Космополит. Географические фантазии Текст

Читать фрагмент
Как читать книгу после покупки
Описание книги

Александр Генис – писатель, кульуролог, радиоведущий, автор многих книг («Вавилонская башня», «Иван Петрович умер», «Довлатов и окрестности», «Колобок», «Фантики», «Камасутра книжника» и др.), в том числе написанных совместно с Петром Вайлем («60-е: мир советского человека», «Русская кухня в изгнании», «Родная речь», «Американа»).

«Космополит» – лучшая путевая проза А. Гениса, собранная им в один том. Располагаясь в магической зоне между очерком и сновидением, историей и географией, экзотикой и бытом, поэзией и философией, эти опусы помогают всюду быть дома. Но космополит для Гениса – не столько гражданин мира, сколько квартирант Вавилонской башни и абонент Александрийской библиотеки.

«Путешествие, – считает Генис, – опыт самопознания, физическое перемещение с духовными последствиями. Встроив себя в пейзаж, автор его навсегда меняет».

Подробная информация
  • Возрастное ограничение: 16+
  • Дата выхода на ЛитРес: 28 марта 2014
  • Дата написания: 2014
  • Объем: 300 стр.
  • ISBN: 978-5-17-083645-1
  • Правообладатель: Издательство АСТ
  • Оглавление
Книга Александра Гениса «Космополит. Географические фантазии» — скачать в fb2, txt, epub, pdf или читать онлайн. Оставляйте комментарии и отзывы, голосуйте за понравившиеся.
С этой книгой читают:
Русская канарейка. Желтухин
Дина Рубина
299 209,30
Русская канарейка. Голос
Дина Рубина
299 209,30
Русская канарейка. Блудный сын
Дина Рубина
299 209,30
Аристономия
Борис Акунин
399
Лавр
Евгений Водолазкин
229
Развернуть
Цитаты 62

Русских в Японии мало. Говорят, всего семь тысяч, если не считать рыбаков на Хоккайдо, ворвавшихся однажды в женскую баню и по ошибке там выпивших. Инцидент разбирала полиция с русским разговорником сыскной службы. Первая фраза в нем звучит так: «Разрешите вас арестовать».

В Японии, как уже говорилось, русских мало, а те, что есть, говорят по-английски. Это программисты, ученые и девушки без определенных занятий. Вернее, с определенными, но так говорят из вежливости, потому что японцы нас все время боятся обидеть: «Вам и так не просто: Сталин, климат, то, се».

Русские им вежливо отвечают тем же, неискусно скрывая бешенство. Больше всего наших достает мусор: шесть контейнеров, трехлетние курсы и соседи следят, звоня на работу.

— Трудно? — спросил я у соотечественницы.

— Судите сами. Макулатуру надо разобрать, банки вымыть, горящее высушить, негорящее сплющить. То, что не горит и не тонет, мусором не является и выбросу не подлежит. Разве что по пятницам, в дни удаления от скверны. И это только начало. Здесь всегда влажно, комната в шесть татами, борщ — роскошь: свекла — сорок долларов, и не купить. Чтобы дочку в школу собрать, надо гольфы приклеить, иначе спадают, юбку линейкой отмерить, ранец очистить от запрещенного: денег, мобильника, конфет. Плюс уроки сострадания. Каждому приходится неделю побыть слепым, неделю — глухим, неделю — старым, три дня — безногим.

— А теперь, когда дочь выросла?

— Друг у нее нежнее девицы: руки бритые, ноги бритые, гладкий, как угорь.

— Совет да любовь.

— Это вряд ли. Я ему в тещи не гожусь. «Глаза, — говорит, — большие, зеленые, ноги длинные, руки длинные, страшная....

+7Imbir_LiveLib

Ночью выпал туман, и в лагуне отменили навигацию. До вокзала добрались на водном такси. С катера даже в самых узких каналах не видно было домов. Венеция исчезла, как женщина под одеялом. Но я знал, что она там есть, и жадно смотрел в мокрую тьму, не желая расставаться.

+7russischergeist_LiveLib

в Риге всегда идет дождь. А если не идет, то собирается пойти. И этим коротким моментом надо уметь воспользоваться, чтобы, перебравшись через Даугаву, разместить панораму между собой и солнцем в выгодном для архитектуры контровом свете. Такой ракурс — вид сбоку — сдергивает наряд деталей и обнажает архитектуру, превращая ее в скульптурную массу, вырубленную в старом небе. И если умело ограничить обзор, вынеся за скобки сталинский небоскреб Дом колхозника, переделанный в Академию наук, то окажется, что за последние четыреста лет рижский абрис не изменился. Крутые шпили трех первых церквей, тяжелый, как слон, замок, зубчатая поросль острых крыш и круглых башен.— Вот что я люблю больше всего на свете, — выдохнул наконец я, не стесняясь школьного друга.— Ты все любишь «больше всего на свете», — лениво откликнулся он, потому что знал меня как облупленного.

+6russischergeist_LiveLib

За это надо было выпить, и мы подняли грубые кружки из рыжей глины с медвяным пивом.— Тервесекс! — закричал я, враз исчерпав вторую половину своего эстонского словаря.— «Терве», — объяснила Лиис, — значит здоровье, а секс…— Я знаю.— Вряд ли, — засомневалась Лиис, — это суффикс.— Так и думал, — наврал я.

+5russischergeist_LiveLib

— Ехать, пока не упрешься, — объяснил владелец избушки, которую он собирался нам сдать за немалые для канадской глуши деньги.— Медведи, — боязливо спрашивала жена, — у вас есть? А то мы с детьми.— Не беспокойтесь, — угодливо тараторил почуявший наживу хозяин, — все у нас есть: медведи, лоси, индейцы.— И врач?— Конечно. Полчаса лету, если у вас есть биплан.— А если нет? — вскинулась жена. — А если аппендицит?— Well, — устало ответил канадец, и мы отправились в путь.

+5russischergeist_LiveLib
Ещё 5 цитат
Лучший отзыв
d
29 марта 2014, 17:08dmitrijsergeev

Великий культуртрегер.

По Александру Генису можно сверять свои впечатления от прочитанного и увиденного, его слова можно брать как ориентир, что прочитать ещё или какую страну посетить. Культурологические книги Гениса тем более интересны сейчас, когда снова очень остро стоят вопросы национальной идентичности в Европе, которые часто снова переходят в откровенный национализм. Генис раскрывает суть своих путешествий и призывает последовать за ним, погрузиться в культуру и искусство, чтобы читатель вместе с автором мог прийти к выводам, подобному этому:

"Язык Европы – архитектура. Он понятен всем, кто жил в старом городе, где архитектура образует достаточную критическую массу, чтобы заблудиться, но недостаточную, чтобы надолго. В такой город входишь, будто в сонет. Бесконечно разнообразие поэтических приемов, но правила ясны, стили универсальны и вывод неизбежен, как кафедральный собор, ждущий на центральной площади.

Архитектура – средство для наружного употребления. В отличие от, скажем, музыки, архитектура не принимается внутрь, а действует блоками внешних впечатлений, влияющих на обмен культурных веществ.

Настоящая архитектура не только притворяется природой, а, если повезет, становится ею. И тогда невозможное, но случившееся чудо соединяет изделия разных эпох, стилей, мастеров и режимов так, что не остается швов. Что и произошло с Красной площадью, которая и правда краше всех, потому что Мавзолей – единственный бесспорный успех коммунистического зодчества – завершил начатую еще Ренессансом утопию. Так уж устроены причудливые законы совместимости, что архитектура безразлична к идеологии, но требовательна к красоте: она выносит все, кроме мезальянса."

Генис никогда не навязывает своего мнения, он именно раскрывает читателю свои географические и культурные открытия, делает читателя причастным и географии, и искусству. Генис – это всегда «must read».

Пожаловаться+4Поделиться:
Оставить отзыв
Напишите отзыв
Получите 25 бонусных рублей
на ваш счет в ЛитРес.
Напишите содержательный отзыв
длиной от 120 знаков
Отзывы (1)
v
18 января, 20:17vladluzin

Этой, как и всем без исключения прочитанным мною его книгам ставлю пять звёзд не колеблясь. Переиздания безусловно заслуживают не только все книги Гениса как самостоятельного автора, но и книги раннего Гениса в соавторстве с другим замечательным рижанином – Петром Львовичем Вайлем (как и все книги Вайля, написанные после творческого расставания с соавтором; их творческий союз я бы поставил в один ряд с Ильфом-Петровым, братьями Стругацкими и далее по списку).

Пожаловаться0Поделиться:
Нужна помощь
Купите 3 книги одновременно и выберите четвёртую в подарок!

Чтобы воспользоваться акцией, добавьте нужные книги в корзину. Сделать это можно на странице каждой книги, либо в общем списке:

  1. Нажмите на многоточие
    рядом с книгой
  2. Выберите пункт
    «Добавить в корзину»