Электронная книга

Поймать большую рыбу. Медитация, осознанность, творчество

3.85
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Поймать большую рыбу
Поймать большую рыбу
Поймать большую рыбу
Бумажная версия
$6,08
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

David Linch

Catching the big fish: meditation, consciousness, and creativity

Copyright (c) 2006 by Bobkind, Inc.

© Гардт А. Н., перевод на русский язык, 2017

© Оформление. ООО «Издательство „Э“», 2017

Его Святейшеству Махариши Махеш Йоги


Введение

Идеи подобны рыбам.

Если вы хотите подцепить мелкую рыбешку, оставайтесь на мелководье. Но если речь заходит о большой рыбе, вам придется отправиться дальше.

На глубине водятся мощные огромные рыбы, яркие и прекрасные.

Я нахожусь в постоянном поиске определенного вида рыб. Именно он представляет для меня наивысшую ценность и может быть переведен на язык кинематографа. Однако рыб хватит на всех. Есть рыбы для бизнеса, есть для спорта, словом, на любой случай жизни.

Сущность поднимается с глубины. Современная физика называет глубину единым полем. Чем сильнее расширяются границы вашего сознания и осознания, тем ближе вы подходите к источнику, тем большую рыбу вы способны поймать.

Я практикую трансцендентальную медитацию вот уже тридцать три года. Она стала основным стержнем для моей работы в кино и живописи, а также для остальных сфер моей жизни. Это способ нырнуть поглубже и найти ту самую большую рыбу. В данной книге я хочу поделиться своим опытом с вами.

Первое погружение

Тот йоги, чье счастье сокрыто внутри, удовлетворение сокрыто внутри, чей свет сокрыт внутри, находится в единении с Брахманом и достигает вечной свободы в священной осознанности.

БХГАВАД-ГИТА[1]

Когда я впервые услышал про медитацию, она меня не заинтересовала. Даже любопытства не возникло. Мне показалось, что это пустая трата времени.

Однако мое внимание привлекла фраза «настоящее счастье сокрыто внутри». Сначала я решил, что это издевка, ведь в ней не говорится, внутри чего сокрыто счастье и как туда добраться. Но было в этой фразе нечто заманчивое. И я предположил, что до цели поможет добраться медитация.

Я сел разбираться, задавал людям разные вопросы и уже даже принялся рассматривать школы йоги. Именно тогда мне позвонила сестра и рассказала, что полгода занимается трансцендентальной медитацией. В ее голосе я услышал нечто особенное. Я услышал перемену. Счастье. И тогда я понял: вот то, что я искал.

Поэтому в июле 1973 года я отправился в Центр трансцендентальной медитации в Лос-Анджелесе и познакомился со своим инструктором. Она была похожа на Дорис Дей[2] и сразу мне понравилась. Она научила меня основным приемам. Я получил от нее мантру, работавшую на уровне звука, вибрации и мысли. Я узнал, что не стоит концентрироваться на смысле, нужно медитировать над ее компонентами.


Инструктор провела меня в маленькую комнату, где и состоялась моя первая практика. Я сел, закрыл глаза, начал читать мантру. Я будто ехал в лифте, а потом мне перерезали тросы. Бум! И вот я уже погрузился в чистое блаженство и оказался «внутри». А следом раздался голос инструктора: «Пора возвращаться, прошло двадцать минут». «Целых двадцать минут?!» – воскликнул я. В ответ она попросила меня быть потише, ведь вокруг медитировали люди. Весь этот процесс показался мне одновременно знакомым и чуждым, а еще – невероятно мощным, поистине уникальным.

Медитация ведет вас к океану. Это океан чистого сознания, океан чистой осознанности. Но он знаком вам, это вы. Погружаясь, вы испытываете счастье, которое сродни не опьяняющей эйфории, а настоящей красоте.

За тридцать три года я ни разу не пропустил медитацию. Я медитирую дважды в день по двадцать минут – с утра и днем – и сразу продолжаю заниматься делами. Внутри меня растет радость от творения. Обостряется интуиция. Я наслаждаюсь жизнью. Негатив отступает.

Удушающий клоунский наряд

Будет проще собрать все небо в тряпицу, чем познать настоящее счастье, не зная самое себя.

УПАНИШАДЫ

Когда я начал медитировать, я был переполнен тревожностью и страхами. Я чувствовал гнев, я был подавлен.

Я часто вымещал злость на своей первой жене. Когда я увлекся медитациями и медитировал уже около двух недель, она подошла ко мне и спросила: «Что происходит?» Я помолчал, но потом все же уточнил: «Что ты имеешь в виду?» Тогда она ответила: «Куда делся твой гнев?» А я ведь даже не понял, что больше его не испытываю.

Я придумал термин и использую его для обозначения депрессии и гнева. Я называю их «удушающим клоунским нарядом». Вы не можете вздохнуть, и сам костюм дурно пахнет. Но как только вы начинаете медитировать, клоунский наряд постепенно растворяется, и вы понимаете, насколько он был ужасен. Потом вы обретаете свободу.

Гнев, депрессия и горе хороши для сюжета, но они отравляют режиссеров и актеров. Они сродни тискам. Вы не можете выбраться из постели, вы не чувствуете вдохновения, к вам не приходят новые идеи. Для этого вам необходима ясность взора. Вы должны их видеть и ловить.

Начало

Я родился в обычной семье на северо-западе США. Мой отец был ученым в Министерстве сельского хозяйства, он исследовал проблемы роста деревьев. Поэтому я много времени проводил в лесу. Для ребенка подобный опыт сродни волшебству. Я жил в небольшом городке, и мой мир ограничивался парой кварталов. Там были мои мечты, там жили мои друзья. Однако для меня этот мир был огромным и удивительным, и времени тогда хватало на все.

Я любил рисовать краской и карандашами и часто думал, что такими глупостями можно заниматься только ребенку, а взрослые должны делать серьезные вещи. Когда я учился в девятом классе, моя семья переехала в Александрию в штате Вирджиния. Однажды вечером на лужайке перед домом моей подружки я случайно познакомился с парнем по имени Тоби Килер. Мы разговорились, и он сказал, что его отец – художник. Сначала я решил, что тот – маляр, красит дома, но потом понял, что речь действительно об изобразительном искусстве.

Тот разговор изменил мою жизнь. Я немного интересовался наукой раньше, но в тот момент понял, что хочу быть творцом и жить жизнью художника.

Жизнь художника

В старшей школе я прочитал книгу Роберта Генри «Дух искусства». Она и натолкнула меня на идею провести жизнь в качестве художника. Для меня это означало посвятить себя рисованию без остатка, отодвинув все на второй план.

Я думал, что только таким образом у меня получится выйти на глубину и начать открывать важные вещи и идеи. Поэтому любое стороннее действие могло отвлечь меня от пути познания, а значит, не являлось частью данного пути. На самом деле это понятие обозначает свободу. Может быть, оно слегка эгоистично, но эгоистичность ему не имманентна, вам просто нужно немного времени.

Бушнел Килер, отец моего друга Тоби, всегда говорил одну фразу: «Если хочешь качественно порисовать один час, тебе понадобятся четыре».



И это правда. Нельзя просто взять и начать рисовать. Сначала нужно немного посидеть и продумать образ – и только потом встать и сделать верные движения кистью. А сколько времени занимает подготовка! Иногда приходится собирать подрамник для холста, а потом уже приступать к работе. Однако одной идеи должно быть достаточно для начала, потому что дальше всегда следует игра в поддавки. Шаг вперед, два назад, построение и разрушение. Открытие и созидание. Огромную роль в данном процессе играет природа. Когда вы запекаете что-то на солнце или используете плохо совместимые материалы, то есть сочетаете несочетаемое, возникает новая реакция. Далее вы садитесь на место и долго разглядываете получившийся результат. В какой-то момент вы обязательно встанете на ноги и броситесь делать следующий шаг. В этом и заключается философия действия и противодействия.

Если вы при этом знаете, что через полчаса у вас встреча, ничего не получится. Поэтому жизнь художника – это время. Время, когда рождаются хорошие вещи. Для остального времени порой не хватает.

Ночной сад

Итак, я был художником. Я писал и ходил в художественную академию. Мне и дела не было до кино. Иногда я выбирался посмотреть на новинку проката, но мне хотелось только рисовать.

Однажды я сидел в большой комнате-студии Пенсильванской академии изящных искусств. Пространство было поделено на небольшие закутки. Я находился в своем отсеке. Было три часа дня. Я писал ночной сад. На картине оказалось много темных красок, из черноты выглядывала зелень. И вдруг растения на ней зашевелились, а я почувствовал дуновение ветра, будучи при этом абсолютно трезвым! Я подумал: «Боже, это просто чудо!» – и вскоре задался вопросом, может ли фильм оживить картину.

 

В конце каждого учебного года в академии проводился конкурс экспериментальной живописи и скульптуры. Я уже принимал в нем участие, но на этот раз я решил сделать движущееся полотно. Я построил экран размером шесть на восемь футов и спроецировал на него анимационный фильм (довольно-таки грубо нарисованный). Он назывался «Шесть блюющих мужчин». Я полагал, что на этом моя карьера в кино и закончится, потому что потратил целое состояние, двести долларов, и просто не мог продолжать. Но студент курсом старше увидел мою работу и заплатил, чтобы я сделал нечто подобное для его дома. С этого все и началось. Мне открылись все дороги. А потом, мало-помалу, шаг за шагом, пришла моя любовь к кино.

Занавес поднимается

Знай, что вся Природа – не что иное, как волшебный театр, что сама великая Мать есть главная волшебница и что мир населен ее многочисленными ролями.

УПАНИШАДЫ

Я не знаю почему, но настоящее волшебство – прийти в кинотеатр и дождаться момента, когда погаснет свет. Все замолкают, а занавес (наверняка красный) открывается. После этого вы погружаетесь в другой мир.

Прекрасно, когда вам есть с кем разделить это чувство. Прекрасно, когда вы дома и ваш кинотеатр находится перед вами. Но еще лучше – магия большого экрана. Так вы можете попасть в иное измерение.

Кино

Кино – это особый язык. На нем можно сказать что угодно, выразить большие, абстрактные идеи. Именно это меня и привлекает.

Я не всегда ловко обхожусь со словами. Некоторым людям позволено быть поэтами и выражать мысли красиво. Однако кино – совсем другой язык. На нем тоже можно говорить, потому что у вас есть время, есть видеоряд. Есть диалоги, есть музыка. Есть звуковые эффекты. В вашем распоряжении целый инструментарий. Вы можете подать мысль и чувство совершенно особенным образом. Это настоящая магия.

Я вижу удивительную красоту в том, как эти образы и звуки сливаются друг с другом, создавая нечто уникальное, сообразное лишь кинематографу. Это не просто слова, не просто музыка: это целый ряд элементов, создающих нечто новое из пустоты. Я рассказываю истории. Я создаю мир, опыт, который люди никогда не получат и не увидят.

Когда я ловлю идею для кино, я заново влюбляюсь в язык киноискусства. Мне нравятся абстрактные концепции, и о них можно рассказать на этом наречии.

Интерпретация

Фильм должен стоять особняком. Ситуация, когда режиссер объясняет смысл фильма, абсурдна. Людям нравится погружаться в созданный мир, чувствовать, как он становится реальным. Однако разглашение деталей о процессе создания и о значении тех или иных вещей становится частью фильма, и он меняется. Именно поэтому я считаю, что очень важно поддерживать нетронутость киновселенной и не говорить лишнего.

Вам не нужно ничего знать. Вы все видите сами. Можно провести параллель с прекрасным миром литературы. Авторы многих великих произведений мертвы, и от них нельзя добиться комментариев. Но у вас есть их книга. Она заставляет вас думать и мечтать – сама по себе.

Иногда люди говорят, что им сложно понять фильм. Я, однако, считаю, что на самом деле они понимают гораздо больше, чем осознают. У всех нас есть интуиция, мы можем прочувствовать некоторые вещи.

Я не понимаю музыку, заявляют некоторые. Но для большинства музыка – это эмоции и абстракция. Вам не нужно облекать музыку в слова. Вы просто слушаете.

В этом смысле кино напоминает музыку. Оно может быть совершенно абстрактным, но людям свойственно желание разобрать его на интеллектуальные составляющие, рассказать словами. Если это по какой-то причине невозможно, они чувствуют раздражение. Но объяснение может прийти изнутри, стоит только попробовать. Зрители начинают обсуждение, осознают какие-то моменты, отсутствующие или, наоборот, присутствующие в фильме. Они могут спорить или соглашаться… но значит, они уже все знают? Удивительно, но зрители действительно знают больше, чем полагают. И чем дольше они говорят, тем яснее это становится. Обсуждая момент с другом, зритель гоняет его туда-сюда и заглядывает чуть глубже, приходит к определенным выводам. И они имеют право на существование.

Круг

Мне нравится поговорка «Мир подобен тебе». Я считаю, что фильмы подобны своему зрителю. В фильме не меняется количество кадров, остается на месте последовательность, никто не делает другую озвучку, однако каждый показ уникален. Иногда разница едва уловима, но все же она есть. Все зависит от аудитории. Между зрителями и фильмом существует связь, подобная замкнутому кругу. Каждый индивидуум смотрит, думает и чувствует, потом приходит к своим собственным выводам. Вероятно, не похожим на мои.



Поэтому я никогда не знаю, что именно получится на показе. Однако нельзя думать, как фильм повлияет на людей, обидит ли он кого-то, сделает ли что-то плохое или хорошее. Иначе просто придется перестать заниматься кинематографом. Я просто делаю то, что мне нравится, и никогда не заглядываю вперед.

Идеи

Идея – это мысль. Это мысль, в которой заложено больше, чем кажется при первом рассмотрении. Но и в изначальный момент в ней есть искра. Если мы представим себе комикс, то над персонажем, до чего-то додумавшимся, загорается лампочка. Точно так же дело обстоит и в реальной жизни.

Было бы прекрасно, если бы фильм являлся автору целиком. Но ко мне он приходит по частям. Первый кусочек подобен Розеттскому камню. Это основа всего. Это часть головоломки, дарящая надежду.

В «Синем бархате» им стали красные губы, зеленые лужайки и одноименная песня в исполнении Бобби Винтона. Следующим пришел образ уха, лежащего посреди поля. Этого хватило.

Сначала вы влюбляетесь в идею, в самый маленький кусочек. И как только вы начинаете его понимать, все остальное приходит само.

Желание

Желание найти новую идею подобно наживке. Когда вы рыбачите, стоит набраться терпения. Вы цепляете червя на крючок и ждете. Желание – это наживка для приманивания идей.

Удивительно, но когда вы наконец выуживаете на свет божий идею, которая вам нравится, даже если это совсем маленький карасик, фрагмент образа, она призовет остатки косяка. И вы сможете отправиться в дорогу. По пути вам попадутся другие фрагменты, и вот вы уже видите цельную вещь. Однако все начинается с простого желания.

Сознание

Через медитацию познается безграничное. Лишь безграничное по-настоящему счастливо. В малом нет счастья.

УПАНИШАДЫ

Маленькие рыбки плавают на поверхности, но большие водятся только на глубине. Если вам удастся увеличить свой водоем, свое сознание, вы сможете поймать крупную рыбу.

Вот как этого можно достигнуть. Внутри каждого человеческого существа плещется океан чистой живой осознанности. Когда вы совершаете трансцендентный переход во время медитации, вы ныряете в этот океан. Это настоящее благословение. Вы сами начинаете его излучать, а ваша осознанность начинает расти.

Если ваша осознанность размером с мяч для гольфа, то при чтении книги вы поймете ровно столько же. Мир в окне вы будете видеть маленьким мячиком, с утра проснетесь только до границ собственного мячика, и счастье ваше будет этим же мячом.

Но если ваша осознанность начнет расти, тогда вы больше вынесете из книги, мир будет казаться огромным, вы проснетесь, не чувствуя границ, и будете ощущать много счастья.

Вы способны ловить идеи на глубине. Вдохновение подобно потоку. Все это дает жизни неповторимый вкус.

Перевод идеи

Для меня каждый фильм и каждый проект – это новый эксперимент. Как следует перевести эту идею? Что с ней сделать, чтобы она стала кино? Вы знаете эту идею, чувствуете ее, слышите и видите. Теперь давайте представим, что это кусок дерева и вы вырезаете скульптуру, но что-то идет не так. Поэтому вы начинаете размышлять, и все наконец получается. Вы действуете и реагируете. Это и есть эксперимент по правильной обработке идеи.

Когда вы добавляете в уравнение медитацию, поток вдохновения увеличивается. Действия и реакции убыстряются. Тут вы находите идею, потом отправляетесь в следующую точку, из нее – дальше. Это сродни импровизационному танцу. Вы погружены в процесс, вы работаете на предельной мощности.

И это не притворство. Это не психологический тренинг, где вам говорят приятные вещи, вроде: «Остановитесь, вдохните запах роз, ваша жизнь улучшится». Вся работа идет изнутри, постоянно возрастая в объемах. А потом ситуация по-настоящему меняется.

Поэтому испытывайте трансцендентный переход, чувствуйте собственную беспримесную осознанность и наблюдайте за переменами в своей жизни.

Лос-Анджелес

Я переехал в Лос-Анджелес из Филадельфии, где прожил пять лет. Именно в Филадельфии я окончил художественную академию. Этот город часто называют городом братской любви, но в тот момент ничего подобного я не почувствовал. Я жил в дыре.

В Лос-Анджелес я прибыл поздней ночью, поэтому замечательный свет, присущий ему, увидел только на следующее утро, выйдя из маленькой квартирки на бульваре Сан-Висенте. Душа моя запела. Я до сих пор счастлив, что могу видеть этот свет и жить с ним.



Я обожаю Лос-Анджелес. Многие люди видят в нем обыденность и повторяемость, однако стоит прожить здесь какое-то время, и начинаешь понимать, что у каждого района свой специфический настрой. Здесь до сих пор жив золотой век кинематографа, его чувствуешь в запахе ночного жасмина и прекрасной погоде. Свет в Лос-Анджелесе вдохновляет и заряжает энергией. Даже когда над городом висит смог, свет не жесткий, а яркий и обтекаемый. Он придает мне уверенности в себе, показывает, что все дороги открыты. Это необъяснимый феномен. Раньше я не видел такого света. Свет в Филадельфии даже летом далеко не такой яркий. Именно из-за света все приезжали в Лос-Анджелес снимать фильмы. С тех пор поменялось не многое.

«Голова-ластик»

«Голова-ластик» – мой самый духовный фильм. Никто не разделяет моего мнения, но тем не менее это так.

«Голова-ластик» появился на свет определенным образом, и я не понимал, какое значение он несет. Я искал ключик, чтобы понять, о чем говорит видеоряд. Конечно, кое-что я понимал. Но я совершенно не осознавал, какой элемент оказался центральным и знаковым. Это был сложный процесс. Поэтому однажды я достал Библию и стал читать. Нашел фразу. Закрыл Библию. На этом все закончилось. Я увидел фильм как единое целое.

Не думаю, что когда-либо признаюсь, что же это была за фраза.

Ритм жизни

Полвека назад люди частенько говорили: «Жизнь ускоряется». Двадцать лет назад они любили повторять то же самое. Нас постоянно преследует это ощущение. Сейчас оно словно с цепи сорвалось. Когда вы смотрите телевизор или читаете журналы, начинает казаться, что целый пласт событий проходит мимо.

Когда я создавал фильм «Голова-ластик» (а на это ушло пять лет), я чувствовал, что умер. Я думал, что сейчас вынырну на поверхность, а мир изменился. Я говорил себе: вот я. Я здесь, я заперт в этом кино. Я не могу его закончить. Мир забыл про меня, оставил на обочине. Я перестал слушать музыку, а телевизор толком не смотрел никогда. Я не хотел узнавать новости, потому что все эти истории заставляли меня думать, что я умираю.

Однажды я решил сделать маленькую фигуру героя, Генри, в восемь дюймов высотой, и построить декорации из картона, и доснимать так. Больше мыслей у меня не было, потому что деньги закончились.

Как-то вечером мой младший брат и мой отец усадили меня в плохо освещенной гостиной, чтобы переговорить. Разговор этот почти разбил мне сердце. Как люди весьма ответственные, они сказали мне, что я должен найти работу и забыть о фильме, ведь у меня родилась дочь.

Что сказать, я нашел работу. Я развозил Wall Street Journal и зарабатывал на этом пятьдесят долларов в неделю. Откладывал немного денег и доснимал сцену за сценой. А потом незаметно для себя закончил фильм, и в мою жизнь пришла медитация. Джек Нэнс, исполнитель роли Генри, ждал меня целых три года, держа при себе персонажа, не давая ему умереть. В фильме есть сцена. Персонаж Джека входит в дверной проем. Однако перешагнуть порог ему удалось лишь спустя полтора года. Мне в голову не могло прийти, как такое получилось. Почему все не развалилось за этот чудовищный срок? Но Джек ждал, и Генри оставался жив.

 

Есть такая поговорка: «Смотри на бублик, а не на дырку в нем». Если вы будете смотреть на метафорический бублик и делать свою работу, вам удастся контролировать происходящее. Все остальное, то, что вне, не должно вас волновать.

Мир не обойдет вас стороной. Конечно, никто не дает гарантий, что разноска газет и медитация приведут вас к успеху. Но добавьте целеустремленность, и тогда, без изменения внешних условий, медитация поможет вам легче переживать все происходящее.

1Здесь и далее перевод древнеиндийских текстов дается по английскому варианту, приведенному автором.
2Дорис Дей – американская певица и актриса. Род. 3 апреля 1924 года.
Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?
Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»