Москва и мертвичи

Текст
18
Отзывы
Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Москва и мертвичи
Москва и мертвичи
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 698  558,40 
Москва и мертвичи
Москва и мертвичи
Аудиокнига
Читает Илья Дементьев
399 
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Зачем я стремился в оперативники? Искал опять смерти? Наверное. Надоела офисная рутина и сравнение себя с великим предком? Тоже да. Хотел отомстить? Немного, но сам понимал, что это все бессмысленно, да и мстить было некому. Ни одна другая смерть до этого мне так не била по башке, я стал относиться к своей жизни проще: как ни крути, у нас, людей, короткий век и один выход, ногами вперед, либо от естественных причин, либо не очень. Это те, другие жители Москвы, которых мы в шутку звали мертвичами, могли жить столетиями, еще и убивая таких, как я. Или Лерка.

Так что я давил апатию и скуку, отвлекаясь чтением, – изучал дневники моего деда из архива. Еще это обязательное чтиво для всех оперативников и часть программы их подготовки, так что это было нужно для будущих экзаменов. Методы самого известного Барченко в нашей династии помогли ему отловить за карьеру десятки гастролеров и тварей, нарушивших Пакт, а еще пересоздать Ленинградское отделение и вырастить сына, который унаследовал дар и тоже стал оперативником, погибшим при исполнении, когда мне было десять. И лишь я просидел полжизни штабной крысой в здании министерства, занимаясь мониторингом и работой с архивами и изъятой документацией.

Где-то в глубине души я вновь хотел обрести вкус к жизни.

* * *

Я наконец-то заставил себя приступить к обязанностям по мониторингу СМИ. Оперативников у нас всегда не хватало, поэтому о многих преступлениях всякой нечисти мы узнавали из новостей. Ну как узнавали, временами натыкались на какие-то следы нелегальной бесовской активности в перевранных донельзя новостях, а потом решали какие-то из них проверить и разработать. Как в «Людях в черном», когда Томми Ли Джонс набирает в ларьке пачку бульварной прессы и находит там подсказку о местонахождении пришельца.

Забавно, что и в третьем десятилетии двадцать первого века это работало. Соцсети, форумы и… бумажная пресса. Я регулярно шел в ларек и покупал свежие выпуски «Планеты криминала», «Криминального вестника» и «Тайн Москвы». Содержание их настолько желтое, специфичное и «узкоспециализированное», что никто даже не заботился о том, чтобы завести онлайн-версии или выкладывать что-то в соцсети.

В тот день мое внимание привлекли две истории. Сначала поиск не дал никаких результатов, я по привычке забил в строку «москва монстр» и сделал фильтр новостей за прошедшую неделю, но в рекомендованных оказалась лишь статья «Почему Москва – монстр? Как столица высасывает соки из всей страны» от одного известного уральского издания. Следом я просмотрел форумы и соцсети в закладках, там тоже было пусто, за исключением моей любимой анонимной клоаки, где присутствовал раздел про сверхъестественное.

Его содержание представляло собой неконтролируемую и неповторимую мешанину из городских легенд, выдумок начинающих графоманов, переводных западных страшилок, стеба и черного юмора, видоизменяющихся баянов времен зарождения интернета, и прочая, прочая. Найти что-то дельное там было весьма сложно, однако в треде «реальных историй, случившихся с аноном» я регулярно вылавливал что-то заслуживающее внимания.

Вот и тогда, отмотав полсотни постов с локальными постироничными мемами на тему ужасов, срачем на пустом месте и нерелевантным обсуждением нового голливудского хоррора, я обнаружил следующее сообщение:

«Сап снач. Надеюсь, ты достаточно ночной. Уж прости, что пишу не про палочника, попобаву и болотные механизмы, но это тред реальных историй, и эта реальная история произошла со мной. Я в ахере и не знаю, что делать. Честно, я первый раз в разделе, так как всегда был жутким скептиком и всегда смеялся над паранормальщиной, несмотря на то, что живу рядом с Калитниковским кладбищем (на Скотопрогонной улице, лол. Там рядом еще диспансер для шизанутых для полноты картины). Но похоже, что рядом со мной поселилась НЕХ, мало того, она знает, что я ее в чем-то подозреваю. Без долгих подводок: у меня появилась новая соседка, тянучка лет двадцати. Только взгляд у нее, как у старухи, а по ночам из-за стенки я теперь все время слышу то детский смех, то плач, хотя детей у нее нет…»

Дальше шло еще несколько абзацев текста, но я уже понял, что история стоит более глубокого изучения. Во-первых, описание нечисти было весьма знакомым, во-вторых, что редко для подобных историй, тут был указан район и практически адрес дома (я полазил в картах и обнаружил, что на Скотопрогонной всего несколько жилых домов). Сохранив текст и ссылку в отдельный документ, чтобы вернуться к нему позже, я перешел к своему любимому занятию – листанию свежей стопки журналов.

На меня обрушились кричащие желтые, красные и черные цвета, нарочито старомодный дизайн из девяностых, едкий запах дешевой типографской краски на копеечной тонкой бумаге и смесь смешных и кровавых заголовков с фото трупов и голыми девицами. Кайф! «Грядет суд над Гузеевой», «Матричные амулеты от ведуньи Светланы», «Грев красной зоны: пособие молодого бойца», «Вампиры и Сталин: как большевики переливали кровь молодняка», «Высоцкий оказался агентом ЦРУ, Элвис – ГРУ» – от каждого заголовка я заходился в беззвучном смехе, чтение этих журналов было моей отдушиной. Однако слишком веселиться и отвлекаться на голые груди было нельзя, пропустишь что-то важное. «В две тысячи четырнадцатом Януковича спасли от жертвоприношения?!», «За кикимору ответишь», «Был пацан, а стал пес», «Зверства в московском лесопарке». Так, стоп. Последние две – уже интереснее. Я углубился в чтение.

«Двое получили тяжелые ранения, и еще один человек погиб в результате нападения бешеных собак. Вечером четырнадцатого июля в ОМВД Соколиная гора поступил звонок от местной жительницы, сообщившей, что во дворе дома номер тридцать семь по Ткацкой улице раздаются душераздирающие крики. Прибывшие на место сотрудники правоохранительных органов застали следы настоящей бойни: три собутыльника практически без сознания в рваных укусах и лужах крови. Перед госпитализацией один из пострадавших сообщил собравшимся на крики жильцам, что на присевших отдохнуть с бутылочкой крепкого товарищей напал их друг Леха… обратившийся диким псом! Примечательно, что Алексея Хунда действительно уже двое суток не было дома. „Бывало, что на неделю в запой уходит и не объявляется, вернется, куда он денется“, – прокомментировала его жена Марьяна. Напомним, что это уже не первое нападение диких собак на жителей столицы на этой неделе, ранее префект Москвы по ЮЗАО высказался за возвращение практики уничтожения бездомных собак и котов. А может, у нас завелись оборотни?!»

Материал сопровождала фотография предполагаемого оборотня, сделанная на телефон с плохой камерой. С нее смотрел исподлобья мужчина с глубоко и широко посаженными глазами, толстым носом и темными волосами, собранными в пучок. Неприятное лицо, похож на айтишника.

И параллельная новость уже в другой газете, буквально парой строк:

«В редакцию сообщают, что в московском заповеднике „Лосиный Остров“ завелся дикий зверь, скорее всего, волк. Местные жители в страхе: то и дело натыкаются на разорванные трупы диких и домашних животных и слышат по ночам душераздирающий вой. После пропажи подростка замкадную часть „Лосиного Острова“ якобы собираются закрыть для посещения до прояснения ситуации, а на поиски зверя и ребенка отправлены представители правопорядка, охотники, поисковые отряды и сотрудники московского зоопарка. В полиции не комментируют происходящее, не под запись один из стражей порядка призвал не связывать пропажу подростка с информацией о поселившемся в городе хищнике».

Я кинул взгляд на карту города. В тех краях мне бывать не приходилось, но подозрения подтвердились: от Соколиной горы до «Лосиного Острова», нередкого пристанища нарушивших закон хищников, по прямой всего несколько километров, через которые проходят и другие зеленые зоны. Похоже, наш друг Леха напал на корешей и сбежал в лес.

Недолго думая, я отсканировал заметки и переслал их оперативникам с темой письма: «Совпадение? Не думаю!», после чего вернулся к форумной записи. И в этот момент мне наконец-то скинули рапорт, который я с интересом ждал.

* * *
Заместителю начальника
ГУ МВД России по г. Москве
генерал-майору полиции
В. И. Тимофееву
Рапорт

Докладываю, что 26.08. в 22:00 в составе оперативной группы я прибыл на усиление по вызову старшего следователя по особо важным делам Игнатовой А. Л. по адресу Неглинная, 14, стр. 3–7, «Сандуновские бани». Мои вопросы о сути вызова Игнатова нагло проигнорировала предпочла проигнорировать, потребовав немедленно «собрать людей и ждать у входа» в банные помещения, эвакуировать гражданских и оказать поддержку в случае, если мы услышим крики или выстрелы. Около 00:00 старший следователь Игнатова со своим напарником, младшим следователем Хакимовым М. И., переодевшиеся в плавательные костюмы, вошли в помещение бань. С собой они имели табельное оружие, алкогольные напитки и закуски.

00:22 27.08. из помещений были зафиксированы крики, затем выстрел. В составе пяти человек – меня и рядовых Борисова, Волкова, Саргсяна и Нефедова – мы срочно выдвинулись на место стрельбы, обнаружив, что из помещения продолжают доноситься крики, а свет выключен. Внутри бани находилась паникующая следователь Игнатова и младший следователь Хакимов в крови, с тяжелыми повреждениями кожного покрова (по характеру ран можно предположить, что они были нанесены тем же предметом, что и в прошлых трех убийствах). Незамедлительно мы были атакованы неустановленным образом. Одновременно я был с силой отброшен в стену, вследствие чего потерял сознание от удара. В то же время рядовой Борисов был декапитити обезглавлен ударом неустановленного оружия.

 

Когда я пришел в сознание, то обнаружил, что рядовые Волков и Нефедов погибли убиты посредством нанесения колото-резаных ран, а Саргсяну оказывается срочная медицинская помощь путем переливания крови. Я был допрошен о произошедшем непредставившимся представителем отряда специального назначения (он отказался назвать звание и подразделение), после чего госпитализирован в силу получения травмы: множественных переломов ребер. Местонахождение и дальнейшая судьба следователя по особо важным делам Игнатовой мне неизвестны.

■■■■■■■■■■
УМВД России по г. Москве
■■■■■■■■■■
Младший лейтенант полиции

Реминисценция. Огонь

Все пылало. Сегодня на пепелище начнется новая история, но многие сражавшиеся, да и языки огня, ничего не знали о перемирии и продолжали свое дело.

Посреди хаоса, пламени, криков о помощи и разрушений то и дело еще случались стычки министерских с жителями другого, невидимого города. На Собачьей площадке он увидел, как кавказский вампол, огромный трехголовый гигант, размахивал дубиной, отбрасывая от себя толпу со штыками и рогатинами. Против рогатин он бы выстоял, но сзади подбежали стрелки и дали залп, гигант упал на одно колено. Не жилец.

За соседним углом парочка волколаков прижала к стене горящей лавки раненого человека, он отмахивался из последних сил саблей, но оборотни не торопились и выматывали жертву. Тело еще одного волколака лежало посреди улицы, хотя бы одного человек утащит с собой в могилу.

Другие спасали себя и свои сокровища. Из двери еще пока целого трактира неожиданно выскочили маленькие человечки-спорники, носители цыганской удачи, они спасали от огня сундук, набитый дорогой одеждой и украшениями, вываливающимися из-под незакрывающейся крышки. За ними следом побежали еврейские домовые-шрейтелехи, причитая о несправедливой судьбе и воздевая ручонки к небу.

Он шел в сторону Кремля медленно, наслаждаясь зрелищем и упиваясь смертями и несчастьями. В огненном вихре погибали дворцы и лачуги, купеческие ряды и иностранные посольства, огонь сжирал деревянные хибары и добротные каменные дома, перекидывался с ветром на пороховые склады и погосты. Москва горела.

Из одного пылающего дома на улицу вдруг вывалилась баба с пустым ведром и осатаневшими глазами, дура пыталась затушить пожар. Он поймал ее за шею и выпил до дна, смотря в глаза и наблюдая, как их покидает жизнь.

Она бы никогда не узнала, что ни у какой воды не было шанса. Город поджигали польские огненные птицы, рароги. Ведьмы высиживали их из яиц на печи девять дней и девять ночей, готовясь к решающей битве. Теперь их нечистые порождения носились над городом, поджигая крыши и стены пламенеющими перьями и огненными струями из клювов.

Но и рароги падали от метких выстрелов министерских стрелков. Битва продолжалась три дня и три ночи, и к концу второго стало понятно, что люди не проиграют, но и сил выиграть ни у одной стороны не было. Надо будет договариваться.

Наконец, он дошел до Красной площади. Центр города был пуст, а ворота Спасской башни распахнуты настежь. Он миновал ворота, пришел к установленному месту и теперь его бледно-серые, очень старые и уставшие глаза, казалось, смотрели почти равнодушно на то, как две группы переговорщиков скрепляют кровью устные правила, которые определят их существование на ближайшие годы, а может быть, и столетия. Они не проиграли, это был компромисс, но компромисс с людьми – все равно что унизительный проигрыш. Не все согласились с таким положением дел и теперь будут изгнаны, преданы забвению и, может быть, смерти.

Эти новые люди, люди, которые их видели и объединились, оказались смелы, находчивы и зубасты. А еще готовы спалить свою древнюю столицу и умереть, лишь бы не сдаться. И таким, как ему, с бледно-серыми глазами, пришлось отступить. Сначала пришлось самим объединиться в войне против людей, чего никогда не бывало, и это был уже первый момент слабости. А потом, потеряв слишком многих, стать уже совсем слабыми и пойти на мир и переговоры, согласиться на поставленные людьми условия и даже предать непримиримых своих.

Люди назвали это Пактом, изложили правила и теперь скрепляли их красной кровью. Кровью, но уже других цветов, скрепляли перемирие и переговорщики с их стороны. Он знал, что переживет всех этих переговорщиков, уж с людской стороны точно. Он пил еще тех, кто называл себя вятичами, он был ночным кошмаром их детей, ему даже идолы ставили и делали у них жертвоприношения, пытаясь задобрить. Он пил тех, кто называл себя монголами, их полчища принесли сюда свои ночные кошмары, но и монголы, и пришлые кошмары оказались слабей и поклонились ему. Он никогда себя не сдерживал, но теперь, теперь, после этих договоренностей, придется!

Последний переговорщик капнул кровью в землю. Пакт состоялся, он увидел это своими бледно-серыми глазами. Больше было нечего делать на этом пепелище города и их гордости. Прочь из Москвы.

Глава III. ФГУП Хогвартс

Агафья очнулась ближе к вечеру, солнце за окном уже заползало за панельки.

Место было незнакомым. Что-то среднее между больничной палатой и казармой из кино про американских военных. Неоткрывающееся окно без форточки, стул с неудобной железной спинкой, простенькая койка, пара деревянных шкафов, тумбочка и раковина с унитазом из нержавейки. Дверь в палату с небольшим окошком скорее, чтоб подсматривать за ней, а не смотреть наружу. Все в белых цветах. Судя по пейзажу на улице, она где угодно за пределами Третьего кольца.

Игнатова с трудом приподняла голову, та сразу отозвалась болью. Ее вещи исчезли, кто-то переодел ее в темные тренировочную кофту и шорты. Рассеченная обдерихой нога была крепко перебинтована.

«Стоп, обдерихой? – в голове пронесся ворох воспоминаний. – Это все реально было или привиделось?»

Она со стоном села на кровати. Нога саднила, а голова раскалывалась: в ней расцветало какое-то новое, доселе незнакомое ощущение – словно весь мир немного переменился, заиграл другими красками, словно кто-то подкрутил четкость изображения и резкость восприятия, словно раньше она плавала в мутной воде, а сейчас впервые увидела мир по-настоящему. И от этой незамутненности было нестерпимо. Агафья еле дохромала на больной ноге до унитаза и упала на колени, ее несколько раз вырвало.

Она доковыляла назад до койки и снова отключилась. Закрывая глаза, она заметила небольшую камеру слежения в углу под потолком.

Луч солнца слегка коснулся ее глаз.

– Хакимов, ну закрой шторы, я же сплю. У меня выходной сегодня.

«Хакимов?»

В бане было так нестерпимо жарко, а она не могла поднять голову.

На щеку упало что-то теплое. Она моргнула.

Еще капли на щеки, волосы, плечо, ноги. Одна капля приземлилась в поле зрения. Бордово-красная.

«Мытый-чистый будешь, докрасна отмоешься».

Она с воплем подпрыгнула на кровати и начала безумно озираться. Все та же комната. На тумбочке кто-то оставил щетку с пастой и завтрак – кофе, омлет и пару бутербродов.

Уже лучше. Голова вроде почти не болела, покалывала временами только. Во рту – настоящий хлев после вчерашнего. Агафья похромала умываться.

«Ок, где ты оказалась?» Жуя бутерброд, она перебирала в голове варианты. Специальный госпиталь при СК? При МВД? Может, ее вообще в психушку положили, а Хакимова прикончила она, слетев с катушек? Нет, здесь что-то иное.

Закончив медленно разжевывать подстывшую еду, Игнатова наконец добралась до двери. Пора разобраться, где она оказалась. Она взялась за ручку, но дверь не поддалась. Подергала еще раз. Безрезультатно. Покричала и побила кулаками в дверь. Наконец, помахала руками перед камерой и вернулась на койку. Кто-то же здесь есть.

* * *

Той ночью Виктора опять рвали демоны.

Снилось, что он в клетке, пол под ним проваливается и он долго летит вверх тормашками в темноте, наполненной клубящимися красными сполохами. Пытается закричать, но звук не идет, пытается закрыть глаза, но веки прилипли к глазницам и не смыкаются. Наконец, он падает на дно пещеры, где из темноты слышатся дьявольские смешки и хруст костей, а потом что-то набрасывается на него сзади и вырывает сердце из груди сквозь переломанную лопатку. Красная когтистая лапа выходит у него из груди, потом к нему тянутся другие когти и клыки, и начинают рвать на части…

Он проснулся в 5:55 в холодном поту и еще пять минут лежал, приходя в себя, выравнивая дыхание и проверяя под одеялом, что все органы и конечности на месте. На месте. И, как и каждое утро, через несколько мгновений пришло осознание, что он тут навсегда, из «Вологодского пятака» не выходят. Ровно в шесть зажегся свет, заиграла бодрая музыка, понеслись крики: «Подъем!», скрип заправляемых коек и лязганье металлических дверей.

Сквозь крохотную форточку дунул ветерок, занеся в затхлый воздух камеры щепотку озерной свежести. Мужская ИК-5 на острове Огненном в Вологодской области была только для таких, как он, пыжей – людей, осужденных на смертную казнь, замененную пожизненным. С острова не сбегали. А тех, кто пытался, даже в баке ассенизаторской машины, поймали и вернули обратно. И люди здесь менялись, посидев лет десять, начинали видеть ангелов или демонов. У Гриши Картуза камера в бывшей монашеской келье (колония располагалась в зданиях бывшего монастыря), так он говорил, что видит ангелов, святых, просит прощения у душ, им убиенных. Виктор сидел двенадцатый год. Не по делу, она заслужила, они заслужили. И уже неизвестно, сколько ночей его рвали демоны.

Распорядок в «Пятаке» был знаком до боли и доведен до автоматизма. В шесть подъем. Потом время на туалет и заправку спального места. С 6:25 до 6:30 зарядка. Сильно бегать-прыгать не надо, главное – выйти – постоять – проснуться. Полчаса на завтрак, из них вычиталось время на выдачу и сдачу столовых принадлежностей. С семи час на бритье, уборку. Час на утреннюю проверку и осмотр внешнего вида. Потом два часа на прогулку. Любимое время: свежий воздух, сначала по плацу, мимо умиротворяющих двухэтажных монастырских построек с побеленными кирпичными стенами, а потом по зарешеченной железной галерее по периметру острова, мимо вышек с автоматчиками. Если голову поднять, небо видно, главное – не засматриваться. Там и покурить можно.

Дальше помывка, а следом воспитательные мероприятия и медицинский осмотр. В четыре, после обеда и новых отупляющих ежедневных процедур, воспитание повторялось.

Во время вторых мероприятий с улицы донесся скрип ворот, а затем шум двигателей автозака, его не перепутаешь. Но как-то не по расписанию: не тот день, не то время. Арестанты с интересом начали коситься в сторону окон и переглядываться. Нового привезли?

С пяти до шести было личное время. Виктор уже мог смотреть телевизор, после десяти лет разрешалось. Он устало сел на койку, посмотрел в крохотное окошко и попробовал снова вдохнуть озерного воздуха. Когда-нибудь он отсюда сбежит. И завершит начатое с оставшимися. Эта мысль помогала ему держаться и не сойти с ума на «Пятаке». Он взял пульт, время показывать сериал про мента-взяточника и его доверчивую коллегу. Коллега-блондинка напоминала ему…

Окошко в двери резко взлетело вверх. Раздался голос конвоира:

– Чуплинский, одевайся. На выход, без вещей.

* * *

– Назови четыре правила Пакта.

– Отказ от охоты на людей в обмен на преференции. Невмешательство в человеческие политические и социальные процессы. Гарантии взаимного ненападения при условии соблюдения Пакта. Проживание потусторонних сил в соответствии с национальными границами, запрет на перемещение на территорию других государств.

– Что за преференции?

– Например, корм для особо опасных хищных видов, которые желают оставаться в рамках закона и встают на учет. Или для кровопийц: им дозволяется удовлетворять потребности, если не причиняется вред здоровью и психологическому состоянию человека.

– Почему Пакт так часто нарушается?

– Черный Кремль сам с трудом контролирует ситуацию, и, насколько известно, только с ним и можно договариваться. Кроме того, он неоднороден, его башни конкурируют и даже враждуют. Некоторую потустороннюю активность он (по их заверениям) вообще не контролирует, например ряд духов или негативных зон, особенно под землей и в метро.

– Что такое Черный Кремль?

– Коллективный представительный орган потусторонних сил. Умеренные, выступающие за сосуществование видов. Впервые контакт с ним зафиксирован после московского пожара тысяча восемьсот двенадцатого года, когда противостояние Министерства бесовских дел с потусторонними силами достигло пика и вылилось на улицы городов. Война шла на уничтожение, и обеими сторонами было принято решение заключить мир.

 

– Как сокрыт в истории факт этой войны?

– Вторжением Наполеона.

– А русская армия была в Париже?

– Да, по запросу французского правительства помогала наводить порядок после аналогичных послереволюционных процессов.

* * *

Спустя непонятно сколько минут или часов ожидания дверь внезапно отворилась и в комнату зашел мужчина с лицом немолодого силовика.

Она подобралась на койке, как кошка.

Черная водолазка, седина, пронзительные синие глаза, внимательно осмотревшие Игнатову. Он присел на стул у койки.

– Агафья Леонидовна, – он произнес утвердительно.

– Я Агата. Кто вы? Где я нахожусь? Что это за место? Где мои вещи? Почему меня тут держат?

– Давайте по порядку обо всем. Терпение.

– Это что, допрос? Дайте мне позвонить! Что с Хакимовым?

Незнакомец сделал паузу и медленно проговорил:

– Если вы будете так засыпать меня вопросами, я не смогу ничего объяснить. Попробуем снова.

– Я…

– По-про-буем сно-ва.

– …

– Отлично. Итак, меня зовут Николай Борисович. Скажем так, я из одной службы. Вы о нас никогда не слышали. Это не допрос. Скорее, собеседование.

Брови Игнатовой поползли вверх.

– Вы сами догадались про банника?

– Кого?

– Агафья Леонидовна, мы почти все знаем про это дело и точно больше вас знаем, кто убийца. Не играйте со мной. Давайте вы расскажете мне правду?

Взгляд мужчины пронизывал ее, как рентген. Она поежилась и кивнула.

– Ну, так как вы догадались?

– «Энциклопедия русской демонологии». Ее читал Водолазов. Все сходилось.

Николай Борисович чертыхнулся и пробормотал что-то вроде: «Наиздают гражданские, блять».

– Вы помните, что было перед тем, как вы потеряли сознание?

– Я начала мусорить, ругаться, гневить его, как в книге описано. Потом поняла, что не могу двигаться, а эти чудовища начали мучать Хакимова.

Мужчина наклонился ближе.

– Что дальше? Вы видели, во что стреляли? Застали подкрепление?

– Да, эта тварь вылезла из-под лавки… Обдериха? Я пыталась защищаться. Потом ворвалась полиция, они, кажется, не замечали ее. Она убила одного, другого, те начали беспорядочно палить. Дальше не помню… Что такое МПД? Что с Хакимовым?

Николай Борисович вздохнул и помассировал виски.

– Что это было? Я же это видела? Вы мне верите? Вы слушаете это, как будто все нормально, хотя я сейчас рассказываю и сама себе не верю.

Собеседник хмыкнул.

– «Матрицу» смотрели?

– Чего?

– Можно пафосно сказать, что вы взяли красную таблетку, сели на платформу три четверти или заглянули за занавес. Но, по правде говоря, вам очень повезло остаться в живых и вы просто увидели, что не должны были. Если б не это дело, то так бы вы и жили жизнью простого смертного. Но такое бывает. Дар есть, он дремлет, а потом в ситуации экстремального стресса проявляется.

Игнатова истерично расхохоталась.

– Дар? А-ха-ха-ха. Типа как ведунья Агафья? Ахах. Мне скоро дадут магическую палочку?

– Вам, конечно, смешно, но вообще-то у вас сегодня начинается жизнь с нуля.

– В смысле?

– Головка болит?

– Болит…

– Вы хотели узнать, что такое МПД? И почему у вас болит голова?

– Да. И сигарету с кофе.

* * *

– В каких странах есть организации, аналогичные МПД?

– В Британии и доминионах, США, Японии (со времен династии Эдо), Испании (со времен инквизиции), Франции, Германии. Это с кем у нас официально установлен контакт. Ходят слухи, что что-то есть у Израиля, Китая и шейхов. Парамилитарные организации и ордены, действующие втайне от государства, существуют также в Польше, Турции, Румынии, Ирландии и Мексике, ряде других стран.

– Какова структура МПД?

– Структура аналогична федеральным министерствам. Есть штаб-квартира в Москве. Есть региональные отделения. Московским отделением руководит Николай Борисович Филатов. В состав каждого отделения входит несколько структурных подразделений-отделов. Например, в Московском есть отделы мониторинга, сокрытия, следствия, специальное тюремное учреждение и прочие.

– Где есть отделения МПД?

– Во всех федеральных округах, городах-миллионниках, крупных региональных центрах и важных малых городах и поселениях.

Странность первая: вода

Кстати, зачем я это пишу?

Ну, во-первых, на той неделе меня опять чуть не сожрали. Случись что со мной, останутся хоть эти записки. Конечно, никто в них не поверит, решат, что я был больной или просто обчитавшийся Лукьяненко фантазер, пишущий городское фэнтези. Ну хоть так, я хотя бы старался.

Во-вторых, а вдруг есть другие, как я? Гребаный «Ночной, мать его, дозор». Люди в черном, что ходят и подчищают. Стража, как у Пратчетта. Ну, с поправкой на российскую реальность. Приходит такой мент по делам потусторонних в «Золотую милю» на Остоженке, а там какой-нибудь энергетический вампир ему: «А я че, а я ниче, ну пососал энергию у подчиненных на работе, ну не всю же высосал? Давай договоримся?» И договариваются. Мент потом в Лондоне на Элефант-энд-Касл квартиру покупает, наш потусторонний суд не может его оттуда экстрадировать, а потом он сам себя убивает десятью укусами в шею.

В-третьих, если такие, как я, есть, может, у меня когда-нибудь появится ученик или напарник? Вот ему и дам почитать, пригодится в плане обмена опытом.

Короче, мои записки – это смесь завещания и аутотренинга. Как и многие последние произведения великих авторов.

Так вот, вернемся к моим запискам юного натуралиста. Москва и вода. И как старательно Москва всю историю избавлялась от водоемов и рек в центре. Про Неглинку все коренные знают, течет в коллекторе прямо под центром. И как всякие урбанисты ее на поверхность вывести предлагают? Проверить бы их, на кого работают. Про Гоголевский бульвар и мои приключения там уже писал раньше, а вот что на его месте тек бурный ручей Черторый, знают немногие. Гоголь, название с чертовщиной, Василиса Изадова, все сходится. Ручей закопали. Чистые и Патриаршие пруды уполовинили до одного пруда. Я живу недалеко от «Пионерской» – там речку превратили в стоячий пруд. Бассейн на месте Храма Христа Спасителя быстренько зарыли, как только сменилась власть. Десятки мелких речушек – так же в коллекторах под землей. А замечали, как мало в Москве фонтанов? В общем, тенденция понятна. Власть всю дорогу избавлялась от воды в городе, кроме мест, где воды было не избежать. Москву-реку не зароешь, Яуза тоже раньше была стратегически важна. Вот и все, больше и нет рек, считай.

А это ж все неспроста. При Собянине набережными и прудами начали заниматься, но чуть в нашей стране случается нелегкий период – и вся дрянь скапливается у водоемов. Я почти не застал, но хорошо известно, сколько сатанистов расплодилось на Чистых прудах, в Нескучном саду и Филевском парке в девяностые. В последних двух еще и ритуальные жертвоприношения находили, трупы, маньяки бегали. Знающим Москву хорошо известно, что Чистые раньше были Погаными, а еще там место с чертовщиной в двух шагах – Меншикова башня стоит. А на Патриарших прудах у нас что? Ну конечно, дьявольская булгаковская компания, но и много раньше там хватало веселых историй, не зря второй пруд зарыли. Про Яузу вообще молчу – река в самом центре, а на берегах черти что. Набережные пустые. Залезьте на холм напротив через реку от «Артплея» и полюбуйтесь местными красотами – заброшенные усадьбы, заросли, шприцы и бутылки. И это у святого вроде бы места: через дорогу монастырь.

А разгадка проста – в московской воде живет потустороннее: и в реках, и прудах, и в дожде, и даже в воде из-под крана. Я иногда гляжу на Москву-реку (хотя стараюсь не смотреть) и вижу русалок, подзывающих перегнувшихся через перила городских мечтателей с разбитым сердцем, вижу флюиды злых завихрений в медленных водах этой грязной реки, вижу мелкую и крупную нечисть с острыми зубами. А временами на поверхность поднимается невидимый обычному глазу кракен и стаскивает машины с набережных в глубины. Вот вам и ответ, почему так мало водителей, оказавшихся в воде, выплывает живыми. И ответ, почему у нас везде «купаться запрещено».

Тут можно было бы развить теорию заговора, почему современные московские власти так усиленно тащат москвичей к воде. А еще можно вспомнить, как коммунисты хотели сделать Москву «портом пяти морей» и поразительное сходство ранней советской символики с древней ближневосточной, а также мавзолей-зиккурат, и мумию Ленина, и в какой он лежит позе… О-о-о, мумия Ленина. На Красную площадь я вообще ни ногой. Но об этом в другой раз.

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Другие книги автора

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»