Бесплатно

Гостья с сюрпризом

Текст
17
Отзывы
iOSAndroidWindows Phone
Куда отправить ссылку на приложение?
Не закрывайте это окно, пока не введёте код в мобильном устройстве
ПовторитьСсылка отправлена
Отметить прочитанной
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

– А Цила? – Юля посмотрела на подругу, хлопочущую возле дяди. – Она может поехать с нами?

– Увы, – Орл развел руками, – оснований для предоставления ей разрешения на въезд нет – она не маг, и в настоящий момент ей ничего не угрожает.

– Тогда я тоже останусь, – твердо проговорила Юля. – Бросить сейчас Цилу одну означает предать ее. Она помогла мне в трудную минуту, я не могу отплатить ей злом. Вы обещали подправить мою татуировку.

– Да, вечером. А завтра отправитесь в Ратушу с Эймом. Всё, началось!

Цила отошла подальше от дяди. Эймета заволокло сияние, знакомое Юле по обращению братьев драконов. Разница была в том, что вокруг тела драка поднялся столп яркого свечения, перешедшего в языки пламени. Огонь сожрал матерчатую подстилку и ткань на теле драка, и с этого момента разглядеть, что происходит с Эйметом, было невозможно.

– Не бойтесь! – прокричал Орл, заслонив девушек полой плаща от поднявшегося смерча из пыли и листьев. – Это родная стихия Эйма. Она пришла на зов, это хорошо.

Пламя бушевало недолго. Раздался грозный рык, и из клубов дыма показался дракон. Теперь Юля видела, что крылатые ящерицы, в которых обращались драки, на самом деле не были столь уж велики.

Дракон Эймета обладал той же поджаростью, что и сам драк, и было заметно, что его задние лапы слегка дрожат, а чешуя хоть и отливала изумрудом, местами казалась тусклой.

В драконьей ипостаси Эймет пробыл всего несколько минут. В его обратном обороте пламени не было. Дымка, рев – и на земле лежал обнаженный человек. Орл бросился к другу и закутал его в плащ. Эймет смог подняться, опираясь на руку альва. Его ноги тряслись от напряжения. Но он стоял. Драк поднял руку в победном жесте, Юля и Цила радостно замахали в ответ.

– О боги, – тихо сказала Цила. – Это сработало. Как же я счастлива. Но ведь он теперь, – лицо девушки исказилось, – покинет нас?

Юля обняла подругу за плечи:

– У него другой путь, и нам нужно с этим смириться. Не плачь, я с тобой. Уж я-то в ближайшее время никуда не собираюсь.

– Точно? – с надеждой спросила Цила.

– Конечно. У меня столько дел впереди.

Вечером после вкусного праздничного ужина из жареной утки и запеченных овощей никто не спешил расходиться по комнатам. Цила убрала посуду, и Юля положила руку на стол.

– Будет немного больно, – предупредил Орл.

– Я потерплю, – заверила его Юля.

У нее имелся опыт нанесения татуировок. В ее прошлой жизни это был небольшой цветок на бедре. Но чего ждать от магии Орла, она не знала.

– Он исправит узор твоего брака, – сказал Эймет. – Опустит тебя на ступень ниже по статусу. Намного ниже, Ула. Как раз настолько, чтобы не зазорно выйти за драка-изгоя, подобного мне.

– Хорошо, я согласна.

Эймет расхаживал по комнате, опираясь на трость, прихрамывая и отмахиваясь от причитающей Цилы, которой казалось, что дядя перетруждает ноги. Драк больше не казался высохшим ниже пояса, но здоровье еще не вернулось к нему полностью.

– Сама понимаешь, в твоем случае быть супругой драка из заурядной семьи гораздо безопаснее, чем находиться замужем за драконом из Первых Родов. Ты точно не хочешь вернуться к мужу? – в очередной раз уточнил Эйм.

– Нет, – Юля решительно помотала головой. – Я видела сны… несколько… очень сумбурных. Это была не я, а та девушка, жительница этого мира. Я чувствовала ее эмоции и хочу сказать одно: она боялась, она была в ужасе… она спасалась бегством, опасаясь за свою жизнь и за жизнь ребенка. Человека, который вызывал такой страх, я не видела, но точно знала, что он имеет власть над бедной девочкой.

– А если ее мучил кто-то другой? – нерешительно проговорила Цила. – А она, наоборот, бежала к мужу?

– Не думаю. В таком случае у нее была бы цель, а в моем сне она чувствовала себя одинокой и брошенной. И вот что меня беспокоит: как она могла знать о своей беременности на таком раннем сроке? Меня начало тошнить несколько недель спустя!

Никто из присутствующих не знал ответа на это вопрос. Лишь альв озабоченно свел брови.

– Это с большей вероятностью был ее муж, – со вздохом подтвердил Орл, разглядывая татуировку. – Драки из Высших Родов забирают девушек из семей и в ожидании наследника довольно часто обрывают все их связи с внешним миром. Бедные девушки не выезжают в свет и видят только своего супруга.

– Я знаю одного такого, – с тихой ненавистью бросил через плечо Эймет, отвернувшись к камину.

– Я начинаю, – предупредил Орл.

Он поднял ладонь над рукой Юли, и несколько узоров из ее татуировки начали таять. Из них в воздух поднималась серебристая пыль. Юле было больно: руку жгло и кололо, но она терпела, прикусив губу. Облачко пыли повисело над ее предплечьем, Орл сделал еще один жест – и крошечные частички всосались обратно под кожу, сформировав уже другую вязь из кругов, точек и линий.

– Теперь ты вдова драка из южной семьи, большой и рассеянной по всем островам Э-лан-драка. Твой муж умер совсем недавно, это видно по узору и свежести наколки. Я могу изменить узор, но я не в силах поправить возраст шрамов. Завтра мастер при Ратуше нанесет свежую татуировку ниже.

– Обман не вскроется?

– Нет, моя магия очень сильна, – Орл улыбнулся. – Разве что кто-нибудь из Высших Давноживущих захочет проверить твой статус, но Старейшинам нет дела до обычных вдов, хоть и скоропостижно выскакивающих замуж, едва отходив траур.

На следующий день Эймет обернулся еще раз. Его ноги еще болели, поэтому он взял извозчика до Ратуши. Юля с удовольствием и улыбкой наблюдала за Эймом. Орл подарил ему свой расшитый серебром бархатный сюртук, и драк выглядел очень импозантно. Сама Юля освежила кружевной шалью свое единственное платье для серьезных выходов. Цила переплела ее отросшие волосы в сложную косу.

У судьи не возникло никаких особых вопросов. Он лишь внимательно изучил татуировку невесты. Увиденное его вполне удовлетворило. Юле пришлось перетерпеть очередное издевательство над предплечьем, но она отнеслась к нему философски.

– Спасибо тебе, – сказала она драку на обратном пути. – Другой бы не стал помогать… свалившейся на голову неведомой страннице.

– Другу, – уточнил Эйм. – Это самое малое, что я могу для тебя сделать. И я ничем таким не жертвую. Помни, когда придет известие о моей смерти, заверенное Старейшиной альвийского Совета, сходи в Ратушу. Еще несколько шрамов – и ты свободна.

– Я буду всегда помнить твою доброту, – Юля улыбнулась.

– Хочешь отблагодарить? Устройте еще один ужин для нас с Орлом, на этот раз… прощальный.

Глава 8

Через несколько дней Эймет и Орл сели на корабль, направляющийся на остров Кержи, где находился портал в альвийский мир. Драк не решился на длительный перелет с наездником. На прощанье Орл еще раз напомнил Юле о своем подарке – камне-передатчике магического сигнала.

Первые дни в опустевшем коттедже были наполнены грустью. Цила украдкой плакала, Юля тоже вздыхала, глядя на город – там над Ратушей парили драконы-стражи. Она постепенно привыкала к своему новому имени – госпожа Фэреер.

Однако уже через неделю дом наполнился шумом и голосами. Юля и Цила неожиданно стали временными патронессами девяти девочек-сирот, которых Авва забрала из приюта.

В ее доме еще шел ремонт. К счастью, денег хватало, а Юля помогала распределять средства и планировать будущий бюджет пансиона.

Девочки должны были заехать только через месяц. Но когда сердобольная вдова решила заранее познакомиться со своими подопечными, она пришла в ужас. Сиротский дом, в котором разместили магически одаренных девочек, был отвратителен и уставом, и условиями. Детей в нем держали впроголодь, они выполняли самую тяжелую работу по дому. Их били и унижали.

Авва немедленно отправилась к Эйлану Танееру. Знатный драк, имя которого, как выяснилось, тоже носило приставку «Ол», выслушал вдову с большим вниманием. Он распорядился выдать ей дополнительную сумму на размещение девочек вне приюта до того момента, как их новый дом будет приведен в порядок.

– Ну я и подумала, – хитро улыбаясь, сказала Авва, явившись в дом на холме для переговоров, – что вместо того, чтобы тратиться на гостиницу, лучше понесу эти деньги вам, дорогие Ула и Цила, раз уж вы все равно решили со дня на день открыть постоялый двор.

– Вот и славно, – обрадовалась Юля. – У нас все готово, но объявление я пока придержу. Пусть ваши девочки станут нашими первыми постояльцами.

Однако когда прибыла телега с девочками, Юля и Цила поняли, что нужно срочно нанимать помощников. Будущие воспитанницы пансиона еле держались на ногах. От их одежды разило плесенью. Многие кашляли.

– Это просто ужас! – возмущалась Авва. – Простите, что ввела вас в заблуждение, госпожа Фэреер. В приюте они показали мне трех здоровых девочек, а про остальных сказали, что они гуляют! Мало того, они еще их обворовали – украли теплую одежду. Я напишу жалобу господину Ол-Танееру! Увы, дорогая Ула, я не могу разместить девочек у вас. Это добавит вам слишком много хлопот! Пожалуй, действительно придется поискать гостиницу для временного размещения.

Юля посмотрела на кучку бледных детей, застывших у входа в зал. Почти у всех в глазах было отчаяние. Более-менее хорошо держались на ногах лишь две девочки постарше. Юля отметила, что они стараются опекать малышей. Взгляды, которые подростки бросали в сторону Аввы, Юли и Цилы были настороженными. Видимо, несмотря на юный возраст, сироты уже выяснили на горьком опыте, что в жизни лучше никому не доверять.

– Нет! – решительно проговорила Юля. – Скоро стемнеет. На улице холодно. Ведите девочек в купальню. Цила разведет там огонь, нам нужно много пара и мыла. Я напишу письмо в лавку готовой одежды. Ее хозяйка – очень хорошая, отзывчивая женщина. Она допоздна сидит над шитьем. Пусть подберет что-то на первое время, хотя бы платья, чулки и белье из простого полотна. Вам все равно придется заменить гардероб девочек, Авва. Все старые лохмотья – в костер. Второе письмо я отправлю лекарю. А сама подумаю над меню для ужина. Нам нужен… суп! Простая, горячая похлебка. Овощей у нас много.

 

– Ох, Ула, – Авва заулыбалась, – что бы я делала без ваших решительных советов! Мне придется столь многому у вас научиться.

Через минуту в доме кипела работа. Юля старалась пока не приближаться к девочкам, она опасалась за свое здоровье. Однако лекарь сказал, что пансионерки просто простужены и он уберет симптомы за несколько серебряных «аистов». После всех магических процедур маг заметил:

– Еще пара дней – и тут не помогла бы даже магия. Вовремя вы забрали их из приюта, госпожа Ол-Анеер. Вы добрая женщина, такие сейчас редкость.

Вдова зарделась от комплимента. Юля попыталась вспомнить ту грустную и измученную одиночеством Авву, женщину, которая просила у нее помощи… и не смогла. Новая госпожа Ол-Анеер была деловитой и решительной.

Искупавшись, подлечившись и перекусив хлебом и сыром, младшие девочки заснули прямо на шкурах в зале у камина, пока старшие готовили спальни. Подростков звали Амита и Оза. Они пришли на кухню и вежливо предложили помощь, а получив задания, почти не разговаривали, отвечая на вопросы Юли осторожно и односложно. Им было по двенадцать, но Юля видела в их юных глазах стариковскую усталость.

Работа спорилась. Цила пустила в дело новый котел, в него полетели чищеные овощи, кусочки кролика и зелень. Вскоре варево забулькало, испуская дивные ароматы. Из шкафа были извлечены недавно закупленные для гостей постоялого двора миски.

Девочки у камина начали просыпаться и подтягиваться к столу. От них теперь пахло мылом и травами. Самая маленькая, трехлетняя Эни, потянулась к Озе, но скоро почему-то переместилась на колени к Циле.

– Какая крошка, – умилялась та, разминая овощи в супе до кашицы и отправляя ее в рот девочке. – Какая худенькая! Уж мы тебя подкормим, не бойся.

– И вам не жалко тратить деньги на будущих ведьм? – с некоторым вызовом спросила Амита – она до сих пор так и не прикоснулась к еде, с сомнением разглядывая заставленный блюдами стол. – А потом скажете, что нам придется отрабатывать. Все так говорят.

– Чего это? – возмутилась Цила. И с нехорошим подозрением спросила, сведя брови: – И чем отрабатывать? Что от вас требовали?

– Нашу магию, конечно, что же еще? Еда стоит дорого. И эта новая одежда… и мыло, и дрова. За все нужно платить.

– Ха! – Цила громко фыркнула. – Вижу, что ты разбираешься в ценах, это хорошо. Нет, нам не жалко. И отрабатывать тут нужно будет только работой по дому, небольшой: помочь с ужином да прибраться в ваших комнатах. Здесь до вас жил один вредный дядя-драк. Тоже был бледный, больной и худой, а начал хорошо кушать – поправился и встал на крыло. Считай, что это наше хобби – воспитывать и откармливать. Мы с госпожой Фереер ничего такого не делаем, просто даем пендель в жизнь. Так что ешь, чтобы силы были.

Оза и Амита переглянулись и подвинули к себе миски. Все остальные сироты уже давно энергично работали ложками, прикрывая глаза от удовольствия.

* * *

… Когда девочки ушли спать, Юля задумчиво протянула:

– Как же нам наказать упырей из приюта?

– Есть только один способ, – сказала Авва, покачав головой. – Сообщить Эйлану Танееру. Но боюсь, на Э-лан-драке привыкли к использованию отказных девочек в качестве бесплатных работниц. Этому потакают жрецы в храмах, мол, пусть нечистые ведьмы отрабатывают свои грехи.

– Но какие же грехи могут быть у таких малюток? – жалобно посетовала Цила.

Маленькая Эни спала рядом с ней на лавке, закутанная в плед. К ней пристроился Трюфель. Кот сторонился старших девочек, но Эни покорила его сердце тем, что весь вечер почесывала ему спину.

– Я не удивляюсь тому, что в мир одаренные отказницы выходят озлобившимися на весь белый свет, – со вздохом сказала Юля. – Однако что это за Эйлан Танеер такой? Вы так хвалите его, госпожа Ол-Анеер. Я уже хочу познакомиться с этим святым человеком.

Авва охотно повторила то же, что и Эймет: Ол-Танеер – выходец из богатого гнезда, один из самых образованных людей при власти. По драконьим меркам он довольно молод, но опыт у него большой. Он поддерживает движение одаренных, пытающихся доказать, что так называемая «ведьминская магия» лишь женский вариант того же самого волшебства, которым пользуются драки и другие народы. И если изучить способности одаренных девочек и направить их в доброе русло, страна решит проблему нехватки магов и обогатится.

Более того, Танеер неоднократно заявлял, что затухание магического фона как раз связано с подавлением женского волшебства, и скоро, если все оставить как есть, мир лишится магии навсегда.

В коттедже на холме началась новая жизнь. Девочки постепенно приходили в себя. Они были очень разными.

Несколько отказниц походили на нелюдимых дикарок, они целыми днями сидели по комнатам и спускались лишь к трапезе. Юля надеялась, что в скором времени они выйдут из своих раковин.

Остальные отоспались, отъелись и принялись активно изучать дом и окрестности. Уследить за ними было трудно. Авва наняла двух помощниц по объявлению, но обе женщины оказались глуповатыми и боязливыми. Они выполняли свою работу абы как, все время оправдываясь «порчами» и «сглазом» со стороны девочек, зато никогда не опаздывали к ужину и не забывали забрать дневной заработок. Когда пятилетняя Олии чуть не опрокинула на себя котел с щелоком, Авве пришлось их рассчитать.

Тогда за дело взялась Цила. Девушка прошлась по своим знакомым, таким же трудягам, как она. Она спрашивала, выслушивала рекомендации и предлагала места женщинам, которые остро нуждались в работе и не отличались особым предубеждением против магически одаренных отказниц.

Вскоре в пансион нанялись две расторопные особы. Одна из них была полукровкой, дочерью человека и орчанки. Люди неохотно брали ее на работу из-за зеленоватой кожи и грубых черт, и она жила за счет крошечного «бизнеса»: девушке разрешали собирать воск с алтаря в храме, она переплавляла его в дешевые свечи для бедняков по одному «жаворонку» за штуку.

– Она далеко не красавица, зато опрятная и крепкая, – пояснила Цила, – другая уже отчаялась и опустилась бы, а Вэта всегда улыбается людям. К тому же она неплохая рукодельница, умудряется вести хозяйство на сущие крохи и прекрасно знает, что такое быть непохожей на других.

Вторая женщина, бывшая кухарка на постоялом дворе, потеряла место, когда таверна сгорела.

– Уж я-то такого насмотрелась в жизни, меня ведьминской магией не напугать, – махнув рукой, гортанно сообщила дама, немолодая, но довольно подвижная для своих лет. – Мне бы скопить деньжат и уйти на покой. Вот все, о чем я мечтаю. К работе я привыкшая, чту богов и гневить их воровством и кровопийством не собираюсь. Мы с девочками подружимся, если, конечно, они любят хорошо поесть.

Авва взяла обеих женщин на испытательный срок.

Амита и Оза продолжали помогать на кухне. Юля пыталась развеселить и разговорить слишком серьезных для своих лет девочек, но они отмалчивались и не пытались ни с кем сблизиться.

Юле показалось, что им нравится составлять меню и вести разнообразные хозяйственные записи. Тогда она начала давать Амите и Озе разные мелкие поручения: пересчитать банки с солеными овощами в подвале, снабдить особыми бирками белье для отправки в прачечную, составить график уборки комнат. За каждое хорошо выполненное дело она немногословно их хвалила.

Девочки выполняли поручения в обычном для них молчании, но вскоре Юля увидела в их глазах гордость и удовлетворение. Она узнавала в них юную себя.

В детстве Юлю увлекало ведение дома: готовка, семейный бюджет, организация хранения и наведения порядка. Она с удовольствием проводила лето у своей бабушки, весьма хозяйственной женщины, превратившей скучный домашний труд в идеально отлаженный механизм. Дом бабушки всегда казался Юле большим, живым, дышащим существом, нуждающимся в постоянном уходе и ласке.

С возрастом это чувство исчезло. Муж не особо ценил Юлины таланты, а усталость после офисной работы отбивала всякое желание заниматься домашним трудом. Теперь же Юля чувствовала себя силой, которая с любовью и терпением приводила в движение какую-то неведомую мощную энергию.

Проходили дни, наступила настоящая зима, с вьюгами и морозом. Постепенно в доме на холме сложился свой особый уклад. Многие девочки уже не хотели уезжать. Впрочем, узнав, что с ними в новый дом отправятся служанка Вэта и кухарка Диза, пансионерки приободрились и повеселели. Но не все.

Наступил вечер, когда Юля получила письмо от Совета альвийских старейшин. Эйм сдержал слово – он «умер». Если бы не договоренность, Юля поверила бы в смерть друга.

Однако одновременно со свидетельством о смерти, посыльный принес в дом на холме небольшое письмо. В нем некий Эмет Торри, маг-полукровка, описывал свое нынешнее житье-бытье. Юля улыбалась, читая послание. Эйм был в своем репертуаре, он рассказывал о жизни в мире альвов с присущим ему специфическим, мрачноватым юмором.

По некоторым намекам Юля поняла, что теперь Эймет вынужден скрывать способность оборачиваться, но это ему ничуть не мешает. Он собирался отправиться в экспедицию в малоизвестные южные моря альвов.

Юля зачитала письмо вслух. Цила порадовалась за дядю. По ее словам, пострадав от предательства родственника, он больше всего жалел, что так и не удовлетворил свою жажду путешествий.

Свидетельство о смерти было составлено по всем правилам, Юле оставалось лишь заверить его в Ратуше и исправить татуировку.

– Не прослыть бы черной вдовой, – задумчиво проговорила она, изучая печати и странные символы внизу письма.

– Драконы тоже смертны, – возразила Цила, оторвавшись от кормления Эни.

– Что такое «черная кара»? Тут написано, что он умер от «черной кары».

– Магическое проклятие, – пояснила Цила. – Говорят, что это наказание богов за что-то греховное. Иногда потомки старинных, очень старых драковских родов необъяснимо умирают во цвете лет. Они считаются проклятыми. К их телам нельзя прикасаться, и на погребальный костер их возносят в особых саванах.

– Вот же жук твой дядя, – пробормотала Юля, усмехнувшись. – Приплел генетическую хворь да еще и кого-то другого вместо себя в костер подложил.

– Дядя Эймет не перестает меня удивлять, – призналась Цила. – Он все так ловко придумал.

– Вот только любимую свою вызволить не смог, – возразила Юля.

Цила серьезно кивнула:

– Против него пошел бы весь Род. И Лилии пришлось бы плохо, если бы их поймали. Ее наверняка бы изгнали в Дикие Земли, а там мало кто выживает.

– Ну раз так, Эйма можно понять.

Цила увела Эни спать, а на пороге зала появились Амита и Оза. Обе девочки выглядели необычайно серьезными. Оза толкнула Амиту локтем и зашипела:

– Ты начинай!

– Мы же договорились, – прошептала в ответ Амита.

– Ты старше на два месяца!

– Всего на два!

– Ну Ами-и-ита! Мне страшно! Вдруг она выгонит нас вон?

– Не выгонит. Она не такая, как все эти… высокомерные бараны-маги. Ну ладно, я скажу.

Подслушав эмоциональную беседу, Юля чуть не рассмеялась. С ходом беременности ее слух почему-то становился все тоньше. Ночами она могла слышать, как, пролетая над холмом, драконы из дозоров шелестят крыльями в небе.

Амита и Оза подошли к столу. Амита набрала полную грудь воздуха и сказала:

– Госпожа Ула. Мы с Озой… в общем… мы ведь скоро переезжаем в дом госпожи Аввы. И мы хотели спросить…

– Нельзя ли нам остаться у вас? – выпалила Оза. – Нам двоим.

– Но почему? – озадаченно проговорила Юля. – Ваши подруги переедут, все до одной. Разве вам не хочется жить с ними?

– Хочется, – кивнула Амита. – Но нам нравится здесь. Это не потому, что нам лень присматривать за малышами, нет. Но теперь есть Вэта, она милая и расторопная, мы там больше не нужны.

– Нам хотелось бы учиться у вас дальше, – объяснила Оза. – Мы могли бы выучиться и стать такими, как вы, чтобы помогать по хозяйству, служить в больших домах, облегчать людям быт. Ведь цель в этом, да? Чтобы не пользоваться нечистой магией и честно зарабатывать на жизнь.

– Нам кажется, у нас получается, – неуверенно предположила Амита.

– Конечно, получается! – воскликнула Юля. – Вы молодцы! Я могу доверить вам кучу дел и знать, что вы справитесь.

Девочки гордо переглянулись.

– И у вас скоро родится ребеночек, – робко произнесла Оза. – Мы будем помогать еще больше: и кушать готовить, и пеленки стирать, и за молоком ходить, и играть, когда малыш подрастет. Мы умеем! Честно-честно!

– А еще для нас найдется много работы, когда откроется гостиница, – подхватила Амита.

– Вот эта идея мне как раз не нравится. Мало ли какие постояльцы попадутся. А вы очень юные, – возразила Юля.

 

Амита жалобно на нее посмотрела. От такого взгляда, искреннего и наконец-то доверчивого растаяло бы любое сердце, а уж Юлино – тем более. Она сама привязалась к девочкам. Ей весьма импонировала их серьезность и ответственное отношение к делам.

– Вот что, – сказала она неразлучным подругам. – Я поговорю с Аввой. Госпожа Ол-Анеер вполне может оставить вас у меня и взять на воспитание двух других девочек из приюта, тем более, что его сейчас распускают из-за жалоб. Детей срочно пристраивают в хорошие дома. А я подам заявку на попечительство до вашего совершеннолетия и найму хорошего охранника. Вэта говорила, один ее друг орк ищет работу вышибалы. Он солидный, семейный… и большой. Охранник нам понадобится в любом случае. В домах, где живут одинокие женщины, без защитника никак.

Девочки схватились за руки и принялись радостно кружиться по залу.

– Не радуйтесь раньше времени, – сказала Юля, смеясь. – Вам придется учиться не только ведению хозяйства, но и математике, истории…

Амита и Оза обрадованно закивали, звонко клюнули Юлю в щеку и убежали искать Авву.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»