Обреченная на любовьТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Обреченная на любовь
Обреченная на любовь
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 348 278,40
Обреченная на любовь
Обреченная на любовь
Обреченная на любовь
Аудиокнига
Читает Элеонора Панчук
199
Синхронизировано с текстом
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Глава 3

– Кса-а-андра-а-а… – Шелестящий шепот доносился до ее слуха, словно издалека, будоражил, обволакивая сознание серой дымкой. – Кса-а-андра-а-а…

Она попыталась приподняться – тело не слушалось. Что-то тянуло ее назад, туда, откуда она так тщетно пыталась выбраться. Сопротивляться не было сил. Но на этот раз она не погрузилась в безликую тьму, а оказалась в густом тумане. Она попыталась крикнуть, чтобы разорвать эту мерзкую мглу, но лишь беззвучно открывала рот.

Из мрака вышел человек. На нем был одет черный смокинг. Длинные атласные лацканы усиливали блеск маленьких, словно у ворона, черных глаз.

Эти глаза – где она могла их видеть? Ах, да. Ротвейлер. Это его глаза. Но почему он в смокинге? Или нет, не ротвейлер. Да это ведь старик из кофейни. Вот и бабочка на белой манишке точь-в-точь – алая, словно кровь. Что ему нужно? Зачем он снова пришел? Это он, это все он – из-за него красавчик не смог выпить кофе!

Старик расхохотался. Серый туман тут же поглотил этот зловещий неестественный смех. Ксандра почувствовала, как липкий ужас проникает ей под кожу. Хотелось бежать, подальше, куда угодно, лишь бы не видеть этого мерзкого старикана – ноги не слушались. Они словно вросли в землю.

Мрачный мир туманов… Бежать, бежать… Чертов старикашка… Ротвейлер… Сумбурные обрывочные мысли сменяли друг друга, словно узоры колейдоскопа.

– Отдай мне дух Лилит, – шелестел старик. – Дух… Ли-лит…

Прочь! Мерзкая тварь, прочь! Ксандра зажмурилась.

Когда открыла глаза – старика не было. Она стала задыхаться: туман превратился в густой едкий дым, который проникал в легкие. Во рту стоял привкус гари. В груди, словно отбойный молоток тяжело бухало сердце.

Она стремглав припустила сквозь этот дым куда-то вниз, спотыкаясь и больно сбивая босые ноги об острые валуны. Там, у подножия горы полыхал ее дом. Перед глазами мелькали какие-то обрывочные кадры: яркие вспышки маячков на пожарных машинах, спасатели, разматывающие длинный, похожий на гигантскую гусеницу шланг, мощные струи воды, словно сверкающие катаны, пронзающие гигантское чрево огненного чудовища. Ксандра закричала, утопая в собственном крике.

От огня отделился столб пламени, трансформировавшись в высокую фигуру мужчины. На бронзовой коже обнаженного тела чарующе танцевали блики пожара. Сердце сладостно заныло: «Он пришел, он спасет тебя». Но почему она боится?

Разум кричал: «Беги, дура, беги! Это твое проклятье!» Но душа рвалась к нему и пела, подстраиваясь под ритм глухих ударов взволнованного сердца.

Тяжелый властный взгляд  мужчины подчинял себе ее волю, превращал в послушную марионетку. «Я сделаю для тебя все, моя боль, моя жизнь», – Ксандра протянула к нему дрожащую руку и коснулась блестящей бронзовой кожи. По телу пошла дрожь.

Мужчина подхватил ее и понес прочь от бушующего пламени. Пожар разгорался. Ксандра прильнула к широкой груди и глубоко вдохнула. Этот божественный аромат его тела смешанный с древесными нотками сандала и пачули – он сводил ее с ума.  В груди заныло.

В следующее мгновение серое, наполненное дымом и гарью пространство поплыло, будто краски на холсте художника, и они оказались в лесу. Посреди поляны стояла широкая кровать. Шелковые простыни на ее поверхности сверкали ослепительной белизной. Все пространство вокруг было залито серебристым лунным светом.

Ксандра посмотрела вверх. В самом центре сомкнувшихся в круг сосновых верхушек сиял лунный диск. «Привет, подружка. Я сегодня с тобой», – она нежно улыбнулась ночному светилу.

Мужчина опустил ее на кровать. Какая мягкая. Гладкая шелковистая поверхность нежно ласкала кожу, словно робкий  любовник, еще не знающий ее тела. Оно тут же отозвалось дрожью и выгнулось. Почему она голая? Впрочем, какая разница? Все, что сейчас имеет значение – это Его близость. Она снова будет вкушать запретный плод. От этого осознания внизу живота вспыхнул огонь. Он удушливой волной растекался по венам, обостряя все ощущения в сотни раз.

Ксандра широко раскинула ноги и застонала. Ну же! Мужчина, полоснув по телу взглядом, встал на колени и провел горячей ладонью по ее мягкому животу. Очередной, полный неистового желания стон, сорвался с припухших губ.

Мучитель опустился на кровать, разместившись между дрожащих от напряжения ног. Обжигающее дыхание окутало нежную розовую плоть.

«Давай же, миленький». Ксандра вплелась пальчиками в шелковистые пряди черных как смоль волос – мягкие и податливые. Она выгнулась всем телом и громко застонала, когда горячий влажный язык накрыл налившийся бугорок и чувственное пространство вокруг него.

Боги, как же он хорош! Эти сладостные муки страсти терзали ее истомившееся по ласкам тело. Упругий язык проникал во все потаенные места, перебирая нежные складочки, не оставляя ни одного миллиметра без внимания. Этот, то ли бог, то ли бес заставлял Ксандру возноситься на самые вершины безумного бесконечного удовольствия.

Сойти с ума без него или остаться в вечном плену этих страстей? Ксандра не понимала, что ждет ее, но явственно ощущала невидимую нить, связывающую их вместе. Неужели все решено за нее?

Мужчина прервал свой сладостный пир и, обхватив ее бесстыже раскинутые ноги, раздвинул их еще шире. На секунду лунный свет озарил дивную картину: широкая бронзовая ладонь сжала упругий член, направив его в сторону истекающей соками плоти.

В следующее мгновение мощное орудие вонзилось в тугую узкую расщелину, скользя вглубь и заставляя Ксандру извиваться от сладостной боли. Она закричала. Новая волна удовольствия накрыла все тело, заставляя задыхаться от ярких ощущений.

«Посмотри на меня», – шептало ее сознание. И он поднял к ее лицу глубокий взгляд синих, с туманной поволокой, глаз. Что в нем таилось? Любовь? Страсть? Вожделение? Ксандра не хотела думать об этом, страшась той тайны, которая скрывалась за этим неземным наслаждением.

Глубокий поцелуй накрыл ее приоткрытый в беззвучном стоне рот. Мощные движения мужских бедер точными резкими ударами сотрясали все тело. Его член проникал глубоко до самого основания.

Неужели все это принадлежит только ей? Ксандра не хотела думать, что в жизни этого человека могут быть другие женщины. От одной этой мысли сердце болезненно сжималось и холодное отчаяние перехватывало дыхание. «Кто ты? Почему ты мучаешь меня?» – нет ответа.

Страх вперемешку с безумной нежностью переполняли Ксандру, подступая к горлу глухими рыданиями. Мужчина приподнял вверх ее бедра, заставив зафиксировать тело в стойке. Крепкие руки ласкали чувствительные впадины возле лобка, переходя на внутреннюю часть бедер, сжимая их до боли и оставляя  на нежной коже красные отметины. Он замедлил темп и принялся скользить подушечками пальцев по клитору, вызывая новую волну возбуждения.

«Я не отдам тебя никому», – шептало обезумившее сознание.

Ксандра ощущала, как внизу живота растет напряжение. Тело замерло, будто перед решающим прыжком над бездной. Она наблюдала, как играют желваки на красивом, покрытом щетиной лице, как напряженно сжимаются в жесткую линию желанные губы – губы властелина.

Мощные толчки постепенно ускорялись. Мужчина поддерживал Ксандру за бедра, с глухим рычанием насаживая ее на себя. Она ощущала нарастающее в его теле напряжение, сдерживая подступающую разрядку. На одно лишь мгновение он замер, а затем, издав громкий звериный рык, содрогнулся всем телом, выпуская в нее горячую густую струю.

Судорожные толчки внутри нее вызвали ответный оргазм, который вознес ее на пик блаженства. Она извивалась в сильных руках, продолжая тереться о могучие чресла бронзового исполина. Он был так божественно красив и так далек от нее.

Глухие рыдания, наконец, нашли выход, и Ксандра расплакалась.  Она успела заметить удивление в его синих бездонных глазах прежде, чем мир закружился калейдоскопом ярких огней.

– Кса-а-андра, ты меня слышишь? –прозвучал где-то вдали знакомый голос.Что-то тянуло ее туда, в родной мир.

***

– Сань, ну ты чума! – Пит со всей дури встряхнул ее, схватив за плечи.

Ксандра открыла глаза, в которых все еще стоял легкий туман.

– Где я? – промямлила она.

– Девка – огонь, я ж те говорю, – повторил Питер, на этот раз адресуя фразу кому-то еще.

Ксандра прищурилась в попытке навести резкость на неопознанный объект. Голова раскалывалась, во рту пересохло – самое время сдохнуть. Размытые контуры, наконец, обрели четкие грани, предъявив ей незнакомого парня, который жалостливо смотрел с высоты двухметрового роста и сочувственно качал головой.

– Еп… Пит, где я?! – Ксандра попыталась встать на ноги – не вышло.

– Пойдем, пьянь. – Пит добродушно потрепал ее по голове, кивнул двухметровой дылде и подхватил под одну руку обмякшее тело. Дылда, спохватившись, подхватил его с другой стороны.

Дотащив Ксандру от лестничной площадки до ее законного дивана в их скромном жилище, Пит с помощником облегченно выдохнули.

– На кой хрен тебе диета, если тебя не поднять даже двум мужикам

На привычный стеб Питера Сашка лишь фыркнула. Она схватила с прикроватной тумбочки начатую бутылку минералки и жадно припала к горлышку.

– Ну-ну. – Пит усмехнулся, внимательно наблюдая за Ксандрой. – Ты тут не молчи, не на экзамене. Где тусила всю ночь? Как приползла к дверям квартиры и улеглась на коврик, помнишь?

Ксандра поперхнулась и закашлялась.

– Сейчас уже утро? Я что, спала на коврике? – Она никак не могла решить, какой из этих фактов шокировал сильнее.

– Ну, вообще-то уже начало одиннадцатого, и да, ты спала на коврике прямо под нашей дверью! – Пит вопросительно вздернул брови, отчего те спрятались под длинной мелированной челкой. – Мы еле дверь открыли. Удивительно, что тебя раньше нас не обнаружила баба Зина.

Пит продолжал гримасничать, в то время как его друг вполне натурально изображал абсолютное понимание и глубокое сочувствие. Ксандра медленно выдохнула, затем шумно набрала воздух в легкие.

 

– Пит, я не знаю, как я здесь очутилась, и что точно произошло, но… – Она замолчала.

Питер посерьезнел, заметив страх глазах Ксандры.

– Но-о?

– Вчера вечером, после смены я нашла во дворе  труп. Того красавчика из кофейни, – выдохнула она.

Глаза Питера округлились, а лицо побледнело и вытянулось, отчего стало похоже на кабачок.

– Японская сак-кура, – ты это серьезно? – Пит вскочил на ноги и принялся нарезать круги по комнате.

– Так ты всю ночь его закапывала?

Ксандра закатила глаза.

– Ты что, совсем рехнулся? Я что, по-твоему, ненормальная закапывать чужие трупы? – Она раздраженно махнула рукой и сделала глоток живительной влаги.

– Ничего не понимаю. Ты нашла труп того красавчика и потом пошла тусить в клуб? Ты из-за него так надралась?

Ксандра вздохнула и покосилась на дылду. Тот поочередно таращился то на нее, то на Питера, видимо прикидывая, удастся ли ему уйти живым от ненормальной парочки.

– Пит, я не была в клубе, – объявила она безнадежно погрусневшим голосом. – Я убегала, споткнулась, а там этот труп. Я отключилась. – Плюхнувшись на подушки, Ксандра со стоном натянула на голову валявшийся в ногах плед.

Питер почесал затылок.

– Убегала, значит. Угу. Ладно, Ники-дружок, тебе пора домой. – Он подтолкнул дылду к выходу.

– У вас точно все в порядке? – выдохнут тот с явным облегчением.

– Точно, точно, видишь, Санька напилась и бредит. Глюки у бабы, понимаешь?

Ники усердно закивал, поочередно натягивая на ноги сникерсы жуткого кислотно-красного цвета.

– Вот и хорошо. Вот и славно. – Пит взволнованно теребил челку.

– Ты позвонишь? – с тревогой спросил Ники, словно боялся, что такой поворот событий испортит развитие их с Питом дружеских отношений.

– Разумеется. – Пит без лишних церемоний вытолкал парня на лестничную площадку.

– Чао, малыш! Не грусти, все будет гуд! – С этими словами Питер громко захлопнул дверь и вприпрыжку понесся в комнату.

Ксандра лежала в том же положении с укрытой мохнатым пледом головой. Пит приподнял уголок.

– Давай, выползай из засады, маньячка – он ушел. Будешь рассказывать все от начала и до дверей.

Вариация знаменитой прапорской шутки не произвела должного эффекта.

Ксандра приоткрыла один глаз, скорчила страдальческую мину и застонала. Вспоминать весь этот ужас совершенно не хотелось, но пронзительный взгляд Питера не оставлял шансов: он вытянет из нее все до мельчайших подробностей.

***

Ксандра закончила рассказ и замолчала. О странных видениях она решила не упоминать – к делу это не имело отношения, а отгрести лишнюю порцию издевок Петра Линева сейчас ох как не хотелось.

– М-да, дела…– Пит уселся в кресло у изголовья дивана. – Нужно пойти в тот двор и осмотреть место.

– Ты в своем уме? – Ксандра пришла в ужас от одной этой мысли.

Труп по всей вероятности уже нашли и – она очень на это надеялась – отвезли в морг, но воспоминания… Нет, туда она точно больше не сунется. И в сыщика играть – не женское дело.

Пит вздохнул. Он машинально нажал на лежащий на подлокотнике пульт. Плазменная панель телевизора засветилась синим, а затем резкий голос девушки-диктора произнес.

– Сегодня, после длительного пребывания на родине в Испании, в страну вернулся известный бизнесмен и меценат Рикардо Диас. Ворота его особняка по-прежнему закрыты, оберегая личную жизнь мультимиллионера от прессы и ценителей искусства.  А во Дворце республики господином Диасом организована очередная благотворительная выставка бесценных произведений искусства эпохи Возрождения…

Ксандра замерла. Сердце ее учащенно забилось – по ту сторону экрана находился молодой мужчина в элегантном темно-сером джемпере поверх белоснежной рубашки. Он стоял перед камерой, изогнув дугой одну бровь, и смотрел ей в глаза. Густые черные волосы шевелил легкий ветерок, перебирая их так же, как совсем недавно это делала Ксандра.

– Так вот кто ты такой, – еле слышно прошептала Ксандра. Ее тело покрылось испариной, ладони стали влажными.

– Ты чего, Сань? – Питер заволновался.

– Это он, – снова прошептала Ксандра. – Это он, Пит, он!

Последние слова она уже выкрикнула, подскочив с дивана и с грохотом упав на колени перед телевизором. Она вглядывалась в знакомое лицо на экране, пытаясь разгадать тайну, которую – она была уверена – хранят они оба.

Испанец что-то говорил на камеру, но его взгляд был обращен куда дальше. Ксандра чувствовала, что этот взгляд предназначен ей.

– И сейчас она принадлежит мне… – Последняя фраза Рикардо Диаса вторглась в помутненное сознание.

Она принадлежит мне. О ком это он?

– Да, картина прекрасна и, безусловно, бесценна, – прозвучал за кадром голос корреспондента.

На экране красовалась «Сикстинская мадонна» знаменитого итальянского художника и архитектора Рафаэля. Кадр снова сменился – и снова насмешливый взгляд Рикардо, разрывающий время и пространство вонзился в самую душу. Иcпанец задумчиво коснулся пальцем линии рта и добавил.

– Определенно, она бесценна.

Ксандра резко выдохнула.Она была практически уверена, что речь идет вовсе не о картине.

Дикторша перешла к падению курса доллара на валютном рынке, и Ксандра рассеянно выключила телевизор.

– Пит, ты должен мне помочь! – Она с волнением взглянула на друга.

Тот молча сидел на диване, глядя на нее, как на сумасшедшую.

Пусть. Но она чувствует, знает, что этот Рикардо Диас – вовсе не тот, за кого себя выдает. И что смерть красавчика каким-то образом связана с ее таинственными видениями.

Глава 4

– ПО-ЧЕ-МУ я до сих пор не могу к ней приблизиться? – рычал Риккардо, склонившись над маленьким коротконогим человечком. Тот вжался в бархатное кресло и пугливо косился из-под густых бровей на хозяина.

– Не знаю, мой властелин.  Я проследил за белобрысым – он подсунул медальон девке в карман, как вы ему и велели. – Карлик захныкал.

– Ладно, расслабься. – Риккардо выдохнул и отошел к окну.

Может она еще просто не обнаружила его подарок. Ничего, он терпеливый, подождет еще. Двадцать пять лет нескончаемых поисков закалили его характер настолько, что он смог бы дождаться, пока разгорится пожар в ледниках.

Угрюмая ухмылка словно приклеилась к его лицу. Он задумчиво рассматривал свой сад, искрящийся капельками утренней росы. Неплохо получилось, учитывая то, что на создание этой красоты ушли лишь сутки.

Риккардо потер виски – все-таки без настойки Ниир не обойтись. За такой мощный выброс магической энергии в мир людей головные боли – наименьшая расплата из возможных.

Он опустился в стоящее неподалеку кресло и закрыл глаза. Было слышно, как карлик торопливо затопал своими кривыми короткими ножками по гладкому паркету гостиной. Стук его каблучков становился все тише и, наконец, растворился где-то в дальних коридорах особняка.

Ксандра. Кем же на самом деле была эта девушка? Дочь беглого мага и простой человечки недосягаема даже для него – сильного и опытного мага. Почему к ней невозможно подобраться без воздействия медальона Ра, заглушающего защитную магию? Неужели отец инициировал дочь до того, как погиб? Вряд ли.  Мысли назойливо крутились в голове, заставляя морщиться от пульсирующей боли в висках.

Риккардо попытался расслабиться. Легко сказать. Его тело было напряжено, как во время кулачных боев на торговой площади, в которых он иногда участвовал ради забавы. Веселое было время: доброе и беззаботное.

Горькие воспоминания о безвозвратно утерянном прошлом накрыли его как цунами: яростно, без малейшего шанса на спасение.

– Эй, братишка, что ж ты такой хмурый сегодня? – Динн весело смеется.

Она всегда с легкостью отстранялась от государственных забот в угоду веселью. Конечно, если ничто не требовало ее немедленного вмешательства.

Риккар любил в ней эту легкость. Даже став Верховной тайрой – главной магиней и первым лицом Камилуна, – она не потеряла способности радоваться простым магическим вещам. Вот и сейчас, в ночь Светлой Луны перед самым Слиянием она легко заявляет ему, что ничто не изменит ее отношения к миру. Что она останется прежней милой сестрой и мудрой правительницей Камилуна.

Риккар крепко сжимает тонкую белую ладонь сестры: он волнуется как никогда. Динн медленно отрывает свою руку от его руки и идет узкой тропой между гигантских деревьев Чилла – красивая, нежная, в белоснежном полупрозрачном облаке воздушного ритуального платья.

Впереди чернеет огромная пасть пещеры. Риккар знает, что внутри уже все готово к церемонии. Коротышки-гринны, с присущим им старанием, изготовили ритуальное ложе из болотных мхов Ахаши. Древесные нигиири сплели из своей паутины воздушные и легкие как пух простыни. А подземные гоуи – прирожденные ландшафтные дизайнеры – украсили все пространство пещеры невероятной красоты композициями из камней и цветов, многочисленными свечами и благовониями с маслами горных трав.

Риккар вздыхает. Ему стоит успокоиться: Динн – мудрая тайра. Она никогда не пошла бы на риск, не будь уверена в успехе операции. Ведь на кону стоит мир Камилуна.

Возле пещеры сестру встречает ее первый и любимый муж Эллион. Он тоже часть ритуала. В его руках сверкает кристальная сфера. Внутри – мрак. Риккар ежится.

Чертова Лилит. Он никак не может смириться, что с этой ночи в теле его любимой сестры будет томиться запертый дух Черной Луны. Но другого выхода нет. С тех пор, как двести лет назад первые тайные жрецы Лилит повадились соблазнять юных магинь, мир Камилуна словно прокляли.

Несмотря на то, что ночь Темной Луны наступала лишь раз в году, Лилит набирала силу. Количество внезапных смертей среди младенцев сильно возросло  и продолжало увеличиваться с каждым годом – древние легенды гласили, что их невинными душами питается Дух Лилит. И что когда-то настанет тот день, в который Черная Луна поглотит все вокруг, погрузив мир Камилуна в бесконечный мрак и хаос.

Чертова, чертова Лилит. Чертовы жрецы, чтоб им сдохнуть.

Риккар снова закипал. Он не обладал такой же легкостью характера, как сестра. Каждый раз, когда стражи ловили очередного жреца Лилит, он требовал у Динн принятия закона о казни отступников и убийц.

Но, нет. Добрая милосердная тайра отправляла очередного негодяя в Пустошь между мирами. От того, что эти мерзавцы были обречены болтаться там без дел, без сна, без какого-либо осязаемого пространства, но зато с осознанием бесконечности времени Риккару не становилось легче.

Он мечтал о том, как лично лишит каждого жреца его мерзкой никчемной жизни. Да, он был жесток, но справедлив.  Ведь память о юных соблазненных магинях, которых затем эти твари убивали во славу своей Лилит требовала отмщения.

– Синьор Диас, господин…

Риккардо почувствовал, как преданный гринн теребит его за рукав рубашки.

Он нехотя открыл глаза. Воспоминания медленно рассеялись туманной дымкой. Пусть. Они еще не раз придут к нему в кошмарных снах.

– Что тебе, Баах? – вяло поинтересовался Риккардо.

– Выпейте настойку. – Коротышка протянул граненый стакан, наполненный темной ароматной жидкостью. Что ж, очень вовремя.

– Я немного отдохну, не беспокой меня.

Риккардо залпом выпил лекарство, отдал пустой стакан гринну и махнул рукой в сторону двери. Коротенькие ножки засеменили, стуча каблучками и унося упитанное, но такое же коротенькое тельце прочь из гостиной.

Риккардо вздохнул и поднялся из кресла. Снова подойдя к окну, он стал рассматривать свой новорожденный, выдернутый из сотен призрачных, мирок. Тот расстилался перед глазами в виде огромной, в несколько гектар территории и роскошного зеленого сада.

На создание в самом центре столицы частной территории такого масштаба ушло всего пара часов да три заклинания в сочетании с настойкой из травы Чиж. А вот остальные двадцать два часа Риккардо потратил на ментальное воздействие на умы людей сразу нескольких стран, имеющих отношение к его бизнесу. Бизнес, разумеется, тоже был сплошной фикцией. Меценат и мультимиллионер – отличная маскировка в мире людей для сильного и мстительного мага.

Риккардо злобно хмыкнул. Он был уверен, что все доброе, что было в нем когда-то, оказалось вытоптано, выжжено и вырвано с корнем из души. Единственное желание, которое владело им сейчас – праведное отмщение.

Он принялся машинально накручивать прядь черных волос на палец. Эта привычка осталась у него с тех давних пор, когда он еще слушал перед сном страшные истории Динн.

Риккардо помнил как сестра, которой в то время было уже целых двадцать пять лет, целовала его, пятилетнего мальчишку в лоб и начинала накручивать его шелковистый локон на свой палец с другой стороны.

 

– Вот дернешь случайно и будешь как наш дядюшка Сохан, – смеялась она. – Лысый и злой.

Маленький Риккар тут же отпускал пальчик, выпячивал нижнюю губу и обиженно спрашивал:

– А почему злой? Разве дядюшка Сохан злой из-за того, что лысый?

– Ну, разумеется, глупый ты мальчишка, – хохотала Динн. – Разве можно быть лысым и добрым?

Риккардо грустно улыбнулся этим воспоминаниям и обвел глазами свои владения.

Под окнами огромного особняка на десятки метров в длину и ширину расстилался розарий. Разнообразные по своей форме и цветовой гамме кусты роз создавали волшебную картину. Динн пришла бы в восторг – она обожала свой сад.

Взгляд задержался на кусте в форме алмаза. Такой же формы был магический кристалл в кольце Морион – магическом артефакте, отпирающем проход между мирами. Когда-то он принадлежал Динн.

Риккардо машинально сжал на груди кольцо, свисавшее с шеи на тонкой серебряной цепочке.

Бедная Динн. Ондаже представить себене мог, какой нужно обладать силой, чтобы контролировать внутри себя эту черную энергию. Зато прекрасно помнил, как сестра предавалась ежемесячным ритуальным оргиям в дни Светлой Луны.

Каждый вечер она целовала его в лоб и уходила в свои покои, где ее уже ждали мужья и наложники, сменявшие  друг друга бесконечной чередой. Они любили ее каждую ночь, открывая в ней ту дверь, через которую Светлая Луна наполняла Верховную своей силой. Силой, которая помогала сдерживать темную сторону до очередного Светлого полнолуния. Истинная ночь любви – так называла ее Динн. Самый большой выброс светлой магии происходил раз в месяц, когда Избранный восходил на брачное ложе к своей супруге.

Кулаки побелели от напряжения, стоило вспомнить Эллиона. Подлый ублюдок!

Жаль, что ты не дождался меня, пробормотал Риккардо, в миллионный раз проклял его и в миллионный раз мысленно проделал тот страшный путь, которым он шел двадцать пять лет назад по их замку.

Кровавый, будто огромной раненой змеи след тянется вдоль длинного коридора. Он ведет от спальни Динн к тайной магической комнате тайры. Риккар идет по этому жуткому следу. Сердце его готово разорвать грудную клетку и вырваться на свободу, подальше от того ужаса, что ждет его самого.

Дверь комнаты открыта настежь. Внутри, на полу, среди разбитых пузырьков из-под особых магических настоек и эликсиров лицом вниз лежит Динн. Ее белое платье залито кровью.

Крик ужаса комом застревает в горле. Риккар бросается к сестре, упав на колени, обхватывает ее холодеющее тело и трясет. Ее душа еще судорожно цепляется за жизнь кончиками ледяных пальцев. «Эллион», – почти беззвучно шепчет она.

Риккар читает по синеющим губам, на которых блестит алая кровь. Из груди торчит рукоятка ритуального ножа – того самого, которым извлекали капельку крови из нежного тонкого пальчика Диннв ночь Слияния. И вот сейчас этот нож, разорвав нежную мякоть плоти и проломив тонкие ребра, отнимает жизнь у самого дорогого ему существа во всем мире. Эллион – ее любимый муж, тот, кому отдала свое сердце Динн, разорвал его одним предательским ударом!

Риккар кричит. Громко. Надрывно. Он трясет замершее тело – Динн не реагирует. Ее остекленевший взгляд направлен в окно. Там, с темнеющего небосвода на них торжествующе взирает Черная Луна. Ее черный дух, который был запечатан в теле Динн в течение долгих двадцати пяти лет, извлечен ритуалом Отторжения. И тот, кто его похитил – убийца Верховной тайры Камилуна, убийца его дорогой Динн – жестоко поплатится за свое злодеяние.

Риккар обнимает холодное тело сестры и кричит:

«Эллион! Эллион!»

Риккардо вздрогнул. По его лицу скользнул яркий солнечный луч, первым выглянувший из-за угла особняка – на утреннем небе ни облачка. Он тряхнул головой, прогоняя страшные воспоминания. Сердце яростно стучало в груди, глаза увлажнились.

Нет, он не позволит эмоциям завладеть им. Холодный ум, трезвый расчет – вот, что должно руководить сейчас всеми его действиями. Он быстро вытер случайную слезу, скатившуюся по щеке и запутавшуюся в двухдневной щетине.

Месть. Он насладится ею сполна. И раз уж не удалось поквитаться с Эллионом, никчемную жизнь которого унес пожар, то его дочь ответит за все его злодеяния. Но прежде необходимо узнать, где этот грязный предатель запрятал кристальную сферу с духом Лилит.

Солнце поднималось к зениту и заливало гостиную ярким светом. Самое время для утренних новостей. Ксандра должна увидеть его. Дочь убийцы его дорогой Динн должна взглянуть в глаза своей будущей смерти.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»