Читать книгу: «Родословная йоги с древнейших времен до наших дней. Часть I», страница 3

Шрифт:

Атхарваведа

Четвертая Веда – Атхарваведа – составлена позже и датируется началом первого тысячелетия до нашей эры. Название происходит от имени древнего мудреца – риши – Атхарвана. Эта Веда настолько отличается от предыдущих трех, что долгое время не обладала статусом и авторитетом Вед и не признавалась Ведой.

Если предыдущие три Веды посвящены восхвалению богов, то Атхарваведа посвящена большей частью бытовой магии и решению насущных проблем человека и содержит различные заговоры, заклинания, способы лечения болезней, описание бытовых ритуалов, например, свадьбы, формулы проклятий, магические стихи, способствующие зачатию, продлению жизни, предохранению от ядов, обезвреживанию злой магии; а также гимны, обращенные к змеям, болезням, сну, времени и звездам. В более ранние ведийские времена такие практики не поощрялись, но в процессе взаимопроникновения идей разных культур и традиций, поклонение духам, звездам, деревьям, горам и т. п. вошли в религию ариев.

Сами по себе религиозно-магические представления, изложенные в Атхарваведе, несомненно, древнее религии Ригведы, хотя сама Атхарваведа была составлена позднее. Религия Атхарваведы – это религия первобытного человека, которому представляется, что мир полон бестелесных духов и духов смерти. Когда этот человек осознает свою беспомощность перед силами природы, недолговечность своего существования, постоянно подверженного смерти, то смерть и болезнь, отсутствие дождя и землетрясение – все это дает простор его воображению. Мир превращается в обиталище сонма духов и богов, а причины происходящих в мире бедствий ищутся в их недовольстве. Когда человек заболевает, он посылает не за врачом, а за шаманом, и тот прибегает к заклинаниям, чтобы изгнать духа из больного. Страшные силы можно было умилостивить только кровавыми жертвоприношениями – человеческими и животными.

Однако, если вы подумали, что вот можно взять Атхарваведу и с помощью ее заклинаний решить все свои проблемы, вас ждет разочарование. Далеко не все в ней понятно и мало что применимо на практике. Для примера приведем заговор на долголетие мальчика:

Дающий срок жизни, о Агни, выбирающий старость, Жирноликий, жирноспинный, о Агни, – Испив сладкого, приятного коровьего жиру, Защити его, как отец – сыновей! Оберните, одарите его блеском для нас! Создайте (ему) смерть от старости, долголетие! Брихаспати вручил эту одежду Соме-царю, чтобы он завернулся (в нее). Ты завернулся в эту одежду на благо. Ты стал защитником людей от проклятий. И сто долгих осеней проживи ты, И окружи себя процветанием богатства! Приди, встань на камень! Пусть тело твое станет камнем! Пусть создадут тебе Все Боги Срок жизни в сто осеней! Тебя, у кого мы берем прежнюю одежду, Пусть поддержат Все Боги! Пусть многие братья, удачно растущие, Родятся вслед за тобой, подрастающим, (как за) счастливо рожденным!

Но в Атхарваведе есть и философские идеи, например, концепция Калы – времени, Камы – любви, первичного начала мира, которое именуется то Праджапати, то Брахма, то Пуруша. В Атхарваведе впервые встречается понятие праны, как жизнетворящего начала, которая играет большую роль в индийской метафизике и является одним из ключевых понятий йоги. Здесь также впервые признается священность коровы.

Веды и йога

Поскольку книга эта об истоках йоги, возникает правомерный вопрос: а что Веды говорят о йоге? К сожалению, практически ничего. Слово «йога» в Ведах встречается, но исключительно в значении связывания чего-то с чем-то или запрягания лошадей в повозку (бога солнца – Сурьи). Но историки йоги обратили внимание на один из гимнов десятой, т. е. более поздней, мандалы Ригведы. Этот гимн посвящен неким «косматым муни», и исследователи предполагают, что эти муни были древними йогинами, поскольку есть некоторые черты сходства их с современными аскетами и отшельниками. Вот этот гимн:

Косматый (несет) огонь, косматый (несет) яд. Косматый несет две половины вселенной. Косматый (делает, чтоб) мир увидел солнце. Косматый зовется светилом. Аскеты, подпоясанные ветром, Одеваются в коричневые грязные одежды. Они следует порыву ветра, Когда боги вошли (в них). Возбужденные состоянием аскета, Мы оседлали ветра. Только тела наши вы, Смертные, видите перед собою. Он летит по воздуху, Глядя вниз на все формы. Аскет каждому богу добрый Друг, готовый на благое деяние. Конь Ваты, друг Ваю, Вот аскет, подстегнутый богами. Он живет возле двух морей: Которое восточное и (которое) западное. Странствуя тропой Апсар, Гандхарвов, диких зверей, Аскет понимает (их) волю: Он их милый, самый привлекательный друг. Ваю для него сбивал (напиток), Кунаннама выдавливала, Когда косматый из сосуда с ядом Пил вместе с Рудрой.

К этой теме мы еще вернемся, когда будем рассматривать историю йоги. Но несмотря на то, что мы не находим в Ведах корней йогической практики, они положили начало всем философским идеям йоги.

Брахманы и Араньяки

Брахманы и араньяки – это два класса текстов, прилегающих к Ведам. Брахманы – это поясняющие комментарии к Ведам, описывающие ведийские ритуалы с очень точными указаниями: с какой стороны подходить к алтарю, куда смотреть, какие мантры произносить и т. д… У каждой школы были собственные брахманы, сколько их было всего – неизвестно. В настоящее время их существует около 20. Каждая брахмана относится к одной из Вед.

Брахманы, во-первых, детализируют ритуальные практики, создание алтарей и других ритуальных предметов, рецитацию мантр. Во-вторых, в брахманах разрабатываются доктрины, которых не было в Ведах и раннем ведизме: о карме, реинкарнации, дхарме, варна-ашрамах и др., а также содержатся космогонические мифы. Отдельные части разных брахман стали некоторыми араньяками и упанишадами. Или, возможно, наоборот – отдельные упанишады были включены в брахманы как их части. Например, Брихадараньяка упанишада включена как одна из частей в Шатапатха Брахману.

Для примера – отрывок текста Шатапатха Брахманы:

«Когда яджна (огненный ритуал) завершена, (адхварью), зайдя с южной стороны (алтаря), выливает полный горшок (воды). Ведь так и в самом деле он становится обращенным к северу. Поэтому он и выливает полный горшок (на алтарь), зайдя с южной (его) стороны. Поистине, кто приносит жертву, приносит жертву (с мыслью): «Да будет и моя в мире богов!» Именно в мир богов устремляется вперед вот эта его яджна. Направляясь за ней следом, идет жертвенный дар – тот, что дает он (жрецам). Следом за жертвенным даром, ухватившись (за него, идет и сам) жертвователь».

В брахманах продолжают развиваться религиозные идеи. Большее значение приобретает Вишну, который олицетворяет жертвоприношения, также появляется Шива как милостивое божество под различными именами. Жертвоприношения приобретают особое значение: вся вселенная является их плодом. Это способствовало возвышению жрецов, жречество становится профессиональным занятием. Утверждается кастовая система, а деление на касты приобретает наследственный характер.

В брахманах формулируется идея четырех ашрамов – четырех периодов жизни человека. Согласно этой идее, жизнь человека делится на 4 периода. Первый – период ученичества, который называется брахмачарья, посвящается изучению вед. Второй называется грихастха – период «домостроя», создания семьи, мирской жизни. Третий – период отшельничества, в который человек, выполнивший свой долг перед семьей и обществом и достигший более старшего возраста, отдаляется от мирских дел и посвящает свою жизнь духовной практике. Этот период называется ванапрастха. Четвертый – это период саньясина или странствующего аскета, отказавшегося от всякой собственности и стремящегося только к единению с богом.

Араньяки – это тексты, предназначавшиеся для отшельников, удалившихся в лес. Сохранились 4 араньяки: Айтарея, Каушитаки, Тайттирия и Брихад араньяки. В отношении этих текстов верно все, что сказано в отношении брахман, в том числе и то, что целые части араньяк представляют упанишады. Араньяки служат связующим звеном между ритуалами брахманов и философией упанишад. Если гимны Вед являются творениями поэтов, то брахманы – произведениями жрецов, а упанишады – размышлениями философов.

Упанишады

Литературную традицию вед продолжают тексты, которые называются упанишадами. Слово «упанишад» трактуется как «сидеть возле», подразумевается находиться у ног у Учителя. По объему упанишады невелики – от нескольких страниц до нескольких десятков страниц. По меркам древнеиндийских текстов, можно сказать, совсем короткие. Их точное количество неизвестно – по некоторым оценкам, существует более 300 упанишад. Часть из них доступна в научных институтах Индии; некоторые хранятся в частных коллекциях или храмах; от других остались только названия. Однако существует общепринятый канон Муктика, в который включены 108 самых почитаемых упанишад. Перечень этих упанишад содержится в «Муктика упанишаде», поэтому он так и называется – канон Муктика.

Из этого священного канона выделяют 10 основных упанишад: Иша, Кена, Катха, Прашна, Мундака, Мандукья, Тайттирия, Айтарейя, Чандогья и Брихадараньяка упанишады. Сейчас к этому списку часто добавляют еще три: Шветашвара, Майтраяни и Каушитаки упанишады. Это наиболее древние, авторитетные и наиболее широко изучаемые упанишады, к которым были написаны комментарии великим философом Индии и основателем философской традиции веданта Шанкарой.

Датировка упанишад затруднена, но самые старые упанишады были составлены не позднее VII в. до н. э.: Чхандогья – VII–VI вв. до н. э., Брихадараньяка – VII–VI вв. до н. э., Тайттирия – VI–V вв. до н. э., Айтарея – VI–V вв. до н. э., Каушитаки – VI–V вв. до н. э., Кена (частично) – VI–V вв. до н. э… А самые поздние датируются средневековьем и даже более поздними периодами. Так, например, одна из упанишад была написана Шри Ауробиндо в первой половине XX века.

Каждая упанишада относится к одной из вед. Таким образом, есть упанишады, относящиеся к Ригведе, Самаведе, Яджурведе и Атхарваведе. Из ранних упанишад Айтарея и Каушитаки относятся к Ригведе; Кена и Чхандогья – к Самаведе; Иша, Тайттирия и Брихадараньяка – к Яджурведе; а Прашна и Мундака – к Атхарваведе. Кроме того, упанишады классифицируются по тематике: ведантистские, вайшнавские, шактийские, шиваитские. 20 упанишад относятся к йоге.

В отличие от вед, брахман и араньяк, которые являются строго религиозными сочинениями, описывающими отношения с богами, религиозные гимны и ритуалы, упанишады таковыми не являются. Веды, по сравнению с упанишадами, представляют примитивную форму религии, где мысль не стремится проникнуть под внешний покров вещей. Упанишады посвящены размышлениям о природе реальности, бога, человека и взаимоотношениях между ними.

«Откуда мы произошли, где мы живем и куда мы идем? О вы, кто знаете Брахмана, скажите нам, по чьему повелению мы живем здесь то в страданьях, то в удовольствии. Будет ли тому причиной время, или природа, или необходимость, или случайность, или элементы, или тот, который представляет собой Верховный дух?»

Хотя богословская тематика в упанишадах присутствует, основное их содержание – это философские размышления. Авторы упанишад стремились понять истинную природу реальности, оформляя попытки решения сложных метафизических вопросов в форму диалогов. Среди сотен упанишад есть тексты, сильно нагруженные философскими изысканиями, понимание которых требует определенных усилий. А есть легкие для чтения и понимания, в которых философские рассуждения преподносятся в форме интересных и необычных сюжетов, читать которые (в адаптированном переводе) не только не сложно, но и интересно. Такова, например, Катха упанишада. В ней сын мудреца Начикетас беседует с богом Смерти Ямой и получает от него наставления. Вот отрывок из этой упанишады в переводе профессора А.Я. Сыркина.

«Яма сказал: «Поистине, одно дело – благое, другое – приятное. Оба они с различными целями сковывают человека. Хорошо бывает тому, кто держится благого; гибнет цель у того, кто выбирает из них приятное. И благое, и приятное приходят к человеку; разумный, поразмыслив, различает их. Ибо разумный предпочитает благое приятному, глупый ради мирского благополучия выбирает приятное. Ты же, Начикетас, поразмыслив, отбросил желания, что приятны или кажутся приятными. Ты не пошел по тому пути, сопряженному с богатством, на котором завязли многие люди. Я вижу, ты стремишься к знанию, Начикетас, – многочисленные желания не подавили тебя. Пребывая в глубине незнания, но считая себя разумными и учеными, блуждают, скитаются дураки, словно слепцы, ведомые слепцом».

А вот этот же отрывок в переводе Б. Гребенщикова: «Яма, Царь Смерти, сказал: Одно дело – благо; другое дело – удовольствие. И то, и другое связывает человека и заставляет его действовать – но эти действия приводят к разным результатам. Выбирающий благое приходит к благу; выбирающий удовольствие не достигает цели жизни. Благое и приятное равно приходят к человеку: мудрый обходит их со всех сторон и отделяет одно от другого. Воистину, мудрый предпочитает благо удовольствиям. Дурак же от жадности выбирает удовольствия. О Начикетас! Поразмыслив, ты отказался от дорогих и приносящих удовольствия вещей. Ты не стал надевать на себя цепи собственности, под тяжестью которых множество людей идет ко дну. Есть путь мудрости и путь неведения. Они ведут в разные стороны. Один приводит к самореализации; другой уводит все дальше и дальше в сторону от истинного «Я». Начикетас, ты достоин обучения; преходящие удовольствия не соблазнили тебя. Находясь в неведении, но считая себя мудрыми и образованными, неразумные люди вновь и вновь бесцельно ходят по кругу – как слепцы, ведомые слепцами».

Как мы видим, все совершенно понятно.

Содержание упанишад

В упанишадах разрабатываются все основные понятия индийской философии: о единстве высшего Бога и человеческой души, о карме, перевоплощениях, человеческом долге на этой земле, об освобождении – мокше, о йоге и многие другие, о которых речь пойдет ниже. Авторы упанишад не единодушны в своих воззрениях, высказывают разные взгляды, идеи и предположения, которые отражают богатство и разнообразие философской мысли, поэтому неудивительно, что из одного источника развилось множество философских систем не похожих между собой.

Единый Брахман

В упанишадах религиозные взгляды трансформируются от политеизма – множества разнообразных богов к монотеизму – единому всемогущему, бесконечному, вечному, непостижимому, творцу, хранителю и разрушителю мира как единственному объекту для поклонения и почитания. Все остальные боги индийского пантеона объявляются проявлениями, формами единого Божества – Брахмана.

Религиозный ритуал

В упанишадах меняется отношение к религиозному ритуалу. Если Веды придают огромное значение жертвоприношениям, утверждают, что жертвоприношениями творится и поддерживается Бытие, то в упанишадах делается акцент на духовное служение единому Брахману – великой космической силе, Абсолюту, а внешние ритуалы и церемонии объявляются тщетными и бесполезными. Первостепенная важность придается не столько строгому выполнению ведических предписаний, сколько познанию Брахмана – первоначала реальности, Абсолюта – и единению с ним. Сама жизнь рассматривается как высшее жертвоприношение ради познания человеком самого себя.

Атман

От внешних физических факторов внимание перемещается к внутреннему бессмертному Я – Атману, идентичному единому великому Божеству – Брахману. «Чтобы увидеть яркий свет, нам не нужно смотреть на небо; чудесный огонь заключен внутри души. Душа человека – как замочная скважина, через которую виден ландшафт всей вселенной, прозрачное озеро, отражающее истину. Только истинный живой Бог, обитающий в сердце человека, достоин поклонения».

Одной из ключевых проблем, изучаемых индийской философской мыслью, является проблема истинного Я человека. Подлинное я – это не тело, которое подвержено всем страданиям и несовершенствам и которое представляет собой материальное явление. Тело – это только инструмент, которым пользуется сознание, которое само по себе не является продуктом тела. Философский анализ природы человека приводит авторов упанишад к понятию Атмана. Этот термин встречается еще в Ригведе, где он обозначает дыхание или жизненную силу. В эпоху упанишад он приобретает значение внутреннего, сокровенного я человека, души.

Сансара

В упанишадах формулируется теория сансары – бесконечной череды рождений и смертей. Жизнь рассматривается как возможность самосовершенствования, духовного роста, ступень для перехода к бесконечному, возможность для подготовки души к выходу из колеса перерождений.

Относительно возникновения мира, всего Бытия, упанишады излагают четыре разных точки зрения.

1. Материя существует извечно, независимо от Бога, который придает ей форму, но не создает ее.

2. Бог создает мир из ничего, но мир независим от Бога, хотя и является его творением.

3. Бог творит мир посредством воплощения, проявления себя в нем.

4. Бог – единственная реальность и ничего кроме него не существует, никакого творения вообще нет.

Пять стихий

В упанишадах впервые описывается теория пяти стихий или пяти первоэлементов, к которым относятся эфир, воздух, огонь, вода и земля. Именно в таком порядке элементы возникают, проявляясь каждый из предыдущего. Здесь под словами «вода», «земля», «воздух» и т. д. понимается не реальная почва или воздух, которым мы дышим, а первоэлементы, обладающие определенными качествами: плотностью, запахом, осязаемостью и др.

Великие изречения упанишад

Брахман как великое космическое начало и Атман как психическое начало рассматриваются в упанишадах как идентичные, как тождество Бога и человеческой Души. Бесконечное находится не за пределами конечного, а внутри него. Идея тождества Брахмана и Атмана пронизывает все упанишады. Этот тезис выражается в так называемых махавакьях – великих изречениях упанишад. Всего их четыре. Каждая махавакья («вак» – на санскрите «речь») ассоциируется с одной из четырех Вед.

Махавакья Айтарея упанишады, которая относится к Ригведе: «Прагьянам брахма» – «Сознание – Брахман».

Махавакья Чхандогья упанишады, относящейся к Самаведе: «Тат твам аси» – «Ты есть То».

Махавакья Брихадараньяки упанишады Яджурведы: «Ахам брахмасми» – «Я это Брахман».

Махавакья Мандукья упанишады, относящейся к Атхарваведе: «Аям атма брахма» – «Атман суть Брахман».

Йога в упанишадах

В ведах и прилегающих к ним текстам мы не находим почти ничего, что можно было бы отнести к йоге. В Ригведе есть только намеки на древность существования практик йоги. Например, упоминаются несколько категорий аскетов: яти – «дисциплинированный», кешин – «волосатый», муни – «молчаливый», вратья – «давший обет». И есть широко известный гимн Кеши-сукта – «гимн косматым», в котором говорится о неких кешинах – скитающихся аскетах с длинными спутанными волосами. «Аскеты, подпоясанные ветром, одеваются в коричневые грязные одежды. Они следуют порыву ветра, когда боги вошли (в них). «Возбужденные состоянием аскета, мы оседлали ветры. Только тела наши вы, смертные, видите перед собою». Он летит по воздуху, глядя вниз на все формы. Аскет каждому богу добрый друг, готовый на благое деяние». Эти ведические аскеты напоминают аскетов более позднего времени, которые существуют в Индии и до сих пор. Мы не знаем, насколько популярны были эти практики в ведийские времена, и какова была их цель. Возможно, самые древние корни йоги относятся именно к ним, но может быть, и нет, так как многие исследователи считают, что аскетические элементы не являются изначально ведийскими или арийскими, а были привнесены в религиозную традицию из местных автохтонных культов.

Идеи и практики йоги впервые структурируются именно в упанишадах. Слово «йога» как психопрактика впервые упоминается в Катха-упанишаде: «Твердое владение чувствами – это считают йогой». Авторы ранних упанишад считают, что, вследствие несовершенства нашего познавательного аппарата, мы воспринимаем реальность в искаженном виде. Мы видим мир, как будто смотрим на него через мутное стекло. «Замутняет стекло» особенность функционирования нашего ума, который не отражает реальность такой, какова она на самом деле. Древние мыслители считали, что между процессом истинного познания и познаваемой реальностью стоят наши эгоистические желания и страсти. Когда личность человека действует на процесс познания, отражение становится туманным. Невежество наблюдателя затемняет объект фантазиями. Преобладающие в нем предрассудки накладывают отпечаток на истинную природу вещей.

Удивительно, но эта идея полностью подтверждается современными нейрофизиологами, которые говорят, что, получая информацию от органов чувств, наш ум не только обобщает ее, но и дополняет и стремится осознать, как нечто уже известное, хорошо ему знакомое.

Для истинного познания реальности, с точки зрения упанишад, необходимо усмирить бурную энергию нашего ума, остановить непрерывный поток беспорядочных мыслей, очистить ум от бесконечных желаний, страстей, страхов, ожиданий, беспокойства, фантазий, вспоминания прошлого опыта и т. п. Мы должны научиться контролировать свой ум, который приковывает нас к внешним вещам и превращает нас в их рабов. Метод, который позволяет сделать ум ясным и способным воспринимать реальность такой, какова она есть, и есть йога. Йога – это практическая дисциплина, открывающая путь к истинному познанию вещей.

Йога ранних упанишад подразумевает умственную и духовную дисциплину. Только посредством такой дисциплины мы можем подняться до вершин строгой объективности. Упанишады также подчеркивают необходимость практики суровой добродетельной жизни, прежде чем мы достигнем конечной цели.

Успокоение ума выводит восприятие и познание за пределы рассуждений и открывает перед практиком божественное прозрение, непосредственное переживание реальности: «неслышимое становится слышимым, невоспринимаемое становится воспринимаемым и неизвестное становится известным», – Чхандогья упанишада. Т. е. процесс познания становится не результатом интеллектуальной деятельности, а открыванием, обнаружением действительности.

В качестве методов обретения таких способностей упанишады обозначают практики управления дыханием и сосредоточение. Путь достижения спокойствия ума заключается в сосредоточении внимания или фиксировании мысли на определенном предмете, отстраняясь от всех остальных. Чхандогъя-упанишада говорит о сосредоточении «всех чувств», что созвучно пратьяхаре – одной из практик или ступеней йоги, описанной в более поздних текстах. В Майтри-упанишаде описывается такая практика: «Надавив на нёбо кончиком языка, сдерживая речь, разум и дыхание, он созерцательным исследованием видит Брахмана».

Позднее появились упанишады, относящиеся к йоге. К йога-упанишадам относятся:

Хамса

Амритабинду

Амританада

Кшурика

Теджабинду

Надабинду

Дхьяна-бинду

Брахмавидья

Йога-таттва

Тришикхи-брахмана

Йогачудамани

Мандала-брахмана

Адваятарака

Шандилья

Йогашикха

Пашупата

Йогакундалини

Джабала-даршана

Махавакья

Вараха

В этих упанишадах мы находим не только практики созерцания, размышления и остановки ума, но и все практики йоги, включая подробные описания пранаямы, асаны, бандхи, задержки дыхания и пр… Здесь же изложены представления о строении «тонкого» тела человека: пранах, нади, бинду. Говорится о восьми частях – ангах – йоги – аштанга-йоге, хотя в Майтри- и Дхьянабинду упанишадах йога шестиступенчатая – шатанга. В Шандилья упанишаде описываются восемь асан: свастикасана, гомукхасана, падмасана, вирасана, симхасана, бхадрасана, муктасана и маюрасана.

«Этими позами уничтожаются все болезни внутри тела; все яды устраняются. Пусть человек, который не способен практиковать все эти положения, посвятит себя практике любого, которое он найдет легким и приятным. Тот, кто овладевает этими положениями тела, тот овладевает тремя мирами. Тот, кто практикует яму и нияму (морально-этические заповеди), должен практиковать пранаяму; благодаря этому нади (тонкие каналы тела) очистятся», – утверждает Шандилья упанишада.

Возрастное ограничение:
16+
Дата выхода на Литрес:
09 августа 2023
Дата написания:
2023
Объем:
316 стр. 27 иллюстраций
Правообладатель:
Автор
Формат скачивания:
epub, fb2, fb3, ios.epub, mobi, pdf, txt, zip

С этой книгой читают