Волчье сердце Текст

0
Отзывы
Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Шрифт:Меньше АаБольше Аа

Таверна называлась «Дохлый пес».

Рагни сидел в уголке и неторопливо потягивал пиво. Взглянув на принесенное разносчицей подозрительное мясо, он счел это название как нельзя более подходящим особенностям здешней кухни. Однако Рагни, в отличие от злосчастного пса, свой желудок любил и постоянно заботился о его состоянии. Более того, он никак не желал становиться дохлым. Возможно, в этом месте действительно не гнушались подавать на стол собачатину, но даже эта мысль оказалась бессильной вывести парня из тяжких раздумий. Сейчас Рагни был склонен отождествлять свою долю с истинно собачьей. Неудивительно, ведь денег у него едва хватило на тарелку этой дряни и пиво… две кружки.

Рагни вздохнул. В былые времена, когда ему удавалось, смотавшись из Сторхейльма туда и обратно, за ночь заработать не один десяток монет, подобные проблемы казались чем-то невероятным. Но бизнес мельчал. Страна в кризисе, брат. Отток капитала за границу, упадок сельского хозяйства, дурная политика столичного центра и все такое…

Рагни был конокрадом. И чувствовал, что грядут тяжелые дни. Удастся ли ему пережить гнусное время, не ударить в грязь лицом и остаться верным профессии? Он не знал. А потому предпочитал заглядывать не дальше дна зажатой в руке кружки.

Даже его былые подельщики ухитрились что-то отложить и припрятать. Еще бы, – со злостью подумал он, – когда угощают другие, свое можно сберечь… Рагни злился. Дружки втихую посмеивались над ним, поскольку ухитрились, предвидя трудности, купить себе вольную. Специальным эдиктом короля конокрадам это разрешалось. Паскудство, конечно, – думал Рагни, едва не скрежеща зубами от сознания упущенной возможности, – наворовал – и гуляй себе. Клас! Однако честь профессии даже сейчас твердила в нем свои логичные и справедливые доводы. Дескать, плох тот хозяин, что не сберег коня, тру-ля-ла и рам-па-па… В издании эдикта сыграла роль исключительно за уши притянутое лобби владельцев конных заводов. Куда деваться господину, незаконно лишенному коня? Правильно, только к ним. Поощряя конокрадство, тем самым они увеличивали собственную прибыль. Были здесь и другие причины, что-то вроде внутреннего оборота капитала, но в эти дебри наш конокрад ступать опасался.

Рагни знал – пока еще есть лошади, в этом мире он отнюдь не один. В мире высокой политики конокрады не чета ему… Потому-то и преступником он себя не считал. Разве что самую малость.

Впрочем, ерунда все это. Здесь и сейчас, в этой занюханной корчме, он один-одинешинек. Перед кружкой старого пива и тарелкой протухшей собачатины. Видать, не судьба ему добраться до столичных афер. Если уж от него отвернулись даже былые дружки (а точнее, он сам послал их куда подальше), делать нечего, придется бродить волком.

Словно в ответ на его мысли, дверь распахнулась, и в зал один за другим вошли двенадцать рослых мужчин. Рагни счел нужным опустить голову и уставится в столешницу. Если себя он отождествлял с героем парадной вывески таверны, то в этих людях было что-то волчье. Наметанным взглядом он определил это сразу. У таких лучше не воровать. Хотя, если все они прибыли верхом, то он мог стать богаче сразу на три, а то и четыре коня. Больше не взять. Но Рагни решил даже не выходить, чтобы проверить, к коновязи. Такие найдут.

Рагни осторожно поглядел на незнакомцев. Осмотревшись, они прошли к длинному столу в дальнем углу. Зал был почти пуст, и для их маневра место оставалось. Похоже, конокрад остался незамеченным. Вот и славно. Потому как мужики это были высокие и широкоплечие, с мечами, кинжалами и даже самострелами.

Судя по одежде, сделанной преимущественно из кожи, не солдаты. И уж подавно не бойцы городской стражи. Бандиты, – решил Рагни. Или наемники. Охотники за головами? Но никак не охотники. Простые, из леса. Такие мечей и боевых арбалетов с собой не таскают. Даже когда из чащи на свет белый поглядеть выходят.

Постепенно Рагни успокоился, и мысли его свернули на проторенную колею. Может, и ему к таким податься? В смысле, разбойникам? Тоже можно. Но обратной дороги уже не будет. По таким одна невеста плачет – пеньковая веревка. И откупная не поможет.

Рагни решил не уходить сразу, посетители могли счесть это подозрительным. И продолжал медленно тянуть пиво.

Мысль о невесте напомнила ему давнишнюю мечту. Обзавестись женой, какой-нибудь хорошенькой девчонкой из приличных, отстроить ферму, или хутор там, и заняться сельским хозяйством. Все это мог дать ему приличный заработок и откупная… Рагни только вздохнул. Потому-то загадывать наперед он не любил.

Как всегда, его проблемы должен решить случай. Но в его-то злодейском деле он и играет главную роль. Во всем приходится полагаться лишь на проклятущий случай… Из суеверных соображений Рагни до сих пор предпочитал думать так, чем уповать на собственное везение. Впрочем, разница невелика.

Он уже начал подумывать о том, что неплохо бы обменять тарелку этой гадости на еще одно пиво, как вдруг от притихших в углу громил отделился один и направился в проход между столами. Вспомнив о неприятном соседстве, Рагни тут же сообразил, что разносчица может устроить скандал, заявив, что он, дескать, уже попользовал мясо. Так уже было не раз. И, хотя касательно мяса у Рагни действительно возникли определенные подозрения, шума в данный момент он опасался.

Тем более что заросший щетиной мужик, похоже, держал курс прямо к нему. Тяжелые сапоги громко бухали об пол, звенели шпоры и пряжки на перевязи. Рагни потупил взор и съежился, притворившись частью скудного интерьера.

Не тут-то было.

– Эй, ты кто такой? – прогудело вдруг.

Рагни поднял голову и машинально огляделся. Поблизости никого не было, а здоровяк смотрел прямо на него.

– Я? – спросил Рагни.

– Ты, ты, – усмехнулся мужик, обнажив ровные белые зубы.

Чем-то эта нехитрая мимика показалось Рагни схожей с оскалом. Давно он не видел таких белых зубов… Он зачарованно уставился в рот незнакомцу. Тот, обнаружив интерес парня, тут же захлопнул пасть.

– Никто, – опомнившись, поспешил ответить Рагни.

– Как это никто? – удивился здоровяк. – Ведь имя-то у тебя есть?

Рагни кивнул.

– Ну, так назови его.

– Рагни, – выдавил он. – То есть, Рагнар…

– Ого, – вновь усмехнулся владелец белоснежных зубов. – Даже так… Это имя достойно настоящего мужчины. Но почему же ты скрываешь его каким-то уменьшительным, которое сгодилось бы разве что ребенку или домашнему псу?

Сам того не заметив, незнакомец затронул больную тему. Рагни хотел было выдать нечто грубое, но, заслышав упоминание о собаках, вовремя прикусил язык и просто пожал плечами.

– А ты, как я погляжу, не шибко-то разговорчив, – заметил мужик. – Меня зовут Бальдр. Я чем-то вроде главаря у этих обормотов, – кивнул он на остальных в углу.

Точно, бандит, – подумал Рагни. Но руку пожал.

– Вот что, – сказал Бальдр, усаживаясь за стол, – ты, я вижу, парень рисковый…

Рагни очень удивился тому, что о его внешности можно такое сказать, но не подал виду. На самом же деле он незаметно для самого себя расправил плечи и даже сел ровнее.

– Да ты не хорохорься, – посоветовал Бальдр, доверительно наклоняясь ближе. – Я ведь тебя не на бал зову. Да и польстил я тебе. Для начала, так сказать, разговора.

Сникнув, Рагни вновь принял позу печальной покорности. И, тем не менее, разум его заработал быстрее. Лесть действительно великая вещь, – подумал он.

– Что ж, – сказал он, – я готов вас выслушать. Но это вовсе не значит, что я кинусь на первый подвернувшийся заработок.

И, тем не менее, не отказался от поднесенного по заказу разбойника пива.

– Нет, конечно же, нет, – заверил его Бальдр, дождавшись, пока девка отойдет. – Ты волен согласиться или отказаться. Но все дело в том, что мы ищем кого-то вроде тебя. Весь сегодняшний день. Ночь все ближе, и нам хотелось бы покончить с этим делом, удерживающим нас в этой дыре, до ее наступления.

– Вы разбойники? – спросил Рагни, не дожидаясь, пока разговор примет более откровенный характер. – Наемники? Охотники за наградами?

– Все это, и еще много чего иного, – усмехнулся Бальдр. – Мы беремся за любую работу, какую только сможем осилить. Мнится мне, что и ты из таких?

На самом деле Рагни опасался сомнительных авантюр, далеких от проверенного конокрадства, но не подал виду и мужественно кивнул. Заработок ему действительно бы не помешал.

– Я рад, что не ошибся, – продолжил Бальдр. – Видишь ли, за наши головы тоже назначена награда, но в герцогстве об этом еще не знают. Да и ведем мы себя вполне благопристойно… Пока не заполучим кого-нибудь на вакантное место. Твоя кандидатура меня вполне устраивает. Что скажешь?

Не забывая отхлебывать из кружки, Рагни задумался. Перспектива связаться с разбойниками означала маячивший в конце жизненного пути мрачный эшафот. Впрочем, до этого могло и не дойти: чей-нибудь большак при встрече мог с легкостью оборвать петляющую тропинку. Однако туманное будущее скрывало в себе мало хорошего, продолжай он свое прежнее занятие. Суровые времена грозили затянуться на очень долгий срок. Ближайшая же зима могла толкнуть его на какую-нибудь глупость, сохранить голову на плечах после которой будет очень и очень проблематично. Так не лучше ли тогда подойти к этой проблеме с командой профессиональных преступников, тертых калачей и рубак?

Подумав так, Рагни поднял взгляд и твердо посмотрел в лицо Бальдра, обнаружив нечто, чего прежде не замечал. Странно, – тут же удивился он, – для такого бузотера морда у него слишком белая… На чистой коже разбойника не было ни одного шрама. Но эта несущественная деталь так и осталась простым наблюдением. Мало ли что…

– Я вижу, ты вновь проявил достойную мужчины отвагу, – сказал Бальдр.

– Я еще далеко не согласен. Ты не рассказал мне еще ровным счетом ничего о этой работе.

– О, уверяю тебя, количеством пыли она не отличается от твоего прежнего заработка, каким бы он ни был! (Заметь, что я тоже о тебе ничего не знаю.) В особенности если соотнести мое предложение и твои перспективы… – Бальдр окинул красноречивым взглядом пустую кружку и тарелку собачатины.

 

– По крайней мере, – поспешил с ответом Рагни, – это не собачатина. Но твой намек, нарочито прикрытый скобками, я понял.

Он уже давно распознал, что это отнюдь не служивый. Да и не шерифский шпик. На них, как считал сам Рагни, у него проверенный нюх. К тому же, до таких размеров эти гады, как правило, не вырастают. И уж тем более не ходят дюжинами.

По-быстрому проверив напоследок показания своего особо чувствительного носа, Рагни решил расколоться. Действительно, что такого? Ему и самому было интересно. Окажись, что это и впрямь служитель закона, и что чутье его гроша ломаного не стоит – значит туда, то бишь под плеть, ему и дорога.

– Я конокрад, – признался он. – До сих пор меня не ловили… – Он постучал по дереву. – Но времена меняются.

– Потому-то я и решил, что мы наверняка кого-то найдем, – кивнул Бальдр. – Скоро в городах будет становиться все хуже…

– Тебе не кажется, что пришло время рассказать мне хоть что-нибудь? – резонно заметил Рагни. – Пока я не узнаю чего-либо конкретного, то не смогу и согласиться. Терпеть не могу котов. Особенно в мешках.

– А ты мне нравишься, – усмехнулся Бальдр. – И наши вкусы уже кое в чем сошлись… Что ж, я действительно могу рассказать тебе что-нибудь. Но, по-моему, достаточно и этого.

Рагни кивнул. Он был весь внимание.

– Так вот… Тебе не придется непосредственно принимать участие в наших затеях. Тем не менее, роль твоя очень важна. Без такого человека под рукой напрасно все. Сказать больше я не могу, узнать детали ты сможешь только на месте.

Осмелев, Рагни скептически поднял бровь. Торг был его родной стихией. Коня мало украсть…

– Да не кривись ты так. Все так же прозаично, как, допустим, твои прежние прегрешения. Вот только ввиду некоторых весьма специфических особенностей имеются свои плюсы и минусы.

Вдруг Бальдра окликнул кто-то из остальных бандитов. Имя названо не было, лишь громкое «Эй!». Бальдр лишь отмахнулся, не отводя от Рагни внимательного взгляда. Он тоже чувствовал, что рыба проглотила наживку.

От стола отделилась рослая фигура. По мере ее приближения Рагни становилось ясно, что этот человек играет действительно весомую роль в отряде головорезов. Наметанный взгляд конокрада замечал это в уверенной, неторопливой походке, глядя на которую казалось, будто человек перенял повадки дикого зверя, в лице, покрытом седой щетиной… Разбойник был стар, но его опасно поблескивающие глаза выдавали все еще незаурядный ум. Соединенный с опытом десятилетий и физической силой, бугрящейся под курткой узлами мышц, он сразу же дал Рагни понять, кто в этой банде главный.

– Что, парень, Бальдр как всегда наплел с три короба? – спросил он, усаживаясь рядом со вторым разбойником.

Рагни пожал плечами. Он действительно не мог определить свое отношение к сказанному. Недомолвки оставляли слишком много места для домыслов – свои три короба Бальдр ему даже не показал.

Не дожидаясь Бальдра, готового разразиться чем-нибудь возмущенным, седой произнес:

– В общем, вот три пункта нашего контракта, которые мы гарантируем: безопасность, приличный заработок, кров над головой. Мы свое дело знаем, и на рожон не лезем. Когда сочтешь нужным покинуть отряд, у тебя хватит денег на то, чтобы осесть в каком-нибудь местечке получше этого. Решай.

Рагни задумался. Несмотря на странные намеки и отговорки, предложение его заинтриговало. Ввиду ближайших прогнозов, будущее в конокрадском бизнесе ему явно не светило. Но даже рекрутам описывают сказочные прелести муштры в регулярной армии.

– А что же случилось с… вашим предыдущим помощником? – подумав, спросил он.

– Вопрос, что называется, к месту, – хмыкнул Седой. – Его застрелили из арбалета.

Холод от таких спокойных слов продрал Рагни до костей.

– Но разве нечто подобное не может случиться с тобой где-нибудь здесь, прямо на улице?.. – услышал он. – Когда недовольный хозяин обнаружит тебя на своем любимце?

– И то правда, – согласился Рагни. – Но, как я подозреваю, главный приз за ваши «затеи» – топор и жесткая плаха?

Рыба трепыхалась на крючке, разевая жабры и мотыляя хвостом.

– Тебя не ловили не разу, потому что времена для промысла были подходящие, – встрял Бальдр. – Третий же привод за похищение коня – то же самое.

– У тебя на все готов ответ, – рассмеялся Рагни.

– А ты как думал? – вторил ему Бальдр. – Мы ведь пришли не просто пиво хлебать…

– Ну, по рукам? – спросил Седой, протягивая ладонь.

– По рукам, – со вздохом согласился Рагни.

– Пойдем, – сказал седой, вставая, – познакомлю тебя с остальными. Меня, кстати, зовут Хёд. Но сначала нужно убраться отсюда…

Бальдр направился прямиком к двери. Рагни последовал за ним. Солнце пускало в них последние лучи, готовясь рухнуть в свою подземную бездну. Следом, ведомые Хёдом, из трактира вышли остальные разбойники.

Рагни не ошибся. У коновязи действительно стояли… тринадцать коней. Сильных, крепких животных, украсть хотя бы пару которых он счел бы за большую удачу. Но, – ухмыльнулся Рагни, – теперь у него другая работа. А красть у своих работодателей нехорошо по всем понятиям.

Вот тебе и верность профессии, – с горечью подумал он. С другой стороны, если бы она и отвечала ему взаимностью… Так нет – на ужин досталась тухлая собачатина.

– По коням! – как-то особенно сказал Хёд. Не крикнул, сказал вроде бы обычным тоном, но ослушаться его не возникло и мысли.

Кроме того, Рагни понял, что тринадцатая лошадь предназначалась ему. Судя по тому, что все остальные члены отряда устроились в седлах, Рагни определил своего скакуна как гнедую кобылу. Приглашение не потребовалось. Профессионально запрыгнув в седло, Рагни заслужил одобрительное бормотание наблюдавших за ним разбойников.

Парень ожидал громкого гиканья, бравых выкриков, с какими возомнившие себя грозой большака карманники обычно покидали город. Ничего этого не последовало. Молча, растянувшись в колонну по двое, молодцы перешли в галоп.

Вскоре городские ворота остались позади. Стражники прыснули в стороны, освобождая дорогу так и не сбавившей хода колонне. Оглянувшись, Рагни увидел темную громаду каменных стен. На фоне заходящего светила резким силуэтом выступали шпили дворца герцога. Подавив очередной вздох, Рагни дал коню шпоры.

Цивилизация оставалась позади. Рагни знал и чувствовал, что авантюра, в которую он ввязался, затянется много дольше, чем обычно требовал перегон коней из Сторхейльма в один из соседних городов. Много дольше…

Лишь теперь, оказавшись на знакомом тракте, он с горечью понял, что оставил в результате не слишком продолжительной беседы в корчме «Дохлый пес». Фактически он спустил в сортир годы, потраченные на обустройство своего бизнеса. Рабочие контакты, взятки… Все псу под хвост. Ведь чтобы переправить коней из Сторхейльма, предварительно нужно известить о себе покупателя в другом городе, чтобы тебя встретили за кольцом стен, потому как с наступлением темноты ворота закрывают; необходимо поладить с засевшими на тракте разбойниками, а в городе давать взятки еще и представителям закона… Не говоря уже о бесконечном торге с любым из покупателей. Это только кажется – подумаешь, коней воровать!..

А, что теперь вспоминать… Проехали. И они действительно свернули с дороги. Но впереди был лишь отрог Спящего Тролля, хребта, в иззубренную тень которого опасался ступать любой здравомыслящий человек… Миновав извилистое ущелье, они погнали лошадей куда-то вверх, растянувшись по одному на уком карнизе. Рагни, замыкавший кавалькаду, старался не глядеть вниз. Обогнув крутой выступ скалы, они оказались у темного входа в пещеру.

Разбойники спешились, и, оставив лошадей не расседланными, вошли в пещеру. Поколебавшись, Рагни ступил следом. В густую, почти осязаемую тьму. Было слышно, как разбойники шаркают по каменному полу и что-то ворчат. Наконец кто-то догадался зажечь факел. На стенах в тусклом оранжевом свете заплясали мрачные тени. Здоровяки превратились в призрачных великанов, плясавших на неровной поверхности стен в дикой круговерти.

Поглядев, как мужики устраиваются прямо на полу, Рагни решил, что приближается час отойти ко сну. Ну что ж, эти разбойники с самого начала показались ему немного странными. Взять хотя бы их манеру разговаривать… С другой стороны, тому, кто рано встает…

Оглядевшись, Рагни решил устроиться прямо у входа, прислонившись к стене. Возможно, даже надумает удрать. А пока – Рагни сидел и глядел на полыхавший на горизонте закат. Однако окончательно расслабиться ему так и не дали. Подошедший Хёд уселся рядом.

– Наверное, не имеет смысла представлять тебе каждого прямо сейчас, – сказал он, кивнув за спину. – Не потому, что я тебе не доверяю, нет. Просто ты всех не запомнишь. Вот только провернем сегодня одно дельце, и тогда завтра…

– Сегодня? – удивился Рагни. – Разве мы не собираемся спать?

– Нет, – усмехнулся Хёд. – Во всяком случае, не сейчас. Просто немного передохнем… А теперь слушай внимательно. У нас нет времени на болтовню. Постарайся запомнить все, что я скажу. Твои инструкции на это самое дельце. Будут вопросы – спрашивай, но только дай закончить…

– Видишь ли, – начал Хёд свой рассказ, по мере которого Рагни становилось все хуже и хуже, – нам очень нужна твоя помощь. Более того, если это не одно и то же, – необходима. Сказать по правде, мы и не надеялись получить в отряд конокрада. Это был бы лучший вариант, в частности из-за умения ладить с животными. Тебе понадобится как искусство держатся в седле и уходить от погони, так и… другие, возможно, пока еще не раскрытые таланты.

Хёд ненадолго умолк – видимо, раздумывая над продолжением. Рагни кивнул, хотя все еще не понимал, о чем идет речь. Впрочем, рано или поздно, со всеми загадками будет покончено. Лучше бы раньше, чем никогда…

– Стоит солнцу зайти за линию горизонта, как ты все поймешь. Но ничего не бойся. Мы не причиним тебе зла. Больше того – обогатим. Тебе нужно только сесть на коня и последовать за нами к большаку. Там мы устроим засаду, дожидаясь одного кошелька. Все, что тебе нужно сделать – это потребовать сдать груз. Понял?

Широко распахнув глаза, Рагни медленно кивнул. Ему не нравилось, какое направление приняли его и без того неприятные мысли…

– Да, чуть не забыл… Бальдр! – вдруг крикнул Хёд. – Принеси маску!

Бальдр послушно принялся возиться у дальней стены. Наконец подошел и протянул Хёду какой-то сверток. Седобородый осторожно принял его и, положив на колени, развернул.

Рагни едва сдержал вздох восторга, страха и изумления. Хёд поднял и показал ему черный предмет с прорезями для глаз и рта. В последней виднелись белые клыки. Остальную же часть маски покрывал густой черный мех.

– Ты должен будешь ее надеть, – сказал Хёд, демонстрируя ремешок и застежку.

– Но зачем? – спросил Рагни, от удивления забыв о приказе помалкивать.

Хёд нахмурился, но предпочел не тратить слов попусту.

– Так надо. Когда будешь говорить, изобрази какой-нибудь грозный рык, или еще что-нибудь в этом духе… Но главное – не забудь назваться Повелителем…

Рагни поднял брови.

– …существ, которых ты увидишь после. – Театральным жестом Хёд отмахнулся от дальнейших расспросов. – У нас нет времени. Поэтому уясни себе: у них будет очень много золота. Пусть они не обманут тебя своими кошельками.

Хёд поднялся.

– И помни: ничего не бойся. Никто не причинит тебе зла. Следуй инструкциям, и все будет в порядке.

Главарь отошел к противоположной стене. Там он и еще несколько разбойников принялись о чем-то шептаться, бросая порой на Рагни странные взгляды.

Рагни отвернулся и вновь принялся созерцать пустынный пейзаж. Солнце почти скрылось. Где-то на краю земли огненный шар пускал прощальные лучи. «Стоит солнцу зайти…» Рагни по-прежнему ничего не понимал. Инструкции Хёда лишь добавили воды в сумбурный бег мыслей молодого человека. Да так, что теперь он почти в них тонул. Существа?.. Маска?..

Рагни бросил на нее взгляд. Мех был густой и мягкий. Клыки – белоснежные, едва заметно светившиеся в темноте. Наверное, покрыты фосфором, – решил Рагни. Изнутри маска была выложена мягкой замшей. Работа искусная, что и говорить. Если бы только связанные с нею обстоятельства не были столь туманны…

Полоса неба над горизонтом стремительно темнела. Еще считанные минуты, и… Заметив боковым зрением какое-то движение, Рагни обвернулся. Внутри пещеры творилось нечто странное. Кто-то потушил факел, но это было далеко не самое страшное. Далеко не самое…

Как оказалось, разбойники успели снять одежду и аккуратно разложить ее на полу. Теперь же каждый из них, абсолютно голый, лежал на полу и, похоже, мучился от сильнейшей боли. Рагни сперва не поверил собственным глазам. Так много здоровых, сильных мужчин, и все до одного чем-то больны?.. Если так, то не заразно ли это?..

 

Но нет, похоже, мучившая их боль была совсем иного свойства. Не в силах пошевельнутся, Рагни в ужасе наблюдал за мускулами, ходящими ходуном под кожей, конечностями, бьющими о воздух как будто в агнонии… Эпилептический припадок?.. У всех одновременно?.. От страха Рагни потерял свою способность соображать быстро и связно.

Внезапно ему показалось, что неверная игра света и преобладающего в пещере сумрака играет с его рассудком плохую шутку. Как будто меняются сами тела бьющихся на грязном полу разбойников. Но нет, – с ужасом понял он, – это и в самом деле так! Наваждение отступило, и Рагни убедился в своих худших прозрениях.

Мышцы, да и сами кости ходили ходуном под кожей, грозя прорвать ее тонкую оболочку и явить свету невообразимое месиво живого кошмара. Сама кожа темнела и на глазах покрывалась стремительно выраставшей шерстью. У одних это происходило быстрее, у других – медленнее. Как и головы: черепа в них меняли свою форму, удлиняясь с почти ощутимым хрустом. Все это было странным образом знакомо Рагни.

Наконец, спустя целую вечность, кошмар подошел к концу. Прижавшись спиной к стене, Рагни разглядывал представших его глазам существ. Оборотни. Ликантропы. Вервольфы. Волкодлаки. И еще хрен знает кто.

Перед конокрадом стояли двенадцать волков. Пусть не самых настоящих, но выглядели они тем не менее именно так. Грозными, матерыми убийцами-самцами. На него глядели двенадцать жутко мерцавших в темноте глаз.

Рагни сглотнул. Слюна сухо проскрежетала по горлу.

Из пещеры донеслось тихое рычание. Парень судорожно ощупывал поверхность стены, сам не зная, на что надеяться. Бежать бесполезно – смерть настигнет в прыжке. У него нет даже оружия…

Вдруг одна пара глаз придвинулась ближе. Остальные расступались, освобождая проход. Совсем как люди, – мелькнула истеричная мысль. Волк приблизился вплотную. Длинная морда с наполненной зубами пастью, о которой Рагни старался не думать, обнюхала его штанину. Рагни начал тихо молится.

Вдруг мокрый нос ткнулся в его ладонь, а шершавый язык оставил полоску теплой слизи. Не веря, Рагни посмотрел вниз. Волк стоял, задрав массивную голову, и, высунув язык, дружелюбно его разглядывал. Опустившись на корточки, конокрад обнаружил, что теперь волк смотрит на него сверху вниз – зверь был огромен. Гораздо больше виденных им волков. Обычных волков, – поправил он себя.

Однако вервольф был также стар. Во всяком случае, на это указывала шерсть, поседевшая на голове.

Вожак.

– Хёд, – прошептал Рагни.

Волк тихо заскулил, услышав свое имя.

– Ну ты и втянул меня в историю, – сказал Рагни уже уверенней.

Выглянув из пещеры, он обнаружил взирающий с небесного купола холодный белый лик луны Мируталле. Ее сестра, зеленоватая Кадле, неразлучно висела рядом изящным маленьким шариком. На самом деле всяк известно, что так кажется лишь из-за невероятной высоты хрустального свода. Сама же Кадле слеплена из сыра, слегка плесневелого и оттого зеленоватого. Прогнить же насквозь луне не позволял источаемый Мируталле холод небесных полусфер. Когда земля этого мира будет доживать свои последние дни, боги обрушат вниз огромную головку сыра. А чтобы жизнь не показалась людям чересчур сладкой, сыр слегка заплесневел.

Однако так думали лишь простолюдины. Благородные, как знал Рагни, имеют иные взгляды на строение неба и мотивы богов. Хотя сами тайком привыкают к плесени, за баснословные деньги покупая подгнивший сыр.

Оставив эти размышления, вызванные легким ступором от пережитого, Рагни отвернулся от призрачных лун. Волк вновь издал жалобный звук. Только сейчас конокрад понял, что все произошло в полной тишине – лишь ворочались на полу деформируемые изнутри тела.

– Что ж, – Рагни осторожно, преодолевая все еще ощутимый страх, коснулся седой морды, – я понял. Идем…

По-видимому, коням разбойников так и придется остаться на эту ночь нерасседланными… Ликантропам в их ночном обличии верховые животные ни к чему. Разве что в плане пищи… Но лошади, равно как и волки, отнеслись друг к другу довольно прохладно.

Усевшись в седло, Рагни пустился в обратный путь. Где же то место, на котором Хёд планировал устроить засаду?

На этот вопрос ответил сам Хёд. Каким-то образом прознав о намерениях своей дневной ипостаси, волк устремился в загодя выбранном направлении. Рагни оставалось лишь последовать за ним, для чего пришлось направить гнедую в галоп – седой волчара передвигался на удивление резво.

Вытащив из-за пазухи маску, он надел ее и застегнул ремешки. Все это было проделано тщательно и без особой спешки, для чего ему пришлось отпустить поводья – что для профессионального конокрада трюк отнюдь не хитрый – здесь и впрямь все нужно сделать как-следует… Не приведут боги в самый неподходящий момент расстегнуться застежке… Об этом было страшно подумать. И все-таки Рагни знал, что для одной лишь конспирации маска – слишком хитрый ход. Здесь дело гораздо сложнее… «Повелитель…» Выходит, оборотней?..

Мерно покачиваясь в седле, Рагни невольно расслабился. Свежий ночной воздух был так приятен, а скачка во тьме, в окружении лишь более темных участков мрака – даже более того. Сейчас он и впрямь почувствовал себя чем-то большим, нежели конокрад, пусть даже профессиональный. Повелитель оборотней… Как бы не так. Но теперь, по крайней мере, у него появилось занятие, достойное мужчины.

Рагни подумал, что неплохо было бы назваться остальным разбойникам своим настоящим именем, а не жалким Рагни… Все-таки молодец этот Хёд – как в воду глядел…

Решение седого ликантропа отложить знакомство до утра даже немного испугало его своей прозорливостью. С другой стороны, что он может знать о ликантропах? Лишь детские сказки, и только…

Вскоре показалась и ровная полоса тракта. Но Хёд не менял направления, пока местность не стала более холмистой, и на ней не появились признаки густой растительности, позволявшей укрыться всей стае и всаднику с конем в придачу.

Наконец дикая скачка подошла к концу. Рагнар спешился и огляделся. Да, пожалуй, в этих кустах он поместится. Вервольфы, не дожидаясь его команд, над которыми он до этого тщетно раздумывал, заняли места по обе стороны дороги. Воцарилась тишина, и ни единого звука, ни единого колыхания кустарника не могли выдать затаившуюся опасность.

Хмыкнув, Рагнар уложил на бок чуть поодаль кобылу (опять-таки практика дает себя знать) и улегся сам. Теперь оставалось лишь ждать…

Вскоре – Рагнар даже не успел задремать – на большаке послышался топот копыт. Кто-то громко переговаривался, звенела сбруя. Оружие. Это не разбойники, – понял бывший конокрад, – те даже копыта предпочитают обматывать тряпьем… Уже одна вероятность того, что это именно те, кто ему нужен. Вернее, чьи деньги нужны ему и ликантропам.

Осторожно приподняв голову, Рагнар поглядел на дорогу сквозь переплетение ветвей. Отряд численностью семь… нет, восемь всадников. Все вооружены, и, несмотря на показное веселье, зорко глядят по сторонам. Один из всадников показался Рагнару смутно знакомым. Приглядевшись, парень понял, что именно с этим человеком так опасался повстречаться тот, прежний Рагни. Вислые седые усы, морщинистое лицо, но синие глаза глядят из этих складок пронзительно и твердо. Этот человек знал, что ему нужно, и как этого достичь. Шериф Торвалли, вторая рука герцога Сторхейльма… Ему-то что здесь надо?

Спустя мгновение Рагнар распознал в одежде остальных мундиры городской стражи. Обычно они и шагу за пределы города не ступят – всеми делами, требующими вмешательства закона, включая поимку преступников, в окрестностях Сторхейльма занимаются солдаты из местного гарнизона. Да и куда шериф может направляться глухой ночной порой? Неужто и ему есть что скрывать?..

Наверняка. Вот только Рагнар сомневался, что эти дела интересны ему. Вряд ли у шерифа с собой так много денег, чтобы заинтересовать целую стаю оборотней. Кроме того, Торвалли – последний человек, с кем Рагнар решился бы связываться, находясь в непосредственной близости города.

Другие книги автора:
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»