Мальчишкам до 16 и старшеТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Хочу, чтобы меня похитили инопланетяне.

У них лазерные мечи и много еды.

Из сочинения ученика 7-го класса

Введение
Прочитай, может, полегчает…

Однажды я отправился в поликлинику на предмет общего обследования организма. Во время одной из процедур, кажется, это был рентген, мне велели выпить целый стакан бария – похожей на сметану безвкусной жидкости. Барий я выпил, рентген мне сделали, и я отправился по остальным кабинетам.

Болтался по поликлинике целый день, и целый день на меня смотрели как-то странно. Будто я несколько того, слегка ку-ку… Некоторые даже смеялись.

Страшная правда раскрылась только вечером, когда я заглянул к терапевту. Терапевта на месте не оказалось, в кабинете была только медсестра. Она поглядела на меня с интересом, рассмеялась и спросила, неужели никто мне не сказал, что после бария надо мыть физиономию?

Выглядел я действительно как придурок. Половина лица, до глаз, была измазана похожей на мел и уже начавшей трескаться массой.

Настоящая белая смерть.

Возвращаясь домой, я злобно думал. Думал о том, что прочитал целую кучу книжек и ни в одной из них не говорилось, что после приема бария надо мыть физиономию. Почему? Почему мне не попалась книжка, в которой содержался бы набор советов на совершенно разные случаи жизни. От рекомендаций по методике стекления окон до рецепта приготовления национального австрийского пирога штруделя. Наверняка такие книжки существуют, наверняка они уже написаны кем-то, только вот их, скорее всего, утаивают в секретных хранилищах…

Конечно, когда я стал старше, то понял, что такой универсальной книжки быть не может. И даже больше – познавательные книжки все, как правило, специальные. Сплошные «введения» да «основы». «Введение в зубологию» или «Основы белибердистики». И тематика у них все больше прикладная – на самом деле оконно-стеклильная и слоено-пирожная. Про то, как победить в себе страх перед девчонками, или как научиться жить с собственными родителями, или как додавить в себе оставшуюся еще со школы привычку постоянно оглядываться, прогуливаясь по улице, – про все про это в подобных книжках нет.

Про то, как вести себя с собственным сыном, который в четырнадцать лет стал совершенно неуправляемым, а в шестнадцать первый раз назвал отца уродом, – тоже.

Эта книжка – попытка рассказать о какой-то части проблем, так или иначе затрагивающих людей от десяти до шестнадцати лет. Поскольку проблемы, не решенные в этом возрасте, тянутся во взрослую жизнь.

Как недолеченная ангина.

Впрочем, не стоит думать, что там, за рубежом шестнадцати или восемнадцати лет, не будет проблем. Будут. Хулиганы, непонимание родителей, слабое здоровье, прыщи, низкий рост, замысловатая фамилия, старший брат-идиот… Все это никуда не денется. Восприниматься будет по-другому, но не рассосется.

А сейчас… Сейчас школа, уроки, физкультурник, который повадился срывать на тебе раздражение по поводу своей неудачной жизни. Который зовет тебя Недомерком и вечно грозит «парой» в полугодии. Будущее, которое непонятно, неопределенно, но которое надвигается локомотивными темпами и спрятаться от которого вряд ли получится.

Впрочем, до будущего еще далеко. На дворе у нас счастливое настоящее.

Пример

ДЕТСТВО ЗА КОРМОЙ

Первого сентября в восемь часов утра я отправился в школу с букетом цветов, в новеньком синем костюме и в белой куртке одной очень известной фирмы. Это был десятый класс, детство, как мне казалось, осталось за кормой, я чувствовал себя большим и взрослым.

Того же первого сентября в два часа дня я вернулся домой. Костюм на спине лопнул, сумка была разорвана по борту, белая куртка одной очень известной фирмы исполосована сочными грязевыми восьмерками. После уроков меня вместе с моим другом угораздило нарваться на шайку неизвестных великовозрастных хулиганов. Раньше взрослые хулиганы к нам, соплякам, не цеплялись, теперь вот, видимо, время пришло.

Друг отделался раскрошенным наполовину левым нижним клыком – изящный удар головой в челюсть. Но он особо не расстраивался – этот зуб у него был еще молочный.

Мне повезло меньше. Мне пришлось играть в «собачку». Для тех, кто не знает: хулиганы отбирают у тебя рюкзак или сумку и перекидывают ее друг другу, а ты должен эту сумку ловить. Для стимуляции активности тебя сдабривают пинками, подзатыльниками и легкими зуботычинами. В результате урон наносится в основном не тебе, а твоей одежде. Что со мной и произошло.

С цветами ничего не стало – я успел их вовремя вручить своей классной руководительнице.

Вернувшись домой, я, как мог, замел следы случившейся со мной беды и стал думать. Ровно год назад, в прошлое первое сентября, матушка, глядя на мою кислую физиономию, сказала, что я совершенно зря так напрягаюсь. Детство – самое лучшее время в жизни, так говорила мать. Самое-самое.

Теперь, пытаясь зашить вдетой в иголку японской леской (мне казалось так крепче) прореху в пиджаке, я понял, что она была права. Детство на самом деле самое счастливое время в жизни.

Потому что дальше все будет только хуже.

Если ты читаешь книжки, любые – детективы, фантастику, про то, как построить своими руками дирижабль, про то, как пойти в лес в феврале и набрать корзину сморчков, так вот если ты читаешь книжки, то это означает, что ты человек с фантазией. Что ты иногда думаешь: «А что было бы, если бы я родился во времена татаро-монгольского нашествия?» Или «Если бы я умел летать – успел бы я за сутки смотаться в Америку и обратно?»

Коли тебя посещают такие мысли, поздравь себя – ты фантазер и мечтатель.

Иначе ты бы не стал читать никакие книжки вообще.

Иногда, особенно часто почему-то в поезде, на меня накатывает философское настроение. И я начинаю думать примерно так: а что было бы, если бы я нынешний смог посоветовать что-нибудь себе прошлому. Вернуться назад и взять свою судьбу за ее волосатые пятки…

Как бы я был крут!

Сколько бы сделал и сколько бы не сделал. Чего бы добился. Сколько времени не пошло бы псу под хвост. Сколько нервов и сил не было бы потрачено… Ну и так далее. Наверное, каждый человек, дотянувший лет до восемнадцати, уже фантазировал на эту тему. Потому что уже к восемнадцати человек начинает понимать, что предыдущие годы были прожиты не совсем толково.

Скорее, бестолково.

Только вот все эти фантазии с практической точки зрения – абсолютная и полная бессмыслица. Пользы от них никакой, разве что с их помощью можно немножечко пощекотать себе нервы и скоротать время в пути от Москвы до Екатеринбурга.

Вернуться назад и исправить ошибки нельзя. Есть ли способ этих ошибок избежать?

Нет.

Нет. Углубившись в этот текст, ты будешь довольно часто встречать ответ «нет» на разные животрепещущие вопросы. Потому что на некоторые вопросы существует лишь такой ответ.

Нет.

Полностью избежать ошибок нельзя.

Но… Можно свести их количество к минимуму. Как?

Воспользоваться опытом тех, кто детство уже пережил. Только вот в тринадцать лет каждый сам себе фишка и прислушиваться к рекомендациям родителей, бабушек и дедушек никто не собирается.

Советы, щедро выдаваемые сверстниками, могут быть попросту опасны – вряд ли твои приятели-балбесы могут присоветовать что-нибудь путное. Даже, наоборот, фигню какую-то посоветуют – ведь всегда хорошо, когда твоему ближнему плохо. Умный человек их советы пропустит мимо ушей и будет жить дальше.

Вообще любой совет – штука довольно сложная. Слишком уж общая, а жизненные ситуации требуют конкретики. Поэтому лучший из возможных советов – не слушать ничьих советов. Думать самому. И эта книжка не пособие по выживанию в мегаполисных джунглях, а скорее повод для размышлений. И выводов.

Почитай, поприкидывай, подумай.


Детство – странная штука. Многие на самом деле считают, что это лучшее время в жизни человека. Самое светлое, самое доброе, самое счастливое.

Я согласен с этим. И не согласен тоже.

Детство на самом деле лучшее время в жизни. Но… Оно лучшее время в жизни потому, что потом, после детства, наступают времена еще более плохие, об этом уже говорилось выше. И все же, если бы мне предложили пережить детство еще разок, я бы вряд ли согласился.

И многие не согласились бы.

Если оглянуться и посмотреть назад трезвым взглядом, если отбросить все ахи и вздохи по поводу куличей в песочнице и ностальгию по трехколесному велосипеду и бабушкиным оладьям, то легко понять, что по большому счету там, в этом самом лучшем времени, хорошего на самом деле не так уж и много.

Может быть, плохого даже больше. Недаром ведь все так стремятся побыстрее вырасти. Вырасти и забыть. Память тут, кстати, первая помощница – хранит хорошее, выбрасывает плохое.

Все светлые воспоминания детства связаны с тем, что мир, который ты видишь в детстве, огромен и необычен. Расстояние от бабушкиной калитки до колодца равно расстоянию от Москвы до Находки, а то и дальше. До Луны. Если говорить образно, ты не знаешь, что там, за поворотом.

Потом ты узнаешь, что там, за поворотом, и тебе сильно-сильно захочется вернуться в то время, когда ты еще не знал, что за этим самым поворотом сплошная ерундень. В то время, когда ты надеялся, что там сплошной мармелад.

Один учитель одной средней общеобразовательной школы, глядя, как ученики на перемене развлекаются тем, что цепляются за проезжающие мимо грузовики и скользят за ними по обледенелой дороге, сказал, что детство похоже на минное поле. Каждый шаг таит опасность, каждый прыжок может обернуться малоприятными последствиями. Чуть влево – чуть вправо – и все, дырка в голове. И продемонстрировал список погибших учеников школы за десять лет. Погибших не в войнах, не в авиакатастрофах, а на улицах города и дома.

 

Список был довольно внушительный.

«Я его показываю каждой новой параллели, – сказал педагог. – Все читают, удивляются. И продолжают кататься за грузовиками по льду. На минное поле им плевать».

Я с ним вполне согласен. Плевать. Ведь в самом деле пережить детство без потерь – большая удача. Значительный процент поломанных рук и ног приходится как раз на период от десяти до шестнадцати лет. Неудивительно – велосипеды, лазание по деревьям и сальто вниз головой с гаража в сугроб мало способствуют сохранности опорно-двигательного аппарата.

А страхи? А комплексы, которые расцветают буйным цветом на пустом месте? А психозы, посещающие четырнадцати-шестнадцатилетних подростков с завидной регулярностью?

Вообще опасных для здоровья и рассудка ситуаций в детстве встречается даже больше, чем во взрослой жизни. И поэтому эта книжка может быть интересна прежде всего тому, для кого детство – не веселая прогулка с отцом в парк аттракционов, а путешествие по долине гейзеров. Тому, у кого глаза кролика-альбиноса от просиженных за монитором часов. Тому, кто в двенадцать лет, чтобы позабавить сестренку, пришивает к мозолям на руках разноцветные пуговицы. Потому что с одиннадцати лет ему уже приходилось вкалывать на дурацкой папашиной свиноферме.

Если тебе не очень уж плохо, если ты учишься не в обычной школе, а в учебном заведении типа лицея, где в программе бальные танцы и фехтование, тебя вряд ли беспокоят несостыковки с физкультурником или, напротив, состыковки с хулиганами. Зато у тебя наверняка имеются вопросы по поводу происков твоих «друзей», по поводу общения со сверстницами и холодной войны с родителями. По поводу страхов. По поводу комплексов. Да мало ли еще какие вопросы возникают у человека от десяти до шестнадцати лет. И даже если ты не найдешь нужных ответов, то сможешь взглянуть на свои проблемы по-другому. И не исключено, что они не покажутся тебе такими уж страшными.

Тем же счастливчикам, у кого трудностей нет вообще, тоже будет интересно – всегда приятно осознавать, что тебя проблемы обходят стороной. Я в детстве обожал читать книжки про французских оборванцев. Читал и радовался, что у меня есть дом, обед и телевизор. Что у меня все более-менее в порядке. Это укрепляет сердечно-сосудистую систему.

И взрослым интересно будет. Вернее, полезно. Вдруг случится чудо, и взрослые попробуют оглянуться назад, сумеют посмотреть на свое детство чуть по-другому, сумеют протереть глаза и вытащить из ушей бананы. И если они попробуют хоть краем уха услышать своих детей, значит, они не совсем потерянные типусы. И, выражаясь высокопарным языком, установление контакта между родителями и детьми – существами, по сути, с разных планет – станет возможным.

И еще. Эта книжка напомнит взрослым, что их дети – капризные, вздорные, вредные и непослушные – существуют в мире непрекращающейся войны.

В мире детства.

В мире, где проблемы, смешные для взрослого человека, разрастаются до вселенских масштабов и могут не просто покалечить. Могут убить. И пусть взрослые станут более терпимыми, добрыми и, самое главное, понимающими.

Девочкам.

В эту книжку будет интересно заглянуть и девчонкам. Хотя сама книжка и предназначена для мальчишек, но девчонки ведь должны знать своего противника в лицо!

Так что вперед.

Прочитай, может, полегчает.

Глава 1
Комплексы
Правила крысобоев

Вводный пример

СКОРБНАЯ ИСТОРИЯ БОРЬБЫ ДЕВЯТКИНА С ИУДУШКОЙ ГОЛОВЛЕВЫМ

С Девяткиным жил Иудушка Головлев. Жил не в одной комнате, нет. Если бы Иудушка поселился еще и в девяткинской комнате, Девяткин бы точно рехнулся. И наложил бы на себя руки.

Иудушка Головлев жил внутри Девяткина.

Как-то раз, еще в начальной школе, классная руководительница заметила сходство Девяткина с одним из самых неприятных героев Салтыкова-Щедрина. И озвучила – в те времена учителя особенно с детишками не церемонились: что думали, то и говорили. И делали тоже.

Так, один мальчик на уроке рисования отказался изображать предложенного в качестве модели Эдика Геворкяна, сказав, что это не модель для рисования – у него слишком уши оттопыренные и нос картошкой. За что рисовальщица поставила этого мальчика на табуретку, на шею ему привесила табличку с надписью «националист» и продержала так до конца урока. Кто такие националисты, никто тогда толком не знал, но факт стояния на табуретке перед всем классом был весьма унизительным.

Все сорок минут урока «националист» обливался слезами.

Так вот классная руководительница сказала Девяткину, ты, мол, Девяткин считаешь хорошо, недаром на Иудушку Головлева похож. Класс восторженно грохнул: «Иудушка, Иудушка!» Что означало это слово, никто тоже не знал, даже приблизительно. В том числе и сам Девяткин. Но оно чрезвычайно всем понравилось, и целую неделю Девяткина дразнили Иудушкой. Потом, конечно, забыли, переключились на кого-то еще.

А Иудушка остался. И стал жить с Девяткиным. Правда, тогда, сразу, Девяткин этого не заметил. Но просто так, для общего развития, решил узнать, кто такой этот Иудушка. Он заглянул в справочник по русской литературе и выяснил про Иудушку и всю его компанию. И даже изображение Иудушки нашел. И ужаснулся – он и в самом деле был весьма похож на Иудушку.

Маленький, остроносенький, тощий. Подбородок скошен. Уши острые.

Иудушка – и Иудушка. Девяткин испугался, что он, возможно, не только внешне похож на этого персонажа, но и внутренне – не зря же учительница так сразу его определила. И стал читать саму книжку, стараясь выяснить, насколько он схож с Иудушкой характером.

За месяц одолев приключения Иудушки, Девяткин успокоился – на этого негодяя он походил лишь снаружи.

Однако успокоился он рано. Очень скоро Девяткин понял, что Иудушка – не такой простой парень. Иудушка уже подкрался к Девяткину на расстояние броска. Он притаился. И ждал только удобного случая. А может, уже и дождался…

Девяткину стало казаться, что все вокруг знают, что он Иудушка, за глаза его так называют и улыбаются за его спиной. И всеми силами Девяткин стремился не походить на Иудушку.

И все больше и больше, как ему казалось, на него походил.

Куда бы Девяткин не пришел, ему сразу же начинал мерещиться легкий шепоток: «Иудушка, иудушка, иудушка…» Трудно придумать что-либо хуже Иудушки. Иудушка – это как справка. Кто будет дружить с Иудушкой? То-то и оно.

Вот и Девяткин ни с кем не дружил, сидел на задней парте и вообще был букой. Он, конечно, рад был бы с кем-нибудь задружиться, но боялся, что едва попытается это сделать – ему сразу же ответят, что приличные люди с Иудушкой не водятся.

Девяткин ненавидел Иудушку. Как ненавидел и господина Салтыкова-Щедрина, в девятнадцатом веке стряхнувшего этого мерзавца с кончика своего талантливого пера. Ненавидел и боролся с Иудушкой всеми силами.

Он стригся накоротко, тренировал перед зеркалом гримасу, отличную от выражения лица Иудушки, изучал первоисточник, чтобы не быть похожим на Иудушку. Борьба с Иудушкой стала поглощать почти все свободное время Девяткина. Он шлифовал антииудушкинскую маску, занимался в кружке фехтования, даже одну военно-спортивную секцию посещал.

Но Иудушка не сдавался. Стоило Девяткину посмотреть в зеркало, он видел в нем Иудушку. В конце концов однажды, это было уже классе в восьмом, Девяткин спросил у отца, со скольких лет можно делать пластические операции. Отец насторожился и постепенно вытянул из Девяткина всю скорбную историю его борьбы с Иудушкой Головлевым.

После чего потащил Девяткина к своему знакомому психологу.

Эту историю, кстати, рассказал сам психолог, естественно, изменив фамилию своего юного пациента. Комплекс неполноценности, развившийся у Девяткина из-за худобы, низкого роста и не очень симпатичного лица, при столь забавном стечении обстоятельств оформился в образ Иудушки. И начал собственную жизнь.

Психолог сказал, что Девяткина привели к нему как раз вовремя – Иудушка набирал силу и неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не визит к специалисту.

Специалист разделался с Иудушкой быстро и весьма ловким способом. Он сказал Девяткину, что к нему уже приходило три человека с просьбой избавить их от Иудушки и он тех парней от персональных Иудушек легко избавил.

Девяткин даже расстроился. Он считал, что он один такой уникум, и неприятно удивился, узнав, что их, оказывается, много. И Иудушка скоро рассосался.

Но с проблемой физической слабости Девяткину пришлось справляться самому.


Информация

Иудушка Головлев – персонаж романа М. Е. Салтыкова-Щедрина «Господа Головлевы».

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин – русский писатель.

Начнем.

Начнем с самого неприятного, а значит, с самого интересного. С комплексов неполноценности и причин, которые их вызывают. Если ты высок, мускулист, красив и умен, колешь лбом грецкие орехи и выжимаешь полуторапудовую гирю двадцать раз, можешь смело пропустить эту главу.

Она не для тебя.

Она предназначена для тех, кто низкоросл, коряв, прыщеват, уродлив, жирен, задохл, рыж, хрящеух, желтозуб, чесоточен, ну и так далее – список можно продолжать сколько угодно.

У кого родители алкоголики.

У кого идиотская фамилия.

Кого считают трусом.

Кто сам себя считает трусом.

Это глава для тех, кто проиграл борьбу со своими недостатками, не начав с ними даже толком бороться. И для тех, кто все-таки не плюнул на себя и не смирился, а пытается что-то сделать.


Что такое комплексы неполноценности? Если совсем упрощать, комплекс неполноценности – это ощущение человеком своих физических или психических недостатков. А также связанное с этим острое чувство душевного дискомфорта. Для удобства и краткости все комплексы неполноценности будем называть сокращенно – КН.

Они есть у всех. У тебя нет хотя бы одного, пусть самого маленького КН, можешь поздравить себя: ты – стиральная машина.

В противном случае – добро пожаловать в нашу ба-а-альшу-щую компанию.


КН отравляют нашу жизнь. С момента поступления в школу и до обшитой красивым бархатом гробовой доски. После двадцати лет, конечно, отравляют в меньшей степени, чем до, но все-таки отравляют. КН такие же спутники человеческой жизни, как тараканы и крысы. И так же, как тараканы и крысы, они тяжелоистребимы. И нет такого порошка, которым можно их посыпать и выморить начисто.


Пример

ПРИМЕР ПРО СЕБЯ

История моя заурядна, такие истории происходили и происходят с тысячами несчастных. И будут происходить.

В третьем классе меня перевели в другую школу. Контакта с местной молодежью я не нашел. И с горя стал сидеть дома. И книжки стал читать, чего за мной раньше не водилось.

В результате за год сидения дома я увеличился в объеме почти в два раза.

Разжирел.

И жизнь мгновенно превратилась в ад. Я с трудом влезал в штаны, с трудом втискивался за парту, на физкультуре не мог ни пробежать толком, ни подтянуться. Не говоря уж о таком безжалостном упражнении, как прыжки через коня, которые заканчивались, не успев толком начаться.

Очень скоро, как всякий человек мыслящий, я стал стесняться своего брюха и при этом жутко обижался, когда мне о нем говорили. Я не ходил на вечеринки, на дискотеки, на новогодние и другие вечера. Даже в кино не ходил. Сидел дома. Потому что везде легко было нарваться на «эй, ты, жиртрест». И я очень этого боялся.

И еще одного боялся. Что брюки на заднице лопнут, как в фильмах с Джеки Чаном. При всех. При всем классе. И все будут ржать. Впрочем, однажды это со мной и произошло. К счастью, заметила это лишь моя соседка по парте, которая прищемила меня стулом и сказала: «Ну ты и свинья».

От всех этих переживаний во мне очень скоро прочно утвердился комплекс жирдяя, с которым я прожил, наверное, класса до восьмого. То есть пять лет. И это были не лучшие годы моей жизни. Только ленивый не кинет в тебя камень, если ты отличаешься от других.

Кинет и правильно сделает. Если жирдяев не дразнить, они так навсегда и останутся жирдяями. Не похудеют. Под лежачий камень ведь ничего не течет.

С тех пор прошло много лет. Школьный кошмар остался позади, разве что только снится. Довольно часто снится. И что я скажу теперь?

 

Комплексы – это не так уж плохо! Может быть, даже хорошо. Почему? Потому, что лишь в борьбе с ними ты сможешь по-настоящему закалить характер, научиться реально противостоять трудностям жизни. Научишься побеждать причины этих комплексов.

Те, кто не мучился от комплексов, не боролся с их причинами, те, кому все давалось легко, не знают, что такое сила воли.

И в случае самых незначительных трудностей ломаются и сдаются.

Но и опасность в КН тоже, конечно, есть. Представь, что ты попал в клетку с волком. Выхода нет. И ты хочешь есть, и волк тоже ощущает легкий голод. Или ты его хлопнешь, или он тобой пообедает.

КН – это что-то вроде этого волка. Рано или поздно он попытается тебя сожрать.

Попытается.

И не надо думать, что КН исчезнет сам, постепенно. Ничего само собой не исчезнет. Да, скорее всего, прыщи годкам к восемнадцати с твоей физиономии сойдут, все-таки у большинства людей прыщи – это возрастное.

С морды сойдут, но на душе останутся.

Останутся. Если ты не сведешь эти чертовы прыщи в юности, они останутся с тобой на всю жизнь. Это будут ВНУТРЕННИЕ прыщи, а такие прыщи уже не вытравишь!

А если ты не похудеешь, то будешь всю жизнь похож на борова.

Загляни в любой учебник по психологии, прочитай, ознакомься. Стремление стать сильным и непобедимым – это всего лишь обратная сторона КН. Примерно так.

И все маньяки и человеконенавистники в детстве страдали от КН. Только маньяками и человеконенавистниками они стали не из-за своих комплексов, а из-за того, что у них не хватило сил побороть причину этих комплексов еще в детстве. Ведь КН – это следствие.

Впрочем, в последнее время появилось огромное количество всевозможной утешительной литературы, утешительных передач, видеокассеток для поднятия настроения и тому подобной ерундистики. Смысл всей этой утешительной волны сводится к следующему: ну да, ты не такой, как все. Чуть похуже. Но не волнуйся. Каждый человек, пусть он слишком дохлый или с прыщами, это личность. Уникальное образование. А значит, он ценен сам по себе, несмотря на все его недостатки. А сто пятьдесят килограммов живого веса – ну что же, бывает… Типа научись жить со своими КН, не занимайся самоедством, это разрушает психику, это калечит… Не расстраивайся, в противном случае – стресс, а стресс – это труба…

Самая жалкая позиция.

Расстраивайся!

Если не будешь расстраиваться – никогда не справишься со своими недостатками.

Разрушает и калечит психику, когда тебя каждый день дразнят Чирьем.

Стресс вызывает то, что ты, стесняясь идти в бассейн на уроки плавания, рассказываешь всем, что у тебя экзема. Когда, стесняясь того, что девочки будут смеяться над твоим пузом во время подтягивания, ты заклеиваешь суперклеем «молнии» на зимних ботинках и говоришь, что снять их теперь невозможно! Вот это стресс! Вот это разрушение психики!

И когда утешители советуют тебе не стрессовать, не бороться с комплексами, жить в гармонии с самим собой, они советуют тебе оставить все как есть. И жить с этим дальше. Все эти сказки о позитивном самоощущении и гармонии с собой – чушь! Никаких компромиссов со своими комплексами быть не должно. Или ты их побеждаешь, или они тебя.

Дави своих крыс!

Не учись с ними жить. Дави!


Как бороться с КН?

Сразу договоримся, что КН без причин не бывает. КН без причин свойственны девчонкам. Это им все время кажется, что они слишком толстые, что у них длинный нос или чересчур много веснушек.

У тебя таких комплексов без причин быть не должно.

Если тебе кажется, что ты толстый, значит, так оно и есть. И не стоит слушать заверения своей матушки, что ты просто немножечко расплылся на бабушкиных пирожках, – это не так. Ты просто разжирел, вот и все. И если ты ни разу не можешь отжаться от пола, это не значит, что ты стройный. Это значит, что ты дохлый. И посмотреть правде в глаза – это все равно, что сделать первый шаг к победе над КН.

Не жалей себя и не стремись, чтобы тебя жалели другие.


Теперь поговорим о наиболее часто встречающихся комплексах. Пусть это будет этаким не претендующим, впрочем, на стопроцентную объективность хит-парадом комплексов.

Начнем с самого популярного КН. С комплекса неудачника.


У нас, в России, неудачники появились не так давно, лет пятнадцать назад. Раньше, при советском строе, неудачников быть просто не могло. Во всяком случае, среди взрослых. Среди детей некоторые отклонения допускались. Неудачники тогда назывались педагогически запущенными подростками. Их перековывали пионерия, комсомол, армия. Сейчас их никто не перековывает, кроме разве что школьных психологов, закончивших с горем пополам заочное отделение педвуза.


Информация

Пионеры – детская организация времен Советского Союза – возникла в качестве замены движения скаутов.

Комсомол – коммунистический союз молодежи – юношеская политическая организация опять же времен Советского Союза.

И неудачники расплодились. Из американских фильмов перекочевало даже такое словечко типичное – лузер – от английского «loser» – неудачник или проигравший. Американский вариант и короче, и хлестче, и лучше произносится. Лузер является младшим братом нашего лоха. Но, пожалуй, лох – это все-таки неудачник в возрасте, неудачник с опытом, а лузером может быть и вполне молодой чемодан.

Комплекс неудачника. Самый тяжелый и разрушительный КН, который только можно представить.

Ты смотришь вокруг. Видишь преуспевающих, веселых и довольных жизнью ребят, увлеченно занимающихся спортом, музыкой, каким-нибудь там скалолазанием… И чувствуешь себя червем и полным ничтожеством.

А потом приходишь домой и…

Во многом – в возникновении подобного комплекса – виноваты родители. Не знаю, как ты, но я с детского сада слышал: «Ах, посмотри, какой ты неряха, всю рубашку соком залил! Вот Миша – совсем другое дело! Чистенький, аккуратненький, рубашка всегда заправлена…»

Слово «аккуратненький» я ненавидел больше всего в жизни.

А потом началась школа, и я слышал уже другое: «Опять четверку получил! Посмотри на Сашу, и в секцию ходит, и учится отлично. Ты что, дебил?» Или: «Вот Петр, он не только учится, но еще после учебы полы моет на работе у отца. Деньги зарабатывает. А ты, лодырь, только на диване валяешься да книжки свои читаешь…»

И все в том же духе.

И все в том же духе до бесконечности.

Очень скоро ты начинаешь ненавидеть всех этих Миш, Саш и Петь и желать им чесоточных клещей на голову и печеночных сосальщиков в печень. При всем при этом ты понимаешь, что твоя мать абсолютно права – все эти ребята заняты делом, может быть, даже полезным делом, все они молодцы…

Но ты все равно их ненавидишь. Придумываешь про них пакостные истории (и даже пишешь их убористым почерком на партах), а для них самих генерируешь в огромных количествах не менее пакостные прозвища.

О, как ты ненавидишь этих счастливчиков!

И себя ненавидишь. Ведь ты не такой, как они.

И в тебе начинает расти неудачник.

А родителями комплекс неудачника только подогревается. Как картошка в микроволновке. Хотя причины его, корни, в тебе самом. В том, что ты, в общем-то, не знаешь, зачем живешь на свете. У тебя нет любимого занятия – отсюда пустота и зависть к тем, у кого это занятие есть. И кто преуспел. А родители лишь озвучивают то, что ты и сам подозреваешь.

Чем опасен КН вечного неудачника?

Угнетенной психикой, неверием в собственные силы, боязнью и нежеланием сделать первый шаг, слабостью, замкнутостью, необщительностью, зеленоватым цветом лица, приверженностью к черной одежде.

Можно долго продолжать.

Опасен КН и тем, что может прицепиться к тебе надолго. И тогда из обычного не пришей кобыле лузера ты превратишься в настоящего лоха.

Со всеми вытекающими.


Совет

Избавиться от комплекса неудачника проще простого. Гораздо легче, чем от остальных комплексов. И совет, который придавит твоего личного неудачника, прост.

Начни прыгать на батуте.

Начни разводить кактусы.

Начни изучать компьютер.

Начни писать статейки в газеты.

Займись чем-нибудь!!!

Наверняка папашка все мозги тебе пропилил этим своим: «Займись чем-нибудь, займись чем-нибудь, займись чем-ни-будь…» Вот он – тот случай, когда отца стоит послушать.

Потому что это ПРАВДА.

До, кстати, настоящий ты неудачник или это болезнь роста, выяснится позже. Гораздо позже.

Бывает так, что и после того, как ты с головой окунешься в любимое дело и всей душой прикипишь к секретам клепания компьютерных флеш-мультиков и даже успехов каких-нибудь добьешься, родители все равно будут продолжать тебя немилосерднейше долбать. Не расстраивайся. Это просто означает, что у них тоже имеются комплексы. Только другого порядка.

Впрочем, о родителях и их закидонах мы поговорим ниже.

А пока что – комплекс нищего.

Из комплекса неудачника частенько образуется следующий распространенный КН – комплекс нищего. Нет, ты можешь, кстати, даже не чувствовать себя лузером, но при этом будешь постоянно беситься оттого, что твоему приятелю на день рождения подарили музыкальный центр, а тебе всего лишь новый свитер.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»