ГеноцидТекст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Нет времени читать книгу?
Слушать фрагмент
Геноцид
Геноцид
− 20%
Купите электронную и аудиокнигу со скидкой 20%
Купить комплект за 248,90 199,12
Геноцид
Геноцид
Геноцид
Аудиокнига
Читает Аленушка
149
Синхронизировано с текстом
Подробнее
Геноцид | Калугин Алексей Александрович
Геноцид | Калугин Алексей Александрович
Геноцид | Калугин Алексей Александрович
Бумажная версия
212
Подробнее
Геноцид | Калугин Алексей Александрович
Геноцид | Калугин Алексей Александрович
Бумажная версия
225
Подробнее
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Добравшись до кормы, Раф ухватился за поручень.

– Эй, на плоту!

Ему никто не ответил.

– Эй!.. Виираппан!

Из-за приоткрывшейся двери надстройки высунулась всклокоченная голова старика.

– Да! Да! Я сейчас! – крикнул Виираппан в ответ и снова скрылся из виду.

Вот так. Конкретно. Будто его уже в гости позвали.

Раф не успел еще решить, стоит ли ждать старика, как Виираппан вышел под дождь. Одежда на нем была все та же, а на плече висела большая, сплетенная из тростника сумка. Добравшись до поручней, старик молча протянул сумку Рафу. Раф также молча сумку принял, помог старику перебраться на вспомогательный плот и повел его к базовому.

Сумка, хотя и была плотно набита, почти ничего не весила. Раф не страдал излишним любопытством, и все же ему стало интересно, что решил прихватить с собой старик? Явно это были не еда и не уголь, с которыми принято ходить в гости. На смену одежды тоже не похоже. О железных кругляшах, которые скаредный старикашка боится на пустом плоту оставить, и вовсе речи быть не могло. Да и не был Виираппан похож на скрягу.

Перебравшись через второй поручень, Раф и Виираппан оказались на базовом плоту. И тут только Раф вспомнил, что оставил на плоту старика свою плавательную доску. Ну, да ладно, за ней можно позже вернуться.

Раф пропустил старика в надстройку, сам вошел следом и плотно прикрыл дверь.

Все, теперь он был дома. За стенами могла неистовствовать буря, а здесь, в надстройке было тепло и сухо. Сладко пахло старой одеждой, невыделанной рыбьей кожей и настоем водяного хмеля.

Увы, Раф забыл о том, что Виираппан не мог ориентироваться в его надстройке так же хорошо, как хозяин. С грохотом что-то рухнуло на пол. Звякнула разбившаяся посудина.

– Не двигайся! – вытянув руку в темноту, крикнул Раф.

Не хватало только, чтобы старик расколол чан для огня, чайник с настоем опрокинул или флягу рыбьего жира разлил.

– Хорошо, – спокойно ответил из темноты старик.

Бросив на пол сумку Виираппана, Раф уверенно сделал два шага влево, протянул руку, коснулся пальцами стоявшего на полке масляного светильника и взял лежавший рядом кожаный мешочек со сверкающими стержнями. Достав стержни из мешочка, Раф с нажимом провел одним по другому. Одна из вспыхнувших искорок села на кончик фитиля светильника. Раф осторожно подул на фитиль. Искорка разрослась, покраснела. Раф дунул еще раз, и на кончике фитиля затеплился слабый огонек.

Дав огню разгореться, Раф поднял светильник за ручку и осмотрел помещение.

Виираппан стоял возле закрытого ставней окна, сложив руки на впалом животе. Разгром, учиненный стариком, оказался не так уж велик. Он всего-то опрокинул стойку с вялеными рыбьими спинками и расколол глиняную миску.

– Извините, – сказал, глянув на осколки миски, старик. – Я не думал, что тут так тесно.

Тесно?

Удивленным взглядом Раф обвел помещение. Лежак у дальней стены, маленький круглый напольный столик, полка с посудой, пара мешков с припасами и полупустая корзина с углем в углу, чан для огня, две бухты новой травяной веревки, два багра, еще кое-какая мелочь. Вроде бы, ничего лишнего.

– Присаживайся, – Раф указал на лежак.

Старик занял предложенное ему место.

– Спасибо.

Скрестил ноги, ладони положил на колени.

Раф взял с полки мягкую, хорошо размятую мочалку из мелкой травы и кинул ее на колени старику, чтобы тот обтерся.

Скинув одежду, Раф взял другую мочалку, как следует обтер тело и просушил волосы. Оставаться мокрым нельзя. Простуда была самым страшным, что могло случиться с человеком на Мелководье. Ну, если, конечно, исключить возможность того, что тебя унесет на Глубину.

Бросив мокрую мочалку в корзину для грязного белья, Раф посмотрел на Виираппана. Старик так и сидел на лежаке, скрестив ноги и вперив взгляд в пустоту.

– Эй, – негромко окликнул старика Раф.

Тот даже не глянул в его сторону.

Раф подошел ближе и провел рукой перед лицом Виираппана.

Никакой реакции. Взгляд у старика был, как у мертвого.

Пожав плечами, Раф кинул в чан три куска каменного угля, немного сухого тростника и начал разжигать огонь.

Когда огонь разгорелся, Раф установил в чане металлическую решетку и поставил на нее чайник с отваром водяного хмеля.

Пока отвар разогреваться, Раф сидел на корточках возле огня и периодически посматривал то на чайник, чтобы хмель не убежал, то на Виираппана, чтобы удостовериться, что старик все еще дышит.

Чайник закипел.

Схватив подвернувшийся под руку обрывок циновки, Раф снял чайник с огня. На столике уже стояли две чашки из белой обожженной глины. Разлив хмель по чашкам, Раф снял со стойки спинку вяленой рыбы, помял ее пальцами, чтобы убедиться, что мясо дошло, положил на столик и нарезал узкими полосками.

Можно было приступать к трапезе. Но есть одному, когда рядом сидел гость, хотя и не совсем званый, было все же неудобно.

– Уважаемый, – наклонившись вперед, Раф одной рукой уперся в пол, а кончиками пальцев другой тихонько, можно сказать, деликатно постучал по острой коленке старика. – Виираппан…

Все так же тупо пялясь в пустоту, старик приподнял кисть правой руки и показал Рафу палец. Указательный.

Что бы сие могло означать?

Можно было предположить, что таким образом старик предлагает хозяину откушать одному. В то же время, жест Виираппана мог означать, что он просит всего минуту подождать.

Раф озадаченно почесал затылок.

Ну, что ж…

Раф взял со столика чашку и сделал глоток.

Многие считают, что хмель следует пить сразу, как приготовишь отвар. Раф на сей счет придерживался иного мнения. Надо понимать, что чем дольше стоит отвар, тем насыщеннее и ярче становится вкус хмеля. А при повторном кипячении он приобретает дополнительные, не свойственные ему изначально оттенки. Нравился Рафу и холодный хмель. В жаркий день он, случалось, намеренно оставлял чайник с хмелем в теньке. Конечно, всему следует знать меру, – хмель, постоявший три дня, придется вылить.

Раф взял полоску рыбьей спинки и откусил кусочек. Ничего получилось. В меру соленая, не пересушенная.

Виираппан посмотрел на Рафа и улыбнулся.

Раф помахал ему в ответ рыбкой.

Заметив у себя на коленях мочалку, Виираппан отложил ее в сторону. Теперь она была ему ни к чему – борода и волосы и без того уже почти высохли. Старик посмотрел на столик, но ничего с него не взял. Переплетя пальцы рук, он положил их на колени.

– Я должен поблагодарить тебя за мое спасение, уважаемый Раффаттан.

Раф безразлично дернул плечом, – благодари, мол, если считаешь нужным. А про себя подумал, старик-то, однако, не склеротик – Раф имя свое всего раз произнес, а он запомнил.

– Твой поступок, – продолжал между тем старик, – свидетельствует не только о мужестве, но и о благородстве. Не всякий бы на твоем месте стал рисковать собственной жизнью ради спасения чужой.

– Я думал, плот пустой.

Раф откусил кусок рыбы, пожевал и запил хмелем.

– А-а…

В явной растерянности Виираппан пошевелил пальцами.

Раф усмехнулся.

– Угощайся, – указал он на чашку с хмелем и рыбу.

– Спасибо. – Виираппан взял чашку, сделал глоток. – Ты замечательно готовишь хмель.

Раф молча кивнул – сам знаю.

Старик в один присест выпил всю чашку и поставил ее на столик. Раф взял чайник, стоявший, чтобы не остывал, возле чана для огня, и снова наполнил чашку Виираппана.

– Не бери в голову, – сказал Раф, понимая, насколько неловко чувствует себя старик. – Ну, вытащил я твой плот, значит, вытащил. Что теперь? – Он помахал полоской рыбьего мяса. – Всяко бывает. Я на твой плот не претендую.

– Да? – удивленно приподнял седую бровь старик.

Видно, он тоже неплохо знал законы Мелководья и понимал, насколько щекотлива и неопределенна ситуация, в которой он оказался по воле своего спасителя.

– Забудь, – еще раз махнул полоской мяса Раф. – Как шторм кончится, расплывемся в разные стороны.

– Да-да, – дважды кивнул старик. – Расплывемся… Но, может быть, я все же могу что-то для тебя сделать?.. Как-то отблагодарить?..

Виираппан растерянно и беспомощно, совершенно по-детски развел руками.

Раф впился зубами в вяленую рыбу, а про себя усмехнулся. Интересно, к какому делу можно было бы приставить старика, чтобы он свой должок отработал? Разве что только сеть латать. Да и то вопрос, умеет ли?

– Расскажи, как ты на Глубине оказался? – Раф взял чайник и подлил себе в чашку хмеля. – Ведь не нарочно же ты туда заплыл?

Виираппан провел ладонью по бороде и неожиданно улыбнулся:

– Можно сказать, что и нарочно.

Раф оторвался от рыбы и непонимающе посмотрел на старика. На сумасшедшего вроде бы не похож.

– Это как же понимать? – спросил Раф.

– Ты никогда не задумывался, почему на Глубине вода соленая, а на Мелководье пресная? – задал встречный вопрос старик.

– Задумывался, – кивнул Раф.

– И – что?

– И ничего, – Раф развел руками. – Загадка природы, не подвластная человеческому уму.

Раф всего лишь повторил фразу, услышанную как-то раз от Упаннишшура, весьма уважаемого человека на Квадратном острове. Сказана она была совершенно по иному поводу, но понравилась Рафу, и он запомнил. Старик же, услыхав Рафов ответ, рассмеялся так, что едва на лежак не упал. Пришлось ему, откинувшись назад, в лежак руками упереться. А спрашивается, чего смешного?

Отсмеявшись, старик снова сел прямо. Случайно ему под руку подвернулась оставшаяся сухой мочалка. Виираппан взял ее и промокнул выступившие на глазах слезы.

– Прости, – сказал он, заметив, с какой обидой смотрит на него Раф. – Нет ничего постыдного в незнании. Более того, я тоже склоняюсь к мысли, что основополагающие законы мироздания по сути своей непознаваемы. Но мне смешны попытки сакрализации элементарных вещей. Конечно, это проще, чем искать ответ. Но, видишь ли, уважаемый Раффаттан… – Старик пощелкал пальцами, подбирая нужное слово. – В общем, я не люблю, когда простое пытаются делать сложным. И наоборот.

 

Раф ничего не понял, но на всякий случай кивнул.

– Так все же, почему вода на Мелководье пресная? – спросил он.

– Вода на Глубине не только более соленая, чем на Мелководье, но и более плотная из-за растворенных в ней солей. Более теплая вода всегда оказывается наверху, а холодная опускается вниз. Таким образом на границе между Глубиной и Мелководьем пресная вода как бы наслаивается на соленую. То есть, вода с Мелководья уходит на Глубину, а не наоборот. Как видишь, – Виираппан слегка развел руки в стороны, – все очень просто.

– Тогда выходит, что и на Глубине вода со временем станет пресной? – сделал вполне закономерный, как ему казалось, вывод Раф.

– Нет, – отрицательно качнул головой Виираппан. – Вода постоянно испаряется с поверхности моря, и концентрация солей остается прежней.

– Откуда тебе это известно? – прищурившись, не то подозрительно, не то с интересом посмотрел на старика Раф.

– Я умею наблюдать, анализировать и делать выводы, – едва заметно улыбнулся Виираппан.

– Другие, выходит, этого не умеют? – с сомнением наклонил голову Раф.

– Раф, мальчик мой, ты и представить себе не можешь, насколько скучны и нелюбопытны большинство людей. Их вполне устраивает то, что мир вокруг них пребывает в неизменном состоянии, – изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год… А, раз так, то его и не требуется понимать. То, что с монотонным однообразием повторяет само себя, достаточно воспринимать как данность, как кольцо, у которого нет ни начала ни конца.

Раф не во всем был согласен с Виираппаном, но решил пока не возражать. Старик говорил интересные, хотя и не совсем понятные вещи. Такое редко от кого услышишь. Да что там редко, – старик прав, никому нет дела до того, почему в мире все происходит именно так, а не иначе. Да и самому Рафу все это, по большому счету, по фигу. А все же любопытно. Тем более, что пока за стенами надстройки льет дождь и ветер рвет в клочья небо и бросает волны одну на другую, делать особенно нечего.

– Кстати! – тихонько хлопнул в ладоши Виираппан. – Обрати внимание, мы легко и непринужденно пользуемся такими понятиями, как минута, час, день, месяц, год. Никому не нужно объяснять, что это такое. Но при этом у нас нет инструментов для измерения времени. У нас нет календаря, чтобы отмечать смену дней и лет.

– А зачем? – пожал плечами Раф. – Наступило утро – вот и новый день. Тридцать дней прошло – вот и месяц. Молодой тростник вырос и начал сохнуть – полгода.

– Согласен, – кивнул Виираппан. – В повседневной жизни достаточно определять время на глаз. Любое событие мы воспринимаем, как образ или даже как голую схему. Детали, причинно-следственные связи нас не интересуют. Нам не требуется календарь, потому что у нас нет истории.

– А она нужна? – с сомнением прищурился Раф.

– А как же! – взволнованно и одновременно с досадой всплеснул руками Виираппан. – Как иначе мы узнаем о том, что было до нас? Как передадим будущим поколениям знания о себе?

Раф озадаченно поскреб ногтем щеку – побриться пора.

– К чему все это?

– Ты хочешь сказать, – недоверие прозвучало в голосе Виираппана, – что тебе совершенно безразлично, с чего началась жизнь на Мелководье?

Раф задумался, но лишь на секунду.

– Да, – уверенно ответил он.

– Ха! – Виираппан вскинул руки и звонко шлепнул себя по коленкам.

Похоже, ему больше нечего было сказать.

Раф равнодушно пожал плечами и откусил кусок вяленой рыбы. Да, хорошая получилась партия. За полкорзины такой вяленой спинки на Квадратном острове можно новую куртку выменять.

– Хорошо. – Виираппан снова хлопнул себя по коленке, на этот раз одной ладонью. – Я вижу, с тобой еще рано разговаривать об истории.

Раф с отсутствующим видом еще раз пожал плечами – не очень-то, мол, и хотелось.

– Давай вернемся к тому, с чего мы начали, – предложил старик.

– А с чего мы начали? – озадаченно сдвинул брови Раф.

– Ты спросил, как я оказался на глубине, – напомнил Виираппан.

– Точно, – улыбнулся Раф. – А ты начал рассказывать про соленую и пресную воду.

– Как мы выяснили, – Виираппан выпрямил спину, расправил плечи и сложил руки на коленях, – обычно пресная вода стекает с Мелководья на Глубину. Но когда сильный ветер дует с Глубины, он гонит соленую воду на Мелководье. Такое случается нечасто, обычно перед штормом.

– Верно, – согласился Раф. – Ветер с Глубины – верный признак того, что будет шторм. А значит, нужно уходить подальше и ставить плот на якорь.

– Когда ветер гонит воду с Глубины на Мелководье, случается, что волны приносят с собой очень интересные вещи.

– Вещи? – не понял Раф. – Ты имеешь в виду то, что было смыто с плотов, унесенных на Глубину.

– Нет, – медленно покачал головой Виираппан. – Я имею в виду совсем другие вещи. Странные вещи. Вещи, которых нет, которых просто не может быть в нашем мире.

Глава 3

Раф тихонько посасывал кончик рыбьей спинки и ждал продолжения. Какие еще странные вещи приносят с Глубины волны? О чем говорит этот сам по себе странный старик? У Рафа имелись вопросы, но он не торопился их задавать. Куда спешить, – шторм зарядил не на один день.

Но вместо того чтобы продолжить рассказ о странных вещах, Виираппан пододвинул Рафу свою пустую чашку.

Раф взял чайник, – хмеля в нем оставалось почти наполовину, – и заново наполнил чашки, свою и старика.

Виираппан сделал глоток и блаженно зажмурился. Глядя на него, Раф почему-то подумал, что старик нарочно демонстрирует удовольствие, чтобы хотя бы таким образом отблагодарить хозяина.

Виираппан открыл глаза.

– Замечательный у тебя хмель.

– Я сам его обжариваю, – объяснил Раф. – Добавляю в огонь смолистые веточки.

Старик с пониманием наклонил голову, сделал еще глоток и с видом знатока вытянул губы трубочкой.

– Да, – кивнул он, – чувствуется легкий смолистый привкус.

Виираппан еще отпил хмеля и поставил чашку на столик.

– Так о чем мы? – хитро прищурившись, посмотрел он на Рафа.

Раф едва не усмехнулся, – похоже, старик хотел проверить, насколько внимательно он слушает его историю.

– О странных вещах, которые приносят волны с Глубины, – сказал Раф.

– Верно, – улыбнулся Виираппан. – Это вещи из другого мира.

– А есть другой мир? – спросил Раф.

Просто так спросил, без особого интереса, только чтобы поддержать разговор. Ну, в самом деле, какая ему, Рафу, разница, есть другой мир или нет, если он живет в этом мире, на Мелководье?

– Конечно, – уверенно наклонил голову Виираппан. – И не один!

Проявленный Рафом интерес старик принял за чистую монету. Потому что ему хотелось в это верить. Раф понял, старику не хватало собеседника, которому он мог бы рассказывать свои невероятные истории.

– В Универсуме существуют тысячи миров, и большинство из них населены разумными существами.

– Замечательно, – Раф доел вяленую спинку и потянулся за новой. – И каким же образом вещи из иного мира попадают на Глубину?

– Сие мне пока неведомо, – с прискорбием развел руками Виираппан. – Но я надеюсь отыскать ответ на этот вопрос. Поэтому меня так притягивает Глубина. Особенно перед штормом…

– Когда ветер гонит волны с Глубины на Мелководье, – закончил за старика Раф.

Виираппан озадаченно приподнял мохнатую бровь.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ничего, – с равнодушным видом покачал головой Раф.

Он и в самом деле ни о чем не думал, просто повторил окончание уже слышанной от старика фразы.

– Да, действительно, – Виираппан усмехнулся, быстро провел рукой по лицу и, продолжая движение, по бороде. – Я забыл, что тебя не интересует история.

– Да ладно, – снисходительно махнул рукой Раф. – Рассказывай.

– Перед штормом, поставив плот на якорь на границе между Глубиной и Мелководьем, я высматриваю в воде странные вещи, – сказал Виираппан.

– Наверное, это непросто, – с неподдельно серьезным видом заметил Раф. – Если, конечно, эти вещи не с плот величиной.

Виираппан отыскал взглядом свою сумку и, подцепив пальцами лямку, подтянул к себе.

– Вот что у меня есть.

Старик достал из сумки и протянул Рафу небольшую прямоугольную коробочку с округлыми краями, сделанную из черного пластика. Коробочка оказалась совсем легкой. Раф провел пальцами по поверхности, покрытой неровным рельефным рисунком. Повернув коробочку, он обнаружил на ее торце две небольшие плоские кнопки. Действительно, странная вещь. Ничего подобного Раф прежде не видел. Может быть, старик прав – она действительно из другого мира. Только что с того? Ну, подумаешь, пластиковая коробка…

Протянув руку, Виираппан нажал одну из кнопок на торце коробки. Рядом с ней открылось узкое оконце, забранное почти черным, матово отсвечивающим стеклом.

– Сюда смотри, – пальцем указал в оконце старик.

Раф не без опаски поднес коробку к глазам. Вещь все-таки была странная. А старик, если и знал о ее назначении, то молчал. Наверное, хотел, чтобы Раф сильнее удивился.

Сначала Раф ничего не увидел. Присмотревшись, он смог углядеть лишь неясные тени, плавающие по ту сторону матового стекла. Ерунда какая-то.

– Нажми другую кнопку, – посоветовал Виираппан. – Только осторожно. Держи ее, пока не увидишь.

– Что? – спросил Раф.

– Увидишь, – лукаво улыбнулся старик.

Раф осторожно надавил большим пальцем на кнопку.

Плавающие за оконцем тени стали приобретать резкость и объем. А затем…

Гниль сырая!

Раф едва не вскрикнул от неожиданности, увидев прямо перед собой огромный глаз. Чуть повернув коробку в сторону, он увидел другой глаз, такой же огромный.

Раф опустил коробку и тупо уставился на старика. Точно, его глаза он видел в оконце.

– Ну, как? – поинтересовался старик.

Раф посмотрел на странную вещь, что держал в руках.

– Что это?

– Прибор, позволяющий видеть то, что находится далеко от тебя. Я назвал его дальнозором. С его помощью я высматриваю в волнах странные вещи.

Раф еще раз очень внимательно осмотрел странную вещь со всех сторон. Да уж, вещь явно не на Мелководье сделана.

– Эта вещь называется не дальнозор, а бинокль.

Брови старика удивленно взлетели едва ли не к середине лба.

– Откуда ты знаешь?

Рафу и самому хотелось бы знать ответ на этот вопрос.

– Знаю… – Он смущенно отвел взгляд в сторону. – Просто знаю… – Раф протянул бинокль старику. – Его ты тоже на Глубине нашел?

– Нет, – Виираппан забрал у Рафа бинокль, нажав кнопку, закрыл окошко и убрал странную вещь в сумку. – Дальнозор я у плоскоглазых выменял. Они нашли его в воде, где-то за Тростниковой заводью.

– Так значит, сегодня ты, – Раф пальцем указал на старика, – поплыл перед самым штормом на Глубину, – он указал пальцем на забранное ставней окно, – потому что увидел в море странную вещь?

Теперь палец Рафа указывал на сумку старика. Он словно бы помогал Рафу думать.

– Точно, – кивнул Виираппан. – Когда ветер погнал волны на Мелководье, я увидел в воде странную вещь.

– И ты поплыл за ней?

– Конечно, – Виираппан посмотрел на Рафа так, будто в самом деле не понимал, как можно задавать такие вопросы.

– Ты мог не вернуться назад.

– Я бы и не вернулся, если бы ты меня не вытащил.

– Ты знал об этом?

– Ну, скажем так, – смущенно улыбнулся Виираппан, – я все же надеялся, что успею вернуться до того, как шторм разгуляется в полную силу.

Раф уперся руками в пол, слегка откинулся назад и, чуть наклонив голову, по-новому посмотрел на своего гостя. Старик-то он, может быть, и старик, но есть в нем внутренняя сила.

– Ты готов был погибнут ради этой странной вещи?

Виираппан вознес взгляд к потолку и почесал шею.

– Честно говоря, я не думал о гибели. Я вообще не думал ни о чем, кроме странной вещи, танцующей на волнах.

Раф наклонил голову и провел ладонью от затылка к шее.

– А она того стоила? – спросил он, не глядя на старика.

– Суди сам.

Раф поднял голову.

Виираппан протянул руку. На ладони лежал прозрачный шар размером со спелый помидор.

Первое, о чем подумал Раф, увидев странную вещь, – и как только старик ухитрился высмотреть ее среди волн?

Он осторожно взял прозрачный шар двумя руками. А Виираппан все еще продолжал держать ладонь открытой, как будто боялся, что Раф по неловкости выронит шар и тот разобьется.

Раф щелкнул по шару ногтем. Судя по весу и характерному звуку, шар был пластиковый. И, что самое интересное, внутри него находился еще один предмет. Покрутив шар в руках, Раф сумел неплохо его рассмотреть. Странная вещь, находившаяся внутри шара, была похожа на широкий кожаный браслет черного цвета, с шестиугольным медальоном. Медальон украшал ряд выписанных золотом непонятных значков. В центре находилось прямоугольное окошко, разделенное на три ровные ячейки. В каждой ячейке красным огнем горели две цифры: «23» – в первой, «31» – во второй, «14» – в третьей.

 

Раф еще раз повернул шар в руках, внимательно, со всех сторон осматривая его содержимое. Когда же он вновь посмотрел на светящееся окошко, только число «23» в первой ячейке осталось неизменным. Во второй ячейке горело число «29», а в третьей – «22». Понаблюдав за окошком, Раф отметил, что число в третьей ячейке на глазах изменяется в сторону уменьшения. Дойдя до нуля, число в третьей ячейке превратилось в «59». При этом число во второй ячейке уменьшилось на единицу – «28».

– Ну, что скажешь? – спросил Виираппан, которому не терпелось услышать стороннее мнение о странном предмете, выловленном из штормовых волн.

Раф положил шар на ладонь правой руки, сверху накрыл его ладонью левой, крепко сжал пальцами и резко повернул верхнюю и нижнюю части шара в разные стороны. Шар распался на две половинки, похожие на скорлупки яиц. Нижнюю часть, в которой остался браслет, Раф протянул старику.

С величайшей осторожностью, как будто это была очень древняя вещь, которая могла рассыпаться в прах от одного лишь прикосновения к ней, извлек Виираппан из пластиковой скорлупки черный браслет.

– Ты знал, что шар открывается? – спросил он у Рафа.

– Я просто подумал, что смысл заключен в той странной вещи, что находится внутри шара. А снаружи – просто защитная оболочка. – Раф соединил вмести две пластиковые половинки и показал Виираппану целый шар. – Если бы ее не было, ты бы никогда не нашел браслет. Без шара он бы утонул.

Раф кинул шар на лежак.

Виираппан посмотрел на шар, затем перевел взгляд на Рафа.

– Выходит, тот, кто прислал в наш мир эту странную вещь, хотел, чтобы ее нашли?

– Выходит, так, – Раф подтянул лежавшую комом в углу сеть, кинул себе на колени и стал перебирать, ища прорехи. – Если, конечно, в том мире, о котором ты все время талдычишь, не принято хранить такие вот браслеты в прозрачных пластиковых шарах.

Виираппан снова посмотрел на шар, затем на браслет, что держал в руке.

– Нет, – уверенно тряхнул он седой головой. – Ты верно сказал. Это, – он щелкнул ногтем по шару, – защитная оболочка!

– Пусть так, – не стал спорить Раф.

Потому что лично ему это было совершенно безразлично.

Найдя дыру в сети, Раф взял висевший на крючке обрывок тонкой, сплетенной из травы веревочки и принялся заделывать прореху.

Виираппан покрутил браслет в руках, затем продел в него кисть левой руки. Браслет слегка растянулся, затем снова сжался, плотно обхватив руку возле запястья.

– Смотри! – старик показал Рафу руку с браслетом.

– Здорово, – мельком глянув на странную вещь, кивнул Раф.

– Эта вещь сделана для того, чтобы носить ее на руке. – Виираппан произнес это так, будто сделал величайшее открытие, которое должно было перевернуть всю жизнь на Мелководье.

– Точно, – кивнул Раф. – Красивая штуковина.

– А ты, часом, не в курсе, как она называется? – хитро прищурился Виираппан.

– Это таймер с обратным отсчетом времени, – ответил, не прерывая своего занятия, Раф.

Старик удивленно приоткрыл рот. Он даже не сразу нашел, что сказать, настолько поразили его слова Рафа. Чтобы прийти в себя, Виираппан взял со столика чашку и залпом допил остававшийся в ней хмель.

– Ты раньше видел что-то подобное? – спросил он едва слышно, шелестящим, будто сухой тростник, голосом.

– Нет, – ответил Раф. Он быстро глянул на старика и, дабы приободрить его, улыбнулся. – Вещица и в самом деле необычная. Редкая вещица.

– В таком случае, откуда ты взял название?

– Не знаю, – безучастно пожал плечами Раф. – Само вдруг в голове появилось.

Виираппан откашлялся, расправил плечи и сразу обеими ладонями огладил бороду.

– Знаешь, как это называется?

– Что? – не понял Раф.

– То, что ты вспоминаешь названия предметов, которые, вроде бы, никогда прежде не видел?

– Не «вроде бы», а точно – не видел, – поправил старика Раф.

– Нет, именно «вроде бы», – решил настоять на своей формулировке Виираппан.

– Пусть будет «вроде бы», – не стал спорить Раф. Он вообще был не любитель споров. – И что с того?

– Это называется латентной памятью. У тебя в подсознании сохранились воспоминания о вещах, с которыми ты когда-то давно имел дело. За ненадобностью воспоминания перешли в неактивное состояние. Но как только ты видишь тот или иной предмет, они просыпаются.

– Все это, конечно, здорово. – Залатав дыру, Раф принялся дальше перебирать сеть, ища новые повреждения. – Но где и когда я мог видеть бинокль и таймер? – Раф искоса глянул на собеседника и улыбнулся. – Мне кажется, уважаемый, ты немного увлекся.

– Где ты родился? – спросил Виираппан.

– Здесь, на Мелководье, – ответил Раф.

– Кто были твои родители?

– Понятия не имею.

– Сколько лет тебе было, когда ты появился на свет?

– Не знаю.

– Но ты был уже не ребенок?

– Конечно, нет. У меня уже была своя пара плотов.

– Откуда у тебя плоты?

– Они всегда были моими.

– Это не ответ.

– Тогда я не понимаю твой вопрос.

Отложив в сторону сеть, Раф взял опустевший чайник и поднялся на ноги. Зачерпнув воды из глиняной бочки, оплетенной гибкими прутьями, Раф сделал несколько быстрых круговых движений и чуть приоткрыл дверь. Холодный ветер швырнул ему в лицо добрую пригоршню соленых брызг. Выплеснув за порог содержимое чайника, Раф поспешил захлопнуть дверь, дабы холод и сырость не проникали в надстройку. Наполнив чайник водой, Раф поставил его на горящие угли.

– Кто дал тебе имя? – задал новый вопрос неуемный Виираппан.

– Не знаю, – по тому, как резко дернул подбородком Раф, можно было догадаться, что он начинает нервничать. – Имя всегда было при мне… Да в конце концов, какое это имеет значение?

– Человек рождается блондином или брюнетом, высоким или низкорослым, толстым или худым, голубоглазым или кареглазым. Иногда даже человек может родиться с шестью пальцами на руке. Но он не рождается с именем. – Виираппан ткнул указательным пальцем себя в коленку. – Имя кто-то должен ему дать!

– Ну, значит, так оно и было, – легко согласился Раф. – Кто-то в свое время назвал меня Раффаттаном.

– Посмотри, – Виираппан стянул с руки браслет с медальоном и протянул его Рафу. – Посмотри внимательно. Что ты можешь сказать об этой вещи?

Раф даже не притронулся к браслету.

– Я уже сказал, это таймер с обратным отсчетом времени.

– Да, но для чего он предназначен?

– Чтобы знать, сколько времени осталось до того или иного события.

– И что произойдет, когда выставленное на таймере время закончится?

Тут уж Раф смекнул, что торопиться с ответом не стоит. Сначала надо бы все как следует обдумать. Рафа мало интересовало, кто выставил время на таймере и как он попал на Глубину, но поразмыслить о том, что может произойти, – Раф посмотрел на браслет, что держал в протянутой руке Виираппан, – через 22 часа 46 минут и 17 секунд, – на самом деле стоило.

– Узнаем, – сказал Раф. – Ждать меньше суток осталось. А шторм, самое малое, дня на два зарядил.

Раф снял с огня закипевший чайник, открыл крышку и всыпал в него горсть сушеного хмеля. В ненастье горячий хмель – лучшее лекарство от простуды и хандры.

Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»