Шут королевы КиныТекст

Из серии: Братство Конца #2
2
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шут королевы Кины | Малинин Евгений Николаевич
Шут королевы Кины | Малинин Евгений Николаевич
Шут королевы Кины | Малинин Евгений Николаевич
Бумажная версия
109
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

– Надо было мне этого советчика со стены ссадить…

– Как ссадить?.. – не понял я.

– Просто, – подал плечами тролль, – Швырнул бы палицу ему в лоб, и все дела…

– И что, попал бы?.. – чуть усмехнувшись, спросил я.

– Просто… – повторил Душегуб, и по его тону я понял, что он абсолютно уверен в своем мастерстве метателя палиц.

– К сожалению, это нам ничего бы не дало… – вздохнул я.

– Почему?.. – невозмутимо поинтересовался тролль.

– Ну убил бы ты этого прохвоста, и кто бы с нами стал после этого разговаривать?! Тогда мы точно до Кины не добрались бы… Если бы вообще целы остались.

– А что же теперь делать? – спросил Душегуб и впервые я почувствовал в его голосе некоторую неуверенность.

– Ты помнишь, зачем мы сюда заявились?

Тролль кивнул:

– Пока помню…

– Завтра я получу королевский фирман, и мы пойдем искать Брошенную башню. Если я правильно помню, именно туда зашвырнула Кина Седого Варвара, после того, как пришла в себя… Сначала надо сделать дело, потом будем разбираться с прочими… обстоятельствами.

– Значит, на сегодня – ужин и спать… – недовольно констатировал Душегуб, опустив голову и уставившись взглядом в землю.

– Вы – да. А я думаю наведаться в Замок, посмотреть, как там поживает моя королева… Удостовериться, что ее проблемы могут подождать… Да и поговорить кое с кем не помешает…

– Я с тобой, – тут же вскинулся тролль.

– Нет, – я покачал головой, – спрятать мне тебя будет, пожалуй не под силу. Так что ты останешься дежурить в первую смену, и как только ребята уснут, я уйду. Я не хочу, чтобы они знали о моей вылазке, тоже захотят со мной идти.

Тролль посмотрел на меня долгим внимательным взглядом, а потом согласно мотнул головой.

Мы, не сговариваясь поднялись с земли и направились к костру, разгоравшемуся в яркое пляшущее чудо на фоне сгущающихся сумерек.

Нехитрый ужин был готов. Эльнорда разлила по кружкам свежезаваренный чай, и мы принялись за еду. Мы не разговаривали, словно и обсуждать-то было нечего. После ужина я вызвался мыть посуду, но эльфийка покачала головой:

– Мыть-то особо нечего. Да и воды осталось только на утренний чай.

– Тогда давайте ложиться спать, – с улыбкой предложил я, – Кто будет первым дежурить?

– Я, – буркнул тролль не допускающим возражений тоном. А с ним никто и не собирался спорить. Эльнорда достала из своего мешка плед и завернувшись в него, уставилась широко открытыми глазами на загорающиеся в потемневшем небе звезды. Фродо присел рядом с ней и замурлыкал какую-то песенку. Душегуб отошел от костра и принялся ходить вокруг нашего лагеря по кругу. Когда он сделал десяток кругов, совершенно стемнело и его темно-коричневая фигура совершенно растворилась в окружающем мраке. Фродо прекратил свое мурлыканье и негромко окликнул караульщика:

– Эй, Душегубушка, смотри, вытопчешь травку до землицы, а потом местные наукообразные примутся гадать откуда в степи появилась проплешина идеально круглой формы. Еще что-нибудь про посадку НЛО сочинят.

– Ну и пусть сочиняют, если им больше заняться нечем… – пробурчал тролль из темноты, – Ты лучше спать ложись, а то я тебя следующим сторожить поставлю.

– А я думал, следующим Гэндальф будет, – недовольно пропищал Фродо.

– Заключение сделанное из неправильной посылки… – угрюмо усмехнулся Душегуб, – Гэндальф будет дежурить последним…

– Почему? – поинтересовался любопытный хоббит.

– Потому что накануне он дежурил первым, – значительно пояснил тролль.

Хоббиту нечего было на это возразить, и вопросы у него кончились, поэтому он повалился на бок и затих.

Прошло еще минут тридцать. Вокруг было абсолютно тихо, и только в стороне раздавалось мерное шарканье троллевых ног.

Я поднялся, с минуту глядел на тлеющие угли прогоревшего костра, а потом молча шагнул в темноту. Через пяток шагов рядом со мной выросла огромная черная тень, и глухой, едва слышный голос проворчал:

– Ты там поаккуратней, особо не нарывайся…

Я кивнул, прекрасно сознавая, что моего кивка никто не увидит.

Идти к Замку было легко. Во-первых, местность здесь была ровная, растительности, кроме травы, никакой, а во-вторых, на всех угловых башнях Замка ярко пылали огромные полотнища пламени. Не знаю, что они там жгли, но зрелище было завораживающим. Отблеск этого пламени отражался на шлемах дежурных гвардейцев так, что их можно было сосчитать, находясь за пару километров от замка. А вот темноту под стенами этот огонь совершенно не рассеивал, так что я свободно прошагал мимо главных ворот к стене, в которой находился «черный ход».

В этом месте через крепостной ров действительно был перекинут хлипкий мостик, упиравшийся, казалось, в глухую стену. Только вот меня эта глухая стена не ввела бы в заблуждение, даже если бы я не знал о существовании потайной дверцы. И все-таки я не пошел по этому мостику. Спустившись под хлипкий настил, я ступил на тонкие слеги, скреплявшие между собой опоры мостика и аккуратно, крадучись, проскользнул по ним к самой стене. Здесь я внимательнейшим образом обследовал каменную дверку и убедился в наличие ожидаемых мною щелей. Кроме того, мне стало ясно, что за дверцей нет стражи, видимо охрана Замка считала эту дверь совершенно неприступной.

Я несколько раз глубоко вздохнул, подготавливая свое тело к трансформации, а потом медленным речитативом проговорил наговор «Плывущего облака». Вообще-то я, как только обнаружил этот наговор, сразу же про себя назвал его феноменом Хоттабыча. Помните, когда Волька ибн Алеша из знаменитой детской сказки открыл найденный им кувшин, оттуда вырвался клуб дыма, уже затем превратившийся в старика Хоттабыча. Так вот, это заклинание как раз позволяло провести такую трансформацию тела.

Едва я закончил читать свое заклинание, как мое бренное тело вместе с одежкой превратилась в легкую струйку дыма. Хорошо, ночь была безветренной, а то еще неизвестно, где бы я оказался в результате своего чародейства. А так я свободно просочился сквозь обнаруженную щель внутрь Замка и тут же снова трансформировался в еще молодого человека, одетого со вкусом и по моде.

Правда, мне тут же пришлось приметить еще один наговор, так называемое заклинание «Неполной вуали». Оно не делало человека совершенно невидимым, а всего лишь отводило глаза всем, кому не следовало этого человека видеть. Зато оно и не требовало особых усилий для его поддержания и ликвидации.

Набросив на себя «Неполную вуаль» и активизировав Истинное Зрение, я двинулся по довольно узкому проходу в толще замковой стены. Буквально через насколько шагов я вновь уперся в каменный блок, служивший дверцей, но на этот раз он от легкого нажима бесшумно повернулся вокруг своей оси, выпуская меня на замковый двор.

Шагнув на брусчатку площади, я сразу же прижался к стене, прячась в ее тени, и внимательно огляделся. Почти прямо против меня стоял главный дворец замка. Я тут же поднял глаза к знакомым окнам на втором этаже. Они светились ровным неярким светом – королева была в своей спальне и еще не спала. Были освещены еще несколько окон, причем четыре в третьем этаже весьма ярко. Если мне не изменяла память это были окна апартаментов бывшего правителя Качея… Где-то он сейчас?

Сам двор был освещен довольно слабо, однако я сразу заметил двух гвардейцев, неподвижно стоявших на часах – один у главного входа во дворец, второй на дорожке, ведущей к королевской библиотеке. Еще по меньшей мере двое стражников располагались у закрытых замковых ворот. В стене около ворот светилось окошко, видимо, дежурка королевской гвардии.

Осмотревшись, я направился вдоль стены в сторону библиотеки и, когда до дежурного гвардейца оставалось шагов пять, спокойно пересек слабо освещенный краешек площади. Как я и ожидал, он не обратил никакого внимания на едва заметную тень, проплывшую мимо его носа. Теперь я прятался под стеной дворца. Однако я не собирался входить в него с парадного входа. Не то чтобы мне этого не хотелось, просто я отчетливо понимал, что сейчас не время для этого. Потому я проскользнул к спускающейся с крыши водосточной трубе и тщательно ощупал каменную стену дворца. Поначалу я намеревался применить заклинание «Ползущей мухи», чтобы подняться по этой стене, но почувствовав под ладонями шероховатый камень с глубокими щелями швов, я решил, что справлюсь своими силами. Засунув свою волшебную палочку за пояс, я ухватился левой рукой за нижний крюк водосточной трубы и потянулся вверх по стене.

Этой ночью мне положительно везло. Первое же окно во втором этаже, до которого я добрался, оказалось приоткрытым. Чуть толкнув скрипнувшую створку, я расширил имевшуюся щель и через мгновение оказался в темной комнате. Не закрывая окна, я метнулся к выходу из комнаты и, чуть нажав, потянул за дверную ручку. Дверь немедленно и беззвучно подалась. Я увидел перед собой слабо освещенный коридор и фигуру дежурного гвардейца, притулившуюся на недалекой лестничной площадке. Где-то рядом должен был находиться малый зал утренних королевских приемов, соседствовавший с королевской спальней, будуаром и кабинетом, вот туда-то мне и было необходимо попасть.

Еще раз тщательно припомнив расположение окон на фасаде дворца, я выскользнул в коридор и бесшумно направился в сторону приглянувшейся мне двери. Толкнув ее, я проскользнул в открывшуюся темноту.

Да, это был нужный мне зал. Его надраенный паркет слабо светился, отражая просачивающиеся через зашторенные окна блики башенных огней. В глубине зала темнело возвышение, на котором по утрам появлялась королева, выслушивать пожелания доброго утра от своих придворных. Значит с правой стороны за тонкой перегородкой располагались ее спальня и будуар, откуда она выходила, а с левой – ее кабинет, куда она удалялась.

Я тихо приблизился к правой стене и сразу начал нашептывать заклинание «Слепого окна». Как только заклинание было произнесено, на гобелене шпалер, обтягивающих перегородку, появилась едва заметная золотистая искорка, которая тут же шустро побежала по расширяющейся спирали. Тканый рисунок протаивал под этой искоркой словно морозный узор под теплым дыханием, и в темный зал начал просачиваться свет лампы, освещавшей королевский кабинет. Когда «Слепое окно» стало размером со столовое блюдо, я щелкнул пальцами правой руки, и бегущая искра погасла.

 

Я приник к открывшейся моим глазам картине.

За большим письменным столом, на котором стояла освещавшая кабинет лампа и валялось несколько бумажек, сидела королева. Одета она была в какой-то не слишком чистый халат, из-под которого выглядывало кружево то ли пеньюара, то ли ночной рубашки. Темные короткие волосы были растрепаны, худощавое лицо бледно, вяло, неподвижно, а в опущенных к столу огромных, темных глазах застыла тоска и какая-то непонятная отрешенность. Глядя на нее, возникало впечатление, что эта молодая девушка полностью пресытилась жизнью и ничего интересного для себя уже не ждет. Тонкие бледные руки с длинными пальцами лежали на столешнице неподвижно.

В стоявшем рядом со столом кресле вольготно развалился не кто иной, как сам советник Юрга. Именно в таком удобном положении, одетый в какой-то весьма свободный шлафрок, он докладывал королеве о событиях сегодняшнего дня:

– … и вообще, моя королева, этот новый посол еще грязнее и нахальнее прежнего! Ты заметила, как от него пахнет? А в каком халате он приперся на королевскую аудиенцию?..

– Халат?.. – Кина с усилием оторвала взгляд от столешницы и посмотрела на своего советника. По ее виду было ясно, что она почти не вникает в смысл его слов.

– Да, халат! – энергично кивнул головой Юрга, – Где он только отыскал эту рвань расшитую золотом?! И вообще, моя королева, эти кочевники совершенно распустились! Надо сказать, что политика так называемой дружбы, которую проводил твой бывший воевода, окончательно развратила наших степных соседей и уронила престиж твоего королевства! Я думаю, пришла пора показать им их истинное место!..

Юрга энергично попыхтел. В отличие от королевы, он был очень энергичен, я бы сказал, подозрительно энергичен. Советник помассировал себе виски и продолжил вечерний доклад:

– Моя королева, область предгорий снова задержала выплату налогов. У меня есть сведения, что твой бывший воевода подзуживает население области вообще не платить их. Он заявляет, что я, твой личный советник, все равно их прикарманю! Давно пора, моя королева, заткнуть его старую пасть, он постоянно дискредитирует власть!

И Юрга снова попыхтел, теперь уже от возмущения.

А Кина продолжала безучастно сидеть за столом. Ее взгляд снова уперся в столешницу, но губы шевелились, как будто она что-то беззвучно напевала.

Советник бросил на нее пытливый взгляд и, будто бы уловив королевское настроение бодренько рассмеялся:

– Да, моя королева, представь себе, сегодня под стены замка заявился один молодой нахал и потребовал пропустить его к тебе! Он заявил, что его зовут Гэндальф Серый Конец! Но ты бы видела во что он вырядился!

Кина подняла на советника глаза и в них мелькнула некоторая заинтересованность.

– На нем были надеты голубые непотребно узкие штаны, такого же цвета курточка, под курткой – белая рубашка без воротника, застежек и обшлагов, а на ногах белые с синим туфли! И вот это чучело утверждало, что является чародеем!

– Надо же, – отрешенно проговорила Кина, – Вчера утром я видела Гэндальфа именно в таком одеянии… И без бороды… и без шляпы…

– Ты видела?! – буквально взвился Юрга, – Где?!

– Во сне… – с чуть заметной, отрешенной улыбкой ответила Кина.

– Да? – несколько успокоился Юрга, – И что, вы говорили?..

– Не помню… – глаза у Кины снова погасли, а губы, словно сами по себе спросили, – И он был один?

– С ним было еще трое или четверо странных личностей, – небрежно махнул рукой Юрга, не обращая внимания на то, что королева прошептала: – Надо же…

– Но самым интересным, моя королева, было продолжение нашего разговора, – оживленно продолжил совершенно успокоенный советник, – Я, конечно, выразил свое сомнение в его магических способностях, и назвал его шутом! Так представь себе, моя королева, он буквально ухватился за возможность получить звание твоего шута! Я вынужден был подготовить соответствующий указ, вот изволь подписать!..

Юрга выхватил из рукава свернутый в трубочку лист и, отогнув его нижнюю часть, буквально подсунул его королеве под руку. Кина, словно механическая кукла взяла лежащее на столе перо, макнула его в чернильницу и поставила на листе свой росчерк. Советник удовлетворенно его рассмотрел, подул на лист и довольно улыбнулся.

– Вот, пожалуй и все, моя королева, – пропел советник, засовывая свернутый указ в рукав, – Мелочами я тебе утруждать не буду…

После этой, казалось бы, самой обычной фразы, Кина резко подняла голову и встала из-за стола.

– Да, советник, я, пожалуй, пойду в постель… Я мелочами разберись сам.

– Я разберусь, моя королева, – ответил Юрга и тут же добавил, – Сорта придет к тебе почитать на ночь…

Кина непонятно отчего вздрогнула и неуверенно прошептала:

– Не надо…

– Ну что ты, моя королева, обязательно надо! А то твоя тоска вернется и снова станет тебя донимать!

На это королева ничего не ответила. Она подняла свою тонкую руку, запахнула на груди халатик и, зажав его лацканы в ладони, направилась к выходу из кабинета.

А Юрга, как ни в чем не бывало, продолжал, развалясь, сидеть в кресле!

Я не мог поверить своим глазам! Кина, природная королева, не обращала внимания на то, что ее слуга не встал, когда она была на ногах! Это было нечто совершенно невероятное!

Кина, между тем, не обращая внимания на сидящего советника, подошла к выходу, толкнула дверь, и вышла… в темный зал утренних приемов. Светлым призраком в сразу сгустившемся полумраке она проплыла через зал и бесшумно исчезла за дверью своей спальни.

Я не отрывал от ее фигуры взгляда, и даже когда она уже покинула зал, продолжал смотреть на закрывшуюся за ней дверь, и вдруг из кабинета донесся довольный смешок Юрги:

– Почивай, моя королева, почивай,.. но перед этим послушай свою страшилку…

Он наконец встал с кресла и смачно потянулся:

– А мы поднимемся к себе… Уже пора!..

Тон, каким была сказана эта незамысловатая фраза, настолько меня заинтересовал, что я тоже решил подняться к советнику.

Юрга не стал выходить из королевского кабинета. Вместо этого он подошел к шпалере, изображающей охотничью сцену и отведя вниз нижнюю планку окантовки, другой рукой нажал на верхний угол картины. Она бесшумно развернулась, открывая узкий ход на голую лестничную площадку. Советник оглянулся, словно проверяя не забыл ли он чего в кабинете, и протиснулся в потайной ход.

Но прежде чем шпалера вернулась на свое место, я успел прямо сквозь «Слепое окно» метнуть в советника кнопку-следок и убедиться, что она благополучно приклеилась к его роскошному шлафроку. Сделал я это совершенно интуитивно, но когда шпалера повернулась, скрывая потайной ход, мне в голову пришла мысль о том, что стоит так же воспользоваться этим ходом. Он скорее приведет меня к советнику, так как след от кнопки мне будет отлично виден.

Поэтому я быстро прошел в кабинет и, не обращая внимания на свет лампы, приблизился к хитрой шпалере. За ней явственно слышались шаги. Я подождал когда они стихли, а затем в свою очередь проделал виденные мной манипуляции. Шпалера послушно развернулась, приглашая меня пройти, и я воспользовался этим приглашением.

Оказавшись на потайной лестничной площадке, я вернул шпалеру на место, и ее фиксатор с тихим клеком защелкнулся. Узкие лестничные марши вели с этой площадки вниз и вверх, но кнопка, оказавшаяся оранжевой, оставила яркую, но видимую, естественно, только мне, ниточку, и ниточка эта вела вверх. Я пошагал следом за своим проводничком и уже через несколько ступеней оказался на следующей площадке. Здесь выход с потайной лестницы отгораживался даже не деревянной панелью, обтянутой шпалерой, а простой рамой, на которую был натянут гобелен. Я сразу понял, как открывается этот проход, но вместо того, чтобы соваться в неизвестное помещение, положил левую руку на навершье своего жезла, по-прежнему торчавшего за поясом, сосредоточился и правой ладонью провел по натянутой на раму ворсистой ткани. Гобелен под моей рукой мгновенно стал прозрачным, так что я спокойно мог понаблюдать, чем это там занимается господин самый умный советник в своих покоях.

А занимался он весьма интересным делом. Юрга сидел за… гримировальным столиком и… снимал грим! И сидел он так удачно, что мне отлично было видно и само зеркало и физиономия, которую с помощью этого зеркала обрабатывали.

Когда я приступил к просмотру, советник как раз снимал вторую бровь, оказалось, что собственных бровей у него нет. Надбровные дуги есть, а вот бровей у этой рожи предусмотрено не было. Следом за бровями последовала роскошная прическа, перекочевавшая с головы советника на деревянную болванку, появившуюся из-под столика. После этого из крупного, породистого носа были извлечены две весьма немаленькие подкладки, в результате чего на лице советника появился тонкий крючковатый клюв, а его бородавка приобрела просто чудовищные резмеры. То что осталось от советника Юрги с удовлетворением оглядело себя в зеркале. А в следующее мгновение сей замечательный актер и гример ласково провел ладонями по своему лысому черепу от макушки до шеи и… бросил на столик… уши. Нет, на черепе ушки тоже остались, только они были, я бы сказал, катастрофически малы!

Теперь передо мной предстала настолько отвратительная рожа, что желание все бросить ради спасения Кины разгорелось во мне с невероятной силой.

Однако, представление, как оказалось, только началось.

Юрга еще раз с весьма довольным видом оглядел себя в зеркале, ощупал голову и личико своими толстыми, сильными пальцами, а затем встал с кресла и направился к одному из секретеров, стоящих у стены. Подойдя к выбранному предмету мебели, советник положил левую ладонь на бронзовую ручку и… принялся озираться. Комната была в общем-то, невелика, но он оглядывал ее так, словно в ней могло прятаться по меньшей мере шестеро агентов иностранных разведок. Закончив, наконец, пятиминутную инспекцию своего обиталища, советник глубоко вздохнул и правой рукой полез запазуху. Пошебуршав в сем интимном месте ладошкой, он вытащил на свет божий золоченый стерженек, которым отпер дверцу секретера.

Я не успел рассмотреть содержимое ящика, заметил только, что он заставлен разнокалиберными и разноцветными пузырьками. Юрга с необычайным проворством выудил из секретера маленький темно-синий флакон и довольно несвежую тряпицу, и тут же снова запер ящик.

Со своей добычей советник вернулся к гримировальному столику и положил ее на столешницу. Потом он уселся в кресло закрыл глаза и откинулся на спинку.

В таком положении отдохновения Юрга пребывал минут десять. Я уже решил, что он заснул, однако, в этот момент, он выпрямился и довольно громко сказал: – Пора…

Взяв флакончик, он очень аккуратно открыл его и выпустил на подставленный лоскут большую маслянистую каплю. Затем снова аккуратно закрыл флакон и принялся втирать полученную жидкость в стекло зеркала. Делал он это весьма методично, стараясь покрыть жидкостью всю поверхность зеркала. Закончив втирание, он отложил тряпицу и уставился на свое отражение.

Минуты три ничего не происходило, и я уже подумал, что мой подопечный немного не в себе, как вдруг изображение в зеркале разжало губы и хрипловато произнесло:

– Докладывай!..

– Повелитель, все идет по разработанному тобой плану, – тут же начал громко шептать советник, – Война со Степью может быть начата, как ты и предполагал, через пятнадцать дней. На передний рубеж выведены гвардейские полки Барса, Беркута и Рыси, именно те отборные части, которые подлежат уничтожению в первую очередь…

– Ты уверен, что боевые действия начнутся вовремя? – перебил докладчика «повелитель» из зеркала.

– Повелитель, я с трудом удерживаю посла степного императора от того чтобы он не объявил Кине войну завтра! – воскликнул советник, – Вчера утром королева в его присутствии объявила, что все степняки воняют, и вообще они грязные дикари!

– Вот как? – не меняя своего выражения, спросило личико в зеркале, но в самом голосе чувствовалось удовлетворение.

– Да, повелитель, Сорта знает какие страшилки читать королеве на ночь… – подобострастно захихикал Юрга.

– Дальше!.. – оборвало его смех отражение.

– В войсках практически не осталось дельных и опытных военачальников, – сразу поделовевшим тоном продолжил советник, – В течение последнего месяца следом за Шалаем в отставку ушли воеводы правой и левой руки, главный интендант, начальник корпуса стратегических разработок и его заместитель, шесть полковых командиров. На их места рекомендованы мной и поставлены королевой сынки придворных вельмож, все молодые люди, но с нездоровым апломбом. В высшем командном составе за последний месяц было шесть дуэлей, четыре со смертельным исходом.

 

– Финансы?.. – вновь перебила докладчика харя в зеркале.

– Королевская казна практически пуста, мой повелитель! – сразу же сменил тему советник, – Четыре области не выплатили положенных налогов, а траты на королевскую охоту превзошли, и намного, запланированные. Кроме того пенсии, назначенные королевским пенсионерам, съедают всю появляющуюся наличность, ее даже не хватает…

– Когда эти четыре области могут рассчитаться с короной? – прохрипел «повелитель».

– Повелитель!.. – несколько обиженно воскликнул Юрга, – Эти области заявляют, что они уже отправили все, что положено короне и не имеют возможности вносить налоги еще раз!.. Это королева думает, что они еще не платили…

– Хорошо! – констатировала голова в зеркале, – Что еще?

– Больше ничего серьезного, повелитель, правда, – советник слегка замялся, словно раздумывая, стоит ли упоминать о такой мелочи.

– Говори, – подстегнул его «повелитель» и Юрга сразу заторопился:

– Сегодня днем к стенам Замка подошли четверо. Один из них потребовал встречи с королевой и назвал себя Гэндальфом Серым Концом…

– Как он выглядел? – перебил его нетерпеливый собеседник.

– Мальчишка, щенок, наглец и фигляр, вырядившийся в какой-то немыслимый голубой костюм и дурацкие разноцветные туфли!

– Остальные трое?

– Остальные трое вроде бы подпадают под данное тобой описание: один здоровенный громила с чудовищной дубиной в лапах, второй – малыш весь мохнатый и босой, и с ними девчонка в зеленом со шпагой и луком. С ними был еще один оборвыш, но я его не успел разглядеть, он куда-то пропал.

– Как это пропал?

– Повелитель, стража доложила мне, что их было пятеро, но когда я вышел на стену его уже нигде не было…

Советник немного подождал и уловив, что суровый его собеседник на этот раз не собирается его перебивать, продолжил:

– Ты же знаешь, повелитель, что этих гэндальфов появляется штук по пять каждый месяц, и я не стал бы тревожить твой слух сообщением о еще одном, но, во-первых, их все-таки было четверо, а во-вторых, Твист утверждает, что этот мальчишка знает кое-что, известное только ему и настоящему Гэндальфу…

– Вот как? А при чем тут Твист?..

Советник снова замялся и начал отвечать очень неуверенно:

– Понимаешь, повелитель, я не удержался и высмеял шутовской вид этого соискателя имени Гэндальфа. Я даже предложил ему должность королевского шута и позвал Твиста, чтобы тот посмотрел на своего возможного конкурента. А когда Твист появился на стене, эти бродяги начали приветствовать его, как старого знакомого. Правда, я почти ничего не понял из этих приветствий, но вот этот мальчишка в голубой одежке сказал, что вернулся чтобы выполнить обещание, якобы, данное Твисту.

– Какое обещание?

– …Найти его родителей…

После этого в разговоре наступило довольно долгое молчание, а затем зазеркальный повелитель» неожиданно начал рассуждать вслух:

– Я не мог пропустить появление настоящего Гэндальфа в нашем Мире, я бы сразу почувствовал прокол между мирами… Тем более прокол для четырех тел в физической оболочке… И все-таки… странно… Хотя вполне возможно, что Твист просто проболтался кому-нибудь об этом обещании Серого Конца…

Отражение советника рассуждало само с собой совершенно лишенным эмоций тоном и при этом пялилось в лицо своему оригиналу, поэтому последовавший вопрос прозвучал совершенно неожиданно:

А как он отнесся к твоему предложению?

Советник не сразу понял, что обращаются к нему. Он вздрогнул и после легкой паузы переспросил:

– К какому предложению, повелитель?

– Ну, к твоему предложению назначить его королевским шутом! – с немалым раздражением пояснил «повелитель».

– Он мгновенно и с радостью согласился! Обещал завтра утром прийти за указом.

– Напишешь ему указ, примешь в штат, но к королеве ни в коем случае не допускать. Самого этого… шута и его компанию держать на глазах и следить за каждым их шагом!.. А там видно будет…

– Понял, повелитель, – кивнул в зеркало советник и не удержался, чтобы не похвалиться, – А указ королевой уже подписан…

– Кстати, как королева? – тут же последовал новый вопрос.

– Королева прекрасно управляема. Сорта хорошо знает что и как читать, и это ежевечернее чтение очень неплохо выполняет свою задачу. Но если бы, повелитель, ты разрешил мне хоть немного воспользоваться магией…

– Тебя тут же вышибли бы из Замка! – оборвал докладчика хозяин, – Я уже тебе говорил – никакой, абсолютно никакой магии! Кина сама могучий маг, и сразу же почувствует присутствие в Замке чужой силы. Более того, она сразу же определит источник этой силы. Мне наплевать, что ты вылетишь из Замка, или тебе вообще свернут шею, но ты поставишь под удар выполнение моего плана!

– Повелитель, но разве эти твои ежевечерние чтения не есть магия?..

– Дурак, – констатировала голова в зеркале, – Несмотря на всю твою хитрость и изворотливость, ты дурак… Только, я надеюсь, не настолько, чтобы игнорировать мои приказы…

Последняя фраза была сказана все тем же невозмутимым тоном, но, тем не менее, в ней прозвучала такая угроза, что сидящий перед зеркалом советник явственно задрожал, а у меня самого вдоль позвоночника пробежала холодная шершавая волна.

– До следующей встречи… – прохрипело зеркало и добавило, – И смотри у меня!..

Еще пару минут советник неподвижно таращился на свое изображение, а то в свою очередь таращилось на него. Затем Юрга чуть повернул голову влево, и его изображение послушно повторило это движение, после чего советник с тяжелым усталым вздохом отвалился к спинке кресла.

Впрочем, просидел в кресле советник недолго, еще раз вздохнув, он выбрался из него и тяжелым, шаркающим шагом направился к дверям, ведущим в соседнюю комнату, приговаривая себе под нос:

– Спать… теперь спать… ты, дорогуша, заслужил восемь часов беспробудного сна…

Однако, прежде чем он добрался до дверей в спальню, на его глаза попался небольшой письменный стол, заваленный бумагами. Советник остановился около него и постоял несколько секунд, словно что-то припоминая, а затем достал из рукава своего шлафрока свернутый в трубочку указ и бросил его в общую кучу:

– До завтра… все подождет до завтра… – пробормотал он и снова направился к дверям в спальню.

Когда дверь за ним закрылась, я поднял правую руку на уровень плеча и сосредоточился. Бумажная трубочка, лежавшая поверх груды документов зашевелилась и поползла в мою сторону, постепенно ускоряя свое движение. Разогнавшись по столешнице, она вспорхнула в воздух и перелетев комнату оказалась в моей руке. Я аккуратно развернул ее и прочитал:

КОРОЛЕВСКИЙ УКАЗ

Я, наследственная королева КИНА ЗОЛОТАЯ, сим повелеваю осчастливить молодого человека, называющего себя Гэндальф Серый Конец званием личного шута королевы.

Всем подданным моего королевства надлежит под страхом моего гнева оказывать моему шуту всемерную поддержку в его шутках, представлениях, розыгрышах, и других увеселениях.

Моему шуту повелевается всегда быть одетым в голубые штаны, голубую куртку и бело-голубые туфли.

Ему также присваивается придворный штандарт – на бело-голубом поле две скрещенные погремушки.

Внизу стоял вялый росчерк «Кина», пришлепнутый здоровенной печатью золотого цвета.

«Вот и ксива у меня завелась» – невесело подумал я, сворачивая сей документ и засовывая его в один из своих многочисленных карманов.

Теперь можно было навестить и королеву, осчастливившую меня еще одной должностью.

Я уж было развернулся в сторону темной лесенки, как вдруг вспомнил о том переходе, с помощью которого небезызвестный правитель Качей в свое время проник в спальню Кины. Осторожно повернув раму с натянутым на нее гобеленом, я убедился, что из спальни советника доносятся звуки, характеризующие крепкий сон человека с чистой совестью, и бесшумно пересек кабинет. На противоположной стене я обнаружил знакомый гобелен с изображением двух пастушек, развлекающихся в обществе трех пастушков. Мое истинное зрение немедленно показало, что магический переход все еще действует. Не раздумывая, я шагнул в гобелен… и оказался в темном углу королевской спальни за тяжелыми парчовыми портьерами.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»