Сквозь «железный занавес». Руссо туристо: советский выездной туризм. 1955-1991Текст

Читать фрагмент
Отметить прочитанной
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Рукопись подготовлена при поддержке Научного фонда НИУ ВШЭ, проект № 12-01-0058 (2013–2014 гг.)

Рецензенты:

доктор исторических наук, профессор В.Э. Багдасарян;

доктор исторических наук, доцент Ю.С. Путрик

Введение

…Нужно, чтобы советский туризм стал бы кровным делом, так сказать, плотью и кровью каждого работника отделения «Интуриста».

Из стенограммы Всесоюзного совещания работников «Интуриста», 17–20 января 1961 г.[1]


Советские люди постоянно помнят, что туристский обмен между социалистическими и капиталистическими странами является ареной политической и идеологической борьбы…[2]


Слово «туризм» в советской действительности, тем более применительно к сфере международного обмена, на первый взгляд кажется эвфемизмом, скорее затемняющим, нежели проясняющим суть явления. Ведь более привычно воспринимать туризм прежде всего как отдых и приключение, а не как вид идеологической работы и политической деятельности. Но известный российский социолог и культуролог Л.Г. Ионин, включив путешествия, наряду с научным творчеством, культурным переживанием, дружбой и прочим, в «конечные сферы значений» и противопоставив их «тоталитаризму повседневности», признавал, что для советского человека были вполне доступны все вышеперечисленные сферы. Именно они создавали ощущение полноты жизни и свободы выхода за пределы повседневности советской эпохи[3].

«Туристская революция» второй половины XX в., связанная с масштабными изменениями в сфере индустрии туризма, резким расширением объемов туристских[4] потоков и географии международного туризма, затронула и Советский Союз. Ослаблению «железного занавеса» и потеплению отношений с Западом способствовали процесс десталинизации, охвативший СССР и страны народной демократии, декларированный XX съездом партии (1956 г.) принцип мирного сосуществования двух мировых систем и отказ от неизбежности третьей мировой войны. При этом реанимация международного туризма в СССР в середине 1950-х годов была связана в основном с развитием контактов внутри социалистического лагеря и, особенно, с резко увеличившимся международным туристским обменом советских профсоюзов.

Историографический обзор

Авторы не ставили целью дать развернутую историографию рассматриваемой в книге проблематики, а остановились только на наиболее значимых для формирования и развития отдельных проблемных полей работах. Предваряя историографический анализ, отметим, что за последние годы исследовательское пространство, связанное с различными аспектами международного (в том числе выездного) туризма в СССР, резко расширилось.

С определенной степенью условности литературу по этой проблематике можно разбить на три группы: труды общетеоретического и методологического характера; обзорные работы, освещающие различные стороны международного туризма в XX столетии; исследования, посвященные истории зарубежного (выездного) туризма в СССР.

В мировом научном сообществе вплоть до рубежа 1960—1970-х годов сфера туризма изучалась, главным образом, экономистами, историками и географами. Исследователи анализировали в основном частные аспекты туризма, в том числе в их историческом измерении. Однако представители зародившейся в 1970-е годы социальной географии туризма привнесли новые подходы в его изучение. В частности, в 1998 г. Паскаль Кювелье (Pascal Cuvelier) ввел понятие «туристические практики»[5]. Спустя несколько лет авторы сборника «Туризм 1» использовали это понятие в качестве характеристики процесса обучения и развития личности человека[6].

В числе работ второй историографической группы следует отметить книгу М.А. Ананьева «Международный туризм» – одно из первых в СССР исследований истории и географии международного туризма, в том числе его экономического, политического и социального значения. В работе содержится обзор развития мирового транспорта и средств размещения, информация о таможенных правилах и т. п.[7] Следует также обратить внимание читателя на совместную работу Б. Рогатина, В. Квартальнова и В. Ухова, освещающую деятельность Бюро международного молодежного туризма (БММТ) «Спутник», и в том числе молодежный туристский обмен СССР с зарубежными странами[8]. В справочнике, подготовленном В.Д. Уваровым и К.Г. Борисовым, представлена подробная информация о структуре и деятельности около 300 международных (в том числе советских) правительственных и неправительственных организаций и агентств, связанных с развитием мировых туристских связей[9]. Г.А. Папирян провел основательный экономический анализ международной туристской деятельности, состояния мировых туристских рынков и индустрии туризма (гостиничного хозяйства, транспорта, туроператоров и турагентов)[10]. Кроме того, хотелось бы выделить исследование В.А. Квартальнова, обратившего внимание на мотивацию туристских поездок, менеджмент и маркетинг в сфере туризма, эволюцию международного туристского рынка[11].

Работы советского периода из третьей историографической группы, затрагивающие международные туристские связи Советского Союза, как правило, ограничивались количественными данными о гражданах, отправлявшихся в заграничные поездки во второй половине XX в., сюжетами о «поездах дружбы» и туристском обмене между городами-побратимами[12]. Причем, как правило, разделы, посвященные выездному туризму, проигрывали по объему повествованиям о приеме иностранных туристов в СССР. Например, в монографии Г.П. Долженко параграф «Советские туристы за рубежом» состоит всего из двух страниц текста, почти половина которого освещает круиз советских трудящихся вокруг Европы на теплоходе «Абхазия» в 1930 г.[13]

 

Если советский международный туризм рассматривался как проявление политики пролетарского интернационализма[14], то в оценках западного туризма преобладало осуждение практики идеологической обработки граждан, собиравшихся посетить СССР и страны Восточной Европы, с целью пропаганды капиталистического образа жизни[15]. Иначе говоря, использование туризма в качестве идеологического оружия советскими учеными относилось почти только на счет западных государств[16]. Впрочем, были и исключения. К примеру, В.Ф. Касаткин откровенно определил советский зарубежный туризм как «самоокупаемый канал внешнеполитической пропаганды», правда, эта публикация не была предназначена для широкой аудитории[17].

В свою очередь, в западной историографии широко распространилось зеркальное мнение, что советские и иностранные туристы служили для советского правительства инструментом пропаганды, а в целом международный туризм в СССР был важным компонентом советского «культурного наступления». Профессор Колумбийского университета Фредерик Баргхорн (Frederick Barghoorn) характеризовал советский туристский обмен через призму понятия «культурная дипломатия», подразумевая под последней особую форму достижения политических и пропагандистских целей посредством манипулирования культурными, в том числе туристскими, связями[18]. По мнению Веры Данэм (Vera Dunham), после Второй мировой войны в СССР состоялась «большая сделка» между коммунистическим режимом и лояльной ему группой советских граждан, материально простимулированной; важной составляющей этой сделки был досуг[19]. Американский исследователь Джон Бушнелл (John Bushneil) назвал поездки граждан Советского Союза за рубеж одним из «источников пессимизма» для советского человека, поскольку посещение других стран заставляло многих из них сомневаться в правильности курса КПСС[20].

Французский историк Робер Бертон-Ож (Robert Berton-Hogge) посвятил одну из своих работ анализу географии и объемов поездок советских туристов за рубеж и иностранных граждан в СССР в 1958–1977 гг. Характеризуя послесталинский период как время открытия границ СССР, автор отметил направленность советского туризма прежде всего на туристский обмен с социалистическими странами[21].

Профессор канадского Университета Британской Колумбии Энн Горсач (Anne Gorsuch) в своей работе «Выступление на международной сцене: советские туристы хрущевской эпохи на капиталистическом Западе» из всего многообразия функций международного туризма (образование, удовольствие, потребление и проч.) сосредоточила внимание на перформативной функции советских туристских поездок в Западную Европу в период «оттепели». Рассматривая международный туризм в более общем контексте «театра дипломатии», она подчеркивает, что «в духе политики мирного сосуществования» советского туриста отправляли за границу «главным образом как посланника, который должен был установить теплые, но вместе с тем не лишенные осторожности отношения между социалистическим Востоком и капиталистическим Западом». При этом туризм как «форма дипломатии эпохи холодной войны» и одно из направлений «культурного наступления» Советского Союза на Западную Европу имел свою специфику: советскую действительность представляли обычные граждане, которые «должны были выглядеть менее искушенными» в политике и демонстрировать «человеческое лицо советского социализма». Но эта внешняя неискушенность компенсировалась, по убеждению автора, особым отбором кандидатов на поездку, спецификой комплектуемых групп (как правило, специализированных) и особой политической подготовкой туристов, отправлявшихся на Запад[22].

Не совсем точно используя понятие «международный туризм»[23], Горсач, тем не менее, совершенно справедливо датирует начало выездного туризма в СССР апрелем 1955 г., когда была принята резолюция ЦК партии, открывшая для советских граждан возможность выезжать за пределы страны. Хотя на тот момент предусматривалась возможность выезда только в соцстраны (поездки на Запад откладывались на неопределенное время), на практике уже к июлю «Интурист» вел переговоры с британским агентством «Прогрессивные туры» и с норвежскими и шведскими агентствами о посещении советскими туристами Англии, Норвегии и Швеции. По мнению канадского историка, зарубежный туризм стал «средством продвижения нового, постсталинского, советского я». Путешествуя, туристы пели советские песни, раздавали сувениры, встречались с политиками и журналистами, отвечали на вопросы и читали лекции, давали концерты профессионального и самодеятельного творчества[24].

Идеи Э. Горсач о советском выездном туризме (как в социалистические, так и в капиталистические страны) нашли отражение в авторской монографии «This is Your World: Soviet Tourist at Home and Abroad after Stalin», изданной в 2011 г. авторитетным издательством Oxford University Press[25]. Эта книга стала первым на Западе монографическим исследованием, в котором такое большое внимание было уделено поездкам советских граждан за рубеж (хотя рассматриваются здесь и другие вопросы – развитие внутреннего туризма в постсталинский период, посещение Эстонской ССР как «советской заграницы», кинематограф эпохи холодной войны). Безусловно, заслуживает уважения использование канадской исследовательницей широкого круга источников (документов ГА РФ, РГАНИ и РГАСПИ, публикаций в центральной советской периодике, воспоминаний и интервью), чем далеко не всегда отличаются исследования западных авторов. Однако хронология материала все же относится лишь к 1950—1960-м годам, т. е. отражает скорее процесс становления советского выездного туризма, чем динамику его развития. Между тем, при сохранении многих сходных черт, поездки советских граждан за рубеж в эпоху застоя и перестройки все же существенно отличались от образцов периода «оттепели», что объяснялось, в первую очередь, увеличением количества выезжавших.

Среди англоязычных работ, безусловно, заслуживает внимания статья молодого исследователя Алексея Голубева (Петрозаводск – Ванкувер) «Soviet Tourism and Western Consumerism: A Meeting in Finland». В ней автор характеризует поездки советских граждан за рубеж как способ их приобщения к западной потребительской культуре, влияние которой способствовало переоценке ими тезиса о безусловном превосходстве социализма над капитализмом. Выбор для исследования примера Финляндии более чем оправдан, поскольку из капиталистических стран именно она поддерживала с СССР самые тесные отношения, в том числе по каналам въездного и выездного туризма[26]. Общие же вопросы советско-финского сотрудничества в сфере туризма были рассмотрены в работах профессора Университета Турку Айво Костайнена (Auvo Kostiainen)[27].

 

В российской историографии последних лет обозначился качественный поворот в исследовании истории советского выездного туризма. Очевиден отход от традиционного для советской историографии интереса к туристским институтам (ВАО «Интурист», БММТ «Спутник» и Отдел по международному туризму Центрального туристско-экскурсионного управления (ЦТЭУ) ВЦСПС) к изучению поведения советских людей за границей. Институциональная же составляющая анализа оказалась в большей степени сведена к описанию механизма отбора кандидатов на зарубежную поездку. Географические рамки современных исследований советского выездного туризма довольно широки, охватывают не только страны народной демократии, но и западные государства. Некоторые работы связаны с организацией путешествий советских граждан в отдельные зарубежные страны, например, в Болгарию[28], Западную и Восточную Германию[29], Францию[30].

Впечатлениям советских людей о загранице посвящено исследование заведующего отделом современной истории России Санкт-Петербургского института истории РАН А.Н. Чистикова. На основе нескольких групп источников он наглядно демонстрирует, как субъективные впечатления советских туристов корректировались в зависимости от способа их презентации после возвращения на родину, с участием механизмов цензуры и самоцензуры. К примеру, в выступлениях перед профессиональной аудиторией, в отличие от газетных статей и публичных лекций, акцент чаще смещался в сторону анализа вынесенного из поездки положительного опыта. Анализ отчетов руководителей туристских групп позволил историку из Санкт-Петербурга очертить круг вопросов, интересовавших вышестоящие органы: численность и социальный состав группы; объекты показа; недостатки в деятельности «Интуриста» и принимающей организации; квалификация гидов-переводчиков и экскурсоводов; уровень обслуживания в гостиницах и ресторанах, результаты встреч с населением; случаи «неправильного поведения советских туристов». Но заданность и во многом унифицированный характер структуры отчетов руководителей туристских групп и сопровождающих «Интуриста» сужают возможности исследователя по выявлению впечатлений советских туристов. Если группа была сборной, то ее руководитель писал в основном о встречах с работниками данного предприятия или учреждения. Отчеты специализированных групп, напротив, как правило, насыщены узкоспециальной информацией. Впрочем, в ряде случаев отчеты не ограничивались официозными клише, а содержали весьма подробные сведения о прошедшей поездке. В личных записях преобладал бытовой интерес. А.Н. Чистиков также делает попытку из всей пестроты и разнообразия впечатлений и оценок вычленить несколько явлений, о которых советские туристы писали и говорили чаще всего: исторические достопримечательности, хорошие дороги европейских стран, чистота на улицах, автомобили и яркая реклама[31]. Аналогичные вопросы автор рассматривает и в других статьях, ограничиваясь, к сожалению, лишь периодом «оттепели»[32].

Главный специалист отдела информации, публикации и научного использования документов Государственного общественно-политического архива Пермской области С.А. Шевырин также посвятил свою работу поведению за границей советских туристов, нередко посещавших в свободное время не совсем «политически выдержанные» заведения: стриптиз-клубы, ночные бары или церкви. Значительное внимание в своих работах С.А. Шевырин уделил механизму отбора кандидатов на поездки начиная с низовой профсоюзной организации (месткома) и заканчивая Комиссией по выездам за границу при обкоме КПСС[33]. В другой работе исследователь обратил внимание не только на установленные нормы поведения советских туристов за границей, но и на многочисленные факты, связанные с систематическим нарушением этих норм[34].

В написанной московским историком Л.В. Силиной на материалах Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ) статье, посвященной деятельности идеологического аппарата ЦК КПСС в области внешнеполитической пропаганды, освещаются особенности въездного и выездного туризма в 1960-е годы. Однако основное внимание автора обращено на механизмы взаимодействия партийных структур с ВАО «Интурист» и советскими посольствами за границей[35]. Диссертационное исследование Е.Б. Андреевой посвящено анализу эволюции туристских практик русских во Франции в XIX – начале XXI вв., в том числе особенностей развития советского туризма как социокультурного феномена, социального «портрета» русского туриста во Франции, отношения русских туристов к Франции и французам[36].

Об особенностях потребительских предпочтений советских работников за границей в 1960—1970-е годы мы узнаём из статьи молодого историка из Москвы А.С. Ивановой[37]. Думается, здесь можно провести определенные параллели, ведь вряд ли потребительские вкусы советских туристов принципиально отличались от предпочтений работавших за рубежом советских граждан. Разница состояла лишь в финансовых и иных возможностях для «шопинга». Исследователь из Москвы Е.П. Архипова рассмотрела международно-правовые формы сотрудничества СССР и ряда капиталистических государств в области туризма, географию туров и основные виды советского выездного туризма в 1980–1991 гг. Автор обратила внимание на основные проблемы и недостатки заграничных поездок указанного периода: жесткую регламентацию объемов зарубежных туров, строгий отбор кандидатов на поездку и просуществовавшее до 1988 г. распределение путевок через профсоюзные организации[38].

В последнее время достаточно активное изучение советского международного туризма ведется и украинскими историками. Однако в обобщающем труде, посвященном истории туризма на Украине, вопросам выездного туризма практически не уделено должного внимания[39]. Важным шагом в изучении советского зарубежного туризма стала монография доцента Черкасского национального университета им. Б. Хмельницкого О.Н. Радченко, в которой выездному туризму 1960–1980 гг. посвящен небольшой раздел, основанный на документах украинских архивов и личных беседах с туристами[40]. Заслуживает внимания вывод автора о том, что несмотря на все усилия партийных органов направить зарубежный туризм в «пропагандистское русло» он имел «все признаки торгового туризма»[41]. В ряду работ историков с Украины, написанных на украинском языке, следует упомянуть статью Г.А. Гарбар, посвященную идеологической составляющей выездного туризма из Николаевской области УССР в 1970—1980-е годы[42], и статью Г.В. Злагодух об анимационной работе во время зарубежных туристских поездок по линии БММТ «Спутник»[43].

Анализ Источниковой базы

Как видим, российскими и зарубежными историками проделана большая работа по сбору и анализу архивных документов, в той или иной степени отражающих особенности советского выездного туризма второй половины XX столетия. Однако до сих пор заграничный туризм как самостоятельное направление и важная составная часть международного туристского обмена Советского Союза не стал предметом отдельного монографического исследования, характеризующего важнейшие аспекты этого феномена: институциональные, социально-экономические, политико-идеологические, коммуникативные, психологические и т. д. В данной работе на материалах центральных, региональных и зарубежных архивов[44] предпринята попытка реконструкции процесса институционализации, географии, объемов, форм и особенностей советского выездного туризма 1955–1991 гг.

Конечно, удельный вес разных архивных коллекций и их значение для реконструкции истории советского выездного туризма неодинаковы. В исследовании использованы, в первую очередь, отложившиеся в ГА РФ материалы фонда Р-9612 (Учреждения по руководству иностранным туризмом в СССР), содержащего документы 1929–1991 гг. Для фонда характерно многообразие и обилие материалов, связанных с зарубежным туризмом. Это создает определенные трудности при отборе документов, заставляя выбирать между типичными и эксклюзивными материалами. К группе типичных материалов можно отнести: отчеты сопровождавших группы сотрудников «Интуриста», приказы и протоколы заседаний Правления и особенно написанные как под копирку отчеты о поездках специализированных групп (Оп. 1,3); объяснительные записки к ежегодным балансам и отчетам, конъюнктурные обзоры и информационные бюллетени (Оп. 2); письма в партийно-государственные и хозяйственные инстанции по вопросам развития международного туризма (Оп. 4). К группе эксклюзивных документов относятся: секретные постановления и приказы (например, об организации научного туризма или поездок в США), сохранившиеся в описи 2 (Первый отдел). Среди обилия документов описи 3 можно найти по-настоящему эксклюзивные документы: о политической эффективности советского туризма, опыте гидов-переводчиков в сопровождении за границей групп советских туристов, состоянии выездного туризма в СССР в начале 1980-х годов и т. п. Но эти и подобные документы, отсутствующие в фондах открытого хранения, призваны лишь уточнить отдельные аспекты развития советского международного туризма периода холодной войны. Общая картина выстраивается на основе массовых источников, анализ которых позволяет уловить общее в развитии советского выездного туризма.

Фонд Р-9520 (Центральный совет по туризму и экскурсиям (ЦСТЭ) ВЦСПС) насыщен отчетами о поездках руководителей (старших) туристских групп. Профсоюзная статистика содержит отчеты республиканских и областных советов профсоюзов о выполнении планов отправки советских туристов за границу, данные о безвалютном обмене с туристскими обществами зарубежных стран, сведения о стоимости путевок, приеме и обслуживании советских туристов за границей. Здесь же удалось обнаружить текст Положения об Отделе международного туризма ЦСТЭ (On. 1. Д. 613. Л. 88–93), позволивший раскрыть место и роль профсоюзного туризма в общей системе заграничных поездок. Из отчетов руководителей групп можно почерпнуть сведения о численности и социальном составе групп, туристских программах, недостатках в организации поездок, квалификации гидов-переводчиков, поведении советских туристов и проч. Впрочем, нередко отчеты были поверхностными, не отражали основных моментов, характеризующих качество обслуживания и отношение иностранных граждан к советским туристам.

Фонд Главного управления по иностранному туризму при Совмине РСФСР содержит документы 1964–1992 гг. о развитии только иностранного (въездного) туризма, включая отчеты о хозяйственной деятельности ведомства, капитальном строительстве и кадровой работе, переписку с Главинтуристом СССР и протоколы заседаний Республиканского совета по иностранному туризму (Ф. 10004. Оп. 1. Д. 140, 269, 367, 421, 631, 663 и др.).

В Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) отсутствуют систематизированные материалы, посвященные «взрослому» выездному туризму. Но в фонде 71 (Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС), в описи 46, содержащей документы сектора (отдела) международных связей ИМЛ, с 1967 г. отложились письма руководства института в ЦК КПСС и Комиссию по выездам за границу при ЦК КПСС, в «Интурист» и ЦСТЭ ВЦСПС. Кроме того, в ряде отчетов сотрудников института о научных командировках содержатся описания включенных в программу поездки экскурсий (Д. 283. Л. 9; Д. 287. Л. 1, 9-10; Д. 292. Л. 20–24 и др.). Зато международный молодежный туризм широко представлен документами фонда 5М (БММТ «Спутник»). Помимо годовых отчетов о работе ведомства и отчетов гидов-переводчиков и старших групп, в фонде содержится переписка с международными туристскими организациями, ЦК ВЛКСМ, Комитетом молодежных организаций (КМО) СССР, Главинтуристом и «Интуристом», Министерством иностранных дел, советскими посольствами за границей и другими ведомствами. Значительным реконструктивным потенциалом обладают материалы конференций, совещаний и семинаров разного уровня, посвященные вопросам развития молодежного международного туризма, ведомственные приказы и инструкции, договоры с иностранными турфирмами, планы и программы туров.

Документы Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ), относящиеся к данной теме, при всей их малочисленности позволяют по-новому взглянуть на историю рождения советского выездного туризма. Выявленные в фонде 5 (Аппарат ЦК КПСС) документы Общего отдела ЦК КПСС (Оп. 30. Д. 113, 161) дали возможность увидеть «партийную кухню» институционализации выездного туризма. Кроме того, среди документов фонда оказалось несколько информационных материалов отделов культуры и пропаганды ЦК партии, содержащих, в числе прочего, сведения о географии и объемах заграничного туризма в 1979–1984 гг. Эти документы тем более ценны, что начало 1980-х годов весьма скромно отражено в документах ГА РФ. В фонде 3 (Политбюро ЦК КПСС) представлены документы Комиссии по выездам за границу при ЦК КПСС, позволяющие проследить выстраивание системы отбора кандидатов на заграничные туры. К сожалению далеко не все документы фонда рассекречены. И наконец, в фонде 5 отложились отчеты о пребывании советских делегаций в разных странах, где они получали туристское обслуживание. Например, во время пребывания в Турции в декабре 1981 г. – январе 1982 г. делегации Союза писателей СССР для писателей был устроен экскурсионный осмотр достопримечательностей Стамбула, Измира, Чанаккале, Трои, Эфеса и Пергама[45].

В Российском государственном архиве экономики (РГАЭ), в фонде 413 (Министерство внешней торговли СССР), практически отсутствуют материалы по «Интуристу» послевоенного периода, несмотря на то что Общество до 1964 г. находилось в составе министерства. После тотального просмотра описей фонда удалось обнаружить только карточку об утверждении приказом Министерства внешней торговли СССР № 384 от 8 августа 1955 г. устава «Интуриста» (Оп. 13. Д. 7520) и текст устава (Оп. 13. Д. 7504. Л. 162–169), не обнаруженный в фонде «Интуриста».

Исследовательская задача заключалась в отказе от иллюстративного подхода к использованию архивных документов. Именно поэтому при изучении отчетов руководителей туристских групп, а также отчетов сопровождавших некоторые группы гидов-переводчиков делалась выборка по годам и по разным странам. Годовые балансы и отчеты просматривались за все годы. При этом многие дела, судя по записям, не использовались прежде другими исследователями. Значительная часть документов (особенно фонда 3 в РГАНИ, описи 3 фонда «Интуриста» в ГА РФ и ИМЛ в РГАСПИ) вводится в научный оборот впервые. Можно вполне ответственно говорить о репрезентативности отобранных архивных документов для решения поставленных в исследовании задач. Впервые вовлекаемые в широкий научный оборот архивные документы центральных архивов позволяют увидеть период холодной войны с неожиданного ракурса – включения в сферу интересов двух сверхдержав отдельных стран и целых регионов посредством туристских связей. Материалы туристских ведомств СССР дают возможность реконструировать не только географию, объемы зарубежного туризма и его специфические черты, но и критерии отбора кандидатов для заграничных поездок, а также оценить степень культурного шока, испытанного советскими туристами при столкновении с зарубежной действительностью.

Региональный аспект развития советского выездного туризма был охарактеризован на примере Крымской области, которая в рассматриваемый период входила в состав Украинской ССР и имела средние показатели выезда туристов за рубеж среди других областей этой союзной республики. В Государственном архиве Республики Крым (ГА РК) и Объединенном ведомственном архиве Федерации независимых профессиональных союзов Крыма (ОБА ФНПС Крыма) сохранились сотни архивных дел, посвященных выезду крымских туристов за рубеж во второй половине 1950-х – 1980-е годы. Большинство из них сосредоточены в фондах П-1 (Крымский областной комитет Коммунистической партии Украины), П-147 (Крымский областной комитет Ленинского коммунистического союза молодежи Украины) и Р-3776 (Крымский областной совет профессиональных союзов). Также отдельные дела, посвященные вопросам выездного туризма, были выявлены в фондах Р-3619 (Крымский областной комитет народного контроля) и Р-4260 (Крымское отделение Украинского общества дружбы и культурной связи с зарубежными странами). Выявленные в крымских архивах документы по данной теме можно разделить на следующие группы:

1) руководящие материалы по организации выездного туризма, переписка по этому вопросу с различными организациями областного, республиканского, общесоюзного уровня;

2) программы туристских поездок советских граждан за рубеж;

3) документы на выезд туристских групп Отдела иностранного туризма (позднее – Отдела по советскому туризму за границу) при Крымском областном совете профессиональных союзов (в том числе первичный «пакет» документов на каждого туриста, выезжавшего за рубеж по профсоюзной линии);

4) документы Комиссии по выезду за границу при Крымском областном комитете КПУ;

5) отчеты руководителей туристских групп о поездках в социалистические, капиталистические и развивающиеся страны;

6) годовые отчеты, справки, информационные сообщения по организации туристских поездок советских граждан за границу.

К отчетам руководителей туристских групп и годовым отчетам по организации туристских поездок за рубеж Крымского облсовпрофа иногда прилагались справки, докладные и объяснительные записки о нарушениях советскими туристами таможенных правил или правил поведения. В ряде случаев эти документы содержат информацию не только о самих нарушениях, но и о мерах, предпринятых по отношению к нарушителям после их возвращения на родину.

Поскольку процедура организации туристских поездок за рубеж на всей территории СССР была стандартной, есть все основания считать, что аналогичный по содержанию набор архивных документов может быть выявлен в любом региональном (областном, краевом, республиканском) архиве Российской Федерации, а также в других постсоветских странах, что способствует формированию огромного источниковедческого корпуса для дальнейших исследований.

1ГА РФ. Ф. Р-9612. Оп. 2. Д. 286. Л. 158.
2Иностранный туризм на службе мира: обзор / Байбаков А.И., Кулдошин Н.М., Никольский М.В. и др. М., 1983. С. 6.
3Ионин Л.Г. Свобода в СССР: ст. и эссе. СПб., 1997. С. 14, 22–23.
4Здесь и далее в тексте используется слово «туристский» («туристический» – в некоторых названиях и цитатах).
5Cuvelier Р. Anciennes et nouvelles formes du tourisme: une approche socio-economique. Collection: Tourismes et Societes. l’Harmattan, 1998.
6Equipe MIT. 2002. Tourismes 1. Lieux communs. P., 2002.
7Ананьев МЛ. Международный туризм. M., 1968.
8Рогатин Б. Квартальнов В. Ухов В. Орбиты «Спутника». М., 1976.
9Уваров В.Д., Борисов КГ. Международные туристские организации: справочник. М., 1990.
10Папирян Г.А. Международные экономические отношения: экономика туризма. М., 1998.
11Квартальнов В.А. Туризм: теория и практика: избр. тр.: в 5 т. М., 2003.
12См., например: Исмаев Д.К. Туризм – путь взаимопонимания между народами. М., 1977; Немоляева М.Э., Ходорков Л.Ф. Международный туризм: вчера, сегодня, завтра. М., 1985.
13Долженко Г.П. История туризма в дореволюционной России и СССР. Ростов н/Д, 1988. С. 154–155.
14Дворниченко В.В. Туристско-экскурсионное дело в СССР. М., 1985. С. 10.
15Артемов В.Л. По тылам психологической войны. М., 1973. С. 25; Его же. Анатомия лжи. М., 1973. С. 181; Техника дезинформации и обмана. М., 1978. С. 15–16.
16Ананьев М.А. «Невидимый экспорт» и международные отношения. М., 1971. С. 98, 122.
17Касаткин В.Ф. Основные проблемы развития иностранного туризма в СССР: автореф. дис… канд. экон. наук. М., 1975. С. 11 (автореферат этой диссертации имел гриф «Для служебного пользования»).
18Цит. по: Россия и внешний мир: диалог культур: сб. ст. М., 1997. С. 257–258.
19Dunham V In Stalin’s Time: Middle-Class Values in Soviet Fiction. Cambridge, 1976. P.5, 17.
20Bushnell /. The “New Soviet Man” Turns Pessimist // The Soviet Union since Stalin. Bloomington, 1980. P. 191–192.
21См.: Berton-Hogge R. Le tourisme en Union Sovietique // Problemes politiques et sociaux. 1982. No. 437. P. 1–36.
22Горсач Э. Выступление на международной сцене: советские туристы хрущевской эпохи на капиталистическом Западе // Антрополог, форум. 2010. № 13. С. 359–360, 362, 367–368, 370, 374.
23Международный туризм включает, наряду с выездным (или зарубежным), въездной (иностранный) туризм.
24Горсач Э. Указ. соч. С. 360.
25Gorsuch A. All This Is Your World: Soviet Tourist at Home and Abroad after Stalin. N.Y., 2011.
26Golubev A. Soviet Tourism and Western Consumerism: A Meeting in Finland [Electronic resource]. URL: http://academia.edU/1216246/.Soviet_tourism_and_westem_ consumerismameetinginFinland.
27Kostiainen A. Mass Tourists, Groups and Delegates: Travel from Finland to the Soviet Union from 1950 to 1980 [Electronic resource]. URL: http://www.genealogia. fi/emi/art/article242e.htm; Костайнен А. Политический туризм между Финляндией и СССР в период между 1950–1980 гг. // Турист, фирмы. Вып. 15. СПб., 1997. С. 247–248.
28Попов А.Д. Народная Республика Болгария как объект зарубежного туризма советских граждан //Дринов. зб. Харюв; Софт, 2011. Т. IV. С. 302–309.
29Попов АД. Экспорт советской модели выездного туризма: случай разделенной Германии // Вести. Перм. ун-та. Сер. «История». 2013. Вып. 3. С. 155–165.
30Андреева Е.Б. Эволюция туристских практик русских во Франции (начало XIX – начало XXI вв.): автореф. дис…. канд. ист. наук. Саратов, 2006.
31Чистиков А.Н. «Ладно ль за морем иль худо?»: впечатления советских людей о загранице в личных записях и выступлениях (середина 1950-х – середина 1960-х гг.) //Новейшая история России. 2011. № 1. С. 169–172, 174–175.
32Чистиков А.Н. Советский турист за рубежом, 1950-е и 1960-е гг. // Человек и личность как предмет ист. исследования: Россия (конец XIX–XX в.): междунар. коллоквиум: науч. докл. СПб., 2010. С. 198–205; Его же. Советский турист в Финляндии в середине 1950-х – середине 1960-х гг. // Новейшая история России: время, события, люди: сб. ст. и воспоминаний к 75-летию почет, проф. СПбГУ Г.Л. Соболева. СПб., 2010. С. 384–392; Его же. Советский выездной туризм 1950— 1960-х годов: социальный аспект // Социал. – культур, аспекты развития экономики России XIX–XX веков: материалы I Всерос. науч. конф. (СПб., 25–26 мая 2011 г.). СПб., 2012. С. 184–190 и др.
33Шевырин С.А. «Поведение туристов за пределами СССР было скромным. Однако такие туристы, как…» [Электронный ресурс] // Перм. гос. архив новейшей истории: [сайт]. URL: http://www.permgani.ru/publikatsii/stati/povedenie-turistov-za-predelami-sssr-bylo-skromnym-odnako-takie-turisty-kak.html.
34Шевырин С.А. «Проникновение наше по планете особенно заметно вдалеке…»: из истории зарубежного туризма в СССР [Электронный ресурс] // Перм. гос. архив новейшей истории: [сайт]. URL: http://www.permgani.ru/publikatsii/stati/ proniknovenie-nashe-po-planete-osobenno-zametno-vdaleke.html.
35Силина Л. В. Иностранный туризм и выезд советских граждан за рубеж в 1960-е гг. (по материалам отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС) // Наука и школа. 2010. № 4. С. 136–140.
36Андреева Е.Б. Эволюция туристских практик русских во Франции…
37Иванова А. «Солнце село ниже ели…»: Потребительские пристрастия советских работников заграницей (1960—1970-е гг.) // Родина. 2011. № 3. С. 116–117.
38См.: Архипова Е.П. Некоторые аспекты развития советского выездного туризма в 1980–1991 гг. (на примере туристического обмена с капиталистическими странами) // Соврем, проблемы сервиса и туризма. 2008. № 1. С. 36–43.
39Федорченко В.К., Дьорова Т.А. Історія туризму в Україні: навч. посіб. К.: Вища школа, 2002.
40Радченко О.Н. «Интурист» в Украине 1960–1980 годов: между красной пропагандой и твердой валютой: монография. Черкассы, 2013. С. 92—107.
41Там же. С. 184.
42Гарбар Г.А. Ідеологічний характер зарубіжного (виїздного) туризму в Миколаївській області 70-х – першої половини 80-х рр. // Гуманітар. журн. 2005. № 5. С. 68–73
43Злагодух Г.В. Анімаційна робота у контексті іноземного туризму (на матеріалі діятельності БММТ «Супутник») // Актуал. проблеми історії, теорії та практики худож. культури: зб. наук. праць. Вип. XXVIII. К., 2012. С. 183–190.
44Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ), Российский государственный архив экономики (РГАЭ), Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ), Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ), Государственный архив Республики Крым (ГА РК), Объединенный ведомственный архив Федерации независимых профессиональных союзов Крыма (ОВА ФНПС Крыма). Для более глубокого освещения отдельных вопросов исследования были привлечены материалы архивов Германии: Stiftung Archiv der Parteien and Massenorganisationen in Bundesarchiv (SAPMO-BArch), Gedenkstätte Buchenwald Archiv (GBA), Archiv des Deutsch-Russisches Museum Berlin-Karlshorst, Archiv der Gedenkstätte / Museum Seelower Höhen, – а также центральных архивов Украины: Центрального государственного архива высших органов власти и управления Украины (ЦГАВО Украины) и Центрального государственного архива общественных организаций Украины (ЦГАОО Украины).
45РГАНИ. Ф. 5. Оп. 88. Д. 202. Л. 36–40.
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»