Электронная книга

Исчезнувший город (сборник)

5.00
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа
* * *

В оформлении книги использованы рисунки:

– художницы Елены Турецкой: – обложка и притча «Остров шамана»;

– ученицы «МОУ Лобненский Лицей» Вики Романютиной – легенда «Исчезнувший город»;

– ученицы «МОУ Лобненский Лицей» Дарьи Черняковой – цветная вклейка

© Елена Фёдорова, 2006

© Оформление «Янус – К», 2006

Аэлита – девушка – птица

– Знаешь, я умею летать, – чуть склонив голову на бок, прошептала Аэлита. – Не так, как летают люди ночью во сне, а так, как летать умеют только птицы, большие птицы с сильными крыльями, как орлы, парящие над бездной. Я умею ловить восходящие и нисходящие потоки, подниматься к облакам и камнем падать вниз, в бушующую морскую пучину… Ты мне не веришь, Ариэль?

Золотоволосый юноша с миндалевидными бирюзовыми глазами пожал плечами и поднялся с поваленного дерева. Встав перед Аэлитой, он, чуть прищурившись, проговорил:

– Все это кажется мне, по меньшей мере, смешным. Не обижайся, Аэлита. Я задам тебе лишь один вопрос:

– Где твои крылья?

Аэлита улыбнулась. Легко поднялась с дерева, тряхнула золотыми кудрями, запрокинула голову вверх, раскинула руки в стороны и беззаботно рассмеялась:

– Вот они, Ариэль!

– Я так и знал, – скептически улыбнулся он.

– Ничего ты не знал, – обвив его шею руками, прошептала Аэлита. – Ни-че-го. Лучше поцелуй меня и забудь все, что я тебе наговорила.

– Забыть? – спросил он, пристально глядя в ее серо – пепельные глаза.

– Забудь – забудь, – скороговоркой выпалила она, приподнявшись на цыпочки. – Я – обычная девушка, Ариэль. Это твоя любовь делает меня крылатой.

– А меня окрыляет твоя любовь, Аэлита, – улыбнулся он, крепко прижав ее к себе.

Юноша и девушка, похожие, как брат и сестра, стояли под раскидистым каштаном, усыпанным белыми свечками соцветий. Ветер растрепал золотые волосы девушки, перепутал их с золотыми волосами юноши, швырнул им в лица охапку белоснежных лепестков и умчался прочь.

– Ти амо, Ариэль, – прошептала девушка.

– Ти амо, Аэлита, – улыбнулся юноша.

– Как странно, – подумала Аэлита, оставшись одна. – Как странно, что Ариэль мне не поверил. Как странно, что он не увидел мои крылья.

Она выпрямила спину, чуть вытянула вперед шею, глубоко вздохнула, медленно приподняла руки, превратившиеся в большие сильные крылья. Аэлита сделала несколько шагов и легко воспарила в небо.

Там, в заоблачной выси она забывала обо всем, мирские заботы и огорчения теряли над ней власть. Солнечный свет вытеснял из души черноту, высвечивая самые потаенные уголки, даруя неповторимое ощущение свободы.

– Ах, почему, почему Ариэль не умеет летать? – думала в такие минуты Аэлита. – Как было бы прекрасно парить в вышине вдвоем! Жаль, что Ариэль не знает, что у него тоже есть крылья, что крылья есть у всех людей. У всех…

О том, что у людей есть крылья, Аэлита узнала в семь лет, когда ее вместе с другими девочками привели к храму Небесной Гармонии. Каждую весну служители храма выбирали девочек, достойных стать хранительницами вечных тайн. Юные создания, одетые в белоснежные одежды, расшитые небесно – голубыми нитями, выстраивались на площади перед храмом. Головы девочек покрывали тончайшие покрывала, закрепленные серебряными обручами.

Ровно в полдень массивные бронзовые двери храма распахивались, и вниз по ступеням крутой лестницы, украшенной бело – голубым ковром, спускались хранительницы тайн. Пять золотоволосых красавиц с веночками из флердоранжа. Чуть впереди шла главная хранительница в пурпурном платье с длинным белоснежным шлейфом, который придерживали девушки, облаченные в малиновые наряды, расшитые золотым орнаментом. Девушки двигались так быстро и легко, словно не шли, а летели. Белоснежный шлейф поднимался вверх и опускался вниз, напоминая гигантские крылья птицы. Из открытых дверей храма вслед за хранительницами тайн двигался мощный световой поток и доносилось чарующее пение, вызывающее трепетный восторг.

У подножия лестницы девушки останавливались, сложив молитвенно руки. Главная хранительница делала несколько шагов вперед и, закрыв глаза, замирала, приподняв руки ладонями вверх. Девочки, пришедшие к храму, по очереди проходили мимо нее, касаясь кончиками пальцев ее ладоней, сначала левой, потом правой руки. Время от времени главная хранительница открывала глаза и кивала головой. Это значило, что девочка, стоящая напротив, должна пройти под белоснежное покрывало.

Аэлита была уверена, что красавица в пурпурном наряде непременно ее выберет, а она не выбрала. Она даже не шевельнулась, когда Аэлита прикоснулась к ее ладоням сначала левой, потом правой руки своими маленькими прохладными пальчиками.

– Не задерживайся, проходи скорее, – зашептала строгая распорядительница церемонии, потянув Аэлиту в сторону.

– Позвольте мне подойти к этой красавице еще раз, – взмолилась Аэлита.

– Нет, – нахмурилась распорядительница, крепче сжав руку девочки. – Нельзя дважды испытывать судьбу. К тому же, это будет нечестно по отношению к другим девочкам. Посмотри, отвергли не только тебя. Сегодня выберут всего десять девочек, а вас пришло сюда больше сотни.

– Ах, если бы главная хранительница открыла глаза, она сразу бы поняла, что я – самая достойная! – воскликнула Аэлита. – Посмотрите, у меня такие же, как у нее золотые волосы, белая кожа и светлые глаза. У меня…

– Пустая голова, – усмехнулась распорядительница церемонии, строго глянув на Аэлиту. – Внешняя красота обманчива. Главная хранительница тайн смотрит на всех вас глазами сердца. Для служения в храме Небесной Гармонии нужны кроткие, спокойные, умные, немногословные девочки, а не хвастливые, самовлюбленные болтушки вроде тебя.

– Но… но… – часто – часто заморгала ресничками Аэлита.

– Ступай к родителям и передай им наш разговор, – грозно сказала распорядительница, подтолкнув Аэлиту к разноцветной толпе людей, ожидавших завершения церемонии.

Слезы брызнули из глаз девочки, не дав ей возможности увидеть, как счастливые избранницы поднимаются вверх по крутой лестнице под белоснежным шлейфом, похожим на крылья большой птицы.

– Не плачь, Аэлита, – погладила ее по голове матушка. – Через год мы придем сюда снова и тогда…

– Я больше не приду сюда, – закричала Аэлита. – Не приду, не приду, не приду…

– Ты должна быть послушной, иначе… – укоризненно проговорила матушка. Аэлита не дослушала. Она сорвала с головы серебряный обруч, придерживающий тонкое покрывало, и помчалась прочь, чтобы не слышать дивной музыки, доносящейся из храма Небесной Гармонии, и матушкиных слов.

– Нам следует наказать ее за дерзость, – нахмурился отец Аэлиты.

– Нет, Лерол, – покачала головой женщина. – Нам следует поговорить с ней. Пришло время рассказать ей о том, что…

– Я бы не стал торопиться, Церера, – взяв жену под руку, сказал Лерол. – Подождем до новой весны.

– Хорошо, – покорно склонив голову, проговорила она. – Ступай домой, а я отыщу Аэлиту.

– Хорошо, – поцеловав Цереру в щеку, сказал Лерол и ушел.

Маленькая девочка в белоснежном платье, расшитом небесно – голубыми нитями, лежала на пригорке, уткнувшись лицом в траву. Церера опустилась рядом с дочерью и, проведя рукой по ее золотым волосам, по вздрагивающей спине, проговорила:

– Не стоит плакать, Аэлита. Наоборот, мы с тобой должны радоваться, что все случилось так, а не иначе…

– Радоваться тому, что меня не выбрали? – воскликнула Аэлита, удивленно уставившись на мать.

– Да, – улыбнулась Церера. – Потому что пока девочки будут познавать уже известные тайны, я смогу открыть тебе тайну, о которой не знает никто.

– Правда, матушка? – прошептала Аэлита, вытирая слезы.

– Да, – обняв дочку, проговорила Церера. – Сегодня ты станешь главной хранительницей тайны, которую я тебе открою! Только ты, Аэлита, должна пообещать мне, что никто – никто не узнает о ней.

– Клянусь, – прижав ладони к сердцу, проговорила Аэлита. – Клянусь, матушка, что о нашей тайне не узнает никто – никто!

– Ты видела, как легко двигались хранительницы тайн, словно не шли, а летели? – спросила Церера. Аэлита утвердительно кивнула. – Эти девушки долгие годы учатся плавным движениям, учатся владеть свои телом, своими эмоциями, стараясь стать похожими на птиц.

– А зачем им это надо, матушка? – поинтересовалась Аэлита.

– Видишь ли, милая, наши давние предки были крылатыми людьми, – сказала Церера. – Но они утратили способность летать, когда породнились с бескрылыми людьми и стали служить их богам. Шли годы. Крылатые дети рождались все реже и реже, пока их совсем не стало… Храм Небесной Гармонии построили для того, чтобы обучать детей забытым законам свободы. Весной к храму приводят девочек, а осенью – мальчиков. Но, несмотря на то, что их называют хранителями тайн, летать, как птицы никто из них не может. В нашей стране почти никто не умеет летать…

– Почти никто, – повторила Аэлита, лукаво глянув на Цереру. – Матушка, но ведь это значит, что кто-то может. Так?

– Так, – улыбнулась Церера.

– Кто же это? – глаза Аэлиты заблестели. Она вскочила на ноги и, глядя на мать сверху вниз, спросила еще раз: – Кто же это?

– Ты, Аэлита, – прошептала Церера, привлекая дочь к себе.

– Я? – Аэлита замотала головой. – Нет, нет, нет. Я не могу… не умею летать. Нет…

– Да, Аэлита. – поднявшись с травы, проговорила Церера. – У тебя есть крылья, потому что и у меня они тоже есть…

– Но, почему же меня не выбрала главная хранительница? – удивилась Аэлита.

– Потому что крылатому созданию не нужны уроки бескрылых людей, – улыбнулась Церера. – Тебе нужны другие уроки, Аэлита. Смотри.

Церера выпрямила спину, чуть вытянула вперед шею, медленно приподняла руки, которые превратились в большие белые крылья. Аэлита прижала ладошки к губам и во все глаза уставилась на матушку, кружащую над землей.

 

– Моя мама – птица! Моя мама – птица! Моя мама умеет летать! – захлопала в ладоши девочка. – У меня тоже есть крылья, большие белые крылья, крылья Ангела.

– Крылья Ангела, – повторила Церера. – Возможно, ты права, ведь ты – еще совсем невинное дитя, невинный ангелочек с чистой душой. Храни эту чистоту, Аэлита. Храни нашу тайну. Запомни, если хоть кто – нибудь узнает о ней, мы все погибнем.

– Я стану кроткой и немногословной, как велела мне распорядительница, – проговорила Аэлита, глядя в серые глаза Цереры. – Обещаю, матушка, я стану самой верной хранительницей нашей тайны. Вот увидишь.

Аэлита сдержала слово. Никто не знал, что Церера обучает ее законам свободного полета. Никто не видел, как взмывают в небеса две гигантские птицы и парят над уснувшей землей, расправив свои белоснежные крылья, похожие на крылья Ангелов.

Через год Аэлита вновь стояла перед храмом Небесной Гармонии среди девочек в белоснежных платьях, расшитых небесно – голубыми нитями. Вновь в полдень распахнулись бронзовые двери храма, и пять золотоволосых красавиц спустились вниз по крутым ступеням, устланным бело – голубым ковром. Вновь Аэлита дотронулась прохладными пальчиками до ладоней главной хранительницы тайн, а она вновь осталась недвижима. Аэлита не стала кричать и плакать, как в прошлый раз, а спокойно прошествовала к выходу.

– Ты повзрослела и поумнела, – улыбнулась распорядительница. – Как тебя зовут?

– Аэлита, – ответила девочка.

– Аэлита – девочка – птица, так переводится твое имя, – прошептала распорядительница.

– Правда? – удивленно округлила глазки Аэлита.

– Да – да, только никому об этом не говори, – распорядительница подмигнула Аэлите и приложила палец к губам.

– И даже матушке? – спросила Аэлита.

– Я думаю, твоя матушка сама все знает, – улыбнулась распорядительница. – Не даром же она назвала тебя таким именем. У девочки с таким именем должно быть большое будущее.

– Вы считаете? – спросила Аэлита. Распорядительница кивнула. Аэлита улыбнулась и, помахав ей рукой, удалилась.

Вечером отец поведал Аэлите о том, что она – не простая девочка, а – девочка – птица, и принялся обучать её законам полета, радуясь, что его дочь такая талантливая ученица. Аэлита поглядывала на матушку и улыбалась. Церера одобрительно кивала головой, благодаря дочь за умение хранить тайны. Теперь она была спокойна за Аэлиту. Теперь они могли втроем подниматься в потемневшее небо и любоваться уснувшей землей с высоты птичьего полета.

Когда Аэлите исполнилось десять лет, ее вместе с другими детьми привели к храму Земного Вдохновения. Здесь было не так возвышенно и торжественно, как у храма Небесной Гармонии. Мальчики и девочки, ожидающие выхода хранителей земных тайн, были одеты в яркие разноцветные одежды. Одна Аэлита в своем белоснежном платье, расшитом небесно – голубыми нитями, выделялась среди других детей. Она к тому же была чуть выше ростом, держалась спокойно и независимо, зная, что ее ни за что не выберут. А ее выбрали сразу.

Пятеро седовласых старцев в изумрудных одеждах спустились по покатым ступеням и замерли, скрестив на груди руки. Дети проходили мимо них, останавливаясь на миг перед старцем, облаченным в золотую мантию и высокий конусообразный головной убор. Если старец протягивал руку, то ребенок становился избранником земного вдохновения.

Когда подошла очередь Аэлиты, она решительно шагнула к старцу и, глянув в его прозрачные глаза, улыбнулась. Старец удивленно вскинул брови и протянул к ней обе руки. От неожиданности Аэлита сделала несколько шагов назад, но распорядители подхватили ее под руки и повели к лестнице, зашептав:

– Радуйся, девочка, ты стала избранницей земного вдохновения! Ты получила двойное признание от старца. Это очень хороший знак. Тебя ждет большое будущее.

– Нет, нет, – зашептала Аэлита, пытаясь высвободиться. – Старец, верно, ошибся. Я вовсе не достойна обучаться…

– Будет лучше, если ты перестанешь спорить, девочка, – приказал один из распорядителей.

– В храме Земного Вдохновения не любят болтливых, – сказал другой. – Тех, кто много говорит, ждет суровое наказание. Запомни это, девочка.

Аэлита прикусила губы, вспомнив строгий взгляд матушки и тихие ее слова:

– Помни, Аэлита, ты – не простая девочка, ты – хранительница нашей тайны, о которой не должен знать никто. Пока не должен…

– Я буду хранить молчание, – пообещала Аэлита, а сама чуть было не проболталась.

– Мне надо притвориться немой, – решила Аэлита, поднимаясь по пологой лестнице, исписанной буквами и знаками, к усеченной пирамиде храма Земного Вдохновения. – Тогда никто не станет приставать ко мне с ненужными расспросами.

Шагая рядом с другими избранниками, Аэлита испытывала чувство удивления и радостного восторга ребенка, которому позволили узнать то, что неведомо другим. У массивных бронзовых дверей, украшенных замысловатыми письменами, Аэлита замерла и, оглянувшись, послала воздушный поцелуй родителям, разглядеть которых среди яркого многолюдья было невозможно. Прежде чем строгий распорядитель подтолкнул Аэлиту в спину, она увидела взметнувшуюся вверх небесно – голубую косынку Цереры. Аэлита вздохнула с облегчением и исчезла в прохладном полумраке храма. Тогда она еще не знала, что на целых пять лет будет лишена возможности парить в небесной вышине и видеться с родителями.

Распорядители отвели избранников в маленькие кельи, расположенные по периметру пирамиды. Позже Аэлита узнала, что в храме семь уровней. Первые пять для послушников, а шестой и седьмой, расположенные у самой вершины усеченной пирамиды, для хранителей Земного Вдохновения, с которыми Аэлита виделась лишь дважды: первый раз, когда, глянув в бесцветные глаза старца, стала избранницей, и второй, когда получала из рук старца свиток, позволяющий ей отправиться во дворец Вселенского Единения. Между этими встречами прошло пять лет. За это время Аэлита научилась читать, писать, считать, рисовать, играть на музыкальных инструментах, петь и танцевать.

В свободное время вместе с другими послушниками храма, облаченными в изумрудные одежды, Аэлита затачивала перья, делала краски, смешивая красный гидроксид железа и марганец, резала папирус на равные длинные листы – свитки, на которых потом писали свои произведения поэты, мыслители, философы, историки.

Самым фантастическим местом храма был сад, который располагался в центральной части. В саду росли дивные растения и цветы, которых Аэлита никогда прежде не видела. Экзотические птички, бабочки и стрекозы порхали с цветка на цветок. Прозрачные струи многочисленных фонтанов взлетали вверх, рассыпаясь прохладной водной пылью, освежающей и бодрящей.

Между деревьями петляли ручейки, в которых плескались разноцветные рыбки. А под деревьями стояли ажурные белые скамеечки, на которых послушникам разрешалось предаваться созерцанию нездешней красоты и размышлениям о смысле бытия. Одно огорчало Аэлиту: времени на праздное созерцание у послушников почти не оставалось. Аэлите удалось побывать в саду лишь несколько раз. Но каждый раз, спускаясь в сад, она поражалась переменам, происходящим в природе, с удивлением отмечая, что даже в увядании есть своя прелесть.

В саду Аэлита впервые увидела Ариэля.

Она сидела на ажурной скамеечке и любовалась медленным падением желтой листвы. Вдруг из – за дерева вышел золотоволосый юноша с бирюзовыми миндалевидными глазами и, немигая глядя на Аэлиту, проговорил:

– Как жаль, что нам нельзя посидеть рядом и поболтать. Мне кажется, у нас с тобой много общего. Ты все время садишься на эту скамеечку и смотришь на это дерево. У тебя такие грустные глаза, как у птички, попавшей в неволю… Не печалься, время летит стремительно. Скоро ты станешь свободной, и тогда мы сможем говорить с тобой безумолку. Я буду ждать тебя у Синих гор… Запомни, Аэлита.

– Откуда ты знаешь мое имя? – удивленно спросила она.

– Мне нашептало его земное вдохновение, – улыбнулся он.

– Ариэль! – раздался с высоты строгий голос.

Аэлита вздрогнула, подняла вверх голову и замерла, залюбовавшись голубым небом с белыми барашками облаков, которое было видно через прозрачную плоскость усеченной вершины. Когда Аэлита опустила голову, юноши под деревом уже не было.

– Я буду ждать тебя у Синих гор, – зазвучал в ее мыслях тихий голос Ариэля.

– Где же я найду эти Синие горы? – подумала Аэлита, поднимаясь со скамейки.

С той поры, отправляясь в сад, она с нетерпением ждала новой встречи, но тщетно. Золотоволосый юноша больше не появлялся. Постепенно, увлекшись занятиями, Аэлита перестала думать о нем. Все чаще она стала вспоминать матушку и отца, все чаще стали сниться ей сны, возвращающие в те счастливые времена, когда они втроем парили над уснувшей землей. Пробудившись, Аэлита рисовала замысловатые узоры, увиденные во сне.

– Ты достигла высот вдохновения, – разглядывая ее картины, сказал хранитель тайн живописи. – Никто до тебя не делал ничего подобного.

Потом Аэлиту вызвали в большой зал шестого уровня, где седовласые старцы молча разглядывали ее картины, совершенно не похожие на картины других послушников, которые рисовали лишь то, что видели в стенах храма. А на картинах Аэлиты упирались в небеса горы, покрытые снегом, вздымались грозные морские волны, возвышались над землей зубчатые скалы, причудливо испещренные гротами и пещерами, жались друг к другу пагоды, украшенные золотыми драконами, ажурные мосты выгибали белоснежные спины, а карликовые деревья роняли свою ярко – красную листву.

– Где ты все это увидела? – спросил старец с бесцветными глазами.

– В своих снах, – не моргнув глазом, солгала Аэлита.

– Во снах? – переспросил старец, внимательно посмотрев на Аэлиту. – Раз уж Земное Вдохновение наделяет тебя такими дарами, то мы непременно должны отправить тебя во дворец Вселенского Единения.

Старец трижды хлопнул в ладоши и громко проговорил:

– Ариэль, принеси свиток.

Когда юноша вошел в зал, Аэлита почувствовала что краснеет, и низко опустила голову. Сердце ее взлетело вверх и камнем рухнуло вниз, кровь запульсировала морским прибоем, с шумом разбивающимся о скалы. Слова старца утонули в этом шуме. На миг Аэлите показалось, что она оглохла, но тихие слова юноши вернули ее в реальность.

– Следуйте за мной, – сказал Ариэль, взяв Аэлиту за руку.

– Помни, Аэлита, ты – единственная девушка, избранная Земным Вдохновением для служения во дворце Вселенского Единения, – грянул за спиной Аэлиты хор голосов.

– Единственная, единственная, кто знает настоящую тайну, – застучало в висках.

– Единственная девушка – птица, – всплыли в подсознании матушкины слова.

– Единственной быть почетно и очень ответственно, – крепче сжав руку Аэлиты, сказал Ариэль.

Аэлита решилась поднять на него глаза, с удивлением обнаружив, что юноша одет в наряд старшего хранителя Земного Вдохновения.

– Я – джалледин – поэт, музыкант, философ, помогающий людям, живущим в Запретном городе подготовиться к восприятию высших откровений, – проговорил Ариэль, уловив удивленный взгляд Аэлиты.

– Джалледин, – повторила она и улыбнулась. – Скажи, а где находятся Синие горы, возле которых ты назначил мне встречу?

– За вратами Боевого Духа, – ответил Ариэль. – Дворец Вселенского Единения находится в Запретном городе, попасть в который можно через главные ворота. Но только посвященные знают, что есть еще врата Боевого Духа, за которыми возвышаются Синие горы.

– Странно, родители никогда не говорили мне о Запретном городе, – проговорила Аэлита.

– Ничего странного, – улыбнулся Ариэль. – Запретный город – это одна из тайн, доступная немногим. Теперь ты принадлежишь к их числу.

Ариэль крепче сжал руку Аэлиты и повел ее неприметной тропкой, петляющей среди пышной растительности, все дальше и дальше от родительского дома, от храмов Земного Вдохновения и Небесной Гармонии, от привычных с детства мест.

– Странно, почему мы никогда не летали в эту сторону? – подумала Аэлита, вспомнив уроки матушки и отца.

– Ты скучаешь по родителям? – спросил Ариэль.

– Да, – тяжело вздохнула Аэлита. – Очень – очень скучаю.

– Потерпи немножко, – сказал Ариэль. – Скоро ты сможешь их повидать. В Запретном городе меньше запретов, чем в храме. Ты сможешь делать все, что тебе захочется, вот только ты не должна рассказывать о Запретном городе никому из непосвященных.

– И всего-то? – улыбнулась Аэлита.

– Да, – ответил Ариэль. – Я рад, что ты улыбаешься. Твои глаза светятся счастьем. Дух свободы окрыляет тебя…

– Да нет же, я… – воскликнула Аэлита и замолчала, испугавшись, что чуть было не проболталась о своем чудесном даре.

– У нас еще будет время обо всем поговорить, – улыбнулся Ариэль. – Не стоит торопиться. Сейчас я провожу тебя к императору во дворец Вселенского Единения, а вечером, когда зайдет солнце, буду ждать тебя у Синих гор.

 

Главные ворота Запретного города распахнулись, и Аэлита увидела золотой дворец в виде распускающегося лотоса, окруженный множеством стреловидных башен. К дворцу вела ровная дорога, вдоль которой восседали грозные золотые львы с массивными гривами. За дворцом был разбит великолепный парк, за ним по правую и левую стороны возвышались островерхие храмы, а чуть поодаль размещались куполообразные дворцы.

Широкие водные артерии, окрашенные в разные цвета, перерезали город с севера на юг и запада на восток.

– Синяя река заканчивается у ворот Боевого Духа, – сказал Ариэль.

– Я запомню, – прошептала Аэлита.

На ступенях дворца появился человек в перламутровом одеянии и, сложив руки домиком, поклонился:

– Руми.

– Руми, – ответил Ариэль, протянул человеку свиток и поспешно удалился.

Оставшись одна, Аэлита испытала растерялась. От изобилия золота у нее закружилась голова и подкосились ноги. Человек в перламутровых одеждах ловко подхватил ее под руку и ввел во дворец. Он усадил Аэлиту на мягкие подушки, подал бокал холодной воды, влажным платком растер ей виски и, улыбнувшись, спросил:

– Вы впервые в Запретном городе? – Аэлита кивнула. – Золото сводит с ума даже привыкших к роскоши. Некоторые не могут прийти в себя больше суток. Как вы себя чувствуете? – участливо глянув на девушку, проговорил он.

– Спасибо, уже лучше, – смущенно ответила Аэлита.

– Вы готовы последовать за мной в тронный зал?

– Да, – ответила Аэлита, вставая.

Человек в перламутровых одеждах привел ее в прямоугольный зал с высокими колоннами из темно – красного мрамора, украшенными тончайшей золотой филигранью, и удалился. Оставшись одна, Аэлита несколько минут стояла на месте, боясь пошевелиться, но любопытство пересилило. Она оглянулась по сторонам и на цыпочках подошла к золотым ступеням, ведущим к трону, возле которого расположились разные животные и птицы со стеклянными глазами. На краткий миг Аэлите показалось, что животные следят за ней через стекла зрачков. Она испуганно попятилась назад и ощутила на своих плечах чьи-то крепкие руки.

– Руми! – раздался за ее спиной веселый голос.

– Руми, – прошептала Аэлита, повернув голову, чтобы увидеть того, кто стоял позади.

А он уже кружился вокруг неё, взмахивая фалдами длинного плаща вверх – вниз, словно птица крыльями. Движения человека были такими легкими и грациозными, что Аэлита приняла их за ритуальный танец приветствия. Не зная, что делать, она прижала руки к груди, боясь нарушить неведомую ей церемонию.

Человек в черном, расшитом золотом плаще, трижды обежал вокруг нее, трижды прокружился пред ней и замер, приподняв правую руку вверх, а левую опустив вниз. Мгновение они стояли друг против друга. Затем человек бросил свой плащ к ногам Аэлиты и медленно пошел к трону.

– Неужели, это император? – подумала она, внимательно разглядывая его белоснежные одежды украшенные замысловатым золотым орнаментом.

– Руми! – усевшись на трон, проговорил император.

– Руми, – поклонилась ему Аэлита.

– Тебя, верно, удивило мое поведение? – чуть прищурившись, спросил император.

– Немного, – улыбнулась Аэлита.

– Ты первая, кто сказал мне правду, – проговорил император, пристально глядя на нее своими черными глазами. – Мой странный танец называется «Сама». Он состоит из трех этапов: первый – слепота сознания, второй – преобразование чувств и третий – очищение души. Танец помогает мне понять иллюзорность окружающего нас мира. Белые одежды под черным плащом символизируют наличие души под телесной оболочкой. Движения рук означают прием и передачу знаний, – император улыбнулся. – Наш дворец не случайно назван дворцом Вселенского Единения. Именно здесь соединяются Небесная Гармония и Земное Вдохновение, и рождается обновленное сознание, обновленный человек сотворенный по образу Бога.

Император поднялся с трона, легко сбежал вниз по ступеням, подхватил свой черный плащ и, набросив его на плечи Аэлиты, сказал:

– Я рад приветствовать тебя в Запретном городе, городе избранных. Если ты захочешь побывать за его пределами, посмотреть на простолюдинов, воспользуйся этим плащом, этим символом бренной телесной оболочки. Но прежде дай мне слово, что никто не узнает, где ты теперь живешь. Ты никому не расскажешь о Запретном городе. Никто не должен видеть, откуда ты приходишь и куда ты уходишь.

– Обещаю, – проговорила Аэлита, внимательно разглядывая правильные черты лица императора. Чуть заостренный нос, тонкие губы, большие черные глаза, темные слегка волнистые волосы, светлая кожа. Строгий проницательный взгляд.

– Мне сообщили, что ты рисуешь необыкновенные картины, которые снятся тебе во снах. Это верно? – спросил император. Его голос звучал властно, но в нем было что-то магически притягивающее, завораживающее. Аэлите хотелось, чтобы император говорил, говорил, говорил. Она лишь утвердительно кивнула в ответ на его вопрос. Он улыбнулся и продолжил свою речь:

– Я задумал строительство дворца Высшей Гармонии. Лучшие архитекторы предложили мне свои проекты, лучшие художники – свои картины, лучшие ткачи – ткани, лучшие кузнецы – резные барельефы, но… – император развел руками и горестно вздохнул. – Но я никак не могу найти то, что мне надо. Никто не предложил мне ничего оригинального. Может быть, ты, Аэлита, увидишь мой новый дворец в своих снах?

Император крепко сжал ее плечи и нежным голосом проговорил:

– Я не тороплю тебя, дитя мое. Я даю тебе полную свободу. Поброди по Запретному городу, загляни в самые дальние, самые потаенные уголки, чтобы ничто не осталось скрытым от тебя, а потом предложи мне та – а – а – кое, о чем никто из нас и помыслить не мог.

– Боюсь, что мне не справиться, – прошептала Аэлита. – Я – простая девушка…

– Которая видит во снах фантастические страны, – погрозил ей пальцем император. – К тому же, у тебя не простое имя. Тебя зовут Аэлита – девушка – птица. Неужели ты думаешь, что я поверю в твое простое происхождение?

Аэлита покраснела и поспешно опустила голову. Император дотронулся до ее подбородка кончиками пальцев, заставив смотреть ему прямо в глаза, и строго сказал:

– Возможно, ты не умеешь летать наяву, но зато ты видишь крылатые сны. Верно? – Аэлита кивнула. – Значит, ты справишься с моим заданием. Ступай. Я велел поселить тебя во дворце Небесной чистоты.

Аэлита поклонилась и отправилась следом за человеком в перламутровых одеждах.

Дворец Небесной чистоты находился в дальней части Запретного города почти у самых ворот Боевого духа. Это очень обрадовало Аэлиту. Обрадовало ее и то, что внутреннее убранство дворца Небесной Чистоты было изысканно строгим. Аэлите отвели небольшую комнатку с видом на парк, в котором росли стройные высокие кипарисы и сосны. Любуясь красками заката, Аэлита думала о скорой встрече с родителями и Ариэлем, о том, что она наконец-то сможет воспарить над землей, ощутив необыкновенное чувство свободного полета.

Едва погасли последние солнечные лучи, Аэлита надела черный плащ императора и поспешила к Синим горам. Она бросилась к Ариэлю, как к давнему другу, крепко сжала его руки и выдохнула:

– Как я рада тебя видеть! Какое счастье, что я могу говорить с тобой, расспрашивать тебя о законах и правилах Запретного города. Ты ведь подскажешь мне, как овладеть своим духом, чтобы не пропустить откровения свыше?

– Конечно, – улыбнулся Ариэль. – Ведь у нас впереди целая вечность.

Он проводил Аэлиту к родительскому дому и исчез в ночном тумане.

– Аэлита! – воскликнула Церера, распахивая дверь.

– Матушка, – прошептала Аэлита, бросившись в ее объятия.

– Ты стала настоящей красавицей, Аэлита, – поцеловал ее в лоб отец. – Жаль, что мы не видели, как ты росла, как из птенца превращалась в грациозную птицу.

– Там в храме я не могла летать, – проговорила Аэлита. – Но зато я видела крылатые сны, возвращающие меня в детство. Давайте же умчимся в ночную высь, как раньше!

– Не сегодня, – проговорил Лерол, покачав головой.

– Почему, отец? – удивилась Аэлита.

– У нас впереди целая вечность, – улыбнулась Церера. – Не стоит торопиться, дочка.

Аэлита вздрогнула, уловив в словах матери какую-то обреченность.

Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»