Электронная книга

Северный ветер

5.00
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

© Анна Кочубей, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Хронология

1-я Эпоха от сотворения Мира и начало летоисчисления: 1000-е гг. по Эймарскому календарю.

2-я Эпоха – Темные времена (эймарцы не знали Создателя): 2000-е гг.

3-я Эпоха – правление Эймарских Королей: 2245—3215 гг.

4-я Эпоха – Империя ариев с 3218 г.

События новейшей истории:

3088—3112 – годы правления короля Эдгара II (3070—3112 гг.)

3112—3118 – годы правления регента Отвальда (3057—3121 гг.)

3118—3121 – годы правления Северона I (3100—3121 гг.)

3121—3217 – Столетняя война (длилась 96 лет)

3121—3214 – годы правления Амаранты I (3098—3214 (?) гг.) Северным Эймаром

3215 – появление Проклятых дорог

3121—3218 – годы правления Родерика I (3078—3218 гг.) Южным Эймаром

3218 – Эймар становится Империей

3223 – начало событий Книги I, Империи – 5 лет.

Карта мира


[битая ссылка] http://eymar.smartart.su/map.html

Часть первая. Пророчества Святого Ариеса

Сапфир из Дорина

«Ужин его Величества» – первая по-настоящему крупная забегаловка, встречающая путешественников из Аквилеи в Эймар, собирала богатую дань с их кошельков и усталости. До древнего Дорина было рукой подать, но ворота города так и норовили закрыться на ночь прямо перед носом страждущих. А как же! Скверна идет! Почему эта пакость ходит исключительно ночами и принимает облик добропорядочных граждан – это было ведомо лишь легионерам на стенах крепости, перепуганным раз и навсегда в далеком 3213 году, когда четверть населения города была перебита одержимыми. Причуды доринской стражи давно стали притчей, а смелость и гостеприимство придорожного постоялого двора прославились: здесь принимали всех, независимо от остроты ушей и подозрительности рожи, – вот почему все три этажа были забиты приезжими круглые сутки.

Расторопные служанки в вышитых передниках едва поспевали разносить горшки и плошки с яствами и бежать обратно на кухню, зажимая монеты в потных кулаках. Чад от дешевых свечей, аромат пролившегося на плиту бульона, вонь нечистой одежды пирующих и благоухание свежесваренного пшеничного пива создавали своеобразную атмосферу уюта хорошо обжитого людского муравейника.

Новый посетитель, рискнувший переступить порог заведения в столь горячий час, отличался той достойной непритязательностью во внешнем облике, которая провоцирует проповедников совать листовки о спасении души, не опасаясь ответной брани, а воров и торговок – обходить стороной без надежды на поживу. Прохожий не выделялся ни ростом, ни гордой осанкой, а давно не стриженные сероватые волосы и рыжая щетина на щеках не заставили бы вздыхать по нему ни одну красавицу. Внимательный наблюдатель отметил бы, что черты лица человека скорее приятные, чем нет; а проницательному не понравился бы быстрый и насмешливый взгляд из-под широких бровей вразлет: только-только он уколол, как колючка, а вот уже серьезен, заставляя сомневаться – а не почудилось ли?

Мест не было. Однако, человек проявил чудеса находчивости, умыкнув с кухни табурет и устроившись перед окном, выходившим на задний двор. На широком подоконнике разместились тарелка, кружка пива и мятый листок бумаги с эмблемой церкви. Равносторонний крест, заключенный в круг, намалеванный красным, должен был внушить почтение любому верующему существу. Человек в Создателя верил, поэтому бумажку не выбросил.

За окном трактира весенний закат отчаянно боролся с сумерками, а свет свечей в лампах общего зала, подвешенных под потолком, таял, едва достигая темного угла. Мужчина протер запотевшее стекло окна рукавом, поднес к глазам послание с заманчивым заголовком: «Рожденные в вере послушанья благословенны свыше» и беззвучно рассмеялся. Далее по тексту отцы церкви напутствовали молиться в храме, соблюдать заповеди и не грешить, с чем человек у подоконника был согласен без малейших оговорок. Для неграмотных, но истовых верующих были предусмотрены картинки, суть которых сводилась к тому, что пища духовная насыщает плотнее, чем похлебка с бараниной, праздно остывающая на подоконнике.

Прочитав, но не проникнувшись, посетитель отдал должное содержимому своей тарелки. Мало кто помнит наизусть запутанные семистишия пророчеств святого Ариеса, написанные несколько веков назад, не указывающие ни на дату, ни на место события, но их часто трактует церковь в назидательных целях, выдергивая отдельные фразы и полностью искажая заложенный смысл.


«Рожденные в вере послушанья благословенны свыше,

Их дни беспечны, вялы судьбы и шаги неспешны.

Но радость для иных – свободы хаос и разрушенья смерч.

Как клетка ветру – не тюрьма, власть – не закон, а заповеди – дым,

Так не смирить мятежную стихию льдом хрустальным.

Смерть ради мести разожжет невиданный доселе пламень,

И уничтожит город, уничтожит камень».


Пробормотав под нос знакомые строчки, человек скомкал бумажку и заткнул ею щель в раме, практично избавив свой локоть от сквозняка. Старик Ариес знал толк в загадках, но в одном из его самых мрачных предсказаний речь шла вовсе не о еде и молитве, а об ариях. О магах, прошедших искусственное обращение и потерявших душу, о рабах Императора. Святой намекал, что среди них будет некто, кто преодолеет притяжение сферы и отомстит своим создателям. Неведомый город: Дорин, Аверна, Архона или Велеград все еще стоял в ожидании расправы, а кровь уже пролилась. Какое дело архонту до магов, убитых за одно подозрение в причастности к пророчеству? Архонт Моргват считал, что если враг его врага и не станет другом ему лично, то хотя бы останется союзником. Пророчества Ариеса не лгали: растянутые на целые века, они сбывались с пугающей последовательностью.

«Вернее, как только случается какая-нибудь гадость, так все вокруг начинают рвать на себе волосы и вопить «Так сказано в пророчестве!» А потом посыпать голову пеплом «Против судьбы не попрешь». Резюмировав мысленно влияние пророка на неокрепшие умы, посетитель трактира поднял с пола холщовый мешок и водрузил его на подоконник рядом с пустой тарелкой.

– Удивительно, что ты все еще жив, мой молчаливый спутник. Я сохранил твою душу, но почему Император не уничтожил тело? Ты, мэтр – самое загадочное существо на белом свете, сразу после меня!

Дружески кивнув мешку, Моргват чокнулся с ним пивом. Толстая ткань заглушила звук удара по стеклянному предмету внутри. Душа ария в хрустальной сфере вот уже много лет молча соглашалась со всеми утверждениями Моргвата, а на одиноких привалах завораживала его бушующим штормом – всегда разным, но всегда яростным.

***

Она была такая забавная! Девчонка с гривой волнистых волос, вертевшаяся за соседним столом, где сообразили аквилейскую четверку на восемь душ. Налегая на столешницу грудью, забираясь с ногами на скамейку и мельтеша, она роняла карты, болтала и проигрывала, заставляя наблюдавшего за ней Моргвата то и дело прятать смех в глиняную кружку с побитыми краями.

– Можно мне еще одну? Мне эта не нравится! – протяжно-капризный, звучный голос девушки привлекал внимание тех, кто не углядел ее в переполненном зале сразу, – я хочу такую же с красной дамой, и тогда у меня будет комплектом! Вот, видите?

Она вытащила из декольте короля, помахала им в воздухе, как веером, и потянулась к колоде заново.

– Куда?! Ты один раз взяла! – игрок, сохранивший остатки бдительности, легонько хлопнул девушку по пальцам.

– Ну и что? Жалко? Я тебе полтинник проиграла! – возмутилась девица и затрясла ладонью в воздухе с несчастным видом, – ой, больно! Оцарапал! Синяк поставил! За какую-то паршивую картинку!

Она бросила карты мастью вверх и расстроено уронила голову на руки, рассыпав по столу роскошные локоны глубокого каштанового цвета.

– Нельзя девчонок бить. А ты снова продулась, посмотри сама – не карты, а мусор. Есть монета поставить? Тогда прикупишь еще.

Говоривший сидел спиной к Моргвату, архонт видел только его кудрявый светлый затылок и загорелую шею, молодо выглядывающую из потрепанного воротника затрапезной одежонки.

– Да я до нее еле дотронулся! – справедливости ради огрызнулся мнимый обидчик, – не умеет играть – пусть не суется! Сколько раз она колоду рассыпала за сегодня?

– Я умею! Мне не везет!

Девушка, не желая сдаваться, снова схватилась за карты. Но «Загорелая шея» был непреклонен:

– Ставь еще или проваливай.

– У меня больше нет денег!

Парень промолчал. Видимо, одарил проигравшую грозным взглядом.

– Я за тебя поставлю, хорошо? Отыграешься – отдашь, – человек в кожаной куртке полез за деньгами, но «Загорелая шея» был против такого предложения:

– Э, нет! Здесь так не принято, ты за себя ставь. Мы на деньги играем, а не на раздевание. А вдруг она заартачится или сбежит? Я догонять не стану!

Игрок внял дельному совету и спрятал толстый кошель.

– Да чтоб тебя! – в сердцах ругнулась девица и выбралась из-за стола.

Проходя мимо «Загорелой шеи», она ткнула его в бок. Парень не пошевелился, словно не почувствовал. На этот тайный знак никто не обратил внимания, кроме Моргвата. Девчонка затерялась в толпе у стойки, а архонт разочарованно вздохнул и заказал еще пива. Следить за игрой стало неинтересно. Наконец-то и до его угла у служанки дошли руки, – грязную посуду убрали.

– Вот. Заметь, налито до краев! – с гордостью сообщил знакомый голос над самым ухом.

Пиво появилось подозрительно быстро, и принесла его девчонка с соседнего стола собственной персоной. Поставив кружку перед архонтом, картежница наклонилась, намеренно или случайно показывая симпатичные прелести в оправе платья черничного цвета. Она приветливо улыбалась, но синие глаза с длинными ресницами, лишь мимолетно зацепив зрачки Моргвата, остались равнодушны. Архонт узнал этот профессиональный взгляд: так глядели воры, проститутки и ушлые торговцы, оценивая платежеспособность клиента. Странно, что она вообще подошла к бедно одетому архонту, наверное, чутье сработало.

 

– Ты служишь в трактире? – спросил он, с удовольствием разглядывая небольшую, но крепкую грудь, и отмечая, что для гулящей у девчонки слишком свежий вид.

– Нет, дяденька, я только принесла тебе выпить. Здесь до темноты пива не дождешься, а если встанешь – место займут, – пояснила она без тени смущения, – сыграешь со мной, на двоих? Ты смотрел!

– Я и сейчас смотрю, – Моргват выразительно кивнул на объект своих наблюдений.

Девушка выпрямилась, не выпуская кружку с пивом из рук и задумчиво покусала нижнюю губу белыми и крупными, здоровыми зубами.

– Так ты хочешь сыграть? Ты не подумай, у меня осталась монетка! Про запас. Специально для… интересного мужчины.

– Нет, играть не буду, не азартен. Но я хочу тебя. Сколько стоишь?

Не похоже, чтобы она торговала собой, но попробовать стоило, хотя бы ради интереса выслушать ответ. Синеглазая оскорбилась. Сощурившись, она презрительно бросила:

– У тебя столько нет!

– Ой ли? Отдай пиво, что ты в него вцепилась? Мной оплачено.

Моргват, забирая кружку из цепких пальчиков, едва не вздрогнул от удивления – чужая магия пробежалась по нервным окончаниям, знакомо засосало под ложечкой, как и всегда при встрече с себе подобным. Так вот кто перед ним! Архонт. Только очень-очень неопытный: рассердилась – и на тебе, уже готова себя выдать. Девушка ничего не заметила – Моргвата не всякий арий бы распознал.

– Может, я богатый? Назови цену, поторгуемся.

– Пять монет. Серебром! – желая обидеть, она с вызовом посмотрела сверху вниз в уверенности, что таких денег у бродяги нет.

– Вот хватила! Столько даже в авернских борделях за ночь не берут, – похабно протянул Моргват в отместку.

– Так я и поверила, что таких голодранцев, как ты, туда пускают! Проваливай, где дешево!

Эффектно взмахнув широким подолом, синеглазая картежница бросилась прочь, но ловкий архонт ухватился за юбку и вернул ее хозяйку к подоконнику.

– Гляди, неверующая. Одна, две, три… пять. Итак?

Девица то наблюдала, как монеты появляются из кармана «дяденьки» одна за другой, то разглядывала самого Моргвата, соображая и прикидывая. Что это было? Борьба чести с алчностью?

– Где твоя комната? – деловито спросила она, приняв решение.

– Нигде. Я здесь не останавливался.

– Отлично! – девица хитро улыбнулась и тут же предложила, – тогда пойдем в сарай!

– Сарай? Какое удовольствие я получу, слушая, как вздыхает корова? Мы с Красоткой подождем тебя у изгороди на задах через часок. Стемнеет как раз. Придешь?

– С кем-кем?!

– А, так это моя лошадка.

С сомнением посмотрев на архонта, девушка согласилась. Заинтригованный Моргват присосался к пиву.

***

Ее долго не было, архонт успел заскучать и продрогнуть – по ночам холодало. Окна «Ужина его Величества» мерцали растекшимися шлепками света в тумане, поднимающимся с нагретой земли. Где-то уныло блеяли овцы – у постоялого двора имелось свое хозяйство. Когда девчонка появилась, в просветах облаков уже замерцали звезды. Предусмотрительно остановившись по ту сторону низкой изгороди, она заметила у пояса мужчины длинные ножны и снова засомневалась:

– Это что такое?! Ты с оружием?

– Нет, вот ты хватила! Этой палкой костер ворошить удобно.

– Не принимай меня за дуру. Убери сейчас же.

– Какая-то ты нелюбезная. Ладно, убрал.

Моргват отстегнул меч и положил его на землю.

– Деньги давай вперед!

– А ты прыгай сюда, а то я до тебя не дотянусь.

Неожиданно подхватив девушку под мышки, архонт перенес ее через ограду и поставил рядом с собой. Она отошла на два шага и вытянула руку вперед, требуя монеты. Моргват отсчитал пять и положил в протянутую ладонь только одну. Она отрицательно покачала головой:

– Все!

– Ладно, держи.

Плата за услуги перекочевала в ее карман, надежно спрятанный в складках юбки. Девушка удовлетворенно улыбнулась и потерла ладони друг о друга, словно замерзла.

– Зачем ты едешь на ночь глядя, дяденька?

– Дороги свободнее. Меня зовут Моргват.

– Мне все равно, как тебя зовут.

– И я тоже не разговаривать сюда пришел. Где у тебя застежка?

– Раздеваться не обязательно.

– Это теперь мне решать.

Моргват схватил ее за запястье, про себя подумав, что вечер удался. Даже если все закончится лишь приятным развлечением с хорошенькой синеглазкой, он не в обиде. Пять монет – цена не маленькая, но интуиция подсказывала, что все самое интересное еще впереди.

Она дернула руку, раз и другой, и с силой попятилась, неприятно пораженная его крепкой хваткой. Моргват только усмехался и ждал. Девушка сменила тактику.

– Ты лучше обними меня, дяденька! Я все сделаю, как ты хочешь!

Она подошла ближе и запрокинула голову, как для поцелуя, прикрыла глаза. Архонт выпустил руку девчонки, любой бы выпустил… И расслабился, чувствуя все нарастающую вибрацию ее магии: «бить будет сильно». Моргват не ошибся – удар в солнечное сплетение был весьма болезненным, а целясь в пах, она, к счастью, промазала. Подножка и толчок отработаны прекрасно, мама такому не научит! Архонт упал и засмеялся. Прекрасный пример стратегии выживания: всего мгновение – и ее тело стало крепким, сильным и ловким. Последнее качество к посвящению в архонты не прилагается, оно – природный дар.

– Что смешного? – подозрительно спросила девушка, придавив коленом Моргвату ребра, – ты слабак, дяденька! Никому не говори, засмеют!

– Глаза закрывать сама догадалась?

– О чем это ты?

– Цвет красивый, я уверен. Покажи?

– Ты напился? – неприязненно поинтересовалась она и сделала попытку встать.

– Куда направилась, мы только прилегли!

В карих глазах Моргвата забрезжил светлый огонек, он разгорался все ярче, и вот уже цвет его радужки может соперничать с новенькими только-только отлитыми золотыми монетами, которые страшно брать в руки – настолько они горячие. А девушка испугалась и затрепыхалась, как воробей, в безуспешных попытках вырваться. Ее магия, жесткая и яркая, как грань драгоценного камня, не помогла – слишком неравны были силы.

Моргват больше не смеялся. Он хмурил брови, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Ты архонт давно, а синий огонь поддается самоконтролю слабее остальных. С твоими данными и без наставника, шансы выжить равны нулю. Тебя кто-то учил?

– Никто. Я сама.

– Обратили и бросили?

– Да.

– Почему? Это странно. Я бы не бросил. Наверное. Надо проверить.

Ничего не поняв, девушка услышала главное – неуверенность в голосе Моргвата и перешла в наступление:

– Только попробуй кому сказать, дяденька! Мы тебя ночью подкараулим и перережем горло! И отпусти меня уже! – она снова задергалась.

– Что вы в паре работаете, я давно догадался. С тем пареньком, что картишками краплеными промышляет. А ты машешь подолом и отвлекаешь внимание, хотя и сама не промах, – играть умеешь, еще как! Но мужики, когда тебя видят, смотрят не на карты. А сейчас твой дружок где? Не захотела делиться, да?

– Ты все выдумал, бродяга! Я – приличная девушка из Дорина! Расскажу все городской страже – и конец тебе!

– Приличная, говоришь? За пять-то серебрушек… Сейчас и проверим!

Моргват навалился сверху, прижимая девчонку-архонта к земле. Она молча выдиралась, соображая, что кричать в такой ситуации – привлекать внимание и к себе тоже.

– Я отдам деньги! Отпусти!

– Не трудись, я сам заберу. После.

– Старый развратник!

– Почему я «старый»? В таверне ты назвала меня «интересным».

– Все архонты – старики! Потому, что вас и так не осталось!

– Не «вас», а «нас». А мне всего семьдесят один.

– Ужас!

– У архонта нет возраста, – сказал Моргват, стаскивая с ее плеч платье, – от сорокалетней стервы слышу, – меланхолично добавил он.

– Мне двадцать восемь! – негодующе завопила девица.

– Верю. Молодо выглядите, барышня! Из Дорина, говорите? Пока соседские кумушки вам завидуют, но пройдет еще лет пять, и они начнут перешептываться за спиной: «а почему наша синеглазая не стареет?» еще два – и позовут ариев к вам домой. Считать хорошо умеете? Прибавьте семь лет – и получите срок своей жизни. Короткая!

Архонт порывисто вздохнула, прикрываясь руками.

– Так ты и сама все понимаешь. Зачем тебе деньги?

– Сбежать от дяди.

– Вроде меня дяденька?

– Нет, хуже. Он мой родственник.

– А родители?

– Не знаю, где они! Быстрей делай, что хотел, мне домой пора!

– Договорились.

Моргват методично расстегнул частый ряд крючков на лифе. Она только ежилась и кривила губы. Синий огонь – признак особой одаренности к оружию; металл любит этот цвет, отдавая архонту-воину все свои лучшие качества, но если с самим человеком что-то не так: старые переломы, хрупкое телосложение, а то и просто неспособность тела проводить магию, – посвящение становится бесполезным.

– Дальше раздевать не буду. Положи руки мне на плечи и покажи, что ты архонт, а не жертва насилия.

– Обойдешься, извращенец.

– Полегче, мошенница. Посвящения не всегда удачны, а мы не берем в ученики тех, кто получился «бракованным». Хочу понять, почему не взяли тебя.

– Потому, что все вы сволочи.

– Не надо обобщать. Со мной ты на что рассчитывала? Отлупить, как мальчишку, и забрать деньжата? Такой номер хоть раз прокатывал?

– Еще как!

Моргват покачал головой, провел слабо светящимися ладонями по ее плечам, вызывая ответную реакцию магии. Все в девчонке как надо – и сила, и разворот плеч хороший, и характера с избытком. Первосортный материал, если можно так выразиться о человеке. Ее бы сразу после обращения учить, а не сейчас, когда она сама себя испортила. Самонадеянность и ложная безнаказанность еще доведут синеглазую мошенницу до беды. Если согласится – ох и намучается он с ней!

– Нет в тебе изъяна, барышня, физического, по крайней мере, я не заметил. Пойдем со мной?

– Тебе нужна подстилка в дорогу? Да ни за что!

– Какая ты пошлячка, однако! Если бы твой дар дремал, как спит во многих, могла бы прожить жизнь спокойно, но ты магией пользуешься, я бы точнее сказал – балуешься, а чем чаще это проделываешь – тем она сильнее. Настанет момент – и ты не справишься, выдашь себя. А со мной получишь оружие, станешь настоящим архонтом, разве плохо?

– Получу я от тебя кое-что другое через девять месяцев! Чего ради ты меня с собой потащишь? За глаза красивые?

– Будь ты уродиной – я бы взял тебя в ученики охотнее, – искренне ответил Моргват, поднимаясь, – «товар-деньги-товар», значит? Вот и живи со своей философией дальше, увидишь, куда она тебя приведет. К сведению, у двух архонтов дети не родятся. Да мне и не очень хотелось.

– Это что – все? – удивленно и обрадовано спросила девушка, ожидавшая самого худшего.

– Верни мои деньги, тогда будет все. Или встань лицом к забору и задери юбку, тогда оставишь плату себе. Управлюсь по-быстрому, домой не опоздаешь.

Моргват поднял меч и отвязал лошадь. Вздохнул без сожаления – одному привычнее и проще. Девчонка, вскочив, бросила серебро ему под ноги.

– Не пойдешь?

– Нет!

Архонт невозмутимо собрал монеты, сел в седло и направил Красотку в темень, безошибочно чувствуя, где их ждет дорога. Занятная девушка, но на «нет» и суда нет.

С этой книгой читают:
Другие книги автора:
Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»