Слова, которых нет

Текст
17
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Металлическое танго

– Ники-малыш, почему ты не можешь написать статью с первого раза? – Мистер Келлерман хотел было швырнуть листок бумаги в корзину, но увидел, что та переполнена. И тогда он поджег распечатку и бросил ее в пепельницу.

«Что-то новенькое, – подумал Ник. – Не помню, чтобы редактор курил». Он осмотрел кабинет. Грязные носки и трусы, валявшиеся на полу, говорили о многом. Мистер Келлерман точно здесь спал, и не одну ночь.

– Красиво горит, – заметила Элизабет.

– Так-то это наша работа, – сказал Ник.

– Угу. Красиво горит наша работа.

Мистер Келлерман закурил сигару от догорающей статьи, а потом закашлял.

* * *

Связь с прошлым, ставшая возможной благодаря Флёр, навела Ника на мысль, как можно спасти родителей и всех тех, кто исчез год назад. Идея была банальной до неприличия. Об этом было снято так много фильмов, что сработать она была просто обязана.

– Когда Лаплас рассказал своему коллеге по Академии Наук Пьеру Мешену о странном ящике, который притащили в мой амбар крысы, тот заинтересовался и присоединился к нам, – прочла Флёр новую запись из дневника. – Ящик был из твердой бумаги. Внутри него находились… хлопья (так было написано на нем). Мы изучили ящик. Лаплас предположил, что он с другого конца света, потому что ничего подобного в нашей стране не делали. Будучи ответственным за измерение времени в Академии Наук, Мешен, конечно же, отбросил вариант Лапласа (ведь все надписи на ящике были на французском) и указал на более правдоподобный вариант, в который мы не могли поверить.

В углу ящика была указана дата – 15 марта 2020 года. Этот день же еще не наступил? Как можно в это поверить? Странный розыгрыш. Но Мешен был уверен, что это возможно, потому что мы имели дело с, казалось бы, невозможной аномалией, в которой происходили необъяснимые вещи. Если грань существует, говорил он, то почему ящик, которого не должно быть, не может существовать?

В тот день мы провели три эксперимента с этим серым ящиком и его серым содержимым. Сперва Лаплас предложил мне попробовать хлопья. Я нехотя, но согласилась. Было вкусно. Потом я решила пройти через границу, жуя эти хлопья. В результате хлопья как бы вывалились у меня изо рта и куда-то исчезли. Третий эксперимент заключался в том, чтобы сдвинуть ящик за границу. Когда Мешен начал это делать, то ящик начал исчезать у нас на глазах.

– Удивительно, они делали то, что делаем мы, – сказал Ник. – Жаль, нельзя поскорее узнать, что там было дальше.

– Уи, но полагаться только на дневник не стоит.

– Почему?

– Потому что может быть слишком поздно. Я же уже говорила.

– Ты права. «Клуб тех, кого нет» должен действовать, как действовали его основатели.

– Говоришь ты уверенно, а идеи-то у тебя есть, Лаплас?

– Да. Сначала мы запомним свои настоящие имена, а потом изменим прошлое. И тогда мы сможем спасти всех, кто исчез.

– Исчез?

– Да, я же говорил, что, когда появились сумеречные зоны люди, находившиеся в них, просто исчезли. Поэтому я и занялся экспериментами, чтобы вернуть их.

– Ясно. Но знаешь, твоя идея с изменением прошлого может сработать.

Флёр подняла руку вверх, растопырив пальцы, будто бы хотела схватить солнце, и посмотрела в небо.

– Так давай изменим миропорядок! – воскликнула она. – Начнем операцию «Георгины»!

– Гео… что?

– Цветы такие семейства астровые, не слышал?

– Слышал, но почему не подсолнухи?

– А должны быть? – Флёр приподняла левую бровь.

– Ну да, ты же помешана на них… а впрочем, знаешь, к черту, – Ник махнул рукой.

Элизабет усмехнулась.

– Ты чего? – спросил Ник.

– Вы всегда так весело ругаетесь, – ответила она.

– Может быть, этой ненормальной и весело, но мне…

– Нормальной быть глупо, Лаплас, – заметила Флёр. – Запомни это. Так что давай займемся изменением прошлого. Мне нужны данные, чтобы как-то повлиять на мое настоящее или твое прошлое.

– Я думаю, нужно начать с чего-то простого…

* * *

– Эй, старик, не спишь? – спросил Ник, подходя к Альфреду. Тот так укутался в пальто, что казалось, ему холодно.

– Чего изволите, господин Эрхарт? – ответил он в полудреме.

– Есть дело.

Альфред открыл глаза и бодрым голосом проговорил:

– Я принимаю наличные, безналичные платежи, с недавних пор даже акции. Чем вы хотите со мной расплатиться? Криптовалютой тоже не брезгую.

– Сколько?

– Двадцать долларов. Не зимбабвийских. Предпочитаю видеть президента Джексона на купюре.

– Какой же ты все-таки жадный, старый скупердяй. Откуда ты только такой вылез?

Альфред пожал плечами.

– Из влагалища моей матушки много десятилетий назад. Помню яркий свет и…

– Стоп! – воскликнул Ник. – Будет тебе двадцатка, только замолчи. – Он порылся в карманах джинсов и все-таки смог что-то найти.

– Не фальшивая? – насторожился Альфред.

– Да ты охренел, старик!

Ник еще некоторое время возмущался такой дерзостью, а потом все-таки перешел к делу. Он рассказал Альфреду все, что знал о сумеречных зонах, а заодно развеял все мифы и опасности, связанные с аномалией.

– Мы хотим изменить прошлое, это самый простой способ спасти моих родителей и всех, кто пропал из-за… – Ник запнулся, не зная, как назвать случившееся.

– Из-за этого вот, – сказала Элизабет. – О! Капелька падает!

– Да. Этого вот, – согласился Ник.

– Какую роль в этом представлении играю я? – спросил Альфред.

– Ты же живешь в этом городе со времен палеозоя?

– Да, господин Эрхарт. Удалось и неопротерозой застать. В привычном понимании это значит тридцать лет, если мне память не изменяет. А она изменяет.

– Значит, зимой 2003 года ты мог быть здесь?

– Совсем наверняка.

– Мы хотим изменить что-то незначительное, перед тем как менять что-то значительное.

– Хороший план. И что вы предлагаете?

– С тобой в прошлом свяжется девушка. Чудаковатая девушка. Немного ненормальная. Но кто без странностей. Она скажет, чтобы ты что-то сделал, что сквозь время донесется до настоящего.

– Например?

– Не знаю, если в то время ты делал себе татуировку на заднице, то она может предложить другой рисунок.

– У меня нет татуировок.

– Так, может, сделаешь в 2003-м на левой ягодице?

– Вряд ли.

– Может, у тебя есть что-то памятное? Цепочка, часы… не знаю… консервированный тунец? – Ник начал ходить из стороны в сторону как метроном. Это помогало думать.

– Нет у меня ничего такого… хотя…

– Что? – Ник остановился.

Альфред приподнял шляпу.

– Эту шляпу я получил в подарок 30 ноября 2003 года.

– Так-так-так, – Ник вновь замаячил. – В прошлый четверг она говорила, что у нее было 24 ноября. У нас тогда было 19 мая, а сейчас 24 мая, выходит, у нее 29 ноября. Надо спешить…

– Что?

– Да ничего, трудно поверить, что ты смог запомнить, когда тебе подарили дурацкую шляпу.

– Она не дурацкая. Это английская шляпа фирмы «Кристис». Очень хорошая работа.

Ник ничего не ответил.

– Она черная, – заметил Альфред. – А могла быть белой.

– Отлично, значит, изменим цвет шляпы, – сказал Ник и протянул ему руку. – Поднимайся.

– Зачем?

– Пойдем в сумеречную зону.

– Но я не могу оставить сэра Достоевского одного.

– Потому что он утащил твою флягу?

– Нет, потому что он мой друг.

– Фляга у него?

Альфред поводил глазами из стороны в сторону, а потом сказал «Да» и вздохнул. Тогда он еще не знал, что она ему очень пригодится. А если бы знал, то выпил бы на дорожку.

Когда Альфред с собакой пересек границу сумеречной зоны, к ним тут же бросилась Флёр.

– Бонжур, где тебя носило, Неккер? – сказала она. – Я тебя давно ищу! Думала, ты погиб насовсем. Три ночи не спала, две спала, на шестую поела блинчики сюзетт. Было вкусно.

Альфред посмотрел направо, а потом налево, и тут до него дошло, что обращаются все-таки к нему. Он приподнял брови и указал на себя пальцем.

Дости рванул к Флёр.

– И тебе бонжур, барон Порталь, – она обняла собаку и начала чесать ей за ушком.

Ник прошел мимо Альфреда и похлопал его по плечу.

– Да, она тебе, да, она охренительно ненормальная, – заметил он. – И да, добро пожаловать в безумный цирк. Конкурсы у нас – закачаешься.

Следом прошла Элизабет и тоже похлопала Альфреда по плечу.

– Странненькая, – заметила она.

Альфред шмыгнул носом и сказал:

– Надо выпить.

Флёр вдруг зажмурилась, потрясла головой и еще раз посмотрела на новичков в сумеречной зоне.

– Обозналась, пардон. Мне показалось, Лаплас привел новых шевалье. Вы так похожи на министра финансов Жака Неккера. Я подумала, что вы его преемник.

– Ладно старик, а собака, по-твоему, тоже похожа на шевалье? – спросил Ник.

– А что? – возразила Флёр.

– Да ты готова взять первых встречных в клуб.

– С Мешеном это сработало.

– Даже удивительно.

– Нон, это чистая математика. Лаплас все рассчитал много лет назад. К тому же в письме сказано, что шевалье придут вслед за тобой.

– Да я кого угодно могу вслед за собой привести.

– Тогда мы проверим кого угодно.

– А если я приведу его? То и его проверишь?

– Тот, кто ищет находится в моем времени. Так что не приведешь.

Ник вздохнул.

– Ладно, черт с ним. Ты на полном серьезе предлагаешь проверить собаку и старика?

– Уи.

– По-твоему, бомж может быть преемником министра финансов?

– Уи, а по-твоему, собака может быть преемником врача?

Ник растерялся, открыв рот, и выдавил из себя лишь протяжное «Эээээ».

– Поэтому проверим обоих, – подытожила Флёр. – На всякий случай.

– Ладно, – согласился Ник. – Лишь бы это поскорее закончилось.

– Что происходит? – спросил Альфред.

– Они решают, стоит ли загадывать загадки тебе и Дости, – ответила Элизабет.

 

– А зачем?

– Секрет, – Элизабет загадочно поводила глазами из стороны в сторону.

Альфред поднял флягу, которую обронил Дости, и сделал глоток. Немного подумав, сделал еще и второй на всякий случай. Он решил, что лишним не будет.

– Я готов, – сказал Альфред.

Флёр достала письмо из своего потрепанного портфеля и зачитала загадку шевалье Неккера:

– Ты дал мне три имени, но верно одно. В каждом из обликов скрыто оно. Кто я?

– Можешь подумать, – сказал Ник. – Никто сразу не угадывает.

– Вода, – не раздумывая ответил Альфред. – Что дальше? Если нужно платить взнос, то я пас.

Наступила тишина.

Никто не ожидал такого быстрого ответа.

– Ээ… – после паузы произнес Ник. – Если ответ верный, то ты должен принести предмет памяти, как-то связанный с ним.

– Альфред фон Зутнер взносы не платит! – воскликнул Альфред и покачал головой.

– Это не взнос, предмет останется у тебя.

Альфред почесал затылок, потом бороду и буквально через пару секунд достал флягу из кармана.

– Подойдет? – спросил он. – Это единственное, что у меня есть.

– Что за фарс?! – возмутился Ник и вскинул руки. – Так не бывает.

Альфред нехотя передал флягу Флёр. Она внимательно изучила ее, осмотрела буквально каждую деталь, заостряя внимание даже на царапинах.

– Выглядит очень старой. И совершенно точно она связана с разгадкой. Жаль, надписи уже стерты. А откуда она у вас?

– Этого я не могу сказать, юная госпожа. Это случилось несколько лет назад. Я вышел вечером на прогулку, а потом все как в тумане. Проснулся я уже с этой флягой. В ней был отличный шотландский виски.

– Возможно, алкоголь – это и есть ключ.

– Серьезно? – недоумевал Ник. – Давай еще собаку сделаем шевалье.

– Не понимаю твоего возмущения, Лаплас, – спокойно проговорила Флёр. – Разве плохо, что мы станем на шаг ближе к правде?

– Нет, но так не бывает!

– Почему?

– Да потому что собака не может быть шевалье!

– Тебе откуда знать?

– Да она даже не может разгадать загадку!

– Дости умный, – возразила Элизабет. – Не обижай его.

– Нехорошо это, господин Эрхарт, – согласился Альфред.

Ник вознес руки к небесам и сказал:

– За что мне все это!

А потом он выдохнул и продолжил:

– Загадывай уже загадку, ненормальная. И покончим с этим фарсом.

Флёр пробежалась глазами по письму, ее взгляд остановился на загадке шевалье Порталя.

– Без меня тебе не разгадать, кто я. Кто я?

– Гав-гав, – пролаял Дости.

– Он говорит, что ему нужно подумать, – перевела Элизабет.

– Зачем ты подыгрываешь этой ненормальной? – спросил Ник.

– Бьен, – сказала Флёр. – Пока месье Дости думает, нам нужно вернуться к делу.

– Аллилуйя! – воскликнул Ник.

– Шевалье Неккер, тебя уже ввели в курс дела? Лаплас должен был рассказать тебе все о необычном месте, в котором мы сейчас находимся.

– Стоп! – возразил Ник. – Почему он уже шевалье? Когда он успел вступить в «Клуб тех, кого нет» и получить тайное имя?

– Пока ты возмущался, я успела пробежаться по записи из дневника. Фляга оказалась ключом, точнее, алкоголь. Но на полную расшифровку уйдет время.

– Но у него нет клейма подсолнуха!

Флёр подняла указательный палец и замерла на секунду.

– Ты прав, Лаплас. Так не пойдет. Неккер, а ну давай сюда руку.

Пока Флёр рисовала секретный знак клуба на запястье Альфреда, он сказал:

– Люблю тайные общества. Ничего, что я уже состою в нескольких?

– Ничего, – ответила Флёр.

Рисунок был готов.

– Добро пожаловать в «Клуб тех, кого нет»! – воскликнула Элизабет. Она достала из рюкзака термос с зеленым чаем, стаканчики и несколько пирожных, а затем разложила все на лавочке. – Давайте отметим, что нас стало четыре.

Альфред не мог отказаться от такого предложения, только он подлил в свой чай шотландский скотч. А потом еще раз на всякий случай. Лишним не будет, уверял он себя и был прав.

Флёр тоже с радостью восприняла инициативу Элизабет, хоть и знала, что нет большого смысла в том, чтобы есть еду из настоящего, и все-таки она попробовала пирожное и чай.

Даже Дости попытался примазаться к празднику, и только Ник воспринял это как трату времени. Устроили тут, понимаешь, пир на лавке, думал он, отпивая чай из стакана.

Когда чаепитие закончилось, Флёр уставилась на Альфреда как-то уж слишком серьезно, а потом спросила:

– Чего бы ты хотел изменить в своей жизни, Неккер? Может быть, я смогу это сделать.

Альфред смотрел Флёр в глаза и молчал какое-то время. Отчего-то легкомыслие стерлось с его морщинистого лица и не вернулось даже тогда, когда он рассказывал о последнем дне ноября 2003 года, который провел с дочкой. Дочь тогда потащила его в магазин за подарком на Рождество, потому что боялась, что не успеет его купить. Одна шляпа была черной, а вторая – белой. Выбор пал на черную.

– Этого ты хочешь? – спросила Флёр.

Альфред кивнул.

– Так значит, если я первой возьму черную шляпу, затаюсь где-нибудь, то у тебя просто не будет выбора и в следующий раз мы увидим на твоей голове белую шляпу?

– Верно, юная госпожа.

Флёр вдруг зажмурилась, прикоснулась рукой к голове и начала тереть правый висок.

– Даже удивительно, что ты это помнишь, Неккер, – сказала она. – После всех приключений, которые мы все пережили, я боялась, что с мозгами у тебя стало совсем плохо. Помнишь перестрелку в парке, которую вы с Дюпюи устроили, чтобы спасти голого месье? Дюпюи еще ранили тогда, но ты вытащил его несмотря ни на что!

– Да, помню, словно это было вчера.

– Это как раз вчера и было. Кажется.

Флёр ударила себя по голове ладонью два раза, а потом закрыла глаза. По ее довольной ухмылке можно было понять, что теперь все в порядке.

– Старик, не подыгрывай ей! – вмешался в разговор Ник, а сам подумал: что это было? – Лучше скажи, ты помнишь, сколько было времени, когда твоя дочь подарила тебе шляпу? Это было до обеда или после?

– Примерно в 3:15 пополудни, – ответил Альфред. – Но юной госпоже следует затаиться в магазине как минимум до 3:30 и ни в коем случае не подходить ко входу.

– Ээ… но… а впрочем, плевать.

Флёр позвала всех встать поближе, чтобы образовался круг, как она уверяла, символ крепости тайного общества. Она сказала, что следующая встреча состоится завтра в пять пополудни в этом же месте, когда миссия будет выполнена.

Слова прозвучали, и все разошлись.

Ник был так воодушевлен, что всю ночь бродил по городу в размышлениях о том, что скажет родителям, когда увидит их вновь, и что скажет брату, который не верил в него.

* * *

Ровно в 5:00 пополудни из разрисованной кирпичной стены в сумеречной зоне на Тремонт-стрит вышла черно-белая девушка с подсолнухом в волосах. Она выглядела напряженной и потерянной. Нетипично для Флёр де Солей. Никаких ухмылок и дурацких выражений лица. Даже ее шаги к лавочке, где Ник и Элизабет коротали время за шахматами (Ник проигрывал уже в пятый раз), были короткими и нервными, словно она и идти не хотела.

Странно.

Когда Флёр подошла к лавочке, то ее беспокойство куда-то пропало. Выражение лица стало прежним – легкомысленным.

Странно.

– Что? – спросил Ник, не понимая, почему Флёр вдруг начала ухмыляться.

– Я думала, что ничего не вышло, но… – она указала рукой за спину Нику и Элизабет, – похоже, я могу управлять прошлым, Лаплас. А значит, мне подвластно все!

Ник и Элизабет обернулись и увидели Альфреда в белой потрепанной шляпе. Теперь он выглядел еще более по-дурацки, чем прежде. Шляпа совершенно не шла к его черному пиджаку и порванным брюкам, держащимся на веревке, завязанной бантом.

– Получилось, – сказал Ник, сам тому не веря, а потом воскликнул: – У нас получилось, Элизабет!

– Шах и мат, – сказала Элизабет, сдвинув ферзя.

Ник поднес телефон ко рту и под запись сказал:

– Эксперимент «Мечта» показал, что прошлое можно изменить. Мисс де Солей, поколдовав в 2003-м году, вынудила мистера фон Зутнера купить другую шляпу. А это значит, что уже скоро мы сможем спасти всех, кто исчез год назад!

– Ты-то кого собрался спасать, амбесиль? – Флёр указала на себя большим пальцем. – Шевалье де Солей здесь я. Перекрою время одним щелчком пальца и исправлю все! – Она сняла варежку и попыталась щелкнуть пальцем. Не получилось. – Уи. Я не умею щелкать пальцами, но смеяться запрещаю!

Элизабет хихикнула.

– Но тебе можно, Мешен.

– Ты даже не знаешь, кого нужно спасать, – сказал Ник. – А я знаю… знаю, где найти списки людей. К тому же ты вроде бы хотела побеждать неких их, кем бы они ни были. Это я хотел людей спасать.

– Кто же виноват, что все смешалось? Люди, кони, кеды, беды и мое обещание помочь тебе, пускай и не закрепленное мизинчиком.

Ник вдруг почувствовал, как на него нахлынула волна усталости. Нет, это было целое цунами. Он тяжело и протяжно вздохнул, а потом спросил:

– Ты можешь вести себя нормально?

Но вопрос был риторическим. И пока эти двое ругались, Элизабет обнаружила что-то действительно красивое. Она даже вытащила из рюкзака фотокамеру.

Альфред стоял рядом с Дости, когда Элизабет подошла к нему и навела объектив на белый потрепанный котелок.

– Странно, – сказала она. – Но красиво.

– О чем вы, госпожа Франк? – глаза Альфреда забегали.

Но Элизабет не пояснила.

– Хватит! – застонал Ник. – Я не могу больше спорить с тобой.

– У тебя здесь нет власти, Лаплас, – сказала Флёр. – Тем не менее мы можем отложить наш разговор на потом и сосредоточиться на наших дальнейших действиях по изменению прошлого, спасению исчезнувших людей и закупориванию сумеречных зон.

– Согласен.

– Но прежде нужно что-то делать с этим, – Флёр провела рукой вдоль горизонта, а потом указала на тротуар, видневшийся в проходе между секциями строительного забора.

– О чем ты?

– Я не психолог, но, Лаплас, мне кажется, люди из настоящего не очень хорошо относятся к людям из прошлого.

Как раз в этот момент в сумеречную зону влетел пакет мусора, разбивший как кегли небольшую горку из цветной упаковки, которая успела образоваться здесь за последние дни.

– Пламя загорается от искры, – заметила Флёр. – Это искра.

– Не понимаю, – сказал Ник.

– Видел того, кто бросил мусор?

– Да.

– Это не просто мусор, это целый пакет мусора. А это значит, что этот человек дотащил его от дома до сумеречной зоны, чтобы выбросить. Ненависть медленно поглощает твое настоящее, Лаплас.

Ник нахмурился.

– Но из прошлого тоже швыряются мусором! – возразил он.

– Нон. Мы же проводили эксперименты. Это невозможно. Так что люди из настоящего получают обратно свой собственный мусор.

Ник растерялся. Он знал, что Флёр права, но все равно пытался за что-то зацепиться, чтобы вина людей из настоящего не казалась такой однозначной.

– Ладно, в этом ты права, но землю вы все равно украли у нас.

Ник сходил с козыря. Ему бы быть довольным своим ответом, но что-то в этом разделении на «мы» и «вы» было неправильным.

– Я не буду спорить, Лаплас, – ответила Флёр. – Важно не это, а то, что люди в настоящем напряжены из-за сложившейся ситуации и ищут повод напакостить людям из прошлого. А это может привести к последствиям.

– А на что вы рассчитывали, когда забрали наши земли? Просто верните их, и все!

– Возвращаю. Забирай.

– Ээ…

– О том и речь. Это не зависит от меня.

– Ладно, о каких последствиях ты говоришь?

– Представь, что сумеречные зоны станут территориями для сведения счетов.

Ник задумчиво посмотрел на Флёр. Какого цвета у нее глаза, подумал он. Карие? Или может…

– Серые… – сказал он вслух.

– Что?

– Нет, забудь. Но, слушай, президент Байден заверил, что люди из сумеречных зон нам не враги. Никто никакие счеты сводить не будет.

– Ты сам в недавнем прошлом назвал меня врагом, а у нас даже весовые категории разные. Ты правда думаешь, что проблемы нет?

Ник растерялся.

– Мой дедушка говорил, – сказала Флёр, – закрывая глаза, мы теряем больше, чем думаем, что обретем.

– Я не понял, что это значит, – проговорил Ник. – Но что ты предлагаешь?

– Прежде чем продолжать менять прошлое, я предлагаю опросить людей как в настоящем, так и в прошлом, чтобы выяснить, как они относятся к аномалии. Может, бояться преждевременно и от мусора до мордобоя еще далеко, а может, и нет. – После паузы Флёр продолжила: – Внезапная гражданская война может помешать всем нашим планам, и тогда мы будем думать не о том, как кого-то спасти, а как самим выжить.

– Война? – спросил Ник ошарашенно. – Не драматизируй.

 

– Напомню еще раз, только недавно ты назвал меня врагом.

Ник приоткрыл рот, но не смог ничего сказать.

– О том и речь, Лаплас.

– Ладно, согласен, твои опасения не беспочвенны. Опрос провести стоит. А что насчет дневника, тебе удалось расшифровать еще одну запись? Может быть, дневник подскажет что делать, если окажется, что худшего не избежать.

Флёр завела руки за спину и отвернулась.

– Не скажу, – сказала она.

– В смысле, – растерялся Ник.

– Встань на одну ногу.

Ник зачем-то послушался и встал.

– А теперь прыгни три раза, – сказала Флёр.

– Я не понимаю.

– Просто делай.

Ник прыгнул трижды.

– Зачерпни снег рукой и съешь, – Флёр обернулась, чтобы посмотреть.

– Что? – Ник встал на обе ноги. – Да что с тобой не так?

– Я просто хотела придумать тайное приветствие. У «Клуба тех, кого нет» было свое тайное приветствие. И у нас должно быть.

– Если для тебя это важно, может, будем просто чтить традиции и приветствовать друг друга как прежний клуб? Зачем придумывать свое?

– Они плевали друг другу на руки, а потом здоровались. Очень негигиенично и мерзко. Я, конечно, могу плюнуть тебе на руку, но вот если ты только подумаешь сделать то же самое, то шевалье Неккер за себя не ручается.

– Что?

– Я буду вынужден применить силу, господин Эрхарт, – встрял в разговор Альфред.

– Старик! Хватит подыгрывать ей, – огрызнулся Ник.

– Я хочу тайное приветствие, – сказала Элизабет.

– Давайте проголосуем. Кто за то, чтобы выбрать тайное приветствие? – спросила Флёр и подняла руку.

То же самое сделали Альфред и Элизабет. Ник в этом фарсе не участвовал.

– А кто за то, чтобы я читала дневник?

Только Ник поднял руку.

– Решено. Неккер и Мешен, подойдите ко мне.

Элизабет и Альфред послушно зашагали в сторону Флёр. Ник тоже направился к ней.

– А ты куда идешь, Лаплас? – спросила Флёр. – Иди на лавку позора! Бунтарь-революционер!

Ник махнул рукой и молча пошел к лавочке. Ему надоело сопротивляться глупости, которую творила Флёр. Он не мог понять принцип, по которому она расставляла приоритеты, и это его бесило. Сейчас она готова заниматься ерундой, а через пять минут будет с серьезным видом беспокоиться о какой-то надуманной гражданской войне и искать способ ее предотвратить.

«Странная», – подумал Ник.

Каждый из шевалье «Клуба тех, кого нет» предложил свой собственный вариант приветствия. Так, Элизабет показывала мотылька с помощью рук. Но кажется, у Альфреда был вариант поинтереснее. Он задирал нос и будто бы нес закуски на подносе, выглядя при этом как императорский пингвин. Элизабет подбегала к нему, подпрыгивала и хлопала по его ладони. Он смотрел на руку и таинственно кивал, словно получил неплохие чаевые.

Флёр нравились оба варианта, но особенно ей полюбился вариант Дости, хоть он пока и не был шевалье, который она назвала «Найди свой хвост», но, к сожалению, вертеться на одном месте так долго никому из шевалье не удалось. Они все попадали на снег и рассмеялись.

Ник хмуро наблюдал за этим действом и ждал, когда же все это закончится. Но оно не заканчивалось еще как минимум полчаса, пока варианты приветствий не стали уж совсем абсурдными и в связи с этим не был выбран наиболее вменяемый способ из всех предложенных.

Флёр положила левую кисть на правую, оттопырив пальцы, и направила руки к небу. Это было похоже на цветок, тянущийся к солнцу. После этого она обеими ладонями отбила «пять» Элизабет и, склонив голову, приложила указательный палец к губам.

Это был салют подсолнуха.

К тому моменту как с отработкой приветствия было покончено, Ник успел задремать на лавочке. В те дни он часто засыпал где ни попадя.

– Рассказать тебе сказку на ночь? – сказала Флёр, ударив по козырьку бейсболки на голове Ника.

– Иди к черту, – огрызнулся Ник. – Я без тебя нормально сплю.

– Без сказки кошмары замучают.

– А вот и нет, – фыркнул Ник.

– А что тебе снилось? – не унималась Флёр.

Ник отвел взгляд и слегка покраснел.

– Ээ… допустим, кошмары, – ответил он. – Ты можешь быть серьезной?

– Маленький капризничает, – заметила Элизабет.

– Ути-пути, господин Эрхарт, – проговорил Альфред.

Ник вскочил со скамейки и указал пальцем на него.

– Хватит ей подыгрывать, старик! – сказал он. – Я не маленький!

Флёр смахнула снег с лавочки и села. Рядом с ней устроился Альфред с Дости на руках. Элизабет встала рядом с Ником.

– Сегодня я расскажу историю о том, как к шевалье де Солей присоединился Жак Неккер, – Флёр вынула из дневника листок с расшифровкой. – Это стало для нас обычным занятием – пару раз в неделю встречаться и проводить эксперименты в моем амбаре, – прочитала она. – В один из таких дней мы наконец-то застали крупного зверя – серого бродягу, но не того, которого я видела в прошлый раз. Он выглядел неряшливо и, кажется, был пьян. Мы следили за ним через наблюдательную щель в стене амбара, сменяя друг друга. И надо сказать, не все из его дел можно без стыда описать на бумаге. Пожалуй, я воздержусь от подробностей.

Он не заметил слежки. Позднее мы выяснили почему. Перед тем, как бродяга собрался уходить, мы отправили Мешена встретить его. Когда бродяга вышел из амбара, то даже не увидел, что перед ним стоял Мешен.

– И где же Неккер? – спросил Ник.

– Шевалье Мешен, будь добра, ударь Лапласа по кепке.

Элизабет подошла к Нику и сбила с его головы бейсболку.

– Зачем ты это сделала? – спросил он.

Элизабет указала пальцем на Флёр.

– Ладно, молчу, – проговорил Ник. – Продолжай.

– Сегодня к нам присоединился давний приятель Мешена по переписке Жак Неккер, бывший финансовый советник. Он приехал из Женевы по первому зову. Скучно ему там было без цифр. Когда Неккер вошел в гостиную моего дома, то первым делом спросил: «Что вы пьете, чтобы видеть серых людей?» – «Ничего», – ответила я, и он расстроился. Потом мы отвели его к амбару. Так четыре взрослых человека – я, Лаплас, Мешен и Неккер – поочередно подсматривали за бродягой.

– Хотел бы и я заглянуть во Францию восемнадцатого века, – заметил Альфред. – На пару бокалов.

– Мы устроили совещание у меня в гостиной, – прочла Флёр еще одну строчку из расшифровки дневника. – В тот же день с моей подачи мы объединились в клуб по интересам. Но наши интересы были слишком специфическими. Узнай о них церковь, у нас могли бы возникнуть проблемы. Не хотелось бы столкнуться с инквизицией. Едва ли кто-то из нас мог бы разумно объяснить, почему у меня в амбаре творится волшебство. Поэтому, чтобы обезопасить себя, наш клуб стал тайным обществом. А любому тайному обществу нужно было необычное название. Так появился «Клуб тех, кого нет».

На первом заседании мы сделали то, без чего не может существовать ни одно тайное общество. Мы разработали тайное приветствие. Было несколько вариантов, но в ход пошел самый мерзкий. Его предложил Лаплас. Он подошел ко мне, плюнул себе на руку и попросил сделать меня то же самое, только со своей рукой. Потом мы пожали друг другу руки. А в конце он вытер ладонь о мое плечо, а я об его. Даже вспоминать мерзко.

Разобравшись с приветствием, мы обсудили следующие вопросы: как будет комплектоваться клуб в будущем? какими будут тайные слова клуба, чтобы тайно передавать информацию? каким будет тайный напиток клуба? какой будет тайная походка клуба?

В конце заседания мы вернулись к делам насущным. Неккер и Мешен практически одновременно предложили поговорить с серым бродягой. Операция была поддержана единогласно. Потом мы выпили тайный напиток клуба. Мне не понравилось.

– Как мы, – сказала Элизабет. – Но у нас нет тайной походки.

– Зато есть тайный напиток, – Альфред постучал по карману пальто, в котором лежала фляга.

– Да плевать на эти глупости, что было дальше? – спросил Ник.

– На сегодня сказка окончена, – ответила Флёр.

– Как так?

– Это все, что я расшифровала.

– Если бы ты не занималась ерундой, то давно бы уже все расшифровала.

– Кто это у нас опять капризничает? Неккер, у тебя есть бутылка молока для нашего плаксы?

– Увы, госпожа де Солей. Только тайный напиток. Но господин Эрхарт маловат для него.

И тут вдруг зарычал корги, а потом и громко залаял, то ли в знак солидарности, то ли по какой-то иной причине. Но Ник подпрыгнул от неожиданности и назвал собаку глупой. При этом он почему-то подумал, что не стоило при Дости зачитывать дневник. Мало ли что.

– Дости говорит «Ум», – перевела собачий язык Элизабет.

Все переглянулись.

– Что? – спросил Ник.

Тишина.

– Разгадка! – воскликнула Флёр.

– Нет-нет-нет! – тут же возразил Ник.

– Что тебе не нравится?

– Собака не может быть шевалье!

– Господин Эрхарт, почему вы так предвзяты к животным? – спросил Альфред.

– Дости не виноват, что он собачка, – заметила Элизабет.

Корги повернулся к Нику и заскулил, а потом убежал из сумеречной зоны, быстро перебирая своими маленькими мохнатыми лапками.

– Ты обидел его, Лаплас! – сказала Флёр. – Извинись!

– С меня хватит! – вспылил Ник. – Я не буду извиняться перед собакой! Элизабет, пойдем из этого дурдома. – Он взял Элизабет за руку и повел к выходу из сумеречной зоны. По пути в настоящее им под ноги кто-то швырнул мусор.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»