Суженая инкубаТекст

6
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 1

– Вить, перестань! Я так не могу…

Спинка дивана не казалась мне уже такой мягкой, а кабинка изолированной. На соседнем диване обжимались Света с Валерой. Он вовсю уже мял ее грудь через тонкую ткань блузки, периодически ныряя рукой под коротенькую юбку. На столе извивалась Лариса, исполняя для своего бойфренда причудливый танец, состоящий в основном из нарушенной координации сильно пьяного человека. Ее парень (забыла как его зовут) довольно лыбился и зазывно хлопал, поощряя ту расстегнуть очередную пуговицу на платье.

– Солнышко, я так хочу тебя, – снова потянулся ко мне губами Витя. Взгляд его помутнел и размазался от просто огромного количества спиртного, выпитого за вечер.

– Не здесь же! – брезгливо скинула со своей груди его влажную руку.

– Ты меня заводишь… – снова полез он ко мне.

Пришлось перейти к более решительным действиям и отпихнуть его уже ощутимо, так что он потерял шаткое равновесие и повалился на диван.

Вот уж не думала, что день рождения Светы может превратиться в банальную попойку. А все так хорошо начиналось, пока тосты не стали слишком частыми, а шутки все более плоскими. В итоге все переросло в оргии, где трезвая и уставшая я была явно лишней.

– Достала ты меня уже, фригидная с*ка! – исподлобья взирал на меня в стельку пьяный и жутко злой Витя.

– Что?

– А то!.. Недотрога чертова! Да сдалась ты мне! Не нравится, вали отсюда!..

Он еще продолжал что-то говорить, но я уже не слушала. Валить, так валить. Только вот ни слез моих, ни уговоров он не дождется. Встав из-за стола и протиснувшись мимо продолжавших лизаться Светы с Валерой, я добралась до вешалки, без лишней суеты взяла свой жакет и чинно выплыла из кабинки в оживленный зал. Именно в тот момент Виктора я вычеркнула из своей жизни окончательно и бесповоротно. Если парень позволяет себе говорить такое девушке, пусть и будучи при этом в стельку пьяным, значит он дерьмо человек.

На улице я полной грудью вдохнула теплый воздух весенней ночи и бодрым шагом направилась к одному из такси, что дежурили возле бара в ожидании клиентов. Я свободна! Как я вообще могла встречаться с этим человеком почти год? И как же замечательно ощущать себя избавившейся от него!

– Куда едем? – спросил меня водитель, лицо которого мне показалось жутко усталым, даже вымотанным. Бедняга. Тяжек хлеб таксиста. Крутить баранку сутками напролет… не позавидуешь.

– Домой, – бодро откликнулась я и назвала адрес на другом конце города.

– Через зеленку, значит, – все так же угрюмо кивнул он.

Да уж. Моя теория о воздействии ауры дала сбой. Я верила, что настроение человека наполняет ауру вокруг него, попав в которую, другой человек заражается. То есть, попав в ауру веселья, можно развеселиться самому, грусти – можешь начать грустить и ты ни с того ни с сего. Хотя уже через пять минут я поняла, что теория действует. Просто аура водителя оказалась сильнее моей. Под воздействие попала я, чувствуя, как все труднее становится сдерживать зевоту, и глаза так и норовят закрыться.

Город закончился и началась заповедная зона. По обеим сторонам извилистой дороги темнел лес. Фары такси выхватывали небольшой участок впереди, а лес, как ни старалась, рассмотреть не могла. Знала только, что смешанный он и густой, что водятся в нашем заповеднике лоси, лисы, кабаны и зайцы. А сейчас, наверное, они все спят в своих норах. Как же хочется вздремнуть, буквально несколько минут… Ненадолго прикрою глаза, чтобы отдохнули после трудового дня. Все же, сегодня пятница, да еще и конец месяца. На работе был форменный дурдом с плановой отчетностью. А еще этот недоумок устроил мне шоу в баре…

В первый момент я ничего не поняла, а потом сразу же накатила боль. Грудную клетку что-то сдавливало, воздуха не хватало. Ног я не чувствовала, по лицу текло что-то теплое и липкое. И сознание… оно стремительно ускользало. Как я ни старалась сфокусировать зрение на толстом стволе дерева, проглядывающегося через разбитое лобовое стекло, картинка размазывалась все сильнее. Пыталась выдавить «Помогите», но получился лишь протяжный стон, а во рту сразу же появился привкус крови.

Я умирала. С четкостью осознавала это остатками разума, который все еще теплился в моем истерзанном теле. Водителя рядом не было. Видно, от удара о ствол дерева его выкинуло через лобовое стекло. Надеюсь, ему повезло больше. Все это я фиксировала сквозь призму мучительной боли, мечтая об одном, чтобы все побыстрее закончилось.

Когда раздался скрежет металла и дверь с моей стороны оторвало от машины, я уже практически не понимала, что со мной и где нахожусь. Это была та грань, когда еще не умер, но и уже не живешь. Последнее, что запомнила, темный силуэт, и как меня касаются чьи-то руки. А потом накрыло новой волной боли, и сознание, наконец-то, покинуло мое тело. А может быть, это душа вылетела из него, как невесомое перышко, подхваченное порывом ветра.

***

Пахло благовониями и еще чем-то незнакомым. Я силилась открыть глаза, пока не поняла, что на них что-то лежит. Хотела поднять руку и потрогать, чем же это мне их залепили, но и этого мне не позволили.

– Очнулась, девица? – раздался откуда-то старческий голос. Даже не поняла, далеко или близко от меня говоривший. – А вот двигаться тебе пока нельзя, – приблизился голос и руки моей коснулись чьи-то теплые пальцы, возвращая ее на что-то твердое. – Кости еще не все срослись. Полежи еще денек в лубке.

Голову мою аккуратно приподняли и к губам прижали что-то, из чего в рот полилась теплая и немного вязкая жидкость, чем-то напоминающая микстуру, только в непозволительно большом количестве.

– Пей и спи, – гипнотически произнес голос, и глаза мои, которые я все еще силилась открыть, снова заволокло сонной дымкой, в которой и растворилось так и не успевшее проясниться сознание.

Следующее пробуждение оказалось более удачным. Мне удалось открыть глаза и рассмотреть небольшую комнатку, в которой находилась. Ну рассмотреть – громко сказано. По всей видимости, стояла ночь. На каменной стене, в которую первую и уперся мой взгляд, был закреплен одинокий факел, в скудном свете которого я и рассматривала довольно убогий интерьер, состоящий из моего ложа, деревянного стола, уставленного разнообразными склянками, и длинной скамьи вдоль стены. Потолок был тоже серым каменным и неровным, как и стены. Сквозь стекло узкого окна просматривалась решетка. Где же я? На больничную палату это слабо смахивало. А я отчетливо помнила, как попала в аварию, и кто-то меня спас умирающую.

Предприняв попытку встать, я поняла, что лежу в деревянном углублении, повторяющем контуры моего тела. По всей видимости, это и есть лубок, в котором сращивались мои кости. Сколько же времени я тут провела?

С трудом, но у меня получилось выбраться из углубления. Стоя босиком на ледяном полу, я прислушивалась к собственным ощущениям. Пошевелила руками, переступила ногами. Не считая слабости во всем теле, чувствовала я себя здоровой. А еще жутко голодной. Ну и конечно же, сгорала от любопытства, где нахожусь. Что-то мне подсказывало, что я за городом. Как-то странно все. Кто и зачем меня сюда привез?

Проковыляв к окну на непослушных ногах, я попыталась хоть что-нибудь рассмотреть через мутное стекло. Но то ли сыграл тот факт, что оно было жутко грязным, то ли ночь выдалась безлунная, но не увидела я ровным счетом ничего, кроме черноты.

Из комнатушки вела не менее странная дверь, как и все тут. Невысокая с полукруглым верхом. Такие я видела только в кино про старые времена. Наверное, это здание стилизованно под старину. Вон, даже колбы на столе какие-то несовременные, пузатые из затемненного стекла. А есть даже глиняные. Один горшочек я приоткрыла и сунула в него свой любопытный нос. Ох, как зря! Чихала я потом и растирала слезы по щекам минут пятнадцать. Что же за гадость так может пахнуть?!

Когда вернула себе зрение и нюх, я решила предпринять небольшую вылазку. Должна же я выяснить, где нахожусь. Кроме того, мне срочно понадобился туалет, который я и разыщу в первую очередь.

Дверь открылась без скрипа, и я ступила на небольшую площадку, с которой вниз вела винтовая лестница. Я бы ее не увидела и, наверное, сломала бы себе шею, если бы не еще один факел, освещавший площадку. Очень низко надо мной нависал куполообразный потолок. По всей видимости, я находилась на самом верху какой-то башни. Ох уж эти любители старины! У них тут даже электричества нет. Как они тут живут или работают?

Ноги мои совершенно закоченели от соприкосновения с камнем, из которого тут было все, казалось. Коме того, по полу сквозило так, что колыхались полы моей сероватой сорочки, доходящей до щиколоток. И почему в больницах дают сорочки, но не прилагают к ним халаты? От одного такого, желательно махрового, я бы сейчас не отказалась. Кожу уже покрывали мурашки, но я продолжала спускаться по лестнице, пока не дошла до площадки побольше. С нее вели уже четыре двери. И тут горел еще один факел, освещая дальнейший спуск.

Останавливаться я не стала, решив, что за дверью такие же палаты и спящие пациенты. Третья площадка была последней. Лестница закончилась, и начинался коридор, в конце которого я разглядела более яркий, нежели от одинокого факела, свет. На него я и пошла. К тому моменту мои естественные потребности заявили уже с такой силой, что я едва сдерживалась, так и не обнаружив уборную.

Коридор вывел меня в просторную залу, освещенную несколькими факелами и свечами в старинных массивных канделябрах. В резном кресле с высокой спинкой сидел белобородый старец и внимательно вчитывался в толстый фолиант, раскрытый примерно посредине. Казалось, мое появление осталось для него незамеченным, но уже в следующий момент я встретилась взглядом с пронзительными голубыми глазами, в которых плескалось изумление.

– Уже на ногах?! – воскликнул старец, вскакивая с кресла и подбегая ко мне. Я успела заметить, что на нем надет бархатный халат в пол, в вырезе которого выглядывает белоснежная кружевная рубаха. – Удивительно! – принялся кружить он вокруг меня, трогая и разглядывая. – И ничего не болит? – дотронулся он почему-то до моего лба. – Сверх регенерация… Первый раз с таким сталкиваюсь…

 

– Извините…

Попыталась заговорить с ним я, но меня тут же перебили:

– С ума сошла! Она босая!..

И тут произошло самое невероятное за все то время, что находилась в сознании. Старец схватил меня за руку, и мы с ним оказались в той самой комнате, из которой и началось мое маленькое путешествие. Признаюсь, что чуть не обделалась от страха, когда поняла, что же произошло. А когда увидела, как старец провел рукой над лубком, и тот превратился в мягкое ложе, то и вовсе едва не свела на нет все его или еще кого старания по моему излечению.

– Живо в постель, ненормальная. Разгуливать босиком после такой тяжелой травмы!.. Хочешь заработать воспаление?!

– Нет, – твердо произнесла я, решив, что не сдвинусь с места, пока он не покажет мне уборную. – Мне нужно в туалет!

– Так в чем проблема? Для этого не нужно было никуда идти. Горшок под лавкой, – указал он рукой.

И я его рассмотрела. Ночной горшок с крышкой. Уму не постижимо! Хотя… горшок – это мелочи, если сравнивать с тем, отчего до сих пор шевелились волосы на голове.

– Давай-ка, делай свои дела, а потом я тебя погружу в сон, – велел старец, выходя за дверь.

Уговаривать меня не нужно было. К тому времени я уже еле сдерживалась. Горшок, так горшок. Хорошо хоть с крышкой.

– А теперь быстро в постель, – вернулся старец ровно тогда, когда я управилась и одернула сорочку.

Не дожидаясь новых возражений, он подбежал ко мне, схватил за руку и потащил к кровати. Уложив меня, подоткнул со всех сторон одеяло и проговорил:

– Завтра, деточка, все вопросы завтра… А сейчас спать и набираться сил… Спать… Спать…

Каждое последующее слово слышалось все из большего далека. А голубые глаза все приближались, пока я не утонула в них, уплывая все дальше. Засыпала с мыслью, что никакая это не больница.

Глава 2

– Проснитесь! Слышите, проснитесь!

Впереди крутой поворот, а он спит, как сурок! Вцепился в руль и спит…

– Да, проснитесь же, сейчас же! Мы разобьемся!..

Я трясла его за плечо, пыталась оторвать руки от руля, но все тщетно. Поворот стремительно приближался. Выкрутить руль тоже не получилось, я просто не успела этого сделать, как машина нырнула в кювет и стремительно покатилась в темноту. Удар и тишина. Дальнейшее я уже наблюдала со стороны, как в замедленном кадре. Вот крошится стекло под натиском тела водителя, и он теряется в темноте, куда даже свет фар не достигает. Капот изгибается и словно принимает в объятья толстый ствол дерева. А потом рядом со мной возникает силуэт, закутанный в плащ. Даже не прикасаясь к двери, он вырывает ее с мясом и берт меня на руки…

– Стойте! Стойте…

Я кричу ему, уносящему меня, вслед, но не слышу даже собственного голоса. А мне что делать? И я ли это?..

– Госпожа, проснитесь! Вам приснился дурной сон…

Моего лица коснулась чья-то рука и ласково проскользила по лбу и по щеке. Рядом с кроватью стояла девушка и с улыбкой смотрела на меня. Не то чтобы она была хорошенькой, но очень опрятной, хоть и одежда на ней была, как у прислуги в кино про стародавние времена. Поверх длинного и расширенного к низу коричневого платья повязан белоснежный передник с кружевными оборками. А на голове смешной кружевной чепец.

Я села в кровати и попыталась собрать мысли воедино. Еще вчера выяснила, что ни в какой я не больнице. Значит, это не медсестра. Тогда кто? И главное, где я? А еще тот старик…

– Как вы себя чувствуете? – снова заговорила девушка. – Сэр Берингар велел вам не вставать, если не чувствуете в себе достаточно сил.

– Сэр Берингар?..

– Ну да. Он тут самый главный и очень строгий, – вмиг посерьезнела она. – Поэтому, повторю свой вопрос – как вы себя чувствуете, госпожа?

Какая я ей госпожа? Издевается она что ли? Не похоже… А вот ответа на свой вопрос ждет и как-то очень напряженно.

– Вроде, нормально… Голова немного болит, – прикоснулась я к вискам и принялась их массировать.

– Ну это и не удивительно! – снова разулыбалась девушка. – Вы же уже неделю как лежите, а кроме эликсира жизни ничего не принимали. Во голова и разболелась, от голода… Ну ничего! Сейчас я вас одену, и вы спуститесь к завтраку. Сэр Беринга сказал, что непременно составит вам компанию…

– Постой! – прервала я ее безостановочный поток речи. – Где я? И кто ты? – задала я вопросы, которые в данный момент показались мне существенными.

– Я Джитта, – присела девушка в книксене. – Теперь ваша верная служанка. А остальное сэр Берингар расскажет вам сам. Мне велено молчать…

Это она так молчит? – едва не рассмеялась я. Как же тогда эта болтушка разговаривает? Впрочем, девушка мне понравилась с первого взгляда.

– Приятно познакомиться, Джитта, – попробовала я на слух незнакомое и диковинное имя. Старонемецкое что ли? – А я…

Я?.. Меня зовут… Что же это такое? Как ни напрягала память, но вспомнить собственное имя так и не получилось.

– Ты, случайно, не знаешь, как меня зовут?

Джитта бросила на меня испуганный взгляд и отвечать не торопилась. Теперь ее молчание уже немало напрягало меня.

– Джитта?.. – позвала я, но она как переставляла баночки на столе, так и продолжала этим заниматься. – Да что здесь происходит?! – вскочила я с кровати и приблизилась к девушке, поворачивая ты лицом к себе.

– Госпожа не должна меня ни о чем спрашивать, – смотрела она куда угодно, только не на меня. – Мне запрещено вести с ней серьезные разговоры. Сэр Берингар вам все сам расскажет. Сейчас я принесу вам одежду… Вас уже ждут в столовой…

С этими словами она выскочила за дверь, а я в растерянности опустилась на кровать и поджала под себя ноги. Что же получается, что я забыла только имя? Как ни силилась, ни напрягала память, даже примерно не могла вспомнить, как и кто меня называл. Разве что дурацкое «солнышко». Но это кличка, которую придумал Витя. На большее он просто не был способен.

Вернулась Джитта с ворохом одежды в руках, за которой ее и разглядеть-то не удавалось. И началось мое облачение. Панталоны, сорочка, корсет, нижняя юбка, еще одна, платье из тяжеленой парчи… К тому моменту, как Джитта затянула шнуровку у меня на спине, мне уже казалось, что на плечи давит непосильных груз, который мне никогда не удастся сбросить.

– А что же мне делать с вашими волосами? – всплеснула девушка руками и брезгливо подцепила пальцами мои короткие и, как подозревала, довольно растрепанные пряди. – Кто же вас так изуродовал?

Хотела я ей сказать, что ношу очень даже стильную и модную стрижку, что стоила она мне чуть ли не половину зарплаты в элитном салоне… Но что-то мне подсказывало, что Джитта меня не поймет, а осудит еще сильнее.

– Ладно, сейчас по-быстрому сколю шпильками, а потом придумаю что-нибудь поинтереснее. Хотя, сэру Берингару ваши волосы тоже не понравятся, – уверенно кивнула она самой себе. – Неплохо, если отрастит…

Еще через пять минут, после торопливых манипуляций шустрых пальцев Джитты у меня в волосах, я уже спускалась по винтовой лестнице. Только на этот раз мои ноги были обуты в золотистые туфельки на невысоком каблуке, да и одежды на мне было столько, что временами даже бросало в пот.

Девушка бежала впереди, указывая мне путь, но пришли мы в итоге в ту же комнату, где побывала сегодня ночью. И тем сэром Берингаром, которого так боялась Джитта, оказался тот самый старец, что удивлял меня чудесами в ночи.

– А вот и наша красавица! – восхищенно развел он руками, оглядывая меня с головы до ног.

Сам старец тоже выглядел не так по-домашнему, как ночью. На нем были надеты штаны-галифе, заправленные в сапоги, и бархатный камзол, и под которого выглядывали ворот и манжеты кружевной сорочки. Даже примерно не могла предположить, сколько ему может быть лет. Судя по совершенно белым волосам и бороде, он уже довольно древний. Только вот лицом и осанкой не смахивал даже на моложавого старика. Странный, в общем, тип.

– Джитта, вели подавать завтрак, – обратился он к служанке, приближаясь ко мне и беря под руку. – Прошу вас, – указал он на сервированный стол и повел меня к нему.

Когда я заняла предложенный мне стул, по размеру и форме больше напоминающий трон, сэр Берингар занял место во главе стола и долго расправлял на коленях салфетку. Так долго, что я не выдержала и заговорила первой, возможно, нарушая тем самым правила местного этикета.

– Объясните мне, пожалуйста, где я и что тут делаю! – не слишком вежливо и тихо потребовала. Наградой мне послужил не самый довольный взгляд голубых глаз. Невольно вспомнила о его умении гипнотизировать и вздрогнула всем телом. Воспоминания не рождали приятных ассоциаций.

– А ты с характером, – усмехнулся сэр Берингар. – Теперь это твой дом, – обвел он комнату глазами.

Конечно же мне хотелось спросить, по какому праву он тут решает все за меня, но начинать общение с открытого конфликта не хотелось. А поэтому я решила задавать вопросы по мере увеличения значимости.

– И что это за место?

– Ты в самой живописной провинции Саайл, находящейся на юге Мингерии, – помедлив самую малость, охотно пояснил Берингар. – Управляет тут всем герцог Вилберт. В самое ближайшее время я собираюсь тебя ему представить. Провинция наша живет за счет животноводства. Об этом я бы мог долго рассказывать, но будет лучше увидеть все своими глазами. Предлагаю после завтрака отправиться на прогулку…

Он продолжал говорить, тогда как я перестала его слушать. Сидела совершенно обалдевшая и пыталась найти хоть какое-то разумное объяснение происходящему. Что за страна такая – Мингерия? Ни разу про такую не слышала, как и про провинцию Саайл, кажется. Да и вообще… Если это не бал-маскарад, то я явно не в своем мире, как и времени. Этот седовласый полустарец так пафосно обо всем рассказывает, словно не произошло ничего из ряда вон выходящего, словно я не переместилась не известно куда.

– А зачем я здесь? – довольно бесцеремонно перебила я его поток речи, сообщающей мне факты, которые совершенно не интересовали меня в данный момент.

– На то есть причина, – пронзил меня ярко-голубой взгляд. – Но позволь пока не посвящать тебя в ее суть.

– Как это? А ничего, что я меня своя жизнь, работа, друзья?..

Кажется, фитиль разгорался все сильнее и все ближе подбирался к пороховой бочке, какой я себя сейчас ощущала.

– Жизнь? – усмехнулся сэр Берингар. – Так ты умерла в прежней жизни. Правда тела твоего так и не найдут, но не суть… – если даже и хотела возразить, голос внезапно пропал, такой сильный спазм перехватил горло. – Работа? Это секретаршей-то, за копеечную зарплату? Не смеши меня… Тетка твоя, единственная родственница, кстати. Да-да, я отлично информирован, – снова одарили меня усмешкой. – Так она и горевать сильно по тебе не будет. Потому как после смерти матери ты, как ярмо на ее шее, хоть и достаточно самостоятельная.

Что есть, то есть. С тетей Леной у нас никогда особо родственных чувств взаимных не было. Впрочем, я была ей благодарна уже за то, что не отдала меня в детдом, когда осиротела в двенадцать лет.

– Ну а друзья… Стоит ли горевать о тех, кому ты не отдала даже частички своего сердца? – как-то слишком серьезно произнес старец. – Теперь у тебя новый дом, девушка, к которому тебе придется привыкать. Ну и я, конечно же, во всем помогу тебе. Можешь считать меня своим первым другом здесь, – широко улыбнулся он.

Несмотря на то, что улыбка его мне понравилась, мысли в голове метались все еще слишком панические.

– А мое имя? Почему я не помню его? – задала я самый главный вопрос.

– Нет имени, нет прошлого. Я специально сделал так, чтобы ты его забыла. Так тебе будет легче привыкнуть к новой жизни. Но стереть все твои воспоминания не рискнул, потому как именно они тебя делают такой, какая ты есть.

Не покривлю душой, если скажу, что ничего не поняла из его философского монолога. Да и не высшие материи меня сейчас интересовали.

– Как в таком случае меня зовут?

– Ирмалинда, что переводится как мягкая и нежная. Если позволишь, буду звать тебя Линда. В таком виде имя мне нравится гораздо больше.

Вошла дородная служанка, за ней еще одна, потом еще… Все они держали в руках подносы, уставленные блюдами. Когда женщины проворно расставили все это на столе и сняли крышки, я моментально забыла на время наш серьезный разговор с сэром Берингаром, до такой степени аппетитно запахло мясом, печеным картофелем, тушеными овощами… И пока я не насытилась, беседу мы не продолжили. Но это не значит, что вопросов у меня не осталось. Даже напротив, несмотря на информацию, что выдал мне мой новый знакомый, вопросов в моей голове скопилось еще больше. Но я отчетливо понимала, что все я ответы не получу немедленно, а с некоторыми так и вовсе придется разбираться самой и в тайне.

 

– А кто вы? – отложила я вилку не раньше, чем смела все с тарелки.

– Разрешите представиться, – встал из-за стола сэр Берингар и церемонно поклонился. – Главный маг герцогства, член гильдии магов Мерингерии.

– Маг? – вытаращила я глаза.

– Именно, – снова расплылся он в улыбке. – Привыкай, девочка. Этот мир даже отдаленно не похож на твой. Многое покажется тебе необычным, волшебным, а порой и страшным, – сразу же посуровел он. – Но со временем ты привыкнешь и полюбишь этот мир.

А вот в этом я сомневалась даже больше, чем смела признаться себе. Душу уже выворачивали сомнения и беспомощность. Мне навязали новую жизнь, к которой я не была готова.

– Линда, ты должна усвоить главное. Если бы я не спас тебя и не переместил сюда, ты бы умерла. Тебя бы просто не стало. Так отнесись к переменам, как к шансу начать новую жизнь, ну или возможности прожить еще одну, лучшую, – наставительно произнес сэр Берингар и решительно встал из-за стола. – Ну что, отправимся на прогулку, осматривать окрестности?

– Если можно, я бы хотела немного побыть одна, – робко попросила я, чувствуя острую необходимость сбежать ото всех хоть на время.

– Что ж… не буду препятствовать. Комната в башенке теперь твоя. Джитта навела там порядок. Ну а я пока отвечу на письма. Буду ждать тебя в кабинете. Как успокоишься, спустишься.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»