Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно Текст

4
Отзывы
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно
Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 498 398,40
Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно
Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно
Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно
Аудиокнига
Читает Алевтина Пугач
249
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Isabel Gillies

Cozy: The Art of Arranging Yourself in the World

© 2019 by Isabel Gillies

© Малышева А., перевод на русский язык, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

* * *

Посвящается моим родителям, Линде и Арчу Гиллис


Предисловие

Книга под названием «Уют». Серьезно? Быть может, на планете, где слоны находятся под угрозой вымирания, а люди голодают и страдают от дефицита воды, гораздо полезнее были бы другие книги? И все же, к счастью, немало людей работает над решением сложнейших мировых проблем, а я решила написать эту книгу – ведь ощущения уюта мне подчас так не хватает. Именно оно помогает преодолевать трудности, поддерживать других, добиваться важных целей – даже любить. Слово «уют» может ассоциироваться с горячим шоколадом, потрескиванием огня в камине, хлопьями снега за окном – с осязаемым волшебством, в которое можно окунуться в маленьком домике на лыжной базе в Вермонте. А может быть, вам уютно от осознания, что вы поистине счастливый человек. Скажем, вам достался отцовский свитер или звезды сошлись таким образом, что вы оказались в кинотеатре, держа за руку любимого человека. Но на мой взгляд, дело не в физических ощущениях и не в удачном стечении обстоятельств – скорее это нечто более глубокое, и этому можно научиться у родителей, друзей или учителей. Нужно только прислушаться к себе, своим ощущениям и инстинктам. И этим чувством можно поделиться с другими.

Мои трое детей растут намного быстрее, чем я предполагала. Об этом предупреждали меня и другие, более опытные, родители, но с тремя несносными сорванцами в доме дни тянулись так медленно, что я не воспринимала их слова всерьез. Однако когда дети достигли переходного возраста, мне стала очевидной справедливость их слов. Жизнь в окружении моих «дракончиков» (как я их называю) бьет ключом, летит стремительно, словно стрела, выпущенная из туго натянутой тетивы. Одним прохладным осенним днем в прошлом году, когда я стояла у плиты и смешивала в блендере тыкву и бульон, вдыхая аромат лука, корнеплодов и свежемолотого перца, меня вдруг озарила мысль. Я всегда запасаюсь бульоном – для меня это одно из самых простых и в то же время приносящих удовлетворение занятий. Если вы еще не знаете, как это делается, в конце книги я научу вас – для меня это так же естественно, как причесываться. Я подумала: как здорово, открыв дверь и войдя в дом, почувствовать запах того, что кипит и шипит на плите. И пусть я не идеальная мать для Хью, Сейдж и Томаса, а вечером им снова придется корпеть над уроками, аромат свежесваренного супа, создающий атмосферу уюта, станет связующим звеном в наших отношениях, пусть даже сами они этого еще не осознают.

Стоя у плиты и перемалывая поджаренную апельсиновую цедру, я представила наше будущее. Скоро дети уедут от нас, но какой бы неидеальной матерью я ни была, по-моему, мне отлично удалось создать для них ту самую атмосферу уюта. Вылетев из гнезда, мои дракончики должны будут сами трудиться над созданием этой атмосферы. Закусив кончик деревянной ложки, я подумала: а знают ли они, как это делается? Научила ли я их? Понимают ли они, что уют не появляется сам собой из воздуха? Что для его создания необходимо постоянное стремление и желание? Что он со временем подстраивается под тебя, и по мере того, как ты познаешь себя, меняется и понимание уюта?

Уют стал такой неотъемлемой частью моей жизни, что кажется, будто бы все люди на земле должны знать, что это такое, – но так ли это? И что он все-таки означает? Я вынашивала ответы на эти вопросы столько лет и теперь могу, не задумываясь, перечислить то, что у меня ассоциируется с уютом: готовить что угодно, работать в саду, заниматься в библиотеке, выступать в качестве присяжного заседателя, пить кофе из бумажного стаканчика, ездить в автобусе, случайные знакомства, очки для чтения, корейские замороженные оладьи, реки, аудиоэкскурсии, обеды с подругами, читать вслух ребенку, принимать ванну, писать письма, проверять почтовый ящик, посещать школу, смотреть телевизор, заправлять постель, писать в поезде, птицы, булыжники, брак, редактирование текстов, звук кнопок радио, туман, кексы с жареными отрубями, петь, королевская семья, походы в кинотеатр, паромы, халаты для рентгена, униформа, кулинарные книги. Все это невероятно успокаивает и расслабляет меня. Эти вещи на первый взгляд могут быть незаметны, как карандаши на столе. Но лучше все-таки обращать на них внимание.

Что же такого уютного в карандашах? И для всех ли уютен туман? Наверное, нет. Тогда что, по их мнению, создает атмосферу уюта? Тем ноябрьским вечером меня впервые посетила эта мысль, а теперь я в ней утвердилась: ощущение уюта внутри нас неразрывно связано с нашей индивидуальностью. Вот почему научиться достигать этого ощущения в любой момент под силу каждому. Ведь речь идет об отношении к окружающему миру, а не об осязаемом объекте – вернее, о простом способе повсюду носить с собой то, что нам больше всего нужно для достижения внутренней гармонии. Как только вы научитесь устанавливать связь с тем, что помогает вам обрести уверенность, чувство опоры и спокойствия, жить в этом холодном, странном, опасном, неискреннем и непредсказуемом мире станет гораздо легче. И вовсе не обязательно прибегать к каким-то уловкам и ухищрениям – ведь даже в самый обычный и ничем не примечательный день вы можете ощутить внезапную потребность в уюте. Как бы то ни было, это должно быть что-то, чему можно дать имя и задействовать немедленно, даже в самый мрачный момент. Быть может, именно тогда нужно вспомнить, кто мы на самом деле.

Проанализировав глубже этот концепт, оказавший огромное влияние на каждый этап моей жизни, я обнаружила следующие его составляющие: связь, контроль, температура и организация. Фантастическая четверка.

В течение двух лет, что ушли у меня на написание книги, я каждый день думала об этих элементах и о том, как правильно их задействовать. Они были особенно мне необходимы в самые тяжкие минуты – например, когда я жила в Дании или когда заболел мой отец. Так бывает: внутреннего тепла, силы и стойкости не хватает на преодоление всех препятствий, что ждут нас на жизненном пути. Но если мы научимся использовать свои внутренние ресурсы, то сможем задействовать и то, что снаружи, где бы ни были, и каждый день обращать препятствия в свою пользу, увеличивая собственные шансы на счастье, а порой – и просто на выживание.


В самом начале работы над книгой я вызвалась добровольцем в группу взрослых, сопровождавшую девятый класс, в котором учился мой сын, на экскурсию в рамках курса глобалистики. Гуманитарная организация «Врачи без границ» организовала интерактивную выставку в Нижнем Манхэттене. Целью мероприятия было пролить свет на глобальный кризис беженцев. Они проделали невероятную работу с использованием видеороликов, фотографий, цифровых технологий и документальных материалов, добытых из лагерей беженцев и в результате спасательных миссий, а также рассказывали реальные истории беженцев, которые я запомню на всю жизнь.

Руководителем мероприятия была доктор Стюарт, акушер-гинеколог, работавшая главным образом в Судане, Южном Судане и Нигерии. Звали ее Африка. Каждый из нас должен был работать с делом конкретного беженца. Африка указала на стену с ламинированными фотографиями личных вещей и попросила выбрать пять из них, которые мы взяли бы с собой. Когда людей вынуждают покинуть собственное жилище, в их распоряжении зачастую бывает лишь несколько минут на подготовку к путешествию в неизвестность. Приходится быстро решать, что им может понадобиться и что они захотят взять с собой. Лекарства? Мобильный телефон? Фотографию? По ее словам, многие, даже понимая, что им, возможно, не суждено больше увидеть родной дом, берут с собой ключи от входной двери. На то, чтобы выбрать фотографии, у нас было всего пять минут. Я выбрала фото с кедами и паспортом.

Ощущение уюта внутри нас неразрывно связано с нашей индивидуальностью. Вот почему научиться достигать этого ощущения в любой момент под силу каждому.

Я не обладаю достаточными знаниями о кризисе беженцев, чтобы писать о нем, поэтому даже не стану пытаться, не хочу ненароком обидеть кого-то. Но в этом контексте не могу не упомянуть уют – ведь именно во время той выставки я впервые отчетливо почувствовала, что умение достигать внутреннего ощущения уюта не просто доступно всем, но и необходимо и заложено в самой сути нашего характера, где бы мы ни жили. В конце мероприятия, потрясенные проведенным экспериментом, мы посетили точно воссозданную палатку из лагеря беженцев. Нагнувшись, я заглянула внутрь сквозь приоткрытую заслонку. Первым, что я заметила, была аккуратно застеленная кровать. Рядом стояла еще одна, поменьше, и такая же опрятная. На большой бугристой подушке лежала тряпичная кукла с искусно выполненной головой. Я посмотрела на Африку, и она с улыбкой сказала группе:

– Мамы и папы мастерят для своих детей игрушки из того, что есть под рукой. Это потрясающе – да вы и сами видите.

Подростки, прижав к груди блокноты, пристыженно смотрели на эти нищенские жилища. Кто-то фотографировал их на мобильный телефон, а несколько девочек прижались друг к другу – совсем как на фотографиях в газетах, когда в школе происходит что-то ужасное. В этой палатке я увидела проявление четырех элементов уюта.

– Прошу прощения, – обратилась я к Африке. – Я мама одного из участников экскурсии…

– Да? – терпеливо отозвалась она.

– Не поймите меня неправильно, но… – при этих словах брови ее приподнялись, как всегда бывает, когда вы извиняетесь за то, что собираетесь сказать. – Я, разумеется, не хочу сказать, что в кризисе беженцев есть что-то уютное… – сами эти слова звучали так глупо, что я, должно быть, залилась краской до кончиков волос, – но… – Брови ее взлетели еще выше. – Я невольно заметила… кровати в палатках застелены так аккуратно и опрятно, что я подумала: люди, прибывая в лагерь беженцев… ну… неужели даже в подобных обстоятельствах они пытаются создать атмосферу… – я с трудом выговорила это слово: – уюта? – и приготовилась к удару.

 

– ДА! – вскричала она, мгновенно напомнив мне учительницу алгебры в момент, когда я правильно отвечала на ее вопрос. Случалось это так редко, что всякий раз она приходила в чрезмерный восторг. – Да! Именно это мы и наблюдаем изо дня в день: люди изо всех сил пытаются создать вокруг себя атмосферу уюта – ведь это одна из базовых человеческих потребностей. Мы хотим донести мысль, что эти люди – такие же, как вы или я. Первое, что они делают, – стараются создать атмосферу уюта в своем новом жилище. Заправляют постель, как и мы с вами; раскладывают по местам свои немногочисленные пожитки; готовят еду и накрывают на стол, даже когда еды не хватает. Этих людей вынудили покинуть свой дом. В большинстве случаев они поступают так же, как поступили бы мы или любой из наших знакомых, – пытаются жить обычной жизнью.



Раньше у меня, возможно, были какие-то сомнения в целесообразности написания книги под кодовым названием «Уют», особенно в свете того, что делала доктор Стюарт, но эти ее слова придали мне сил и решимости продолжить работу над ней.


Если бы мне пришлось выбирать то, что для меня является наивысшим воплощением уюта, я остановилась бы на поездках в метро моего родного города Нью-Йорка. То ощущение надежности, которое дает вереница пыхтящих и скрипящих вагонов, следующих друг за другом к разваливающейся станции (ну ладно, ладно, они не все такие!), сродни чувству покоя, какое дарит музыканту метроном. Смешение рас, верований, возрастов, разных социальных и экономических положений, полов – все это действует на меня успокаивающе. Я словно оказываюсь частью огромного стада, едущего к одной станции. Все это – человечество, и почти всегда, в особенности когда я испытываю беспокойство или тревогу, физическая и духовная близость помогает мне их преодолеть. Как можно идти вперед в одиночку?

Войдя в поезд, я немедленно ищу глазами сиденье в углу – и если вижу его, то чувствую себя везунчиком, а как только сяду, ощущаю поддержку и опору. Устроившись поудобнее, достаю из сумки книгу или газету, которую предусмотрительно взяла с собой. Если это какая-нибудь длинная статья в газете «Нью-Йоркер» о питонах или переменах климата, я с удовольствием читаю ее всю дорогу от Верхнего Вест-Сайда до Бруклина. Поясню, почему эти длиннющие статьи помогают мне достичь внутреннего уюта: не только потому, что они подробные и содержат массу интересной информации, но еще и потому, что их авторы и все, кто работают в этой газете, вкладывают в них энергию, волю к познанию и тягу к интеллектуальному совершенствованию. Когда я читаю их, то на каком-то глубинном уровне ощущаю, как кто-то почесывает за ушком мое эго. Я вспоминаю, как ребенком засыпала в холодной машине, тогда мама или папа укрывали меня курткой или одеялом, и даже сквозь сон чувствовала, что обо мне заботятся. Так и эти статьи вызывают то же ощущение – ведь и подпитка информацией своего рода забота со стороны автора. В метро же сам ритм мелькающих мимо станций, резко открывающихся дверей, подслушанные ненароком разговоры, оранжевые сиденья и черный пол, объявления о необходимости соблюдать общественную безопасность и быть вежливыми – все это создает биосферу уюта. Поезд для меня – первое место, куда я иду, когда испытываю расстройство, растерянность и смятение чувств. Вы скажете: «Ну уж нет! Когда тебе грустно, ты не найдешь утешения, прыгнув в поезд». А я отвечу: «Еще как найду!» И главная причина – индивидуальное свойство личности.

Все мы разные, но каждому из нас порой бывает необходимо за что-то ухватиться.

Вся моя семья – пассажиры метро! Главная тема в нашем доме – «Как прошла твоя сегодняшняя поездка». Каждый вечер, придя домой из школы и с работы, мы садимся за столом за чашкой горячего напитка, рассказывая друг другу, что произошло с нами в этих ежедневных поездках, о маленьких победах, о том, как хорошо все прошло или, наоборот, какие трудности выбили нас из колеи. В этих беседах об общественном транспорте я обретаю любовь и спокойствие, и потому метро ассоциируется у меня с уютом. Долгое время мне казалось, что и для всех остальных оно не менее уютное, но это не так, ведь на свете не существует универсальных ощущений.

Ощущение уюта основано не на деньгах – и это очень важно осознать. Разумеется, с деньгами жить проще – глупо было бы это отрицать. Но в самом деле, когда не знаешь, чем оплачивать счета, умение достигать внутреннего уюта становится еще более ценным – еще и потому, что оно бесплатно.

Этому искусству можно научиться. И потому, когда я думаю о моих детях, которые рано или поздно вылетят из гнезда, на душе у меня становится спокойно. Мне легче оттого, что я понимаю: если перед ними встанет выбор, они смогут понять, что помогает им достичь внутреннего комфорта, успокоения и силы даже в самых непростых ситуациях. Сейчас я то и дело сама подчеркиваю эти элементы – например, в парке: «Чувствуешь, как пахнут сосны? Разве не прекрасно, что даже в Нью-Йорке мы так близки к природе?», или «Если отдернуть шторы, то увидишь закат!», или «Вижу, тебе нравится складывать одежду после сушки – правда здорово, что у тебя так аккуратно это получается?» Но скоро им предстоит делать это самим.


Эта книга давно зрела во мне – с тех самых пор, как я прошла через развод. Умение достигать внутреннего уюта во многом помогло мне преодолеть тот непростой период. Теперь все хорошо, но тогда моя жизнь трещала по швам. Однажды в кафе – незадолго до расставания с мужем – я заказала стопку оладий. Когда принесли эти оладьи со спаржей, сыром «Грюйер» и яйцом, я, последовав настоятельной рекомендации официанта, полила их сверху еще и кленовым сиропом – даже яйцо. Едва откусив, почувствовала во рту нежность желтка, пряные нотки овощей и французского сыра – и издала восторженный вопль, отчего мои дети подскочили. Именно тогда, за долю секунды, я поняла, что могу испытывать и другие эмоции, помимо боли и страха. Этот маленький кусочек помог мне понять, что все будет хорошо. Я была жива. Скажу даже больше: то, что сейчас у меня хорошая работа, счастливый брак и надежный тыл, стало возможным именно благодаря тому, что когда-то те оладушки помогли мне поверить, что все будет хорошо. Словно деталь мозаики встала на свое место. Тот момент стал для меня спасительной соломинкой. Мне приходится искать поддержку в мелочах – до тех пор, пока не обрету вновь уверенность в том, что могу двигаться дальше. Стоит мне коснуться кончиками пальцев баночек со специями, или съесть креветки с горохом из китайского ресторана, или подобрать дубовый листок по дороге на работу, или просто включить радио – как я вновь обретаю внутренний уют.

Уют вовсе не равен комфорту. Например, в данный момент мне некомфортно оттого, что один из моих шейных позвонков распух и сдавливает нерв, отчего все вокруг горит, словно жарится на медленном огне. Еще я беспокоюсь за одного из своих отпрысков, потому что домашнее задание, над которым он корпел все выходные, все еще лежит на принтере. Страна охвачена политическими беспорядками, имидж крупных корпораций под угрозой. Я повздорила со своим любимым мужем до того, как он ушел на работу. Вдобавок ко всему – и я не шучу! – где-то внизу, на улице, вопит сигнализация, так, что слышно аж на восьмом этаже. И все же я работаю, мне есть что надеть, я пью чай, из моего окна видны пушистые облака, постель заправлена, и через часок я пойду гулять. Это помогает мне преодолеть неопределенность и дискомфорт.

Разумеется, для того чтобы научиться стойко выдерживать трудности, нужно время, поэтому для начала мы заглянем внутрь – именно об этой стороне нашей личности я буду говорить в контексте достижения внутреннего уюта. Потом мы выйдем наружу, в поисках вашего истинного «я» и способов вернуть его домой, в ваш район и в любую точку мира. Было бы странно не говорить при этом о жизненных трудностях, ведь и они то и дело случаются, поэтому мы коснемся и их. И еще – поскольку уют, кажется, всегда ассоциируется с кухней, – часть книги я посвящу еде и напиткам. Не то чтобы я считала себя шеф-поваром или кулинарным обозревателем, но, похоже, без описания еды и рецептов – в особенности, связанных с чем-то личным, вроде «Дождливого кичри» по рецепту мамы моей подруги Мо, – хорошей книги у меня не выйдет. Правда в том, что я не стала бы такой, какая я есть, без своей мамы, которая всегда много готовила. Историю об уюте и еде написала для меня та самая рука, что помешивала деревянной ложкой соусы и нашинкованный лук. Мы не всегда ладили – иногда наши отношения были весьма напряженными, – но любовь к кулинарии, рецептам, Джулии Чайлд, яичнице и вишне в дуршлаге всегда примиряла нас. Поэтому финальная часть этой книги будет посвящена кулинарии – в честь моей матери и благодаря ей.

Не знаю, что ассоциируется с уютом у других людей, но если я что-то и усвоила в свои почти пятьдесят лет, так это то, что все мы во многом похожи. Разумеется, я обретаю внутренний уют, подобрав листок во время прогулки – потому что в детстве мы с родителями часто гуляли по берегу реки Шепог, и они учили меня различать листья по форме; а кто-то находит утешение и покой, сжав в руке круглый камень – потому что вырос на побережье океана. Все мы разные, но я уверена: каждому из нас порой бывает необходимо за что-то ухватиться.

Часть I. Ты

Уют внутри тебя

Поиск своего истинного «я» лежит в основе обретения внутреннего уюта. Что побуждает вас двигаться вперед? Что приносит истинное удовлетворение? Какой путь вы прошли? Чему смогли научиться? Что любите? Забавно, но некоторые со временем находят уют в вещах, которые прежде их расстраивали. Однажды я встретила на вечеринке знакомую и спросила, что ассоциируется у нее с уютом. Наматывая на вилку спагетти, она призналась, что в детстве ей было очень одиноко, и она часто оставалась дома одна, читая книги у батареи, на которой была решетка. Она показала, как пробегала своими маленькими пальчиками по сверкающей медной поверхности. Со временем у нее выработалась привычка прижиматься к теплому металлу – наверное, это успокаивало, – но и теперь, будучи счастливой женой и матерью двоих детей, с кучей друзей, она не упускала возможности прикоснуться к решетке радиатора.

Свет, лившийся в ваше окно в детстве – теплый, холодный, яркий, едва заметный или ослепляющий, – определяет многие моменты последующих этапов вашей жизни. Но для того, чтобы это произошло, нужно сначала заметить этот свет. Уют кроется в мелочах.

Для начала давайте выясним, какие вам нравятся цвета. Может быть, вы предпочитаете определенный оттенок зеленого? Например, зеленые переплеты книг? Или же зеленый плед нравится вам больше красного? Вы пишете зеленой ручкой? Или хотели бы выкрасить стены комнаты в зеленый цвет? Самопознание – процесс длиною в целую жизнь, и он нелегкий, иногда даже пугающий. Но зато какой увлекательный и наполняющий!

Познай себя

Мэгги Фланниган была лучшим учителем актерского мастерства – а может быть, просто лучшим учителем, – который у меня когда-либо был. Не проходит и дня, чтобы я о ней не думала. Она была жесткой и требовательной, как сержант-инструктор по строевой подготовке, и при этом миниатюрной. На ней всегда были коричневые кожаные штаны – в моем представлении, такие должны были носить рок-звезды. В своей студии на втором этаже, в доме на Третьей авеню, она слушала сцены, что мы отыгрывали, в этом процессе было задействовано все ее тело. Забавно: вроде бы сцены нужно смотреть, а она слушала. Если у тебя хорошо получалось, она приподнимала голову, но почти всегда голова ее была опущена, а глаза закрыты. У нее был чуткий слух, улавливавший малейшую фальшь, и стоило тебе хоть раз дать петуха, как она мигом все останавливала, как заправский дрессировщик останавливает собаку. Каждый момент жизни должен быть прожит искренне – таким было ее кредо. В своей критике она была прямой и категоричной, но и в те редкие минуты, когда тебе удавалось отыграть хорошо, она признавала это – и казалось, будто тебе вручили «Оскара».

Мэгги научила нас, как наполнить неодушевленный предмет смыслом. Актерам приходится работать в воображаемой среде, а бутафорские орудия остаются таковыми до тех пор, пока вы не наполните их личным смыслом. Этому-то она и научила нас.

Людям часто кажется, что смысл должен быть неразрывно связан с предметом, но это не так. Однажды я играла убийцу в сериале «Закон и порядок». Когда я предстала перед судом, окружной прокурор поднял и показал бутафорский нож в пакете, чтобы доказать мою виновность. Однако обычный бутафорский нож не мог пробудить ни единого чувства ни во мне, ни в зрителях – поэтому мне пришлось наполнить его личным смыслом. Я спросила себя: «А что, если?.. Что, если этим самым ножом был убит мой брат?» Теперь, представив подобную ситуацию, я смогла сыграть сцену искренне. Даже когда камеры не были направлены на меня, я плакала навзрыд при одной только мысли об этом ноже. Так и в жизни. Только представьте: если кто-то сказал «Я тебя люблю» – это замечательно, но не так здорово, как если бы он сказал: «Я обожаю твой лонг-айлендский акцент!» Мэгги понимала, как важно научиться воображать, придумывать свой собственный мир. И как истинный учитель, она придумала для нас упражнение, чтобы мы могли потренироваться.

 


Когда мне было лет двадцать, я вдруг осознала, что обожаю почтовые ящики. При виде любой твердой темно-синей коробочки я испытываю чувство спокойствия. Надеюсь, они переживут эпоху электронной почты. Наверное, я всегда любила почтовые ящики, но лишь изучив внимательно их цилиндрическую форму и темно-синий оттенок, поняла: все дело в том, что они являются частью моего повседневного окружения, от созерцания которого мне становится лучше. И по сей день я воспринимаю их как якорь, надежно удерживающий меня на земле. Даже скрип петель дверцы вселяет в меня покой, словно они говорят: «Все в порядке, я все еще здесь».

Просто сделай выбор

А вот еще кое-что: если вам особенно сложно понять, что вам нравится, или сама мысль о поиске стимулов к движению вперед вызывает у вас раздражение или страх, просто придумайте. Выберите что-нибудь. Закройте глаза и представьте: «На каком животном (цвете, писателе, цветке, и т. п.) мне хотелось бы сосредоточиться, что мне нравится и с чем я себя отождествляю? С чем мне хотелось бы ассоциироваться у людей?» Когда мне было тринадцать, вместе со мной в школе училась девочка постарше, которая хвасталась тем, что ее парень всегда дарил ей любимые цветы – ландыши. Меня это поражало, и я думала про себя: «Надеюсь, что когда-нибудь у меня тоже будет свой любимый цветок». Теперь, когда мой муж хочет подарить мне цветы, то покупает в супермаркете огромные белые лилии Касабланка. Именно их я теперь люблю больше всего. Они такие огромные и ароматные – словно всем своим видом говорят: «Привет! Я здесь!» ОДНАКО если, оказавшись в цветочном отделе, вы растерялись и не можете определиться с выбором, в этом нет ничего страшного! Если цветы приносят вам радость, не имеет значения, желтые ли это розы, гардении или маргаритки. У кого-то, например, есть любимый коктейль – так, Дон Дрейпер всегда заказывал «Олд Фешен». Конечно, лучше бы пить поменьше, но идея ясна.

Иногда ощущение уюта обусловлено особыми обстоятельствами, и даже когда они меняются, это ощущение остается с нами.

Мои родители во время помолвки случайно обменялись ложками. Эта странная случайность дала начало целой традиции, и теперь ложки ассоциируются у них с семьей, романтикой и совместной жизнью, превратившись в самые настоящие талисманы удачи и любви. Теперь они и сами дарят молодым людям по случаю помолвки ложки. Этим особым, возвышенным отношениям с совершенно обычным и привычным предметом уже минуло полвека. И случилось это вовсе не потому, что однажды утром они проснулись с осознанием, что ложки стали физическим воплощением их души, – просто они решили подыграть забавной случайности, и теперь эти ложки милое напоминание о любви, партнерских отношениях и обещании скорой свадьбы. Я всегда обращаю внимание на ложки. Только представьте себе, сколько их по всему миру! И все они ассоциируются у меня с уютом. Разумеется, это путь наименьшего сопротивления, но я всякий раз беззастенчиво выбираю его. Когда я растеряна или меня переполняют противоречивые чувства, достаточно взять в руки ложку – и мне уже легче.

Кто-то начинает ощущать связь с городом, едва только поезд подъедет к нужной им станции. Однажды я отправилась в Провиденс, чтобы навестить своего парня. Стоило мне только подняться на холм Колледж-Хилл, как я поняла, что ему суждено стать одним из моих любимых мест. Быть может, все дело в том, что я была влюблена, и оттого город в моих глазах был окутан мягким уютным светом. Но тогда он поразил меня своими мощеными улочками и лепившимися друг к другу домами в колониальном стиле. И еще там было отличное кафе «Матт-энд-Джефф», где делали вкуснейшие сэндвичи. Это студенческий городок с множеством колледжей, а потому жизнь в нем бурлит и бьет ключом, по улицам снуют люди, полные желания расти и учиться. Я поступила в Школу дизайна Род-Айленда и могла по восемь часов рисовать в захламленных студиях. И пусть ощущение уюта, охватившее меня в Провиденсе, поначалу и было связано с юношеской влюбленностью, позже эта связь окрепла, превратившись в гораздо более зрелое чувство. Иногда ощущение уюта обусловлено особыми обстоятельствами, и даже когда они меняются, это ощущение остается с нами.



Со стороны может показаться, что люди, умеющие задействовать это особое ощущение в повседневной жизни, какие-то особенно продвинутые или гибкие – а может быть, они просто раньше других научились это делать. Суть в том, однако, что своя точка зрения на вещи и собственные предпочтения есть у всех. Каждый из нас может быть особенным.

Карандаши

«Благодаря ластику прощение стало возможным».

Кандидат на вступление в Общество любителей карандашей

Карандаши. Знакомые всем, крепкие и надежные инструменты, которые есть, наверное, в каждом доме. Простой карандаш незаменим при составлении списков и таблиц, рисовании каракулей, тонких, средних и толстых линий, решении математических задачек, а также для заметок на полях книг и в календарях, составления чертежей, корректировки рецептов, планирования бюджета, игр, – или же он может просто лежать на столе: один вид карандаша ассоциируется у меня с уютом. Есть в нем нечто такое, что будто бы говорит: «Я помогу тебе в твоих начинаниях!»

Карандаши, как правило, сделаны из дерева – теплого материала, приятного на ощупь или даже на зуб. Грызли ли вы когда-нибудь карандаши или сдерживались? На некоторых карандашах значится название компании, эдакое робкое проявление корпоративной гордости. Можно наточить карандаш до нужной остроты при помощи всевозможных инструментов – маленьких карманных или тяжелых электрических, со специальной ручкой, которую нужно крутить, пока карандаш не заточится как следует.

Существует множество марок и широкая шкала твердости, что позволяет подобрать карандаш на любой вкус, – ведь все они разные, как и люди. Иногда кажется, будто бы знаешь человека, но задавались ли вы вопросом, какие карандаши им нравятся? Вопрос как будто бы прост, но ответив на него, можно многое понять о человеке.

Моя соседка сверху так ненавидит карандаши без ластиков на конце, что едва только такой карандаш попадается ей на глаза, она немедленно исправляет это досадное недоразумение, приделывая к нему запасной ластик, которые в ее доме не переводятся. Карандаши бывают всех цветов радуги. Можно заложить карандаш за ухо или вставить в волосы, собранные в конский хвост. Я постоянно так делала, когда работала официанткой.

И хотя для меня карандаши – часть повседневной жизни (у нас в квартире, кажется, живет сотня карандашей самой разной длины и остроты), у многих, даже в наш компьютерный век, они ассоциируются с далеким детством и школьными годами.

Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»