Забыть тебя (не)возможно

Текст
Из серии: Хорошие плохиши #1
23
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Забыть тебя (не)возможно
Забыть тебя (не)возможно
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 538  430,40 
Забыть тебя (не)возможно
Забыть тебя (не)возможно
Аудиокнига
Читает Аня Грэй, Юрий Мироненко
339 
Подробнее
Забыть тебя (не)возможно
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 1

Веро́ника

– Рони, вставай! Ты проспала!

Это не самые лучшие слова, с которых может начаться новый день, но именно они безжалостно вырывают меня из глубокого сна.

– Нет, мам. Не проспала. Будильник ещё не прозвенел, – сонно мычу я и скрываюсь от всего мира под одеялом.

– Да? Тогда почему Алана с шофёром уже ждут тебя возле входа, а ты всё ещё валяешься в постели?

Что?!

Не может быть!

Я вылетаю из кровати, как пробка из бутылки шампанского. Аж в глазах начинает рябить от стремительно скачка. Хватаю телефон с полки, смотрю на время и чертыхаюсь!

Я же пять будильников вчера поставила, чтобы проснуться наверняка. И всё равно умудрилась облажаться.

В этом вся я!

Поспать я люблю, что уж там скрывать. А вот носиться сломя голову в первые минуты после пробуждения – терпеть ненавижу. Но именно так зачастую и проходит моё утро.

Душ за две минуты, чистка зубов за одну. К чёрту сушку волос – по пути до универа сами успеют высохнуть. Второпях натягиваю одежду, брызгаю капельку любимых духов, наношу тушь на ресницы и подкрашиваю бледные губы.

Короткий взгляд в зеркало. Оборот вокруг своей оси. Видок не идеальный, но и не полный отстой. Сойдёт!

– Держи! Я быстро сделала пару сэндвичей. По пути хоть поешь, – мама встречает меня в коридоре, вручая пакет с завтраком, и я забрасываю его в сумку.

– Спасибо, но не стоило. Спать бы лучше шла, – шустро справляюсь с застёжкой на туфлях, глядя на усталое лицо мамы.

– У меня весь день для этого есть.

– Тяжелая ночка?

– Как всегда.

– Я когда-нибудь уговорю тебя уйти из клиники?

– А я уговорю тебя прекратить писать свои порнокнижечки?

– Я пишу не порно, мама, а романтическую эротику. Сколько можно тебе повторять?

– Ага. Читала я твою эротику. Глаза из орбит вылезали. До сих пор не верю, что моя дочь пишет подобное, – её щёки сильно краснеют.

– Тогда не читай их, раз они тебя настолько повергают в шок. Писать я их не прекращу. Мне же нужно как-то зарабатывать, пока универ не закончу. В отличие от тебя, у меня нет щедрого спонсора.

– Спонсор, как ты выразилась, вообще-то твой родной отец. И могла бы уже прекратить упрямиться и принять от него помощь. Он очень скучает по тебе, – мама смягчает голос до предела. Она всегда так делает, когда речь заходит о папе.

– Пусть скучает дальше! – помрачнев, отрезаю я.

– Рони, ну нельзя же так!

– А так, как он поступил, можно?

– Я его уже давно простила. И тебе нужно сделать то же. Как-никак, тебя он ничем не обижал.

– Прошу, замяли тему.

– Ладно. Но только потому, что ты опаздываешь. Беги, – поцеловав меня на прощание, мама, к счастью, легко соглашается свернуть неприятную беседу.

И большое ей спасибо за это. Не хочется портить себе настроение с самого утра. Мне и так сейчас Лана весь мозг проест.

Она не выносит, когда я опаздываю. А я это делаю… эм… всегда. К тому же из-за её поездки в Париж мы не виделись аж целый месяц. А для нас это целая вечность, поэтому вместо радостного приветствия подруга точно устроит мне вселенскую взбучку.

Однако, к моему удивлению, когда я выбегаю из дома, Алана не то что не злится, а даже не замечает моего появления.

Прислонившись спиной к машине, она сверлит взглядом экран смартфона и улыбается так по-идиотски, что тут даже к гадалке ходить не надо, чтобы понять – она переписывается с очередной «любовью всей её жизни», что меняются быстрее, чем дни в календаре.

Нет, она не шлюха, как считают некоторые завистницы в универе, а просто очень влюбчивая и эмоциональная. И этот факт, само собой, постоянно усложняет ей повседневность. А однажды чуть было не разрушил нашу дружбу. К счастью, мы сумели разрешить наш бурный конфликт сразу же, как только его причина свалила из города.

– Алло! Земля вызывает, мисс Браун! – насмешливо произношу я.

Алана вздрагивает от неожиданности, выбираясь из романтичного чата в WhatsApp, и радостно восклицает:

– Рони! Как я соскучилась!

Она набрасывается на меня с объятиями, я даже сумку роняю от её напора.

– Правда? А сразу и не скажешь. С кем ты там так самозабвенно переписываешься? Ты же только вчера прилетела. Неужели успела уже с кем-то познакомиться по пути из аэропорта?

– Я тебя умоляю. Единственное, что я вчера успела, – это рухнуть в кровать и отключиться. Девять часов полёта выжали из меня все соки.

– Ты что, летела экономклассом?

– С ума сошла? Нет конечно. Просто от времени, проведённого в Париже, я осталась под таким впечатлением, что никак не могла заснуть. Эмоции меня так и распирали!

– И кто на сей раз тому причина? – усмехнувшись, закатываю глаза.

– Он, – подруга окрылённо вздыхает, точно диснеевская принцесса, мечтающая о своём ненаглядном рыцаре на белом коне, а затем показывает заставку на своём айфоне.

С экрана на меня смотрит смазливый брюнет, которого Алана крепко обнимает и целует в щёку.

– Я так понимаю, меня ожидает долгий рассказ о «том самом?» – повторно закатываю глаза.

– Не говори об этом с таким скептицизмом. На сей раз он точно «тот самый».

– Ты всегда так говоришь.

– Нет! На этот раз я стопроцентно уверена. Он – моя вторая половинка. Я это поняла сразу же, как его увидела.

И это она тоже всегда говорит, но я решаю держать язык за зубами.

– Поэтому я и задержалась в Париже. Мы с Домиником не могли друг от друга отлипнуть. Скажу честно, я вообще не хотела возвращаться. К чему мне учиться, если папа в конце года просто может купить мне диплом? Но, представь себе, Катрина ни с того ни сего решила врубить режим строгой мамочки и пригрозила, что заблокирует мою кредитную карту, если я не вернусь домой к началу учёбы, – возмущается Лана, отбрасывая назад длинные каштановые волосы.

И да, свою маму Алана всегда называет только по имени. Та ещё с детства потребовала обращаться к ней именно так.

Странно? Для меня – очень. Но в каждой семье свои заморочки, а в семье Браун их целое море.

– Ладно, принцесса, по дороге расскажешь о своём сказочном принце. Мы и так уже сильно опаздываем, а мне, в отличие от тебя, папа в конце года диплом не купит.

– Только потому, что ты сама ему не позволяешь, – выдаёт Лана и запрыгивает в машину.

Я следую за ней, ничего не отвечая. Второй раз за утро затрагивать тему отца не входит в мои планы.

Путь до университета пролетает под беспрерывные рассказы о смазливом Доминике и ещё парочке парней, с которыми Лана познакомилась до встречи с «тем самым».

О самом Париже и его всемирно известных достопримечательностях Лана ни слова не сказала, будто за целый месяц, кроме баров, клубов и ресторанов, она и вовсе никуда не ходила.

Честно, мне очень хотелось полететь с ней в самый романтичный город мира. Ещё в детстве мы мечтали, как достигнув совершеннолетия, будем путешествовать вместе при каждом удобном случае. Однако тогда я и представить не могла, что спустя несколько лет я перестану жить беззаботной жизнью, в которой главными проблемами являются сломанный ноготь или сложный выбор платья для тусовки.

Четыре года назад в моей семье всё изменилось, и с тех пор мне приходится самой зарабатывать на карманные расходы и на будущую покупку собственной квартиры. По этой же причине дорогостоящие путешествия мне светят ещё совсем-совсем нескоро.

Но я не жалуюсь. Отказ от денег отца был моим осознанным выбором. И я не собираюсь это менять.

– А как прошёл твой месяц, Рони? – интересуется Лана, когда мы въезжаем на территорию Спрингфилдского университета.

– Так же, как и всё лето. Стажировалась в «Spring Times».

– Ох! Скукотища! А как дела у вас с Райаном?

– А какие у нас могут быть с Райаном дела? Мы расстались ещё до твоего отъезда.

– Напомни-ка: в который раз? В сотый? – она смеряет меня ироничным взглядом.

– В последний, – уверенно отвечаю я.

– И хочешь сказать, он не пытался помириться?

– Пытался.

– И-и-и?

– И ничего! Я заблокировала его номер и аккаунты во всех соцсетях. А когда он приходил ко мне домой, я не открывала дверь или просила маму сказать, что меня нет.

– Ого! Да ты настроена серьёзно.

– Предельно. Наши отношения себя изжили. Мы уже давно не испытываем друг к другу ничего, кроме привычки.

– Мне кажется, так считаешь только ты. Райан всё ещё любит тебя. И он не раз доказывал это.

– Люби он меня, как ты говоришь, не вылизывал бы рот какой-то девицы на прошлой неделе на вечеринке у Клифа, – сдавленно произношу я.

Привычка привычкой, но видеть свою первую любовь с другой девушкой, как ни крути, до жути неприятно.

– Так-так. Что-то я не поняла. Ты сказала, что заблокировала его везде, а сама, получается, следишь за ним?

– Нет, не слежу. Но ты же знаешь нашу главную сплетницу, которая не может прожить и дня, если не испоганит кому-нибудь настроение. Я специально пропустила ту вечеринку, лишь бы не встречаться с ним. Но вечером получила прямой репортаж от Синтии, где было четко видно, чем занимается Райан, – мой голос окончательно грустнеет, а глаза начинает щипать.

Но я не буду плакать! Не буду. С Райаном всё кончено, и он может делать, что хочет. Мне нужно это принять!

– Вот же дрянь! – шипит Алана точно кошка, и я с ней полностью солидарна. – Я ей все волосы однажды повырываю! Достала совать нос не в свои дела. Больше заняться, что ли, нечем?

– Конечно, нечем. Распускание сплетен – вся её жизнь, – шумно выдыхаю я и выбираюсь из машины, с новым вдохом втягивая в себя запах уходящего лета.

Не обращая внимания на плывущую мимо толпу студентов, подставляю лицо солнцу и с грустью понимаю, что оно уже не греет так сильно, как хотелось бы.

– Ты веришь в это, Рони?

– Во что?

 

– В то, что это наш выпускной год в этом занудном убогом месте?

Под убогим местом Алана имеет в виду один из престижнейших частных университетов в штате.

– Я дождаться не могу, когда этот год закончится и я смогу уехать подальше от этого города, – добавляет она.

– Ты так говоришь, будто твоя жизнь здесь – полный отстой.

– Нет, конечно, не отстой. Но если бы я уехала ещё после окончания школы в кругосветное путешествие, как того хотела, жизнь была бы несравненно круче.

– Но в ней бы не было меня.

– Это точно, – подруга обнимает меня сзади, укладывая подбородок на моё плечо. – Я буду очень скучать по тебе после выпуска.

– А я по тебе, но мы же расстанемся не навсегда.

– Ещё чего вздумала? Конечно нет. Ты от меня так просто не отделаешься. После того как я обкатаю весь мир, я же должна буду увидеть тебя в роли успешной журналистки.

– Очень надеюсь, что я такой стану.

– Пф… Ты? Естественно станешь! Ты же как чёртов танк. Прёшь без остановки.

Я усмехаюсь и поворачиваюсь к подруге передом.

– Кстати, как я выгляжу? Не успела высушить волосы, – спрашиваю я, но Алана не отвечает и даже не смотрит на меня.

Всё её внимание устремлённо в правую сторону. Она вмиг застывает, округляет зелёные глаза и ошарашенно выдыхает, озадачивая меня не на шутку.

– Боже мой… Не может быть!

Поворачиваю голову к причине её шока и буквально сразу ощущаю волну неконтролируемых эмоций. В частности, гнева и непонимания.

«Какого чёрта он тут делает?!» – задаюсь вопросом и фокусируюсь на знакомой высокой фигуре парня.

Он одет во всё чёрное и уверенно шагает к главному входу университета, будто бы не видя никого вокруг себя.

Я несколько раз моргаю, надеясь, что просто галлюцинирую или вижу кошмар, но нет…

Это в самом деле он!

«Тот самый», что несколько лет назад чуть не разрушил нашу с Ланой дружбу.

Тот, кто ни о ком, кроме себя любимого, не думает.

Тот, кто веселится, играя на человеческих чувствах.

Тот, кто, уезжая, заверил, что навсегда покидает Спрингфилд.

Тот, кто, по всей видимости, и об этом соврал так же, как делал сотни раз до этого.

– Это он, Веро́ника. Это он… Ты его помнишь? – дрожащим голосом спрашивает Алана.

Но я не слышу в её тоне и толики обиды или негодования. Там только долбаная радость, вызванная всего одним взглядом на парня, который когда-то был для неё всем.

– Ты ещё спрашиваешь? – сквозь зубы цежу я, с закипающей яростью вспоминая, что именно сделал этот мерзавец. – Конечно, помню. Его забыть невозможно.

Глава 2

Веро́ника

Алекс Уокер.

Это полный пакет всего, от чего верещат все девчонки.

Самоуверенный.

Умный.

Весёлый.

Всеми любимый.

Идеально сложенный.

Красивый.

Неповторимый.

Но весь этот список перекрывает одно смачное «НО», которое мне повезло просечь довольно быстро.

Этот «Мистер идеальность» насквозь гнилой!

Мы познакомились с Алексом на первом курсе в университете. И всё начиналось очень даже неплохо. Он сам подошел к нам и любезно предложил провести ознакомительное турне по универу, после познакомил с компанией его друзей. А для двух новеньких девочек это можно было назвать настоящей удачей.

Мы с Аланой никогда не были тихонями или стесняшками, боящимися открыть рот. В старшей школе мы, наоборот, были теми, к кому тянулись все остальные ученики. Но в университете нас никто не знал и нам ещё предстояло добиться той же репутации. Однако нам даже делать ничего не пришлось. Встреча со старшекурсником, самым популярным парнем в Спрингфилде, сама всё организовала.

Благодаря знакомству с Алексом мы быстро влились в новую среду, обзавелись множеством друзей и популярностью. Буквально с самого начала будни в университете ничуть не отличались от будней в старшей школе. Мы тусовались с Уокером и его друзьями. Все нас любили, а мы наслаждались всеобщим вниманием.

И всё бы было ничего, если бы Алана столь предсказуемо не влюбилась по уши в Алекса. Это и стало ключевым моментом, который впоследствии довёл Лану до удручающего состояния, а нашу дружбу – до грани разрушения.

Вовсе не потому, что Алекс не разделил её чувства, а запал вместо Ланы на меня. Нет, это как раз-таки было бы хорошим исходом, который с лёгкостью можно было бы разрешить. Наоборот, он ответил ей взаимностью, и они начали встречаться.

И вроде бы – что тут такого? Двое молодых людей встретились, влюбились и захотели быть вместе. Да только проблема состояла в том, что Алексу одной Ланы было недостаточно. И по чистой случайности именно мне посчастливилось об этом узнать первой.

Каким образом?

Самым что ни на есть избитым.

Однажды после окончания дополнительных занятий я спешно отправилась в университетскую библиотеку, надеясь, что она ещё не закрылась. И мне повезло. Да так сильно, что я не только успела попасть внутрь, но и напоролась на сюрприз в виде Алекса, трахающего другую. Причём не кого-то из студенток, а… барабанная дробь… саму библиотекаршу.

Но самое поразительное было не то, что вечно тихая миссис Краус была прижата к книжным стеллажам и рвано стонала от каждого толчка Алекса, а то, что этот наглец, увидев меня, не прервал их горячее сношение, не начал оправдываться и просить меня ничего не говорить Лане. Нет. Он просто улыбнулся и, не отрывая от меня взгляда, продолжил долбиться в стонущую женщину, что была как минимум лет на двадцать старше его.

Я настолько оторопела от его вопиющей наглости, что даже испортить ему весь кайф не смогла. Просто застыла как истукан и смотрела на них до тех пор, пока Уокер с хриплым стоном не кончил в миссис Краус. А затем выбежала из библиотеки и на всех парах помчалась к Лане с целью быстрее ей всё рассказать. Однако сделав это, я получила ещё один неприятный сюрприз.

Лана не поверила ни одному моему слову! Ни одному! Нормально? И это учитывая то, что с Алексом на тот момент она встречалась всего несколько месяцев, а со мной дружила практически с пелёнок. Но что бы я ей ни говорила, как бы ни заверяла, что я воочию видела измену Уокера, она наотрез отказывалась мне верить, неустанно повторяя, что я, видимо, обозналась.

Подруга настолько была влюблена в него, что у неё напрочь отключились мозги. Даже когда она сама начала постоянно видеть Алекса обнимающимся с разными девицами, Алана всё равно не расставалась с ним. Каждый раз устраивала истерики, разборки, выяснение отношений, но по итогу всё заканчивалось тем, что она его прощала. И я ничего не могла с этим поделать.

Все мои доводы о том, что нужно слать этого козла куда подальше, а не слушать его лживые бредни, напрочь игнорировались.

Алекс для неё стал чуть ли не пупом земли. А она для него – кем-то вроде преданной фанатки, которая пылинки с него сдувала и верила всему, что он говорит.

Уокер вскоре насколько оборзел, что даже не пытался скрывать свои похождения. Да и, собственно, зачем? Он ведь знал, что Лана в любом случае спустит ему с рук все выходки и измены. Парить голову по поводу конспирации не было необходимости.

Ссорились эти двое чуть ли не каждую неделю. И если Лана тяжело переживала их ссоры, постоянно плакала, не высыпалась и мучилась от вечных подозрений в измене, то Алекс оставался абсолютно спокойным.

Скажу даже больше: он кайфовал от их вечных с Аланой скандалов, и я ни капли не шучу.

Если нормальные парни терпеть не могут женские истерики, то Уокер словно питался ими, наполняя себя живительными силами. Он специально доводил Алану до слёз и держал её возле себя в роли своей постоянной девушки.

Он драма-вампир. Отвечаю! А ещё нахал, эгоист и негодяй, которому в итоге стало недостаточно просто изменять Лане. И он решил поссорить ещё и нас… Но вновь прокручивать в голове тот случай я сейчас не желаю, иначе немедленно отыщу его в коридорах университета и задушу собственными руками.

– Как думаешь, зачем он пришёл сюда? – взволнованным голосом спрашивает Лана, когда мы входим в здание Спрингфилда.

– Не знаю, но точно не для того, чтобы повидаться с лекторами.

– А зачем вернулся в город? Он же должен быть сейчас в Нью-Йорке.

– Откуда ты знаешь, где он должен быть? Вы что, общаетесь? – бросаю я на подругу настороженный взгляд.

– Нет, он просто есть у меня в Твиттере.

– И почему ты до сих пор на него подписана? В кайф следить за жизнью урода, который обращался с тобой как с ничтожеством?

– Я не слежу за ним, Рони. Не заводись.

– Я не могу не заводиться, пока знаю, что ты можешь с ним столкнуться.

– Да не собираюсь я с ним сталкиваться.

– Ага. Так я тебе и поверила. Я засекла твой взгляд на улице. По нему без слов понятно, что ты счастлива его видеть.

– Неправда. Я просто удивилась. Прекрати выдумывать то, чего нет.

– Даже если я выдумываю что-то, мы не можем быть уверены, что Алекс сам не собирается вновь ворваться в твою жизнь и испортить её, – с раздражением выдвигаю свой домысел. И при этом сама не понимаю, что меня бесит больше – новость о возвращении Алекса или нескрываемая радость подруги?

– Так ты думаешь, он вернулся из-за меня? – повеселев, выдаёт Алана, мигом отвечая на мой мысленный вопрос.

Меня бесит второе. Определенно второе!

– Нет. Я не знаю, зачем он сюда приехал. И умоляю тебя, даже думать не смей искать с ним встречи, чтобы узнать причину его возвращения.

– Я же сказала, что не буду нарочно его искать!

– Значит, если он сам подойдёт, ты его не отошьёшь?

– Рони, хватит капать мне на мозги!

Теперь в тоне Ланы я слышу раздражение, но мне плевать. Хватаю её за локоть, заставляя остановиться.

– Я буду капать, сколько потребуется, лишь бы ты не вступила в одно и то же уокерское дерьмо в стотысячный раз. Неужели ты забыла, до какого состояния он тебя довёл, а потом бросил?

– Я всё помню, Рони, но…

– Никаких «но»! – резко пресекаю её лепет. – Ничего не хочу слышать, кроме твоего обещания, что ты не станешь с ним даже разговаривать.

– Слушай, я вообще-то не маленькая девочка, и могу сама принимать решения, – она резко вырывает руку из захвата моих пальцев. – Может, хватит играть мою вторую мамочку, Веро́ника?

– Скорее первую, Лана. Ведь только я в прямом смысле подтирала тебе сопли и помогала выйти из депрессии после его отъезда. Катрина была занята делами поважнее, – на эмоциях давлю на её больное место, сразу же жалея о сказанном.

– Спасибо, что напомнила, – бурчит подруга, и её зелёный взгляд наполняется влагой.

Чёрт!

Я частенько не могу контролировать свой язык. А именно —говорю людям в порыве злости или волнения до жути неприятные вещи, которые говорить совсем не стоит, даже если они правдивые. И особенно их не стоит говорить любимым людям. А уж тем более – самому ранимому из них.

Я намереваюсь сейчас же извиниться перед Ланой, но она не позволяет.

– Я не хочу продолжать разговор с тобой. Мне пора на лекцию.

– Лан, прости, я не хотела, – кричу я ей вслед, но подруга даже не оборачивается и совсем скоро скрывается за поворотом.

Я запрокидываю голову назад и шумно выдыхаю.

Шикарное начало дня, ничего не скажешь.

Интересно, что ждёт меня дальше?

В целом – не знаю, но по расписанию первой стоит лекция по медиафилософии. А это значит, мне нужно поторопиться, чтобы успеть войти в аудиторию раньше, чем туда явится вечно недовольная всем Урсула.

Так мы прозвали лектора Скарлетт Донован за её поразительную схожесть со зловещей морской ведьмой из диснеевского мультика «Русалочка».

Она мрачная, тщеславная, властолюбивая и такая же объёмная, как Урсула. Седые короткие волосы, синеватые тени, ярко накрашенный красной помадой рот, даже цвет кожи немного напоминает серо-лавандовый цвет мультяшного персонажа.

В общем, видок у неё жуткий. А характер ещё круче. Каждый студент в курсе, что этой дамочке лучше не перечить, иначе зачёт в конце года не удастся получить, даже если вызубришь предмет на зубок.

А что касается опозданий на лекцию… Ох, в этом плане Урсула совсем строгая. Всех, кто порывается войти в аудиторию после её появления, она незамедлительно разворачивает и выгоняет в коридор. И плевать ей хотелось на причину опоздания. Она даже не даёт возможности оправдаться.

Я ускоряю темп до максимума и добираюсь до нужной аудитории в кратчайшие сроки. К счастью, мне везёт – Урсулы ещё нет. Как, впрочем, и свободных мест на задних рядах, подальше от неприятной лекторши.

Но ладно, это уже мелочи. Главное, я успела прийти вовремя. И стоит мне только уместить свою пятую точку на стул в первом ряду, как в аудиторию входит Урсула, мгновенно вынуждая всех заткнуться. Без слов, без требовательных взглядов, всего лишь своим появлением. За несколько секунд в помещении воцаряется абсолютная тишина, и Урсула, как всегда пропустив приветствие, сразу приступает к теме лекции.

 

Разумеется, сейчас мне нет никакого дела до монолога миссис Донован, нудного от долголетней работы. Все мои мысли заняты неожиданным появлением Алекса и теми последствиями, что оно может повлечь. А также Ланой, которую я нечаянно обидела.

Не люблю с ней ссориться. И уж тем более задевать её за живое. Как только лекция закончится, побегу искать подругу, чтобы поскорее устаканить наш небольшой конфликт и ещё раз убедиться, что она не станет искать встречи с Алексом.

Я помню, какой неадекватной, по уши влюблённой овечкой Лана была рядом с ним три года назад. И мне очень страшно, что подобное может повториться. Я не хочу переживать вместе с ней тот же кошмар ещё раз. Нет уж! Увольте!

Варясь в тревожных мыслях, я ни в какую не могу сосредоточиться на скучном бормотании Урсулы. Приободряюсь, лишь когда минут через десять её голос внезапно затихает.

Предположив, что ведьма заметила, что я витаю где-то далеко от аудитории, я расправляю плечи и фокусирую взор на ней. Но тут же расслабляюсь – её внимание обращено не к моей рассеянной персоне и даже не в сторону студентов. Она смотрит на входную дверь.

– Прошу прощения за опоздание. Был у ректора.

Слышу до боли знакомый мужской голос и торопею. А стоит в помещение войти тому самому высокому статному мудаку, я и вовсе впадаю в ступор.

Он выглядит именно таким, каким я его помню. Каштановые волосы слегка растрёпаны, щёки и подбородок покрыты лёгкой щетиной, те же широкие плечи, узкие бёдра и жилистые руки, усыпанные реками вен. Только черты лица за три года ещё больше заострились, и одет Уокер почему-то во всё чёрное, хотя всегда говорил, что чёрный цвет терпеть не может. Взгляд карих глаз какой-то безучастный, а на губах ни намёка на улыбку, что «душе компании» и «змею-искусителю» Алексу в корне не присуще.

Но все эти странности второстепенны.

Главный вопрос – какого чёрта происходит?! Что Алекс здесь забыл? И что за спектакль он решил устроить? Соскучился по университетским годам и решил во второй раз на выпускной курс заглянуть? Да ещё и на факультет чуждой для него журналистики? Что за бред?!

Хотя я даже рада! Ведь совсем не к тому лектору он без спроса заявился на лекцию. Сейчас Урсула быстренько поставит его на место и выгонит отсюда как безнадёжного двоечника.

– Всё в порядке, Уокер. Мистер Изнер предупредил, что ты можешь опоздать. Проходи и включайся в тему лекции, – сухим, но нисколько не возмущённым голосом проговаривает женщина.

Что, простите?!

Я сплю?

Как это понять?

Что значит «проходи и включайся в тему лекции»?

Урсула после летнего отпуска ещё не пришла в себя?

Алекс сейчас должен за тысячу километров включаться во что угодно, а не быть здесь!

Но так, видимо, считаю только я одна. Урсула вновь возобновляет свой монолог, а Алекс преспокойно, уверенной походкой топает к единственному свободному месту на пятом ряду, которое я каким-то образом умудрилась не заметить.

Я ничего не понимаю! От слова совсем! Чуть ли не разинув рот от удивления, я слежу за каждым движением парня, словно зачарованная. И делаю это в открытую, позабыв обо всём на свете, вплоть до тех пор, пока Урсула не рявкает на меня:

– Майлз, может, мне стоит позвать Уокера вести лекцию вместо меня, чтобы ты свою шею так не сворачивала?

Вот же дерьмо!

Все студенты, включая самого Алекса, мигом переводят взгляд на меня.

Я быстро разворачиваюсь и извиняюсь перед Донован, а затем потупляю взгляд в стол, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Но не от смущения. Тут что-то иное. Ведь кроме тотального недоумения я сейчас ничего испытывать не могу. Особенно когда в ответ на высказывание Урсулы я не слышу ни одного комментария от вечно болтливого Алекса.

Ни колкости. Ни флирта с девчонкой, обратившей на него внимание. И ни одной шуточки, от которой засмеялся бы в голос весь курс.

Как так?

Почему он молчит? Это на него совсем непохоже.

Смачная порция новых вопросов захламляет мозг и усиливает состояние шока настолько, что меньше чем через пару минут я вновь не сдерживаюсь и аккуратно оглядываюсь назад.

Но увы, украдкой посмотреть на него не получается. Только я нахожу ненавистное мне лицо, которое все девушки Спрингфилда считали поистине красивым, как тут же встречаюсь с карим взглядом Алекса.

Оказывается, он тоже по-прежнему пялится на меня. Пристально. Будучи абсолютно спокойным. Без тени улыбки на губах.

Наверное, мне стоит резко отвернуться, но почему-то не получается. Даже несмотря на то что кожа моего лица прямо-таки кипит от его прицела. Дикое любопытство примагничивает мой взгляд к его персоне в надежде раскрыть тайну: какого лешего он тут забыл?

И если бы не крупица разума, истошно напоминающая мне, что Урсула во второй раз одним язвительным комментарием не ограничится, я бы так и пялилась на него до конца пары.

С трудом заставляю себя перевести взгляд на тучную женщину, всерьёз задумываясь о вероятности, что я попала на программу «Розыгрыш», и вот-вот оператор со всей съёмочной командой выскочит из ниоткуда и сообщит, что всё происходящее – подстава.

И честно говоря, это была бы лучшая новость за сегодняшнее утро. Потому что если Алекс действительно вернулся в Спрингфилд, решив на сей раз повеселиться столь странным способом, то я официально заявляю: совсем скоро случится беда.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»