставленной задаче. В этом движении была такая точность и неотвратимость, что оба оборотня застыли, ожидая выстрела.

Охотник медленно опустил пистолет, повернулся к переставшим дышать друзьям и приложил указательный палец левой руки к губам.

– Тихо, – едва различимо шепнул он. – Вадим, вверх по лестнице. Блокируй выход в зал. Вера – в комнату русалки. Притаись в уголке. Будем надеяться, что у рыб не такой острый нюх, как у тебя. И ни звука!

Бывший проводник зыркнул в дальний конец коридора, мотнул увеличенной головой, но потом легко и бесшумно скользнул в сторону лестницы и пропал в полутьме люка. Вера, сделав страшные глаза, погрозила охотнику пальцем, давая понять, что разговор еще не закончен, и отступила назад, скрывшись в комнате покойной русалки.

Охотник проводил взглядом оборотницу, поднял голову, прислушиваясь к темноте коридора, а потом бесшумно вернулся в комнату, из которой только что выскочил как черт из табакерки. Притворив за собой дверь, Кобылин замер, слился с темнотой, затаил дыхание и прислушался.

Долго ждать не пришлось. Через пару секунд из коридора донесся странный звук – словно по полу тащили мокрый мешок. Через минуту хлюпы и шлепки стали так отчетливы, что Алексей невольно представил себе морского льва, неуклюже ковыляющего к своей тумбе на цирковой арене.

Медленно вдохнув, охотник замер, стараясь раствориться в окружающей темноте, и обратился в слух. Странные звуки прекратились. Потом скрипнула дверь, раздался шорох, словно кто-то шарил по стене в поисках выключателя, при этом бубня себе под нос. Алексей приоткрыл дверь, выскользнул в коридор и бесшумно подошел к распахнутой двери, ведущей в комнату русалки.

Открывшаяся ему картина заставила охотника замереть на месте. Дверь была открыта, и из нее в коридор высовывался длинный чешуйчатый хвост. Он немного напоминал дельфиний, но при этом был покрыт крупными темными чешуйками, навевавшими мысли о драконах.

Кобылин подался вперед, ступая так осторожно, словно пол был усеян новогодними шариками, и увидел спину русалки. Она была белоснежной – гораздо белее, чем у людей. На ней не было ни синих прожилок вен, ни родимых пятнышек, ни намека на румянец или кровеносные сосуды. Вероятно, она была настолько толстой, что защищала свою хозяйку и от холода воды, и от повреждений.

Русалка мотнула головой, разметала по плечам длинные черные волосы и, уже не скрываясь, визгливо, побабьи, выругалась. Потом захлопала по стене и наконец попала по выключателю. Под потолком комнаты вспыхнула лампочка, русалка со вздохом облегчения уперлась обеими руками в пол, потянула себя вперед и, оставив за собой мокрый след, вползла в комнату. И замерла, увидев в дальнем углу рыжеволосую девицу, вольготно устроившуюся в кресле под иллюминатором.

– Заходи, гостем будешь, – пропела Вера, с нескрываемым любопытством разглядывая человеко-рыбу.

Русалка взвизгнула, неожиданно ловко развернулась, метнулась в коридор и уперлась в ноги Кобылина. Подняв голову, она с изумлением взглянула на охотника, нависавшего над ней, увидела пистолет в руке и, отчаянно визжа, метнулась в глубь комнаты. Прежде чем Алексей успел что-либо сказать, русалка, грохоча мебелью, забилась под кровать и глухо застонала.

Кобылин бросил взгляд назад, через плечо, заметил на лестнице силуэт Вадима и махнул ему рукой – мол, оставайся на посту. Потом вложил пистолет в кобуру под мышкой и медленно вошел в комнату.

Вера успела встать на ноги и теперь, уперев руки в бока, с интересом разглядывала подрагивающую кровать. Охотник смерил оборотницу оценивающим взглядом, потом сделал приглашающий жест рукой – мол, давай лучше ты. Вера поджала губы, недовольно нахмурилась, но потом шагнула к кровати.

– Эй, подруга, хорош стонать, – сурово сказала оборотница. – Не бойся, никто тебе ничего не сделает. Вылезай, разговор есть.

Из-под кровати раздалось невнятное бормотание.

– Не бойся, – тоном ниже произнесла Вера. – Послушай, мы просто хотим тебя расспросить о твоей… Твоей подруге. Ничего такого, ясно? Просто поговорим…

Русалка под кроватью затаилась. Ее хриплое дыхание было отчетливо слышно, как показалось охотнику, аж на другом конце дебаркадера. Вера обернулась к Алексею и развела руками – мол, я попыталась. А потом, когда охотник двинулся вперед, вскинула ладони, словно пытаясь удержать его от необдуманного поступка. Не успела.

Кобылин подошел к двуспальной кровати, схватил ее снизу за край и рывком перевернул, как простую лавку. Русалка, оказавшись на свету, рванулась в угол, завыла дурным голосом, и терпение охотника лопнуло.

 

– Молчать, – рявкнул он и наступил на рыбий хвост. – Лежать! Руки за голову! Работает ОМОН!

Забившаяся было в судорогах русалка замерла, потом медленно развернулась всем телом и уставилась снизу вверх на охотника огромными карими глазами.

– Чего? – протянула она.

– Прописка есть? – сурово осведомился Кобылин, выдвигая вперед челюсть и убирая ногу с хвоста. – Регистрация?

– Какая регистрация? – потрясенно спросила русалка, переворачиваясь на спину и прислоняясь к стене так, чтобы было удобнее сидеть на полу. – Ты из ментовки, что ли?

– Департамент ночной охоты, – вдохновенно отчеканил Кобылин. – Проводится расследование смерти неустановленного лица, предположительно русалки. Имя, фамилия, место проживания?

Кобылин понимал, что несет околесицу, но другого способа быстро прекратить истерику не видел. И это помогло – русалка прекратила дрожать, стрельнула глазами в сторону замершей Веры, потом перевела взгляд на Кобылина. И откинула за плечи свой водопад черных волос.

Алексей не мог не отметить, что эта русалочка была гораздо упитанней своей покойной подруги. Все, как говорится, было при ней. Если бы она была человеком, то вполне бы сошла за такую веселую пышечку, что есть в каждой компании. Обычно такие горазды и пошутить, и повеселиться, да и пообжиматься в укромном уголке. Кобылину пришлось приложить некоторые усилия, чтобы отвести взгляд от шикарного бюста русалочки и посмотреть в округлое, покрытое едва заметными веснушками лицо. Лицо как лицо. Девка, мордата да улыбчива, как говаривали во дворе деды. Вот к ней слово «нечисть» точно не клеится.

– Чье имя? – деловито осведомилась русалка, прожигая охотника взглядом. – Мое, что ли?

– Твое, – отрезал Алексей, – ну?

– Машка я, – отозвалась русалка, с осторожностью посматривая в сторону оборотницы. – Иванова. Потому что сама из Ивановской области.

– Сюда как попала? – спросил охотник, мрачно посматривая на русалку.

– Известно как, по речкам, – отозвалась та, медленно осматривая Кобылина. – В начале лета дело было. Захотелось, значит, посмотреть, как тут все устроено…

– Подругу как звали?

– Какую подругу? – Машка захлопала глазами, неумело изображая удивление.

Кобылин резко наклонился. Русалка отпрянула, да так, что стукнулась затылком о стену каюты.

– Ты мне дурку не валяй, – прошипел охотник, прожигая русалку взглядом. – А то заночуешь не в речке, а за решеткой. Ясно?

– Это где же? – с опаской осведомилась Машка. – В отделении у тебя, что ли?

– Место есть специальное, для таких, как ты, – отрезал Кобылин, распрямляясь. – Зоопарк. Слыхала, нет?

Белоснежная кожа русалки вряд ли могла побледнеть еще больше. Но все же побледнела, да так, что все веснушки пропали.

– Да ладно тебе, – протянула она. – Ну, Иркой ее звали, так представлялась, как по-настоящему, не знаю. Мы только тут виделись, раньше не знакомы были.

– Ирка, – протянул Кобылин. – Ладно. Откуда она?

– Понятия не имею. – Машка помотала головой. – Говорю же, тут познакомились.

– Как вы сюда попали? – спросил охотник.

– Известно как. – Русалка насупилась. – Прошел слух, что подзаработать можно. Ну вот, приплыла, тут Ирка уже. Поговорили, ну начали работать…

– Вдвоем?

– Ну водяные мы вдвоем. Другие обычные…

– Как работать?

Машка подняла на Кобылина огромные глаза и вдруг лихо подмигнула.

– Известно как, – кокетливо произнесла она, – что у нас, у рыбок-то, взять, только нас самих.

– Это как? – удивился Кобылин.

– А вот так, – ответила Машка и показала.

Как оказалось, хвост у русалок начинался немного ниже бедер. А чуть выше все было устроено вполне обыкновенным образом. За чешуей сразу было и не разобрать, Алексей и не присматривался. Но теперь ему все было явлено в полной красе.

Потрясенный, Кобылин, стараясь не меняться в лице, поднял взгляд и глянул на явно забавляющуюся Машку.

– Даже знать не хочу, – пробормотал он. – Прикройся.

Русалка, обиженно надув пухлые губы, завернулась в свои черные волосы, словно в покрывало, и снова зыркнула в сторону Верки, брезгливо сморщившей носик.

– Что вчера было? – сухо спросил охотник. – Что тут случилось?

Машка тяжело вздохнула, оглянулась по сторонам, потом с тревогой глянула за плечо охотнику. Кобылин знал, что там, в коридоре, маячит Вадим, и потому даже не обернулся.

– Вчера, – пробормотала Машка. – Плохо тут вчера было.

– Не тяни, – посоветовала Вера. – Давай уже, рыба моя, рассказывай.

– Вчера сначала было как обычно, – задумчиво произнесла русалка. – Собрались мы тут с Иркой, вроде нарисовался папик. Незнакомый. Пока разговоры разговаривали, заглянул Семен…

– Это кто? – осведомился Кобылин.

– Ну так, – уклончиво отозвалась Машка. – Вроде распорядитель, приглядывает за нами.

– Охранник?

– Неее… – протянула русалка. – Охрана тут так, из городских, чисто для вида. Семен, он в курсе всего, распорядитель в общем. Не ресторана, а наших комнат.

– Дальше, – буркнул охотник.

– Ну вот заглянул Семен, увел папика, велел нам собираться. Мол, на сегодня все, прикрываем лавочку. Мы что-то затрепались, замешкались. Потом слышим – драка. Орут, дерутся в коридоре. Потом дверь распахнулась, заваливают два бугая.

– Кто такие? – насторожился Кобылин. – Местные?

– Нет. – Машка помотала головой. – Похожи на блатных, что бузят в ресторане. Но эти точно знали, кто мы, не удивились. Семена по комнате давай швырять. Орали все, чтоб передал хозяйке, что пора платить. Я бежать, они меня только ногой пнули. А Ирка полезла Семена от них отбивать. Дальше я не видела. Сбежала.

Русалка погрустнела, вскинула белые руки и закрыла ладонями лицо.

– Бугаи, – напомнил Кобылин. – Как выглядели.

– Да никак, – глухо отозвалась Машка. – Здоровые, плечистые, лысые. Похожи на бандитов. Похоже, крышу не поделили.

– Люди? – осторожно спросил Кобылин.

– Может, и нет, – вяло отозвалась русалка, хлюпая носом. – Сильные они такие, просто жуть. Семена как котенка швыряли, хотя он покрепче тебя будет. Но раньше я таких не видела. Здоровые, плечистые, лысые и похожи друг на друга, как близнецы.

– Лысые? – переспросил Кобылин. – Стриженые, что ли?

– Нет, именно лысые. – Машка взмахнула рукой. – Ну знаешь, мужики когда лысеть начинают, то голову бреют, но все равно заметно, что лысые.

– Ладно, – сказал Кобылин, присаживаясь на корточки. – А теперь, что за хозяйка? Кому они грозили?

– Ну. – Машка стрельнула глазами за спину Кобылину, в сторону двери, где маячил Вадим. – Здешняя хозяйка, значит. Я ее всего-то пару раз видела, она тут и не бывает почти.

– Как зовут?

– Ее Линдой называют. Ведьма, сразу видать, да еще какая.

– Ведьма? – Кобылин удивился, но виду не подал. – Что еще про нее знаешь?

– Да боле ничего, – огрызнулась осмелевшая Машка. – Мы рыбешки маленькие. Слыхали, что она тут всему хозяйка, а по делам с Семеном мы перетирали.

– У Семена-то как фамилия?

– Да пес его знает, – равнодушно отозвалась побледневшая русалка. – Человек, бандюган. Не местный, приехал откуда-то. Вот и все.

Кобылин с тревогой окинул Машку долгим взглядом. Русалка явно побледнела, осунулась, словно вдруг заболела чем. Может, ей без воды долго нельзя? Или накрыло ее, поняла, во что вляпалась? Выглядит так, словно все ей по барабану, того и гляди, сознание потеряет. Еще один труп?

– Ладно, – сказал Кобылин, поднимаясь на ноги. – Черт с тобой, золотая рыбка, плыви отсюда.

Машка тяжело вздохнула, оперлась на руки, отлепилась от стены, подняла взгляд на Кобылина.

– А с Иркой-то что? – тихо спросила она. – Сильно мучилась?

– Не сильно, – медленно ответил Кобылин, очень надеясь, что это на самом деле так. – Шею ей свернули.

Русалка отвела взгляд, уставилась в стену, словно только сейчас осознав, что здесь произошло на самом деле.

– Ты зачем вообще сюда приплыла? – спросил Кобылин.

– Ясно зачем, за деньгами, – со вздохом отозвалась Машка, не отводя взгляда от стены.

– Зачем тебе деньги? – поразился охотник.

– Известно зачем, – тихо произнесла русалка. – Красивой жизни хочется. Вещей разных, которых у нас на болоте нет. Телик и то не посмотреть. Сговорилась как-то я с мужичком одним, посидеть в его лодочном сарае, сериал посмотреть. Оплата известно чем. Целую неделю смотрела. Потом бабы местные прознали, знаешь, какую охоту развернули, еле уныряла. Тоскливо там, а тут весело.

– Весело, – медленно повторил Кобылин. – Аж зубы сводит, как весело. Вот что, рыба. Бери ноги, или что там у тебя есть, в руки и мотай отсюда в родное болото. Чтоб духу тут твоего не было через полчаса. Вадим!

– А! – откликнулся оборотень, заглядывая в каюту.

– Уходим. Здесь все.

Развернувшись, Кобылин решительным шагом направился прочь из комнаты.

– А ведьма? – жалобно спросил бывший проводник. – Надо ж узнать, за что ей грозили-то.

– Я знаю, у кого спросить про ведьму, – буркнул Кобылин, выходя в коридор. – Есть один человек такой, специальный.

Сжав зубы, он быстро зашагал по коридору, к лестнице, борясь с желанием завопить от злости. Русалки, надо же. Красивой жизни захотелось! Дальше что? И кто они теперь после этого? Нечисть?

Уже уходя, краем уха он услышал, как Вера бросила русалке:

– Про охотников слыхала, везучая?

Ответа Алексей уже не расслышал. Но когда он поднялся по лестнице и ступил в зал, снизу раздался грохот – такой, словно морской лев на всех парах несся по длинному коридору, стремясь как можно скорее убраться от смертельной опасности.

Поджав губы, Кобылин поправил нож за спиной и вышел в ночь.

* * *

Григорий откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая простым карандашом по блокноту, лежащему на коленях. Подняв большую кучерявую голову, он медленно осмотрел комнату. Обычная гостиная, обросшая за много лет различными удобными мелочами. Правда, с тех пор, как ему пришлось отправить жену обратно в Петербург, а потом и дальше, в Черногорию, обычная квартира в многоэтажке превратилась в большой склад мелочей.

Книжные шкафы с растрепанными фолиантами – вдоль стен. Длинный кожаный диван, на котором можно было поваляться после обеда, – у входа. У окна – широкий письменный стол, простой, чистый, содержится в идеальном порядке. В уголке, между столом и шкафами – большое кожаное кресло с широкими подлокотниками и огромной спинкой, пухлое на вид. Рядом журнальный столик, на котором светит экраном ноутбук последней модели. Все на своих местах. И вместе с этим – что-то не так.

Недовольно засопев, Григорий раскрыл блокнот и принялся быстро черкать карандашом, рисуя замысловатую схему. Не нравилось ему происходящее, ой не нравилось. Сколько он их уже видел за эти годы – проверяющих. Кураторы Ордена, прибывавшие из Петербурга для инспекции результатов работы некоего Бороды. И гордые, с апломбом, представители знати, смотрящие на тебя как на кучку мусора, и простые работяги, больше интересующиеся банями и ресторанами, чем отчетами. И въедливые молодые специалисты, досконально изучавшие все отчеты. Заезжали, бывало, и специалисты по особым поручениям. Но они обычно не представлялись координатору. Лишь извещали о своем визите, чтобы случайно не перейти дорогу какому-нибудь охотнику.

Охотники. Григорий гордился своей работой. По поручению Ордена он заботливо пестовал юную поросль, направляя их энергию и силу в нужное русло. Да, порой это походило на попытку удержать в руках пылающий уголь. Но польза была несомненна. Основная масса психованных и агрессивных людей с оружием в руках находилась под контролем организации. Одиночки и отряды вычищали город, убирая мусор, мешающий гармоничному существованию различных рас и кланов. Пустить все на самотек, отменить правила – и в городе начнется хаос. И так-то контроля не хватает. То здесь, то там появляются одиночки, способные наворотить таких дел…

Борода нахмурился, перелистнул пару страниц, изучил старую схему. Перевернул карандаш и очень аккуратно, резиночкой, стер одну из пометок. Все держится на тонких струнах, на личных контактах и взаимных обещаниях, скрытых в тонкой паутине лжи и дезинформации. Только так работает команда людей, каждый день сталкивающихся с изнанкой мира. Раскачай ее посильнее – и все рассыплется, погружая город в хаос. Нет ничего опаснее испуганного до усрачки человека, вооруженного огнестрельным оружием и абсолютной уверенностью в собственном праве уничтожать все, что кажется ему «неправильным».

Хмыкнув, Григорий отложил блокнот и смерил долгим взглядом ноутбук. Да, придется переносить данные в электронный вид, в наши дни по-другому нельзя. Опять же, лишний раз все прочитать, взвесить…

 

А Павел Петрович-то шустрик. Что он затевает? Он именно что раскачивает стройную конструкцию из охотников и проверяющих. Указания Ордена недвусмысленны – подчиняться куратору во всем. Пока у него была только пара просьб, весьма простых, но все они касались Кобылина. Кобылин!

Культовый проект, жемчужина в Гришиной коллекции охотников. Он в шаге от превращения в аватара. Идеальный носитель потустороннего сознания, способный превратиться из пешки в ферзя на этой игровой доске. Все признаки налицо – самостоятельно бывший алкоголик не может за пару лет превратиться в смертельное живое оружие. Определенно им кто-то управляет. Но с другой стороны, нет признаков одержания. Кобылин сохраняет свое сознание, свой упрямый нрав и сам принимает решения. Это очевидно. Нет никаких неожиданностей, его поведение остается в рамках его жизненной логики. Сколько времени пройдет, прежде чем что-то изменится? Кем он станет?

Григорий устало потер подбородок. Его лучшее дело. Аватары редки. Последний появлялся в этих краях лет сто назад. Тогда в человеческое тело проникла одна из сущностей с другой стороны. Человек стал полностью недееспособен, но при этом выдавал такую информацию, которая перевернула все существующие представления о законах вселенной. Это был шок, приведший к волне открытий и технического прогресса.

Но в этот раз вряд ли так будет, судя по характеру Кобылина. Скорее, мы получим великого воина, как это бывало в древности. И нужно направлять события так, чтобы сделать из этого тела желанную приманку для того, кто будет бороться с тьмой. А иначе… Иначе можно получить с той стороны покойного безумного политика, одержимого жаждой власти и имеющего все инструменты для воплощения в жизнь своих фантазий. Такое тоже бывало.

Покачав головой, Гриша снова взялся за карандаш. Кобылин. Бедный сломленный человечек, застывший в фазе подростка. Он так и не повзрослел. Да, симпатичный парень, если не брать в расчет пристрастие к дурацким шуткам. Кобылин нравился Грише. В другое время он взял бы его к себе студентом, научил бы разбираться в книгах и читать между строк учебников. Но аватары так редки.

Хмыкнув, Борода резко встал из кресла, прошелся в коридор, вернулся обратно. Ему нравился Кобылин. Но шанс получить аватара – один на миллион, и его нельзя упускать. Станет ли это смертью для самого Кобылина? Или его временным помешательством? Предсказать нельзя. Все так сложно. А тут еще этот блондинистый шустряк.

Вытащив из кармана телефон, Борода еще раз прочитал сообщение от Алексея. Информация ему нужна, как же. Вот зачем он сам послал Кобылина заниматься этим дурацким делом? Тогда показалось, что это хорошая идея – поиграть в детектива посреди города. И охотник при деле, и всегда на виду. Но теперь Борода думал, что лучше бы он услал Кобылина охотиться на лесную нечисть в каком-нибудь глухом районном городке, подальше от центра событий.

Остается одно – тихонько раскрутить это дело с дебаркадером, закрыть его и постараться отослать Кобылина подальше. И еще. Надо бы все-таки показать Алексея куратору. Пусть он и озабочен своими делами, но пусть проникнется важностью событий. В конце концов, Орден дал полный карт-бланш на работу с потенциальным аватаром. Надо ткнуть в это носом Павла Петровича. Поставить перед фактом. Чтобы он знал, Кобылин – отдельный самостоятельный проект, а не просто один из инструментов, которым можно распоряжаться как заблагорассудится. Вот так. Макнем академика.

Борода медленно опустился в кресло, взял телефон обеими руками и начал набивать ответ на сообщение.

* * *

Они встретились поздно вечером, когда августовское солнце скрылось за горизонтом и ему на смену пришли яркие огни ночного города, раскрасившие людные улицы разноцветными отблесками неоновых реклам. На улице было свежо, и Кобылин, одетый только в свой новый костюм, зябко поежился. Борода неодобрительно на него покосился и поманил за собой.

Они прошли по улице несколько десятков метров, уворачиваясь от людского потока, скользящего по каменным джунглям, и свернули в небольшой переулок. Он был на удивление безлюден, и Алексей тут же завертел головой, изучая обстановку.

Высокие дома, но старые, что-то из прошлого века, с лепниной на стенах и железными балкончиками из витых прутьев. Огромные подъезды с наглухо закрытыми массивными дверьми, стены облицованы полированными гранитными плитами. Из мостовой торчат фонари, опять же напоминающие о тех временах, когда они были еще газовыми. В принципе, переулок как переулок – таких полно в центре старого города. Но этот на самом деле отличался от остальных.

Метров через двести от поворота дорогу преграждал высокий железный забор. В нем виднелись ворота для машин и непременный шлагбаум. Рядом с ним виднелась калитка с домофоном. Это Кобылину не понравилось – не любил он тупики любых формаций, – но делать было нечего. Он обещал Грише, что сегодня будет тише воды ниже травы, лишь бы только попасть в загадочное место сбора так называемого другого общества.

У забора Григорий остановился, подождал отставшего друга, окинул его придирчивым взглядом.

– Ладно, – сказал он наконец. – Давай повторим. Что ты там обещал?

– Никакого оружия, никакой агрессии, – отчеканил Кобылин. – Полная нейтральность, в любом случае, что бы ни случилось. Кроме случаев прямой угрозы для жизни.

Гриша угрожающе выставил вперед подбородок, и его аккуратно подстриженная борода зашевелилась. Вытянув руки, Гриша быстро похлопал по пиджаку напарника, проверяя, нет ли оружия.

– Обижаешь, – сухо сказал Кобылин. – Только платки и зубочистки.

– Зубочистки? – насторожился Борода. – Это в каком смысле?

– В прямом, – отрезал охотник. – Две маленькие зубочистки в правом боковом кармане.

– А, – Борода облегченно вздохнул. – Леш, еще раз, пожалуйста, не иди на конфликт. Дело серьезное, держи свои инстинкты в узде. Пообещай мне, ну вот просто пообещай, ладно?

– Обещаю, – совершенно спокойно соврал Кобылин. – Буду паинькой.

Борода задумчиво пожевал губами, тяжело вздохнул.

– Врешь ведь, ирод, – сказал он наконец. – Давай еще раз. Там, внутри, небольшой праздник. Вручают маленькие медальки и премии работникам культуры. Тусовочный междусобойчик, не интересный никому, кроме десятка участников действа. Но там будут присутствовать некоторые нужные нам лица. Мне нужно встретиться с одним человеком, чтобы обсудить поставки некоторого оборудования. Он в курсе, что происходит в городе. Я приглашен, я иду туда по делу. По какому – тебе неинтересно. Тебе интересно то, что там будет присутствовать некая особа, которую называют ведьмой Линдой. Пока я буду заниматься делами, у тебя есть шанс побродить по залам, поесть бутербродов с икрой и поискать эту Линду. А когда ты ее найдешь – в чем я ни секунды не сомневаюсь, – у тебя будет шанс завести с ней беседу и задать пару вопросов. Смекаешь?

– Тысячу раз уже повторили, – с раздражением бросил Кобылин. – Сколько можно, а?

– Сколько нужно, – резко ответил Борода. – Ты не можешь там надоедать местным. Поверь, будешь наглеть, мы оттуда оба не выйдем. И это будет еще не самым плохим вариантом развития событий.

– Да ну? – буркнул Кобылин. – Какой же тогда самый плохой?

– Да такой, что начнутся взаимные претензии между людской частью города и той, другой, частью.

– Война начнется, что ли? – осторожно спросил Кобылин.

– Локальный вооруженный конфликт, – тихо произнес Борода. – И не из-за нас, как таковых, а из-за наших глупых действий. Возможны жертвы с обеих сторон, нарушение договоров, нарушение хрупкого равновесия…

– Ладно, босс, – сказал Кобылин. – Не буду я никого трогать, если меня никто не тронет.

– Даже если тронут, – с нажимом произнес Борода. – Держись до последнего, идет?

– Нет, – мягко сказал Кобылин. – Гриша, я понимаю, что ты хочешь. Но некоторые вещи вбиты у меня в подкорку, на уровне инстинктов выживания. Если кто-то схватит меня за горло, я тут же откручу этому уроду голову, кем бы он ни оказался. Не размышляя, не раздумывая. Понимаешь? Могу только обещать, что не сделаю этого, если кто-то меня случайно толкнет или наступит на ногу. И ничего более я тебе не пообещаю, потому что ты не хочешь мне рассказать, что там будет внутри.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»