Блин и главная уликаТекст

0
Отзывы
Читать 50 стр. бесплатно
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

© Некрасов Е., 2019

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2019

Глава I
Обратная сторона неполученной медали

Сколько раз говорили Блинкову-младшему начальники различных спецслужб:

– Прямо беда с вами, Дмитрий Олегович! Опять вы раскрыли особо опасное преступление, а мы не знаем, как вас наградить.

– Мне лишнего не надо, – со свойственной ему скромностью отвечал Блинков-младший. – Дайте мне только то, что дают обычно в таких случаях.

– В том-то и дело, Дмитрий Олегович, что ваш случай совершенно необычный, – возражали начальники спецслужб. – Со своими сотрудниками мы решаем такие вопросы по справедливости: кому орден, кому звёздочку на погоны, а кому денежную премию. Вы, конечно, заслужили всё и сразу. Но – вы не наш сотрудник. Поэтому мы не имеем права даже объявить вам благодарность перед строем. А то что` напишут в газетах? «Сегодня спецслужбы объявляют восьмиклассникам благодарности, завтра начнут объявлять выговоры, а послезавтра отметки в дневник ставить»?! В общем, ума не приложим, как поступить с вами, уважаемый Дмитрий Олегович! Вот разве что наградить ценным подарком? Только вы уж сами попросите что хотите. А мы постараемся выполнить любое ваше пожелание – в пределах отпущенной бухгалтерией суммы.

Обычно в таких случаях Блинков-младший подумает да и откажется. Он же не за подарок боролся с преступностью, а чтобы спокойно спали мирные граждане России.

Читатели, знакомые с полной приключений и настоящих подвигов биографией Блинкова-младшего, разумеется, уже догадались, что это горькая шутка. На самом деле никто не называл его Дмитрием Олеговичем и не спешил навстречу с ценными подарками. Хотя преступления он раскрывал одно за другим.

Взять хотя бы последний случай. Больше года матёрый фальшивомонетчик Палыч по кличке Гутенберг печатал поддельные доллары и ни разу не попался. Его фальшивки появлялись то в Москве, то в Петербурге, то даже за границей, в Эстонии. Полицейские головы сломали, пытаясь вычислить логово преступника.

А тем временем Палыч жил на берегу Псковского озера в роскошном трёхэтажном особняке под медной крышей. Нет, он ещё не настолько обнаглел, чтобы выставлять напоказ своё богатство. Особняк принадлежал банкиру Букашину. Фальшивомонетчик работал мотористом на его личном катере.

Псковское озеро – пограничное. На катере Палыч со своим помощником за два часа доплывали до Эстонии. Отправляясь вечером будто бы на рыбалку, успевали передать фальшивые доллары скупщикам по ту сторону границы и до рассвета вернуться обратно.

Банкира Букашина не интересовали дела «моториста». Он даже на катере ни разу не прокатился, потому что не умел плавать и боялся воды. Катер был куплен для его сына Дэнни по прозвищу «Америкэн бой» (а вообще-то Дэнни звали Данилой).

Как фальшивомонетчик сумел втереться в доверие к Дэнни, а потом сделать его своим сообщником – отдельная история. Сейчас важнее то, что Блинкова-младшего и его одноклассницу Ирку Кузину в конце каникул отправили отдыхать именно на Псковское озеро.

Родителям некуда было их девать. Старший Блинков лежал в больнице со сломанной ногой, а Митькина мама и Иркин папа Иван Сергеевич собирались в командировки по своим делам. Она по контрразведчицким, он по налоговым. Такие уж у них были родители – подполковник контрразведки и полковник налоговой полиции.

В конце концов Иван Сергеевич пристроил их к бабушке налогового полицейского Николая Столетова. Она жила в полузаброшенной деревеньке Малые Грязюки, за оврагом от банкирского дачного особняка. Правда, потом бабушка оказалась не бабушкой, а ветераном полиции майором Снежко. Она три месяца наблюдала за виллой банкира, но так и не смогла раскрыть подпольную типографию фальшивомонетчиков.

А Блинков-младший смог!

И должен подчеркнуть: то, что майор полиции не сумела сделать за три месяца, он сделал за три дня!

И как всегда, остался без награды.

Ну и ничего. Зато в дачном посёлке авторитет Блинкова-младшего был на недосягаемой высоте. Взрослые здоровались с ним за руку. Девчонки записывались в очередь, чтобы погулять с ним по берегу озера. Причём одна гуляла, а следующие две следили по часам, чтобы она не провела в обществе героя лишней минуты. Это ли не настоящая слава?!

Увы, у каждой медали есть оборотная сторона, и не всегда на ней написано то, что нам хочется.

Блинков-младший завершил дело фальшивомонетчиков раньше, чем его мама или хотя бы полковник Кузин вернулись из командировок. А насмерть обиженная майор Снежко укатила в Москву, как только Палыча и его сообщника сдали псковской полиции. Она не могла перенести того, что её собственную версию, которой отдано было три месяца работы, какой-то восьмиклассник реализовал за три дня.

Получилось, что благодаря выдающейся скорости, с которой Блинков-младший разоблачил Палыча, они с Иркой оказались как бы бездомными. Конечно, можно было вернуться в пустые московские квартиры и прожить как-нибудь до возвращения родителей. Но Ирка сказала, что есть вариант получше.

Нужно знать Ирку, чтобы понять, что почувствовал Блинков-младший, когда это услышал. Он сразу сообразил, что уголовник Палыч с пистолетом – цветочки по сравнению с Иркиным «получше». Но ему и в кошмаре не могло присниться то, что предложила Ирка.

В дачном посёлке у них была общая знакомая Энни (на самом деле Аня. Это Америкэн бой ввёл моду переделывать имена). Её мама Наталья Константиновна держала частный детский сад, а попросту говоря, брала к себе домой детей, которые мешали своим родителям. Вообще-то жители посёлка не страдали от бедности и могли нанять для каждого ребёнка отдельную няню со знанием английского языка. Но Эннина мама была детским врачом, а по-английски свободно говорила в двух вариантах – английском и американском. Родители таяли от счастья, когда она спрашивала, какое произношение ставить их трёхлетнему сыну или дочке. К августу всю посёлковую мелюзгу сдали в детский сад к Наталье Константиновне, и она решила взять помощников.

Это и было Иркино «получше». Она договорилась с Натальей Константиновной и за себя, и за Блинкова-младшего.

Так герой оказался в няньках.

Глава II
Герой в няньках

Ясельных воспиталок Блинков-младший ненавидел с детства. А тут сам оказался в этой роли: Наталья Константиновна занималась с детьми постарше, а Ирке и ему достались какие-то головастики. Вдобавок ко всему Эннина мама заявила, что сильно сомневается в педагогических способностях Блинкова-младшего и берёт его только потому, что за него ручается Ирка.

Платила она по пять долларов в день, причём именно долларами и сразу. Вчера вечером Блинков-младший уже получил целую двадцатку, потому что купюр мельче у Энниной мамы не было. Скажете, неплохие деньги для восьмиклассника? Да, но Ирке-то Наталья Константиновна положила семь с половиной!

Одно утешало Блинкова-младшего. Ирка носилась со своей группой как ненормальная. Вынимала неразумных из крапивы, дула им на обожжённые пальчики, сажала на горшок тех, кто уже освоил это дело, и меняла памперсы тем, кто не освоил. А у него дети воспитывались сами по себе.

Взять, к примеру, те же горшки. Они все были именные. Усадить ребёнка на чужой горшок считалось должностным преступлением. Но пока Ирка расспрашивала владельца горшка, как его зовут, и разыскивала его посудину среди других, надобность в горшке отпадала. Возникала надобность в чистых трусиках. А Блинков-младший привязал к детям и к горшкам разноцветные ленточки и мгновенно подбирал их друг к другу.

Сегодня дети пришли без ленточек (родители зачем-то отвязали). Но все уже запомнили, что их имущество помечено, к примеру, зелёной ленточкой или голубой. А после обеда обнаружился и вовсе потрясающий эффект: дети научились читать свои имена! Они, разумеется, не знали букв. Но когда перестали путать горшки, начали обращать внимание не только на ленточки, но и на другие их особенности. Выяснилось, что у Маши на горшке «метро», у Пети «качели» – буква «П», – а у Светы – «месяц».

Проблему пуговиц и «молний» Блинков-младший решил просто: расстегнул все. Когда детям надоело подтягивать сползающие штанишки и юбочки, они сами застегнулись. Блинков-младший повторил урок несколько раз, и что вы думаете? За неполный день семеро из девяти воспитуемых полностью освоили процесс: нахождение горшка, расстёгивание, усаживание и так далее.

Серьёзной проблемой дошкольного воспитания является расползание и разбегание воспитуемых. Но Блинков-младший решил и её.

Вилла банкира Букашина, где ещё недавно под видом моториста скрывался Палыч, теперь пустовала. На воротах висела табличка «Продаётся». Банкир уехал после того, как выяснилось, что он проглядел у себя под носом фальшивомонетчиков, и, мало того, его сын Дэнни всё знал о преступлениях Палыча. А выяснялось это со стрельбой и переговорами по громкоговорителю, на глазах у сотни приглашённых на праздничный обед гостей. Тут любой не снёс бы позора.

Блинков-младший был шапочно знаком с оставленным на вилле охранником. Тот знал его как посёлковую знаменитость и при встрече называл по имени. А Блинков-младший знал охранника только по пластиковой карточке с фамилией, которую носили на груди все посёлковые секьюрити. У этого карточка была похожа на ценник в овощном магазине: «О. О. Капусто».

Надо ещё сказать, что О. О. Капусто видел, какую роль сыграл Блинков-младший в задержании преступника (скромно говоря, не последнюю). Сам он в это время стоял в толпе гостей и боялся вмешаться со своим газовым пистолетом. Поэтому сейчас О. О. Капусто чувствовал себя неловко. Без долгих разговоров он пустил Блинкова-младшего с детьми на банкирское поле для гольфа.

Вдвоём они натянули сетку на берегу озера. Обычно сетку натягивали во время игры, чтобы какой-нибудь мазила не утопил мяч. А сейчас она не позволяла детям влезть в воду. Получилось просто здорово: с двух сторон заборы виллы, с третьей сетка, с четвёртой Блинков-младший. При этом у воспитуемых полная свобода в пределах загона, а под ногами – подстриженная травка и никаких камней или крапивы.

 

Чтобы дети не переломали ноги, пришлось зарыть лунки (если кто-то забыл или не знает, игра в гольф состоит в том, что мячик загоняют клюшками в лунки, вырытые в земле). Но ругаться из-за испорченного поля было некому. Банкира это уже не интересовало, а О. О. Капусто сам помог Блинкову-младшему. У него нашлась специальная лопатка для рытья этих лунок, похожая на половинку трубы. Лопатку вворачивают в землю, а потом вынимают вместе со столбиком попавшего в трубу дёрна. Блинков-младший наковырял у забора таких столбиков и вложил их в лунки. Получились отличные заплаты: в упор смотри и не скажешь, где трава росла всегда, а где только что пересажена из-под забора.

Блинков-младший и не подозревал, что с этих травяных заплат начинается новое дело – Дело Незнакомца…

Устроив загон для воспитуемых, он улёгся на траву с книжкой и решил, что на таких условиях нянькой работать можно. До первого сентября оставалось три недели – сто пять долларов! Воспитуемые так бойко расстёгивались и усаживались на горшки, что любо-дорого смотреть. Многие делали это не потому, что настала такая необходимость, а для тренировки. Блинков-младший начал подумывать, не стоит ли вечером объявить особо отличившимся благодарность перед строем.

Нет, всё-таки не так это плохо: устав от смертельных опасностей, полёживать себе на травке и смотреть, как вокруг тебя резвятся маленькие дети.

– Дмитлий Олегович, – лепетали они, – а Миска делётся!

Дмитрий Олегович издалека грозил пальцем этому Миске, то есть Мишке, и он моментально прекращал драться.

Прошла всего неделя с тех пор, как он приехал в соседнюю деревеньку Малые Грязюки. Каких-нибудь четыре дня назад Блинков-младший разоблачил преступника и в тот же вечер участвовал в его задержании.

Главные события развивались у лодочного причала, всего в ста шагах от места, где сейчас Миска лупил Светочку надувным бревном. Блинков-младший смотрел на них с мудрой и немного печальной улыбкой. Вот она, главная награда герою: чтобы дети могли невинно шалить, не задумываясь о тех, кто оберегает их покой.

Да, это было самое опасное дело Блинкова-младшего! На глазах у сотни жителей дачного посёлка Палыч захватил в заложники Ирку и пытался уйти на катере за границу. А Блинков-младший спас эту дурищу (между прочим, уже не в первый раз) и в благодарность получил только Иркино шипение: «Ты знал, кто такой Палыч, и не сказал мне!»

Между нами, у неё была проволочная скобка на зубах. И ещё она часами висела на телефоне и любила влезать в драки с мальчишками, а вылезать из драк не умела. Блинков-младший выручал её постоянно, как будто это была его домашняя обязанность, вроде покупки хлеба и молока. Только не спрашивайте, что нашёл герой в этой вредине и болтунье. Он и сам не знал.

Подумав об Ирке, Блинков-младший расстроился и, чтоб немного побаловать себя, раскрыл книжку.

Вначале, когда дул пронизывающий ледяной ветер и поскрипывал, раскачиваясь, тусклый фонарь, было интересно. Вроде ничего ещё не произошло, а уже морозец по коже, и ждёшь, что вот сейчас, сейчас… Но потом пошла сплошная чепуха.

«ВСЮ НОЧЬ ПОЛКОВНИК ПРОВЁЛ БЕЗ СНА. ОН ДУМАЛ О ЗАВТРАШНЕЙ ОПЕРАЦИИ».

Каково?! Хорош же он будет на завтрашней операции – невыспавшийся, клюющий носом, заторможенный. Мама в таких случаях обязательно ложится спать пораньше, и все ходят на цыпочках. Читаем дальше:

«ХРИПАТЫЙ СТРЕЛЯЕТ ЧЕРЕЗ КАРМАН. А ПОЛКОВНИКУ ПРИДЁТСЯ ИГРАТЬ САНТЕХНИКА, КОТОРЫЙ ОШИБСЯ КВАРТИРОЙ. В РУКАХ У НЕГО БУДУТ ЧЕМОДАНЧИК И БЛОКНОТ. ПИСТОЛЕТ ПРИДЁТСЯ ДОСТАВАТЬ ИЗ ПОДМЫШЕЧНОЙ КОБУРЫ».

Взял бы блокнот побольше и спрятал под ним пистолет. А кобура называется подплечная, у мамы есть, и Блинков-младший сам читал на ней ярлычок.

«ЭТО ДАСТ ХРИПАТОМУ ЛИШНИХ ТРИ СЕКУНДЫ».

Прискорбный факт затянувшегося развития. У обоих. Никита Крючин в одиннадцать лет открывал огонь через девять десятых секунды, правда, у него пистолет был в открытой кобуре. Мама носит пистолет в сумочке, что гораздо неудобнее, но готова стрелять через секунду с четвертью.

Когда полковник, чтобы сэкономить три секунды, стал отвинчивать с пистолета предохранитель, Блинков-младший бросил книжку. Тому, кто выдумал такую глупость, мама не давала чистить свой пистолет Стечкина. А Блинкову-младшему давала, и он знал, что в оружии не бывает лишних деталей. Каждая держит, бьёт, цепляет или расцепляет ещё несколько. Вынь любую, и всё посыплется. А самое смешное – на то, чтобы снять пистолет с предохранителя, вообще не тратится время. Это делается одновременно с тем, как поднимается пистолет. Как только полковник схватится за рукоятку, предохранитель попадётся ему под большой палец. Пока он тащит пистолет из кобуры, можно отщёлкать на предохранителе похоронный марш.

И кто только разрешает печатать такие вредные для молодёжи книги?! Блинков-младший с тревогой посмотрел на воспитуемых. Вдруг они вырастут, прочитают историю ненормального полковника и примут всё за чистую монету? И какой-нибудь Миска пойдёт в бой, отвинтив предохранитель со своего пистолета?! Нет, нельзя так оставлять это дело, решил Блинков-младший и пошёл к О. О. Капусто выпрашивать его газовый «макаров».

Охранник маялся от безделья, да и, похоже, не верил, что восьмиклассник умеет обращаться с оружием. Пистолет он дал (разумеется, вынув патроны) и захотел посмотреть, как будет проходить обучение.

Это был триумф! То, что Блинков-младший разберёт пистолет, не вызывало сомнений ни у кого, кроме О. О. Капусто. Гордиться здесь нечем. Он, даже когда собрал пистолет, не гордился. «Стечкин» посложнее, так что задачка была детская. Зато какими горящими глазами смотрели на Блинкова-младшего воспитуемые! Как они тянули к нему свои пухлые ручонки! Как лепетали: «Дмитлий Олегович, дай я Саску застлелю!»

О. О. Капусто так растрогался, что зарядил пистолет шумовым патроном без газа и дал пальнуть самому старшему из воспитуемых.

– Никогда не целься в человека, – преподал ему первый урок Блинков-младший.

Воспитуемый двумя руками нацелил пистолет в небо и бабахнул. После этого все, в том числе стрелок, немедленно воспользовались недавно полученными навыками и расселись по горшкам.

И надо же так случиться, что в этот самый момент нагрянула Наталья Константиновна! Лицо у обычно весёлой мамы Энни было каменное. Она, конечно, слышала выстрел.

Блинков-младший в жизни не встречал такого доброго до глупости человека. Скажем, комаров Наталья Константиновна не хлопала, а отгоняла и каждый вечер давала одному насосаться своей крови. Знаете, как она это объясняла? «Комарами питаются птицы, которые к тому же поедают гусениц, которые вредят лесам, которые выделяют кислород, которым дышит всё живое на земле. Если перебить всех комаров, птицы вымрут от голода, гусеницы расплодятся и поедят леса, кислорода не останется и всё живое на земле погибнет».

И вот эта женщина, каждый вечер спасавшая всё живое на земле, молча смотрела то на Блинкова-младшего, то на воспитуемых, рассевшихся по горшкам. На О. О. Капусто она старалась не смотреть, чтобы сгоряча не наговорить ему гадостей.

– Я пошёл, – сказал О. О. Капусто.

Эннина мама ответила молчаливым кивком и стала глубоко дышать через нос. Блинков-младший уже знал, что так она себя успокаивает.

– Митлий Олегови! – позвала самая младшая из воспитуемых. До «ч» в «Олеговиче» она недотягивала, но Блинков-младший постепенно исправлял этот недостаток.

Побледнев, Наталья Константиновна кинулась к малышке и присела перед ней на корточки.

– Что ты сказала? – трагическим шёпотом спросила она.

– Митлий Олегови, – чётко повторила воспитуемая и после паузы добавила: – ч!

– А я кто?

– Ната, – пожала плечами воспитуемая, изумившись такому наивному вопросу.

– А он?

– Митлий Олегович!

На этот раз «ч» было похоже на «сь», зато прозвучало без паузы.

Наталья Константиновна с недоверчивым выражением на лице заглянула в горшок и задала уж вовсе странный вопрос:

– Ты сама это сделала?

– Сама, – расплывшись от гордости, закивала воспитуемая.

Наталья Константиновна привела её в порядок и встала, подняв горшок над головой, как олимпийский кубок.

– Будешь получать семь пятьдесят, как Ира, – объявила она Блинкову-младшему. – И объясни ей, как ты это сделал. Я тоже послушаю.

Тут настала очередь Блинкова-младшего задавать дурацкие вопросы:

– А что я сделал?

– Он даже не понимает! – буркнула Наталья Константиновна, усаживаясь рядом с ним на траву. – В Леночкином возрасте произнести «Дмитрий Олегович» – всё равно что для тебя выучить японский язык. Она говорит простые двусложные слова: «мама», «баба», «Ната». Проситься на горшок ей пора бы научиться. Но у детей, растущих в памперсах, это проблема. Они не видят причины проситься, когда им и так сухо и хорошо.

– Она и не просилась, – пояснил Блинков-младший. – Все сели, и она села. За компанию.

– Сама? – не поверила Наталья Константиновна.

– А какие проблемы? У неё всё на резинках. Это те, у кого пуговицы, не всегда успевают расстегнуться, – тонко похвастался ещё одним своим достижением Блинков-младший.

– Ты хочешь сказать, что они ВСЕ САМИ?

– Не все, – признал Блинков-младший, – есть парочка отстающих, но я их подтяну.

– Десять долларов, – держась за голову, простонала Наталья Константиновна. – Только ты вечером наговори мне свою методику на диктофон. Главное, зачем было стрелять?!

Блинков-младший пожал плечами.

– Вы же сами велели, чтобы я поиграл с ними в развивающие игры, – сказал он.

Глава III
Визит измятого майора

– Вообще-то я пришла тебя подменить, – странным голосом сообщила Наталья Константиновна. – К тебе гость. Сидит в твоей комнате, даже окно не раскрыл, чтобы не увидели с улицы.

Блинков-младший не стал задавать лишних вопросов. Если Наталья Константиновна не собирается ничего объяснять, то и не надо. Через пять минут всё и так выяснится. Он молча поднялся и хотел идти, но Эннина мама сказала, глядя снизу вверх жалобными глазами:

– Дима, я понимаю, что здесь какая-то полицейская тайна. Но хочу знать одно: нет ли опасности для детей.

– Я вам скажу, когда сам узнаю, – пообещал Блинков-младший и ушёл.

Книжка о ненормальном полковнике осталась валяться на траве. В другое время Блинков-младший дочитал бы её ради смеха, но сейчас, он чувствовал, его ждало настоящее дело с невыдуманными опасностями.

Девять из десяти граждан России сказали бы, что у Натальи Константиновны богатая дача. Мечта, а не дача. Но среди банкирских особняков брусовый теремок Энниной мамы смотрелся несолидно, как декорация для киносъёмок. Блинкова-младшего она поселила в правом крыле теремка. Там была целая квартирка для гостей с туалетом и ванной, но такая махонькая, что вся поместилась бы в его московской комнате.

Мебель в квартирке была как будто детская и стояла так тесно, что приходилось везде протискиваться боком. Когда Блинков-младший вошёл, гость сидел на крохотном диванчике, упираясь коленями в журнальный столик, и смотрел маленький телевизор. У него было лицо человека, которого усадили в зубоврачебное кресло и сказали: «Сидите, развлекайтесь».

У Блинкова-младшего ёкнуло сердце. Он узнал Измятого майора.

Налоговый полицейский Николай Столетов, изображавший внука «бабули» Снежко, рассказывал, что во Пскове у него брат – майор полиции. А потом Снежко и Николай вместе с Измятым майором приехали на виллу банкира Букашина брать Палыча. Блинков-младший почти не сомневался, что это и есть брат полицейского, но познакомиться с ним не успел. Какое знакомство, если майор уже через пять минут начал стрелять.

Тогда на нём была такая мятая форма, как будто перед тем, как надеть, майор дал её пожевать корове. Сейчас он щеголял в белых джинсах и спортивной майке. Но первое впечатление от встречи с человеком обычно самое сильное. Особенно если этот человек, паля в воздух, уложил носом в землю сотню гостей банкира Букашина. Поэтому Блинков-младший так и называл его про себя «Измятым майором».

– Столетов Александр, – представился Измятый майор. – А про тебя мне всё известно.

Блинков-младший молча пожал протянутую руку. Так и есть: старший брат Николая.

– Даже не знаю, хорошо или плохо то, что ты не уехал, – продолжал Измятый майор, испытующе глядя на Блинкова-младшего. – Вообще-то надо было бы тебя с Ириной домой отправить. Но я не имею права приказывать ни «Блинков, уезжай», ни «Блинков, останься и помоги полиции». Я обязан тебя предупредить, а там как знаешь.

 

Измятый майор сделал паузу, дожидаясь ахов и расспросов, но Блинков-младший молчал.

– А нервишки у тебя ничего, – признал Измятый майор и, как будто специально продолжая испытывать блинковские нервишки, выдал: – Короче говоря, Гутенберга нам пришлось отпустить.

Блинков-младший почувствовал, что брови у него сами собой ползут вверх. Теперь он молчал не из-за хороших нервишек, а потому что у него отнялся язык. Вы только представьте: майор полиции открыто вам говорит: «Мы отпустили особо опасного преступника!» С ума они сошли? Или их подкупили?!

– С доказательствами у нас неважно, – ответил на немой вопрос Блинкова-младшего Измятый майор. – Понимаешь, если мы задержали гражданина, то обязаны в трёхдневный срок или предъявить ему обвинение, или отпустить. А в чём, по-твоему, его можно обвинить?

– Сто восемьдесят шестая статья: «Изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг», – чётко ответил Блинков-младший. Номер этой статьи Уголовного кодекса он знал от майора Снежко. А дальше стал называть преступления Палыча попросту, без статей: – Пистолет он у охранника украл…

– Газовый, – вставил Измятый майор.

– Так он же был уверен, что пистолет боевой!

– Недоказуемо.

– Пускай, но ведь он в микрофон кричал, что хочет уйти за границу! Он Ирку взял в заложники!

Измятый майор вздохнул.

– Ты об этом следователю скажи. Кстати, я должен снять ваши показания. Ирина уже пишет, и ты потом напиши, как всё было на самом деле. А я тебе расскажу, как это представил адвокат.

И майор стал рассказывать.

Блинков-младший был потрясён. Он впервые столкнулся с уловками адвокатов, которых называют «чёрными».

Адвокат – знаток законов. Защищая даже отъявленного преступника, он следит за тем, чтобы не нарушались его права. Чтобы его не заставили отвечать за чужое преступление. Чтобы, пока он сидит за решёткой, родные могли передать ему сала и колбасы, потому что в тюрьме плохо кормят. Чтобы судья узнал о нём не только плохое, но и хорошее и учёл это, когда будет выносить приговор.

А «чёрные» адвокаты дают советы преступникам, как обойти закон. Как присвоить чужую квартиру, не заплатить человеку за сделанную работу, не вернуть взятые в долг деньги и выйти сухим из воды. А если преступник попадается, «чёрный» адвокат учит его врать и изворачиваться.

Блинков-младший слушал Измятого майора и ушам своим не верил. «Чёрный» адвокат фальшивомонетчиков составил из кусочков правды самое беззастенчивое враньё! Он как будто издевался: «Я навру с три короба, а вы попробуйте доказать, что на самом деле всё было по-другому!»

Палыча брали в разгар праздничного обеда. В полицейской форме был только Измятый майор. Николая в футболке и тем более немолодую майора Снежко в сарафане трудно было признать за сотрудников спецслужб. Был момент, когда гости решили, что это розыгрыш, и подняли офицеров на смех. На этом и строилась защита Палыча.

Якобы он тоже решил пошутить и стащил у охранника пистолет, прекрасно зная, что оружие не боевое, а газовое. Потом он захватил в заложники Ирку и объявил, что собирается бежать на катере за границу (ничего себе хохма!). Когда майор Снежко сбила пластиковой пулей его сообщника Худышку, Палыч сообразил, что дело нешуточное. Теперь, по его словам, он боялся пули сумасшедших ментов и решил отплыть на катере и высадиться на берег в стороне от места событий. Ну и так далее, до финала, когда Палычу всё же досталось пластиковой пулей и он вылетел за борт, а пустой катер умчался неизвестно куда.

– Айвазовский признался, что в катере были фальшивые доллары. Но теперь он изменил показания и слово в слово повторяет то же, что и Гутенберг, – закончил Измятый майор. – Из всех обвинений остаётся хищение газового пистолета. Дело мы завели, но пришлось отпустить их под подписку о невыезде.

– Почему Айвазовский? Он что, море хорошо рисует? – спросил Блинков-младший, догадавшись, что Измятый майор говорит о сообщнике Палыча Худышке.

– Да нет. Просто уголовники каждому татуировщику дают кличку если не Айвазовский, то Репин. Этот Айвазовский сейчас хорошо рисует «Не забуду мать родную» и «Смерть легавым от ножа». А был талантливый парнишка, – вздохнул Измятый майор.

– Почему «был»?

– А потому, что когда человек пять лет из своих двадцати двух провёл за решёткой, все его таланты идут на то, чтобы достать лишнюю миску баланды, – жёстко ответил Измятый майор. – На воле это может быть черепаховый суп в дорогом ресторане, но суть одна. Нормальный человек ест, чтобы жить и делать что-нибудь полезное, а уголовник живёт, чтобы жрать, пить и ничего не делать.

– Я думал, что ему лет восемнадцать, – признался Блинков-младший. Худышка был повыше его, но хилый, как паучок.

– Заключение никому не идёт на пользу, – отрезал Измятый майор и сменил тему: – Катер не нашли и, судя по всему, не найдут. Бензин в нём кончился, погода в эти дни стояла ясная. Какой-нибудь хозяйственный мужичок по нашу или по эстонскую сторону границы давно его заметил, подобрал и присвоил. А там в отсеке непотопляемости тайник с долларами и документами Гутенберга и Айвазовского. Они ведь жили здесь по поддельным документам. И опять невозможно ничего доказать.

– А печатный станок? – подсказал Блинков-младший.

– Вот именно! Это наша последняя надежда! – горячо воскликнул Измятый майор. – Только не станок, а клише. Айвазовский успел признаться, что они делали оттиски обычным ручным прессом. Это винтовой зажим, как на мясорубке, только побольше. Пресс они утопили, и теперь, если даже мы его найдём, это будет всего лишь косвенная улика. А клише где-то на вилле. Мы всё обыскали, но разве найдёшь, когда один особняк – тысяча квадратных метров?

– На что оно похоже? – спросил Блинков-младший.

– Не оно, а они, у купюры же две стороны. Гутенберг печатал стодолларовые бумажки и двадцатки, значит, уже четыре клише. Это металлические пластинки, на которых выгравированы доллары, только шиворот-навыворот, как в зеркале. Увидишь – ни с чем не перепутаешь.

– Это я понимаю, – сказал Блинков-младший. – Я спрашивал, толстые они или тонкие. Нельзя ли, например, заложить их в книгу?

– Обычно толстые, чтобы не прогибались при печати. Но, в общем, все четыре можно спрятать в выдолбленный кирпич, в отдушину – да куда угодно. В том-то и проблема: мы ходили с миноискателем, а что толку, если все стены «звенят»? В них же провода, трубы… Нет, чтобы найти клише, пришлось бы весь особняк разобрать по кирпичику, – развёл руками Измятый майор.

Блинков-младший давно понял, к чему он ведёт.

– Значит, вы будете ждать, когда Палыч вернётся за клише, и хотите, чтобы я за ним проследил.

– Я не ХОЧУ, – нажал голосом Измятый майор, – а ПРЕДУПРЕЖДАЮ тебя. Хотеть я могу, чтобы ты не хулиганил и старушек через дорогу переводил.

– А приказывать: «Блинков, помоги полиции», – не имеете права, – повторил Блинков-младший слова майора, с которых начался их разговор.

Всё-таки плохо у нас поставлено это дело. В Америке майор велел бы ему положить руку на Библию и официально вручил бы звезду помощника шерифа. А так ходит вокруг да около, хотя обоим всё ясно.

– ПРЕДУПРЕДИТЕ меня, что делать, если я замечу что-нибудь подозрительное, – подыграл Измятому майору Блинков-младший. – Исключительно ради моей безопасности.

Майор довольно кивнул. Формальности соблюдены, и можно брать быка за рога.

– В поселковой охране работает Никифоров, мой бывший сержант. Подойди, познакомься, чтобы вы знали друг друга в лицо, и больше пока что от тебя ничего не требуется. Как играл с детьми у особняка, так и играй. А если заметишь подозрительного человека…

– Палыча, – вставил Блинков-младший.

Измятый майор замотал головой:

– Нет, Гутенберг или, как ты говоришь, Палыч сам не придёт. Он понимает, что мы с него глаз спускать не будем. Это может быть либо кто-нибудь из поселкового персонала – садовник, водопроводчик, уборщица, либо гость. Люди здесь живут небедные и любят устраивать праздники по поводу и без повода. Завтра суббота, к господам банкирам понаедут партнёры по бизнесу, друзья, знакомые и друзья знакомых. Вот среди них, возможно, и будет человечек, который так, невзначай поинтересуется виллой Букашина. Ему расскажут, как неделю назад здесь брали преступников, а он: «Что вы говорите?! Как интересно, пойду сам посмотрю!» И пойдёт осматриваться, чтобы ночью достать клише. А ты в это время сидишь с детишками на лужайке. Увидишь его – скажи Никифорову, и он меня вызовет из Пскова. А на крайний случай…

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»