3 книги в месяц за 299 

Лабрадор Ника и все остальные. Забавные истории для взрослых и детейТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

© Ольга Володинская, 2019

ISBN 978-5-4496-2769-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

«Чем больше узнаю людей, тем больше нравятся собаки» – кому только не приписывают эту фразу или ее интерпретацию. Марку Твену и Чехову, Джеку Лондону и Шиллеру, Гейне и Бальзаку, Диогену и Ницше, и даже Гитлеру. Одним словом, фраза универсальная и могла принадлежать кому угодно. Мне же она более близка в изложении русского поэта А. Федотова – «чем больше жизнь я изучаю, тем больше я люблю зверей». А если говорить о первом варианте, то иногда фраза и, правда, бывает справедлива, ведь действительно непонятно, как можно быть безответственным и поступать совсем не по-человечески, принимая решение завести домашнего питомца. Не игрушку же плюшевую приобретаем… живое существо. Еще больше поражает и по-настоящему ранит жестокое обращение с ними.

Книги о животных люблю с детства. И именно с детства совершенно не могу выносить страданий, которые порой выпадают на долю братьев наших меньших. При всей банальности последних слов, воспринимаю их именно в буквальном смысле. Поэтому столько слез было пролито и над судьбой несчастной Муму, и над чеховской Каштанкой, и над злоключениями Темы и Жучки, и над «Рыжиком» Свирского, и, конечно, над «Белым Бимом…». Фильм по этой книге можно посмотреть, я думаю, лишь один раз – на большее просто не хватит душевных сил. Также и в жизни – невыносимо больно смотреть на некоторые вещи, связанные с животными. Человек все-таки может постоять за себя, а животное – далеко не всегда. Разве только хищники, а домашние животные вряд ли будут это делать, относясь к людям с доверием и доброжелательностью, часто получая в ответ равнодушие и жестокость.

В моем доме всегда были животные. В основном – кошки и собаки. Собаки – чаще. Забавно было за ними наблюдать, забавно их растить. Хотя забота о них ничуть не менее важна и не менее хлопотна, чем воспитание ребенка. И как бы сейчас ни хмурились те, кто считает это не сравнимым, у этих двух процессов одно общее: мы в ответе за тех, кого приручили.

Сейчас одной из моих собак – нашей всеобщей любимице лабрадору Нике почти четырнадцать лет. Очень почтенный возраст для собаки вообще, а тем более для представителя ее породы. Видя, как она стареет, все хуже видит, почти не слышит, не уставая поражаться ее преданности и жизнерадостности, мы с грустью понимаем, что жизнь ее близится к закату. И так хочется сохранить в памяти те немногие, хотя, возможно, не такие уж важные моменты, когда она радовала нас, веселила или удивляла своими забавными историями.

Лабрадор – порода особенная. Это – собака компаньон, которая совершенно не выносит одиночества и равнодушия. Такой собаке крайне необходимо периодически демонстрировать свою любовь к окружающим и чувствовать ее по отношению к себе.

Наша Ника многому нас научила: чувству ответственности и терпению, например. У нее при всей покладистости и доброжелательности – свой неповторимый характер, и вся моя семья, да и вообще, каждый, кто знаком с нашей собакой, относятся к ней с огромной симпатией и любовью.

Воспитывая своих собак, я всегда, раз за разом совершала одну и ту же ошибку: я слишком их очеловечивала. Поэтому нашим собакам позволялось многое из того, чего позволять не надо бы. Но это не делало их хуже, они не переставали быть послушными (хотя иногда и хулиганили, конечно) и добрыми. И в отличие от людей – никакого эгоизма. Только любовь. Как раз та, которой бы у них поучиться – абсолютно безусловная. Однако безобидная собачья ревность друг к другу все же присутствовала и порой нас очень забавляла.

Поэтому, вспоминая с благодарностью всех своих питомцев, я понимаю, что они украшали мою жизнь и делали меня, да и всех нас лучше, заботливее и добрее.

Малыш родился

***

Палевая сука лабрадора, которую все домашние звали Белкой, лежала на боку и тихонько поскуливала, периодически подергивая лапами. Срок ожидания потомства подошел к своему логическому завершению. Один щенок уже появился на свет, и хозяйка, улыбаясь, обтирала его полотенцем.

– Давай, Белочка, давай, милая. Потерпи… – приговаривал хозяин, поглаживая собаку по голове.

***

– Ой-ой-ой! Как больно, как страшно! Куда это я?! Зачем?! Здесь так тепло, так хорошо, так спокойно! – со страхом думал еще не родившийся щенок, ощущая, как какая-то неведомая несокрушимая сила тащит его вперед и вперед по узкому тесному коридору. Он едва успевал поворачивать голову то в одну, то в другую сторону, как вдруг пространство резко расширилось, оглушив его новыми громкими звуками, поразив неведомыми запахами и обдав холодом.

– Ой-ой-ой! Ма-ма! – раздался его оглушительный писк.

– Ну, вот и еще один. Сейчас, мой миленький, сейчас оботрем и тебя. А там и к маме под бочок пойдешь.

– Хорошенький какой, прямо мишка плюшевый. Девочка или мальчик?

– Потом посмотрим. А то следующего пропустим. Доктор говорил, не меньше пяти щенят будет.

Пять и родилось на этот раз. Два первых были самыми крупными – мальчик и девочка. Их положили к Белке, которая, жадно попив воды, расслаблено растянулась на подстилке. Щенки наелись, и отвалившись от матери, тут же заснули. Хозяйка с умилением наблюдала за всем семейством.

– Так жаль всегда с ними расставаться. Такие милые малыши… – с грустью добавила она.

– Подожди, сейчас подрастут, видеть начнут, есть – намучаешься с ними, – возразил ей муж.– Будут тут гоняться друг за другом. Целый собачий детский сад.

– Это точно.

И настал день, когда через пару месяцев всех почти раздали и осталось лишь два самых крупных щенка. Хозяева подсознательно так и держали их около себя, никому особенно настойчиво не предлагая. Хотя муж только головой укоризненно качал и торопил жену.

– Самые лучшие, а ты никак не отдашь! – возмущался он.

– Да я все жду, когда в хорошие руки. Пусть хоть и за деньги, но уж очень хочется, чтобы к добрым людям.


***

– Это у вас продаются щенки лабрадора? – спросил как-то раз женский голос в телефонной трубке.

– У нас, у нас, приезжайте. Остались мальчик и девочка, – со вздохом ответила хозяйка. – Вы кого хотели?

– Девочку. У нас уже есть собачка, девочка, пудель. Как вы думаете, они поладят?

– С щенком-то? Конечно! А зачем вам еще одна собака?

– Ой, знаете, мы их так любим, а тут увидели лабрадора, и просто сон потеряли, так нам понравилась эта собака. Вот и захотели крупную и именно лабрика. Да и дочка просит.

– Ну… Если любите. Это хорошо, лабрадоры как раз и нуждаются в том, чтобы их любили. Для них хозяин – главное. Приходите. Покажем вам нашу любимицу. А дочка-то большая? Собака ведь не игрушка, – спохватилась хозяйка.

– Дочка большая уже. Ей шестнадцать лет. Так что не для забавы…


***


– Как здорово! Пойдем еще побегаем! – подначивал один щенок другого, толкая его лапой.

– Я устал, отвяжись, я полежу, не тормоши меня, – огрызался второй малыш.

– Ну и ладно, – подумал резвый щенок, тем более что прозвенел дверной звонок и послышались чьи-то чужие голоса.

– Ой, как интересно! Пойду посмотрю. И чем-то так пахнет! Незнакомый запах, – потягивал носом маленький лабрадор.

– Ой! Мама, смотри какой хороший! Мишка прямо, как игрушка! Иди, иди сюда, маленький, – присела на корточки пришедшая юная девушка. Она улыбалась и прищелкивала пальцами, пытаясь подманить щенка.

Малыш наклонял свою большую голову то в одну сторону, то в другую и потом сделал несколько медленных робких шагов.

– Иди, не бойся, – продолжала девушка.

– Привет! – настороженно произнес щенок, виляя хвостиком, приблизившись еще немного.

– Можно я тебя поглажу? Ты такой классный, не могу удержаться. Так хочется тебя потискать! Иди сюда!

– Мне нравится твой голос, – продолжал вилять хвостиком малыш, придвигаясь к гостье все ближе и ближе. Наконец, он остановился как раз на уровне ее вытянутой руки. Девушка осторожно погладила собачку по голове, потрепала за ушком.

– Мама, у него ушки плюшевые, – воскликнула она. – Давай ее возьмем! Это же девочка? Мама, ну пожалуйста, – уговаривала она.

– Ну, подожди, мы же папе еще ничего не сказали, – отозвалась мама, – и потом – я разговариваю, ты же видишь.

– Да, извините! Мам, ну смотри, какой он славный, этот щенок. Если это девочка, давай возьмем! Мы уже почти подружились, – канючила девушка.

Она продолжала гладить щенка, привлекая его к себе.

– Побежали, поиграем, – вырвался щенок из ее объятий и, отбежав, оглянулся. – Пошли! – Он лег мордочкой на передние лапки, оставив всю остальную часть туловища поднятой кверху. Его хвостик весело болтался из стороны в сторону.

– Какой ты смешной! Ну, пошли поиграем, – поняла его призыв девушка. – Как же тебя зовут? – спросила она.

– Не знаю, – тявкнул щенок едва прорезавшимся голосом, – у меня пока нет имени. Я просто щенок. Давай играть, – схватила мячик собачка. – Попробуй отбери! – побежала она дальше.

– Ах, ты хулиганка, – бросилась за ней девушка.

– Как весело, – думал щенок, – мне определенно нравится эта девочка. Интересно, она еще ко мне придет поиграть?

Собачка наткнулась на своего братца, который увальнем лежал посреди комнаты и сладко дремал.

– А у меня появилась подружка, – радостно сообщила малышка, – айда с нами!

– Какая ты звонкая, никуда не деться от твоего лая. Я сплю, ты не видишь, что ли? Играй сама со своей подружкой, – лениво подняв голову, проворчал братец.

– Скажите, а как ее зовут? – спросила девушка.

– Имя вы сами сможете выбрать. Я вам несколько назову, а вы выбирайте, – отозвалась хозяйка, – надо же на определенные буквы… На букву «н» только. И второе имя на «о».

 

– О! Ника, пусть это будет Ника. А дальше как можно? Оливия? Как красиво! Мама, пусть будет Ника Оливия. Ника, Ника, – позвала девушка, обращаясь к щенку, который тыкался в это время к своему брату в бок.

Щенок услышал призыв и отправился вприпрыжку на зов новой подружки, по-прежнему виляя хвостом.

– Мама, она отозвалась, – удивленно воскликнула девушка.

– Да нет, это она просто по голосу твоему поняла, что ты ее зовешь. Она же еще маленькая. Ну, ладно, Ника, так Ника. Папа нас с тобой и с Никой этой из дома выгонит.

– Не выгонит. Она ему тоже понравится! Она же такая хорошенькая.

Девушка взяла на руки щенка и зашептала ему на ухо:

– Теперь ты будешь жить у меня. Я тебя буду любить.

Собака облизала ей щеку.

– Мама, она меня поцеловала! Ласковая какая!

– Ну, ты сама, как маленькая, – улыбнулась мама, – у самой щенячий восторг!

– Ну, она же такая прелесть!

– Подожди еще… За этой прелестью ухаживать нужно… Заплачешь еще…

– Не заплачу…

На новом месте

***


Всю дорогу щенок вертел головой. Ему было страшно. Сердечко билось часто-часто.

– Куда они меня забрали? Куда несут? – беспокойно ворочался он, – здесь столько незнакомых запахов! Мама, мама! – жалобно позвал щенок.

– Ну, что ты плачешь? Не бойся! Сейчас придем домой!

– Ее от мамы отняли, вот она и плачет, – поняла щенка мама девушки.

– Мне его жалко. Но ведь так всегда бывает?

– У собак – всегда. А у людей дети сами уходят в свое время, причем с удовольствием, – усмехнулась мама.

Ника забилась девушке подмышку и боялась даже высунуть нос. Она пригрелась и задремала.

Вдруг зажегся свет, резко захлопнулась дверь, и Ника, проснувшись, снова испуганно озиралась по сторонам. Ее опустили на пол осмотреться.

– Где это я? Куда меня принесли, где мама, где хозяйка, где все остальные? Мама! – запищала опять Ника.– Ой, а ты кто? – спросила она у сидевшей напротив двери коричневой собаки, которая внимательно и настороженно на нее смотрела. – Ты не мама? – ткнулась Ника в кудрявый собачий бок.

Взрослая собака предупредительно зарычала.

– Какая я тебе мама? – огрызнулась она.– Вот еще привели на мою голову.

– Долли, нельзя, – окликнула ее хозяйка.

– Вот, уже и попало из-за тебя, – еще раз огрызнулась она, больно ткнув носом щенка и махнув на него лапой.

Малышка жалобно заскулила.

– Долли! —вновь уже более строго окликнула собаку хозяйка. – Я кому сказала? Нельзя! Это маленькая собачка, щенок! Нельзя обижать! Слышишь меня? Она маленькая! Не обижать!

– Ничего себе маленькая. Почти с меня ростом, какая же она потом будет? -продолжала ворчать Долли, – надо сразу ей показать, кто здесь главный. А то того и гляди, замордуют, оглянуться не успеешь, в изгоях будешь ходить. Уже вон выговаривают… Гав! – громко и зло рявкнул напоследок рассерженный пудель.

Ника забилась в угол.

– Не трогай меня! Мне и так плохо, – просила она. —Давай лучше подружимся. Ты будь хозяйкина. А я буду с девочкой дружить. Пожалуйста, не обижай меня-а-а-! – плакал щенок, – у меня мамы теперь не-е-е-т, – продолжал он пищать.



– Ну, ладно, ладно, не реви, – испуганно оглянулась Долли. – А ты это по правде сказала – будешь не хозяйкина, а дочкина? Смотри, не ври мне, – тихонько скорее для порядка рявкнула Долли.– И слышишь, на хозяина тоже не рассчитывай. Он вообще мой и все тут! – строго, но вполне миролюбиво заключила старшая собака. —Давай, иди к своей новой хозяйке и прекрати рыдать, никто тебя тут не обижает. Не хватало еще получать за тебя, пискля ты этакая. Я вот сразу привыкла. Прыгнула к хозяину на кровать, притулилась к нему, голову на плечо положила. Он погладил меня да так и оставил рядом с собой. Я там теперь всегда сплю, когда хочу. Теперь мы с ним на равных. Так что тапочки я ему не ношу. Он и так меня любит. Меня тут все любят. Я однажды дыру на покрывале прогрызла, огромную такую, и на одеяле тоже, а мне за это ничего не было! Пальцем только погрозили и сказали: «Ай-ай-ай», – разоткровенничалась Долли. —Ладно, заболталась я тут с тобой. Спать пора, – демонстративно отправилась она в хозяйскую спальню.

– Ника, Ника, – раздался голос ее новой хозяйки. —Ты где там? Вот твое место, давай, укладывайся, – сказала она и выключила свет.

– Как?! Я должна остаться одна?! Здесь? Да вы что?! Я так не привыкла!

Ника попыталась прыгнуть на диван, но толстенькая попа все время перевешивала, не давая ей этого сделать.

– Нельзя, – смеясь, но стараясь придать голосу строгость, говорила хозяйка.

– Мама, давай возьмем ее, – упрашивала дочь.

– Нет, а то она так и будет лезть в кровать. А это тебе не Долли. Та хоть маленькая, а эта большая ведь будет. Представь такую лошадушку в постели…

В комнату горделивой походкой степенно вошла Долли.

– Я не поняла, я что сегодня одна ночую?! – ее возмущению не было предела. – Я так не привыкла, – недовольно проворчала она и запрыгнула на диван, устроившись между хозяйкой и ее дочкой.

– Ты не обнаглела, Долли? – спросила хозяйка.

Собака подняла на нее печальные глаза. Взгляд ее был полон невысказанной грусти, вся мировая скорбь отражалась в нем.

– Ну ладно уж, – вздохнула хозяйка и потрепала собаку по голове, – не ревнуй. Бросили тебя сегодня?

– То-то же, – отвела Долли взгляд в сторону и положила голову на лапы, приготовившись спать.

– Ага, обрадовались, а я все равно запрыгну, мне тут неуютно, страшно и холодно, – упрямничала Ника.

Поняв, что у нее ничего не выходит, она села и заплакала с новой силой.

– Ну, чего ты пищишь, спать надо. Вот твое место. Смотри, тут и одеяльце есть, и подушечка тебе под щечку. Ложись, – уговаривала собаку хозяйка.

– Вот сама и ложись туда, – продолжала плакать Ника, – я к маме хочу! Мама! – надрывалась, скуля, собака.

– Ну что с тобой делать? Ночь-полночь уже. Спи давай, успокаивайся, – взяв ее на руки, жалея щенка, приговаривала хозяйка.

– Вот это другое дело, – обрадовалась собака, – теперь можно и поспать, -утихомирилась она.

Но как только через некоторое время хозяйка положила уснувшую Нику на подготовленное для нее место и легла сама, все повторилось снова: неудачные прыжки на диван, писк, стягивание одеяла с пытающейся уснуть девушки.

– Ты же моя хозяйка, ты же меня сюда принесла, чего ты спишь?! Меня обижают! Возьми меня к себе, – трепала одеяло Ника.– Я к маме хочу, – вновь и вновь плакал щенок.

– Ну это невозможное что-то, – с трудом в очередной раз продирая глаза, бормотала хозяйка, – что ж ты такая беспокойная.

И все повторялось сначала. Пока сон окончательно не сморил всех троих.


***


Рано утром приехавший из командировки хозяин застал неожиданную картину: дочь и жена, свернувшись калачиками, спали по краям разложенного в гостиной дивана, а посредине вальяжно развалился и периодически перебирал мощными лапами незнакомый крупный белый щенок породы лабрадор.

Ника проснулась первой, уловив новый запах, и вскинула голову.

– Это еще что такое? – строго произнес хозяин, оторопев от удивления.

– Это я, – звонко залаял щенок. – Они говорят, что меня зовут Никой. Имя хорошее, мне нравится, – пройдя прямо по спящим, устремилась к хозяину собака, виляя хвостом и пытаясь лизнуть вошедшему руку.

– Не подлизывайся. Ты кто, я тебя спрашиваю и зачем здесь?

– Вот девочка меня сразу понимает. А тебе повторять приходится, – обиделся щенок. – Я же сказала – Ника я. Собака теперь ваша, – отчаянно виляла хвостом она.– Мама! – беспомощно озирался щенок и вдруг увидел, как к хозяину подошла Долли, и тот стал ласково гладить ее по голове.

– Я же тебе говорила – хозяин любит только меня, – вскинул высокомерно голову пудель. – А тебя в лучшем случае будет лишь терпеть. И не надейся на другое. Так что вот с девочкой дружи. Тут еще, правда, мальчик есть. Но он так, сам по себе. Хотя… тебя, может, и полюбит. Ему блондинки нравятся… ты ведь блондинка? А я вот шатенка. Как хозяйка, – продолжала она, вновь горделиво вскидывая голову. – Поэтому хозяин и любит меня больше всех. А я его слушаюсь…

– Ладно, потом разберемся. Долли, гулять, – позвал хозяин, – а с тобой пусть твои хозяйки гуляют. Кто заводил…

– Интересно, что такое – гулять? Наверное, что-то хорошее, вон как Долли побежала, – подумала Ника и сделала прямо на диване большую лужу.


***


Так проходили первые дни в новом доме.

– Никогда не думала, что с крупными собаками столько проблем. Просто, как маленького ребенка завели, а не щенка, – жаловалась кому-то хозяйка по телефону, – плачет, беспокоится, с едой проблемы, аллергия на некоторые продукты. На курицу, например. Мы едим – ничего, а собаке, поди ж ты, только грудку охлажденную покупаю или говядину молодую… И на улицу пока нельзя, прививки не сделали еще… А по ночам, как грудной ребенок, не поспишь с ней. Пищит и пищит. Но правда, хорошенькая она невозможно. Мишка плюшевый.

– Про меня разговаривают, – думала Ника, – только не пойму, хорошо или плохо…

Собака росла не по дням, а по часам.

– Ого! – удивлялись знакомые. – Да она у вас великан просто.

– Крокодил. А не собака. И по аппетиту, кстати, тоже, – трепала ее хозяйка, подтверждая удивление гостей.

И вот, наконец, наступил день первой прогулки. Хозяйка надела на щенка ошейник, пристегнула поводок.

– Ну, что, Ника, гулять пойдем с тобой. Можно уже.

Собака завиляла хвостом. Выйдя из подъезда, она начала метаться из стороны в сторону, натягивая поводок.

– Рядом, Ника, рядом, – пыталась урезонить ее хозяйка.– Куда ты меня тянешь?! Да не мечись ты, как сумасшедшая… Рядом иди!

Придя на поле, хозяйка с облегчением отстегнула поводок и стала бросать собаке палку.

– Апорт! – крикнула она непонятное Нике слово. Однако Ника, даже не поняв, как следует, что от нее требуется, инстинктивно побежала за палкой.

– Ищи, Ника, ищи.

Щенок так увлекся, что не заметил, как его голова уткнулась в чьи-то мощные лапы.

– Ника, назад! – громко приказала хозяйка. В голосе ее звучала тревога.

Ника высоко задрала голову.

– Ты кто?

На нее угрюмо смотрели огромные глаза неведомого Нике чудища. Это была громадная серая собака породы мастино неаполитано. Ее неимоверных размеров башка была вся покрыта складками, которые свисали со щек, подбородка и шеи, делая ее вид еще свирепее.

– Не волнуйтесь, он не тронет вашего малыша. Он у нас умница. Рич, не обижать!

– Я и сам знаю, – буркнул пес, – учить они меня будут. А ты давай, шмакодявка, уходи с моей дороги.

– А куда вы направляетесь? – робко начала Ника, заискивающе виляя хвостом.

– Да вон там еще бегают вроде тебя. Пойду посмотрю, как бы не обидел кто…

– А можно мне с вами?

– Ну, пойдем. Если тебя не заругают, – оглянулся по сторонам Рич.

Пес лениво потрусил туда, где резвились другие собаки. Щенок быстро перебирая лапками, бежал рядом, задрав голову на своего нового друга.

Увидев Рича, собаки радостно бросились к нему.

– Ну, что тут у вас, все в порядке? – покровительственно поинтересовался он.

– А кто это с тобой, твой новый друг? – наперебой спрашивали собаки.

– Да какое там! Мал он еще, – оглянулся на щенка Рич.– Хотя, пожалуй, друг, – помедлив, добавил он, увидев преданные и доверчивые глаза собачки.– Так, а это еще кто?! —грозно зарычал он, увидев приближающегося чужака. – А ну-ка пошел прочь отсюда! – забасил Рич.

Чужак немедленно ретировался, трусливо поджав хвост.

Прогулки на поле нравились и хозяйке, и Нике. Впрочем, Нике нравилось и когда с ней гулял кто-то другой, не сама хозяйка. Само слово «гулять» было ключевым, а кто будет сопровождать собаку на прогулке, ей было уже неважно. Однако просто пойти куда-то с ней было невозможно – Ника начинала тянуть изо всех сил то в одну сторону, то в другую. Такое обилие запахов никак не могло не волновать щенка.

– Прямо не знаю, как ее приучить. – жаловалась опять хозяйка кому-то по телефону. – И с поводка боюсь спускать – того и гляди убежит. Глупая ведь, маленькая, не понимает пока ничего. На поле еще более или менее. Вместе с собаками там бегает. А больше нигде успокоиться не может. Несется, ног под собой не чувствуя. И не слушается совсем. Как будто ни одной команды не знает, – сокрушалась она. – Дрессировать? Да я и книгу купила. Не смогу? А как же быть? Кто-то профессиональный нужен? А есть телефон? Далеко живет? Ну, давай, попробуем. Может, и правда, получится что-нибудь.

 
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»